Сборник зарисовок

      Сижу в кресле с высокой спинкой, положив ноги на мягкий пуфик, пальцами правой руки бегая по кнопкам сменного пульта, вставленного в подлокотник (слишком уж часто они ломаются…), в левой же руке держу чашечку ароматного шоколада с двумя зефирками, которые, словно белые айсберги, плавают в густом и горячем море. На мне надета тёмно-синяя роба, стилизованная под военную форму, лицо украшает короткая чёрная бородка с усами и бакенбардами, что одновременно придаёт визуально десяток лет, делает внешность слегка дикой, но вместе с тем — скрывает очертания массивной нижней челюсти, выдающиеся скулы, ну и сглаживает впечатление от тяжёлых надбровных дуг.       «Мужчина должен быть чуть-чуть красивее обезьяны… ха-ха», — сверкнув алым блеском глаз, возвращаю радужкам чёрный цвет, заставляя магию хаоса успокоиться (словно неукротимая тигрица, на холку которой легла лапа более мощного хищника, она временно покорилась, но стоит дать малейшую слабину — вырвется наружу, разнося всё вокруг, но уже и не мечтая навредить мне).       Когда-то давно, где-то пять десятков тысяч лет назад, если меня не подводит идеальная память, не позволяющая забыть и секунду прожитой жизни, я читал множество книг, авторы которых пытались найти ответ на вопрос: «Кто из героев и злодеев, придуманных человечеством, является сильнейшим?». Пожалуй… ответ мне не известен до сих пор. Однако я могу сказать, что существует сильно недооценённый персонаж, потенциал которого невообразимо велик, а судьба невероятно жестока… пусть и даёт возможность развиваться практически бесконечно.       С тихим шелестом входная дверь отъехала в сторону, впуская в темноту просторного зала прямоугольный луч света, внутри которого находится фигуристый силуэт девушки, одетой в лёгкую курточку тёмно-синего цвета, синюю юбку чуть выше колен, имеющую разрезы на бёдрах, высокие сапожки с мягкой подошвой, а также — фуражку с козырьком. Пару секунд она привыкала к почти полному отсутствию освещения, пока зрачки не вытянулись в узкие щёлки, разделившие изумрудные радужки, гармонирующие с янтарными склерами на равные половинки, после чего плавно и почти бесшумно двинулась в мою сторону. Впрочем, если бы она топала, кряхтела и другими способами привлекала к себе внимание, это изменило бы не столь многое.       — Мистер Сэвидж, вы приказали сообщить, когда начнётся выпуск новостей Метрополиса, — приятным грудным голосом произнесла помощница, остановившись справа от моего кресла.       — Благодарю, Панси, — одновременно со своими словами, нажимаю на кнопку включения проекторов (ненавижу сенсорное управление и стараюсь ограничить его использование везде, где это только возможно).       На белой стене передо мной появилось изображение высочайшей чёткости, создаваемое более чем десятью тысячами микропроекторов, установленных на потолке под разными углами. — Мастер Лю Чен ещё не прибыл?       — Мастер Лю просит его простить, но даже после процедуры восстановления его здоровье оставляет желать лучшего, — с явным сожалением в голосе произнесла девушка. — Однако же он обещает, что прибудет на вашу тренировку в девять часов вечера. Пока же я могу предложить вам спарринг с кем-то из гвардейцев… или со мной.       «Глупая девочка: я уже давно дерусь и тренируюсь не ради самоутверждения, а для того, чтобы научиться чему-то новому. Чен — один из немногих мастеров, который к ста двадцати годам надел белый пояс, полностью переосмыслив свою технику владения мечом. Будет глупо потерять его из-за такой вещи, как старость», — невозмутимо смотрю на экран, где молодой парень в синем трико с красной буквой «S» на груди под ликующие возгласы толпы приземляется на взлётно-посадочную полосу аэропорта, ставя на выпущенные шасси потерявший управление самолёт.       — Хорошо, — отвечаю ровным голосом, в котором только при большом опыте можно распознать удовлетворение. — Передай медицинскому корпусу, чтобы подготовили камеру для генной коррекции, а потом жди меня в тренировочном зале. Я прибуду после завершения выпуска новостей.       — Как прикажете, господин Сэвидж, — щёлкнув каблуками мягких сапожек, вытянувшаяся по стойке «смирно» подчинённая развернулась и направилась к выходу, при этом всё равно оставаясь в зоне моего восприятия, что позволяло ощутить каждое движение её тела, сокращения мышц, тонкий аромат феромонов и быстро бьющееся сердце.       «Раз девочка хочет урок, то почему я должен отказывать?» — мелькнула в голове стремительная мысль, а магия вновь «подняла голову» и «зарычала».       — Кларк Кент; Брюс Уэйн; Барри Алан… — произнося имена нынешних героев так, будто пробую их на вкус, растягиваю губы в улыбке. — Это будет занимательно… ха-ха-ха… ха-ха-ха-ха… ха-ха-ха-ха!       …       Кто я? Долгое время мне это было неясно: просто однажды утром, будучи обычным семьянином, который поставил на ноги двоих сыновей и дочь, я лёг спать вместе с женой, с которой нас уже давно связывала не любовь, а взаимное уважение и привязанность, а проснулся на голой земле рядом со светящимся метеоритом. Хуже того: моя одежда представляла из себя два отреза шкуры какого-то животного, один из коих прикрывал зад, ну, а второй — был накинут на плечи, в то время как само тело принадлежало явно не слесарю-сантехнику шестидесяти лет.       Начало моих приключений можно охарактеризовать как «Приключения Робинзона Крузо среди неандертальцев» (кстати, совсем недавно вышла книга, которую я так и назвал, но её почему-то считают не мемуарами, а приключенческим романом). Но, пожалуй, обо всём следует рассказывать по порядку.       Несколько лет, блуждая от одной стоянки дикарей до другой, я ещё надеялся найти цивилизацию, наивно думая о том, что меня закинуло в какую-нибудь дикую местность. В процессе этих блужданий на меня нападали примитивные сородичи, вооружённые камнями и палками, дикие звери вроде саблезубых полосатых кошек-мутантов, ну и другие «милые зверушки». Ну, а так как постоянно умирать мне не хотелось, пусть я и быстро исцелялся до изначального состояния, пришлось учиться защищаться, охотиться, убивать…       Казалось бы, что бессмертие — это невероятный дар! Что же, не буду с этим спорить: после того как у меня появились оружие, броня, собственный дом — это действительно стало даром.       Когда до меня дошло, что цивилизации нет (разве что где-то в космосе), я стал осваиваться в настоящем. В сущности, чем древний человек отличается от современного? Кроме объёма мозга, разумеется.       «Для древнего человека, живущего в племени дикарей, одежда из шкуры, палка с острым наконечником, кусок жареного на огне мяса и самка под боком — это уже богатство, выше которого он и не помыслит прыгнуть. Современному же человеку нужен комфорт, удобство, развлечения», — так думал я, когда строил своё первое поселение, подчинив первое племя…       Далеко не всё шло так, как хотелось мне: пару раз меня убивали во сне «верные соплеменники» (просыпаться от ощущения удара костяным ножом — то ещё удовольствие); несколько раз деревню разоряли соседние племена; трижды племя разбегалось; несколько раз моих подопечных губили эпидемии и хищники. По-видимому, уже тогда я был далеко не в здравом уме, так как не сильно расстраивался, а только раздражался и шёл начинать «стратегию» с самого начала.       Гораздо легче стало тогда, когда под моей рукой собрались полтысячи дикарей, которых удалось расселить в деревянных домах (срубах), после чего мы начали осваивать сельское хозяйство…       Не могу сказать, что в прошлой жизни был мастером боевых искусств, но когда у тебя есть хорошая мотивация, куча времени, а также — бесконечные попытки, волей-неволей становишься специалистом. Разумеется, можно было засесть в доме старосты, за высоким забором и крепкими стенами, наслаждаясь едой, женщинами и безделием, но… подобная перспектива совсем не вдохновляла.       Спустя какое-то количество времени я всё же обучил подчинённых грамоте и ремёслам, создал некое подобие регулярной армии, приучил стариков учить молодёжь, а затем построил дом из четырёх этажей, назвав его «Вавилонская Башня». Кто же знал, что люди назовут себя вавилонцами, а меня возведут в ранг бога-предка-вождя… и дальше по списку?       Несколько раз встречались мужчины и женщины, обладающие необычными способностями, которые возглавляли небольшие банды, желающие разграбить моё поселение. И если против обычных солдат с копьями, палицами и луками у них были все шансы на победу, то с моим опытом сражений умение дышать огнём или отращивать когти уже не помогало. Только вот это в очередной раз напомнило, что мир — огромное место, где может скрываться даже высокоразвитая цивилизация африканцев, прячущихся под энергетическим полем и сражающаяся энергетическими копьями.       «Признаю: увидев огнедышащего мужика, я решил, что оказался в далёком прошлом мира человека-паука».       Чем больше времени шло, тем очевиднее становилось, что люди под моим началом живут лучше, но постепенно… становятся фанатиками. Мне самому жить среди них стало крайне некомфортно, так что, выбрав себе наиболее адекватного ученика, я потратил десять лет на его взращивание, а затем заявил, что долг зовёт меня в путь, а вместо себя я оставляю наместника. Иными словами — сбежал от ответственности и совершённых ошибок, оставив «приручённых» жить своим умом. Удивительно ли, что они продержались совсем недолго, за пару поколений рассорившись и развалив «Великую Империю Шумера»?       В своих странствиях я видел многое: расу великанов-людоедов, которых не без моей помощи истребили; змеелюдов, которые владели искусством изготовления бронзового оружия, а также каким-то своим колдовством, коих пришлось загонять в подземелья, пока они не вытеснили моих сородичей (подростков и женщин они оставляли на развод, чтобы всегда иметь свежее двуногое мясо); пару раз сталкивался с местечковыми богами, один из которых оказался вменяемым духом саблезубого тигра, а другой — шаманом-псиоником, призрак коего требовал жертв в свою честь (при этом усиливался он именно от живых, а не от смертей на алтаре).       …       Много с тех пор воды утекло, и тех, кто хоть что-нибудь помнил, давным-давно уже замочили… Или это не из той оперы? В любом случае, время шло, а я странствовал, где-то задерживаясь чуть дольше, а где-то убегая при первой возможности. Попытки обучить людей различным наукам не прекращались, сопровождаясь самостоятельным изучением нового, как и поиском учителей, которые могли научить уже меня. Вообще, обучение и ученичество стали самыми увлекательными моими занятиями на тысячи лет…       А в один совершенно ничем не уникальный день, сидя на камне под потоком горного водопада и всеми своими чувствами обшаривая окрестности, я осознал, что упёрся в потолок. Дальше, по ту сторону незримой преграды, было что-то ещё (очень много всего), но одному мне даже дырочку не просверлить, чтобы приблизиться к новым вершинам.       С того самого дня началась моя личная «новая эра»: ученики сменяли один другого, познавая как науки привычные, естественные, так и искусства управления энергиями, после чего уходили в свои странствия, а если возвращались — приносили новые знания. Институты, основанные под моим приглядом, стали выпускать самых настоящих учёных, и даже целая школа магии появилась, но… стоило отвернуться на полсотни лет, погрузившись в интересную мне тему трансформации живых существ при помощи внутренней энергии, как всё пошло под откос. Государство мыслителей и учёных, магов и философов сперва раскололось на три, а затем его разграбили более многочисленные дикари, которые могли себе позволить платить пятью-десятью сородичами за одного-двух профессиональных воинов.       Собрав более или менее вменяемые остатки народа, предки которого были моими учениками, я повёл их на восток. По пути мы продолжали исследовать, изучать, тренироваться; многие из подопечных от меня откололись, решив осесть на тех местах, где им казалось уютно, но немало людей разных подвидов присоединилось. На восточном берегу Евразии (что поделать, если люди стали называть материк так, просто повторяя за мной?) мы задержались ещё почти на сто лет, так как требовалось не только научиться мореходству, но и построить корабли, которые могли бы довезти нас до земли, куда цивилизация доберётся ещё очень нескоро.       К стыду своему должен признать, что Австралию мы искали почти триста лет, в ходе которых от нас откололась ещё одна группа людей, при помощи управления внутренней энергией научившихся дышать под водой (ныне они называют своё государство Атлантидой, и совершенно не жалеют о когда-то сделанном выборе). Но как говорили на моей старой родине «Терпение и труд…», вот и мы в итоге добрались до нового дома, где стали строить своё собственное сообщество, время от времени отправляя экспедиции в большой мир за новыми поселенцами (для разбавления крови), необычными видами животных и просто слухами.       …       …       — Ты не человек! — кричал крепкого телосложения мужчина в монашеской рясе, держа перед собой деревянный крест и отступая назад, к ощетинившимся мечами и арбалетами воинам.       — Я — бог, — крепкий человек среднего роста, одетый в одни лишь штаны, развёл руки в стороны, демонстрируя бугрящийся мышцами торс.       — Ты — демон! — воскликнул монах, швырнув в противника крест, который тот легко перехватил в полёте, после чего приложил к груди. — Стреляйте же!..       Только вот моряки, видившие как их менее удачливых товарищей сносили волны невидимой энергии, не спешили исполнять приказ. Да и просто аура, исходящая от противника, буквально подавляла любое желание к сопротивлению.       — Ты смеешь приказывать нападать на бога, еретик? — нахмурился монстр, глядя на монаха со скучающим интересом.       — Ты — не бог! Бог никогда не поступил бы… — начал кричать фанатик, но осёкся, а затем закончил свою речь шёпотом. — Бог никогда не отвернулся бы от людей, выбрав этих… чудовищ.       — А ты не думал, что я просто разочаровался в людях, — это был не вопрос, а констатация факта, заставившая моряков и монаха сглотнуть почти одновременно (лёгкое ментальное воздействие, проведённое при помощи капли хаоса, сделало для них эти слова безусловной истиной).       — Но… как же?.. — голос монаха задрожал, на глазах заблестели слёзы, как если бы он вдруг встретил давно потерянного любимого отца, но тот заявил, что такой сын ему не нужен. — Почему… всевышний?       — Про Адама и Еву слышал? — собеседник вопросительно приподнял бровь. — Одна — нарушительница запрета и искусительница, другой… Не просто так их из рая изгнали.       — Но ведь… — попытался что-то возразить служитель веры.       — О Каине и Авеле слышал? — продолжил говорить чернобородый мужчина. — Думал, что хоть дети у них — достойные люди, но… один из них ещё дальше зашёл.       — Но ведь потоп… — подал голос один из моряков, тут же замолчавший, когда на него был переведён взгляд существа, скрывающегося в облике человека.       — Как показала история — не помогло, — заявил чернобород. — То, что произошло со спасителем, отправленным людей направить на путь истинный, подтверждает это. Ещё доводы в защиту человечества?       — Но… — монах попытался ухватиться за последнюю соломинку. — Ты не старик.       — Спасибо. Я слежу за собой, — саркастично отозвался чернобород. — С чего ты взял, что мне, существу с неограниченными возможностями, должно нравиться быть стариком?       Корабль путешественников, которых стало наполовину меньше, уплыл с неизвестного материка, который на карте капитана был отмечен названием «Рай». А когда они приплыли на большую землю, в церкви произошёл грандиозный скандал, который едва не привёл к расколу, но все причастные были вовремя схвачены, подвержены очистительным мероприятиям, а затем и казнены.       Впрочем, после того как карательный флот, отправленный покарать еретиков и демонов, вернулся ополовиненным, а разбежавшиеся во все стороны монахи и моряки стали вещать о том, что люди разочаровали бога, проблемы у церкви стали куда серьёзнее…       …       Двойные двери из деревянных лакированных панелей, украшенные фигурной резьбой в виде бутонов цветов, с тихим шелестом сервоприводов ушли в стороны, скрывшись в стенах, а я вошёл в светлое восьмиугольное помещение, стены коего украшали гобелены с изображениями животных, а на полу красовался узором в виде белых и голубых спиральных кругов плотный ковролин. Освещение обеспечивалось потолком, сияющим ровным жёлтым светом, не оставляющим ни единого шанса теням.       У дальней стены в позе «лотоса», выпрямив спину и сложив руки на коленях, сидела черноволосая девушка с кошачьими ушами, одетая в тёмно-синее трико. Её объёмная грудь мерно вздымалась и опускалась, точёное личико красовалось чистой светло-розовой кожей без единой морщинки или родинки, раскосые глаза, прикрытые веками с длинными ресницами, придавали образу даже более экзотичный вид, нежели уши.       Моё появление заставило Панси распахнуть изумрудные очи с янтарными склерами, а затем плавно и стремительно подняться на ноги, чтобы сложить руки в приветственном жесте. Я же, не снижая скорости, вошёл в помещение и развёл руки в стороны, позволяя робе, созданной при помощи нановолокон (технологию которых мы купили у пришельцев в обмен на кое-какие наши знания) принять вид тренировочного трико, облегающего торс, словно вторая кожа.       — Не сдерживайся, — отдаю короткий приказ, испуская волну внутренней энергии, которая разошлась по помещению искажениями в воздухе, среди которых стали сверкать искры разрядов электричества (тигрица, воплощающая мой внутренний хаос, требовательно подняла голову, и оскалив клыки, зарычала).       «Не сейчас, но уже скоро», — обещаю своему внутреннему зверю грядущее веселье, которым нас обеспечат нынешние герои (которых следует осадить, пока они, собравшись в клуб по интересам, не решили, что могут диктовать свою волю всей Земле… как это уже не раз делали их предшественники вроде первого Зелёного Фингала, Синего Таракана и Неуловимого Джо-Джо).       — Раур! — отозвалась Панси, лицо которой чуть вытянулось, превращаясь в полузвериную морду, клыки удлинились, тело покрылось гладкой шелковистой шерстью, способной защитить от колющего и режущего оружия, а чуть пониже спины высунулся длинный гибкий хвост.       «Красавица. Я даже завидую, что из-за своего дара не способен в настолько широких рамках изменять тело: оно постоянно стремится вернуть изначальное состояние… Даже хаос не помогает», — оскалившись в ответной улыбке, начинаю двигаться текучими движениями, приглашая напасть первой.       Полиморф, избравшая своим основным животным чёрную рысь, совершила стремительный рывок, одновременно нанося удары по шее и паху. Впрочем, стоило только развернуть корпус боком, перехватить руку и совершить рывок для броска, как она изогнулась в воздухе и попыталась пнуть меня в лицо. Пришлось немного наклонять корпус, а затем делать шаг вперёд, чтобы раскрытой ладонью приложиться чуть пониже хвоста…       Полиморфы — это раса, которая получилась из последовавших за мной людей, которые хотели получить от животных всё самое лучшее, но при этом не желали терять человечность. Магия, наука, техники управления жизненной энергией и масса времени для решения этой задачи дали свой результат: сейчас новорожденный полиморф похож на обычного младенца, но с красными радужками и вообще без волос, и только после пробуждения источника КИ он может провести интеграцию звериного гена в свой организм (за это отвечает дополнительная цепочка ДНК, передающаяся по наследству через мать, но в полностью отформатированном виде). Наибольшее количество зверей, с которыми удавалось провести подобное сродство, на сегодняшний день равняется семи… Хотя стоит заметить, что в качестве донора генетического образца можно брать и людей (а может быть, и криптонцев, что даёт некоторые перспективы).       «Целая Австралия Суперменов — это даже меня пугает… самую капельку. А ещё — разжигает дикий азарт и интерес от желания узнать, смогу ли я их контролировать», — признаю, что не совсем адекватен, но как мне кажется, для вечномолодого старика, возраст которого перевалил за пятьдесят тысяч лет — это не так уж и плохо.       Жалею ли я о чём-нибудь? О… Есть масса вещей, которые хотелось бы переиграть: съесть на завтрак не кекс с изюмом, а яблочную запеканку, например. Если же говорить о чём-то более масштабном, то, зная о последствиях своей шутки, когда я представился богом, я предпочёл бы просто утопить тот первый корабль, как и все остальные, но не становиться идолом для одной половины фанатиков, и Высшим Злом — для другой. Если бы церковь до сих пор имела ту же власть, как и в средневековье, то боюсь, что Австралию (которую часть сектантов упорно называет Раем) уже попытались бы забросать ядерными боеголовками с криптонитовыми сердечниками для усиления эффекта. И было бы людям плевать, что это вызовет непредсказуемые реакции, вплоть до создания какого-нибудь единого сверхразума, напрямую работающего с инфосферой, с её помощью создавая аномалии по всей планете.       «Что-то я увлёкся… Опять», — опускаю взгляд на прижатую к полу чёрную пуму, которая тяжело дышит и ловит ртом воздух, вовсю испуская феромоны.       — Сама напросилась, — заявляю в лицо девушке, отдавая мысленную команду одежде.       В конце концов… Супермен и его друзья пару часиков могут и подождать.