Сборник жизнеутверждающих колдографий

Меня зовут Дрейк, и я зависим. Злоупотребляю веселящими и дурманящими зельями. Как это началось... Всё началось с депрессии после войны. Я терпел невероятное психическое давление, находясь меж двух огней. Я делал то, что не хотел. Я не владел собой. И когда пришла свобода, наступила апатия. Я жил как в полусне, делая всё на автомате. Если бы не родители, я бы, наверное, умер от истощения или чего-то подобного. Позже мне пришлось пережить много потрясений. Смерть отца скосила мать, и мне нужно было устроиться на работу, потому что мы потеряли всё имущество. И тогда я понял, что ничего ещё не закончилось. На меня везде смотрели косо, никто не хотел принимать меня на работу. И мать предложила альтернативу — женитьбу. Мнимую свободу как ветром сдуло. Надо было найти жену — богатую или хотя бы известную и всеми любимую, чтобы обелить моё имя. И я её нашёл. Я женился на замечательной девушке, к счастью, подпадавшей под все критерии. Нашёл работу, забыл про депрессию. И тут начались перепады настроения, неконтролируемые вспышки гнева. Я перессорился со всеми друзьями, меня выгнали с работы. Но больше всех страдала жена. Не буду рассказывать, чего она натерпелась, но мне было немногим лучше. Когда я приходил в себя, я плакал у неё на коленях, словно ребёнок, и просил прощения. А затем снова по кругу. И когда я больше не мог терпеть раздиравшие меня муки совести, я сорвался. Помню, как это было в первый раз. Я пришёл на Дрян Аллею, уже смеркалось. Так же, как и сейчас, я был под оборотным, чтобы никто меня не узнал. Мне было стыдно, но меня выворачивало наизнанку при мысли, что я могу снова сорваться и причинить вред жене. Я купил то, за чем пришёл, и снял номер в дешевой гостинице. Мне казалось, я недостоин хороших апартаментов, не должен осквернять их своими действиями. Позже, конечно, мне было уже всё равно, где, как и когда это делать. Жена много раз видела меня, обдолбавшегося этой дрянью овоща, валяющимся на полу в одной из наших комнат. Но мне казалось, лучше так, чем страдать от насилия. Но жена не стала выглядеть лучше. Наоборот, она осунулась, превратилась будто в тень, уступая в "красоте" лишь мне. В те редкие моменты, когда я выныривал из дурмана, каким-то ещё не отмершим краешком мозга я осознавал, что гублю её морально, так же, как когда-то губили меня. Но это меня не останавливало. Что же заставило меня завязать? Наверное, как и многих — ребёнок. Однажды жена пришла ко мне и сказала, что беременна. Не могу сказать, что осознал эту новость, даже когда её живот стал расти, а потом и двигаться под толчками ребёнка. Не знаю, как она перенесла всё это одна, без мужа, но однажды она принесла домой маленький кулёк. Я как раз собирался за дурью и, случайно заглянув в него, увидел светлые волосы и темные глаза маленького человечка. И тут я одумался — подумаете вы. Нет, не так. Я равнодушно вышел и побрел к своему поставщику. Проходя мимо витрин, я по привычке бросил взгляд на ту, где продавалась аммуниция для квиддича. И первый раз заметил детский ассортимент. В тот день я спустил все деньги не на зелья, а на крохотные метлы, перчатки, наколенники. Маленький квоффл и, конечно, специальный детский медленный снитч. Я еще не знал, кто у меня — дочь или сын, да и не задумывался, какой наркоман бы задумался о чем-то, не связанном с дурью? Но начало было положено. И я пришёл к вам. Остальное вы знаете. На сегодняшний день я чист три года, два месяца и девятнадцать дней. И, да, у меня сын.