Юрий Плисецкий.

      Уже неделю Плисецкий не появлялся на тренировках. Уже неделю Плисецкий не включал телефон и не заходил в соц.сети. Уже неделю Плисецкий не выходит из дома. Лишь спустя чертову неделю о нем забеспокоились. Виктор и Юри стояли у порога и долбили в дверь.

Тишина

Спустя пару часов дверь открылась, у Отабека был запасной ключ. По всей квартире были разбросаны книги, одежда, какие-то бумажки и еще куча всякого непонятного. — Тут либо было ограбление, либо прошелся ураган, — тоном возмущенной мамочки произнес Виктор, но тут же замолк, увидев на диване то, чего вовсе не ожидал увидеть. Никто не ожидал этого увидеть.

Юрий Плисецкий.

      Серая кожа, тонкие запястья, тощее тело, потускневшие волосы, бледные тонкие губы, светлые ресницы, из-под которых виднелись изумрудные, мутные, стеклянные, как лед, глаза. Глаза, в которые больше не проникает свет, туда не проникает больше ничего. Нестерпимый холод, который разгрызает все пространство. Холодный принц, чье сердце застыло, замерзло и треснуло ровно посередине, разлетевшись на миллионы маленьких кусочков. — Юра… — пересилив себя, Виктор попытался сказать что-то еще, но ничего не выходило. Плисецкий смотрел на него своими стеклянными глазами, такими страшно пустыми. Окна были закрыты, занавески задернуты, оставалась лишь небольшая полоска света. Пыль и запах старых книг кружили в воздухе, будто здесь никто не живет уже давно. На диване лежал тот самый Юрий Плисецкий, измотанный и разбитый. — Мне жарко, — тяжелый шепот разрезал тишину, заставляя обитателей квартиры очнуться. — А, я сейчас схожу за водой, подожди немного, — пролепетал Юри и метнулся на кухню, набирая в стакан воды и пытаясь не выронить его на обратном пути. Пока Юри был на кухне Бека и Виктор решили посадить юношу и размотать его, ведь на нем было несколько одеял, понятное дело, почему ему было жарко. — Аккуратнее, вытащи вон тот край, — приказным, но мягким тоном сказал Виктор Отабеку, тот выполнял все с особой осторожностью. После того, как Виктор и Отабек размотали Юру и усадили на диван, после того, как Юри принес воды, после этого всего ребята застыли. Истерзанный, он сидел на диване, безучастно смотря вдаль. По всему телу были видны следы от ногтей, смешанные с резаными ранами, огромное количество синяков, все это было небрежно разбросано по когда-то белой коже. — В-вот.- Юри протянул стакан Плисецкому, нарушая тишину и общий ужас. Юноша вытянул руку, чтобы взять, вцепившись в гладкий и прозрачный стакан пальцами, еле удержав, Юра все же смог немного попить, обжигая горло.