Двойные неприятности

Драко зашёл в пустую детскую, осторожно сжимая дверную ручку дрожащими руками. Он надеялся, как это всегда бывает, увидеть радостных мальчишек, прыгающих на кроватях и быстро скользящих под свои тёплые одеяльца, как заметят его и Гарри и начнут просить почитать им ту или иную сказку, или чтобы Драко спел колыбельную, что ещё в далёком прошлом пела ему Нарцисса. Но комната была пуста, в ней не разносились детские голоса, смех-колокольчики. Мужчина закусил дёргающуюся губу, вытирая дорожки слёз с лица, и достал палочку. Он направил её на тумбочку, зажатую между двух кроватей, и переместил в сторону, сдвигая две кровати вместе. Драко заметил флакончик с лекарством на полу, и сердце сжалось в тиски от нарастающего волнения, страха и боли. Дрожащей рукой он потянулся к нему. — Мальчики… — слетел с уст беззащитный шёпот. Драко аккуратно, тихо, словно боясь оступиться и упасть в пропасть, залез на середину сдвинутых кроватей и свернулся калачиком, подтянув колени к груди и прижимая фамильную игрушку семьи — чёрного зайца с зелёными глазами. Его когда-то сшила ему Беллатриса, а он ей помогал, хоть и, скорее всего, больше мешал, ведь был трёхлетним мальчишкой. Зайчишка всегда напоминал ему о Белле, когда тётю закрыли в Азкабане. Когда-то он возненавидел эту игрушку: больно уж была похожа на того, кто так сильно его обидел. И случайно оторвал лапку, но потом пришил, да, не умело и даже не аккуратно, зато сам, не прося чей-то помощи. С любовью, сожалением и стыдом. Через много лет, когда появился Али, Драко положил этого зайку сынишке в колыбель. И тогда, когда Скорпиусу исполнилось два года, Ал решил, что он достаточно взрослый и хранитель его снов братику нужен больше. Улыбка дрогнула на лице аристократа от тёплых воспоминаний, но от осознания, что нет их тепла рядом, он весь сжался и тихо зарыдал. Дверь почти бесшумно приоткрылась, и в неё проскользнула полоса света. Сначала просунулась голова Гарри, а потом он и весь зашёл, стоило ему убедиться, что любимый здесь. — Драко... — осторожно позвал Гарри, коря себя, что так грубо недавно поступил с ним. Ответа не последовало, муж даже плечом не повёл. — Драко, — снова повторил Гарри, присаживаясь рядом на край кровати Альбуса, и дотронулся до него — и рука в ту же секунду была жестоко скинута. — Убирайся… — отчаянно сказал Драко, ощущая себя так, словно его предали. — Что? — Поттер понадеялся, что ему послышалось. — Убирайся! Не подходи ко мне! Иди к своим друзья, они тебе явно важней! Они твоя семья! — Что ты такое говоришь, Ма… Драко?! — Гарри дал себе мысленный подзатыльник, прикусив щеку изнутри до крови. — То-то и оно! Если бы я не пошёл с тобой на эту чертову конференцию — а не хотел ведь! — то всё было бы хорошо. Они были бы здесь, со мной! С нами! Но нет! Тебе нужно было меня туда потащить лишь для того, чтоб я выставил всё в твою пользу. Ну конечно же, главного колдомедика тоже чего-то стоит. Но, Поттер, мне это надоело… — Тебе нельзя волноваться, любимый! — перебил его Гарри, чувствуя, что может начаться истерика и ссора. — А как?! Скажи, как мне тут не волноваться, Мерлин меня подери?! Ты хоть представляешь, что я чувствую?! — Драко, я всё… — Нет! Ты ничего не понимаешь! Не ты их вынашивал у себя под сердцем не один месяц! Не ты их рожал, корчась от адской боли. Ты хоть представляешь, как это больно? Да я лучше бы под ≪Круциатусом≫ побывал, думалось мне те два раза. Поттер, тебе легче далось устроиться работать главным аврором, чем мне, бывшему пожирателю, в Мунго. Ты даже тогда не поддержал меня, а начал ссориться, мол, на кого воспитание детей оставим? Правильно, на кого?! Они видят тебя только по вечерам, да на выходных. А ты тоже должен принимать участие в их воспитании! Извини, Поттер, но большая часть вины лежит на тебе! Если бы мы оставили ребят моим родителям или позвали няньку, как я хотел, то этого сейчас не было бы! Я ненавижу тебя, ты всё всегда мне портишь! Тебе не нужен ни я, ни дети, а лишь друзья, работа и слава! Герой! Убирайся! Прошу, просто оставь меня! Драко закрыл лицо, мечтая спрятаться от удушающего отчаянья и окутавшей пустоты и одиночества. Гарри не мог уйти, не мог поступить как трус. Он нежно, но крепко обнял Драко, понимая, что Драко любит его, а говорит всё в сердцах, со зла и обиды. — Прости меня, — тихо говорит он ему, слёзы из его глаз сказываются по щекам, сталкиваются у подбородка, превращаясь в одну большую каплю, и падают на оголённое плечо Драко. — Я так слеп, что не вижу, как тебе тяжело, что всё на твоих острых плечах, Драко. Мы найдем мальчишек. Найдём — и я стану уделять в разы больше времени семье, возьму отпуск. Я обещаю… Под утро они заснули, крепко-крепко обнимая друг друга, боясь, что и кто-то из них может так же исчезнуть бесследно, как и дети. И поэтому, супруги и не заметили, как обручальные кольца, у них на пальцах, слегка потускнели.

***

Альбус Дамблдор сидел на кровати и мило беседовал с ребятами, смеялся над их историями, как они проказничают, а потом хорошенько получают от папы, а отец их иногда хвалил, но стоило услышать папино ≪кхе-кхе, милый≫, тут же делал серьёзный вид и говорил, что нельзя рисовать на полотне живых картин: им это неприятно. Они кушали картофельное пюре и нежную курочку, запивая всё сладким чаем. Расспрашивали братья и о своих родителях в этом времени. Когда они, сидя перед камином воскресным вечером, задавали родителям вопросы об их прошлом, они всегда оглядывались друг на друга и начинали темнить. — Ох, между вашими отцами ещё с первых минут знакомства мелькала некая связь, химия! Но когда-то один испугался этих ощущений, а другой затаил обиду. И как бы они не пытались подавить чувства друг к другу туманной неприязнью и мутной ненавистью, у них этого не получится. Как пример, у них есть вы! Лимонных долек? Они невероятно вкусные, если бы я мог, то питался ими бы и на завтрак, и на обед, и на ужин! Но вам не рекомендую. Мальчишки захихикали, переглядываясь. Они не раз разговаривали с Дамблдором, который уже на картине. А вот говорить с ним и при этом касаться его, понимать, что он из плоти и крови, — это более волнительное и трепещущее чувство. Директор не забыл упомянуть, что их молодые родители придут сразу после занятий… — Поттер, я рад, что ты поумнел и решил найти себе нормальную компанию, но, будь добр, свали с места Блейза! — шипел Драко, повернувшись назад и наткнувшись на мило машущего ему друга, сидящего рядом с рыжим недоразумением. Для себя парень решил, что обидится на Забини и будет мстить. Того даже не спасёт нелепое, перекошенное и всё красное от злости лицо Уизли! — Нам нужно обсудить одну общую проблему, Малфой, — произнёс сквозь зубы Поттер, стараясь не кинуться на него с кулаками и не нарваться на штрафные очки от Снейпа. — Нет у нас никаких ≪общих≫ проблем! — отмахнулся блондин, делая вид, что его ничего сейчас не интересует, кроме доски, на которой профессор пишет рецепт зелья. — Наши общие дети. — Их у нас тоже нет и быть не может! Поттер, будь любезен, закройся! Хочешь поболтать? Я не лучший вариант. Это было ясно ещё в магазине мадам Малкин. После этого урока мы идём к детям из ≪будущего≫ — хотя я уверен, что это очередная нелепая шутка этого старика, у которого уже давно маразм, — и будем пытаться не ссориться, а лучше вообще не говорить. Не говори со мной, ясно!? Гарри было открыл рот, чтобы возмутиться и возразить, но вместо этого лишь фыркнул и утыкнулся в конспект. Бывают разные чудеса. У каждого чуда есть как приятная сторона, так и разрушительная. Время не шутка, с ней игры опасны. И только оно покажет, как закончится приключение маленьких волшебников и их молодых родителей.