Снейджер

День медленно клонился к вечеру, окрашивая небо над замком в розовый цвет. На берегу озера сидела девушка в форме Гриффиндора и перебирала тонкими пальчиками темные волосы мужчины, лежащего головой на ее коленях. Пальцы задумчиво скользили по черному шелку волос, изредка нежно касаясь рваных шрамов на шее под ними. После Победы Северус отказался от должности директора, предпочитая скрываться в подземельях, но это не делало их отношения "ученица-преподаватель" более законными. Гермиона тяжело вздохнула в ответ на свои мысли, случайно задержав пальцы на шероховатости особо страшного шрама, оставленного Нагайной. Ей нравились эти шрамы, они не только, по её мнению, делали Северуса мужественней и героичней, но и положили начало их отношениям. Из задумчивости ее вывел сам мужественный и героичный Снейп, громко и по старой привычке насмешливо хмыкнувший. — Рассматриваешь плоды своей несообразительности? — Гермиона отдернула пальцы и возмущенно уставилась на кривую ухмылку мужчины. Они довольно-таки часто ссорились, потому что характер у ее избранника был не сахар. Но зато уж как мирились... При воспоминании о том, как именно и насколько долго они "мирились", возмущение Гермионы как ветром сдуло, и, чудом сдержав довольную улыбку, она выпустила ответную шпильку: — Хорошо еще, что отделался лишь шрамами. Почему нельзя было выпить то зелье пораньше? Снейп приподнялся на локтях и вздернул бровь: — Мисс Грейнджер, я удивлен, что при Вашей тяге к знаниям Вы не в курсе, что противоядие действует только если его принять уже после попадания яда в организм. А после того самого попадания, или, иными словами, нападения, ко мне заявился твой героический дружок Поттер, весьма нуждавшийся в моих воспоминаниях, отнявших у меня все силы, которые я рассчитывал потратить на спасение своей жизни. После чего весело ускакал кончать с собой, даже "спасибо" не сказав. — Но я-то осталась, — тихо произнесла Гермиона. Она действительно чувствовала вину за то, что ее друзья были заняты более важными делами, чем спасение жизни человека, так много сделавшего для них. — Да, и была так добра, что оставила мне парочку шрамов на память, — поморщился Снейп, потирая рукой изуродованную шею. — Мы тогда еще не проходили такие заклинания! — Гермиона обиженно надула губы, скрестив руки на груди, и воинственно заявила: — Скажи спасибо, что я догадалась влить в тебя содержимое склянки, которую ты обронил! И заживляла твои ранения, между прочим, тоже я! Да если бы не я, тебя вообще бы здесь не было, старый дурак! — Не успела она испугаться сорвавшимся с языка страшным словам, как уже оказалась прижатой к земле. Над ней нависло бледное лицо со сжатыми в тонкую полоску губами. Надо же было ляпнуть вслух то, о чем и подумать страшно! "Тебя вообще бы здесь не было"... Гермиона пришла в ужас от собственных слов и внутренне сжалась, ожидая заслуженных упреков, но вдруг с удивлением увидела веселые искорки в обычно непроницаемых черных глазах. — "Старый дурак", значит, — губы мужчины подрагивали, но не от гнева, а от с трудом сдерживаемого смеха. Северус склонился над своей перепуганной и такой соблазнительной женщиной и выдохнул ей в шею: — Сейчас я тебе покажу "старый"... Над замком медленно сгущались сумерки. Один за другим гасли в окнах огни. Но две постели этой ночью так и остались холодными, давая двум любящим сердцам воссоединиться там, где они смогут быть друг для друга центром вселенной.