Сборник жизнеутверждающих колдографий

Гермиона кинула ключи на столик, стоящий в прихожей, и прикрыла за собой входную дверь. Взгляд привычно зацепился за колдографию в тяжёлой железной рамке, и девушка взяла ее в руки, вглядываясь в запечатленного на ней светловолосого юношу, засунувшего руки в карманы школьной мантии и хмуро рассматривающего серое небо, отражающееся в его таких же серых глазах. Мысли привычно скользнули в тот злосчастный день, перевернувший ее жизнь. Она помнила всё, будто это было лишь вчера. Они стояли у замка, прижимаясь друг ко другу и не веря в то, что их друга, их героя больше нет в живых. На лице Волдеморта был настоящий триумф, только разжигавший его кровожадность, и когда он кинул первое заклятье, Гермиона этому почти не удивилась. Зеленый луч летел прямо к ней, и она как в замедленной съёмке увидела дрогнувшие руки Хагрида, на которых покоилось тело её лучшего друга. Сил, да и желания, сопротивляться уже не было, и Гермиона только успела подумать, почему же кадры из жизни не пролетают перед глазами перед смертью, как она читала, как вдруг зеленый луч пропал, отгороженный от её взгляда худой светловолосой фигурой. Нескладный мальчишка, их недруг, Пожиратель, закрыл её своим телом, и она не могла поверить в то, что все это происходит наяву. Раздались крики, шум сомкнувшихся вражеских рядов, повсюду летали лучи заклинаний, а она в оцепенении стояла и смотрела на распростертое перед ней тело мальчика со слипшимися на лбу светлыми волосами, казавшегося невероятно молодым и хрупким. Шум открывшейся входной двери отвлек Гермиону от невеселых мыслей, и поставив колдографию обратно на полку, она повернулась к вошедшему молодому мужчине, глядевшему на неё с едва уловимой улыбкой. — Опять одолевают плохие воспоминания? — мужчина неодобрительно покачал головой, подходя к ней и беря её за руку. Он потянул её к дивану и усадил к себе на колени. Гермиона задумчиво провела пальцами по его груди. — Ты его носишь? — Всегда, — свободной рукой мужчина вытащил из-под рубашки серебряный кулон в виде дерева с прозрачным круглым камнем, запутавшимся в ветвях. На секунду Гермионе привиделся зеленоватый отблеск, который пропал, лишь только она на мгновение прикрыла глаза. — Вот и правильно, и не снимай его никогда, — Гермиона спрятала амулет обратно под воротник его рубашки. — Один раз он уже спас тебе жизнь, кто знает, может, он ещё сослужит тебе службу. Драко закатил глаза. — Думаю, если бы он был не одноразового использования, отец бы мне сказал. — Он же ничего не сообщил о силе амулета, когда подарил его тебе, — резонно заметила Гермиона и серьёзно посмотрела мужу прямо в глаза. — Обещай, что не снимешь его. — Мерлин, обещаю, моя маленькая прилипала, — в его глазах, светящихся любовью, мелькнули искры смеха, и Гермиона поняла, что даже рассердиться на него у нее не выходит. Просто потому, что несмотря на всё произошедшее, она может находиться с ним рядом и смотреть в эти глаза, наполненные жизнью. Удивительно, как один день, один поступок может изменить твои взгляды, твои решения... Судьбу. Самое важное — не упустить этот момент и держать его в памяти всю оставшуюся жизнь. Ни на мгновение не забывать, с чего всё начиналось. И тогда всё будет хорошо.