Das muss Liebe sein

Встреча выпускников — довольно забавное мероприятие. Забавное оно потому, что, во-первых, люди встречаются после многолетней разлуки, общаются, делятся последними новостями, вспоминают былые времена. Порой приятно наблюдать, как даже те, кто враждовали в школьные годы, с улыбкой перекидываются парочкой фраз, а иногда и вовсе обнимают друг друга. Ещё забавнее данное мероприятие становится, когда каждый начинает хвастаться своими достижениями и пытается перещеголять остальных однокурсников. Гермиона перевела на Пэнси и Дафну, сидевших за соседним столиком и уже третий час игравших в «У кого сложилась жизнь после Хогвартса лучше», взгляд и улыбнулась: Паркинсон так расфуфырено даже на своем дне рождения не выглядела. Обилие косметики на лице портило её и не добавляло никакого шарма, даже старило: в свои неполные тридцать Пэнси выглядела на все сорок пять. А ведь так «перестаралась» не одна Паркинсон, а добрая половина пришедших. Грейнджер покачала головой. Она не понимала, ради чего все так расстарались. Какая разница, как шикарно выглядишь на встрече, если завтра в Министерстве ты будешь такой же потрёпанный, как и всегда. Все эти натянутые улыбки на чересчур ярко накрашенных лицах, дорогие платья, купленные в кредит… Для чего? Гермиона вновь пробежалась взглядом по бывшим однокурсникам. Все стоят, прямо «светятся» от счастья, а у самих взгляд потухший, и плечи опущены. Глубоко несчастные люди пытаются казаться самыми счастливыми на свете. Смешно. Наверное, слово «забавное», брошенное вначале, относительно этого мероприятия следовало бы взять в кавычки. Ничего забавного во встрече выпускников не было. Тяжело вздохнув, Грейнджер взяла в руки бокал шампанского и чуть-чуть отпила, задумавшись. — Гермиона! Каким судьбами?! Я тебя сто лет не видела! Этот звонкий голос нельзя было спутать ни с чьим другим. Парвати шумно выдвинула себе стул и уселась рядом с девушкой, как-то слишком широко улыбаясь. Слишком сильно радуясь. — Привет, Парвати. Да вот… Решила заскочить на огонёк, — она пожала плечами и расплылась в улыбке. — Шикарно выглядишь! Молодо и свежо, — в интонации Парвати были слышны нотки зависти. Девушка пробежалась взглядом по фигуре бывшей однокурсницы, скрытой под тканью лёгкого белого платья, и как-то неоднозначно сглотнула. — Спасибо. Как жизнь? — Гермиона заметила обручальное кольцо. — Ты уже, так понимаю, не Патил? Миссис… — Крэйг, — глаза Парвати засияли. — Мы поженились три года назад. Трой (я тебя с ним обязательно позже познакомлю!) — идеальный мужчина! Я о таком и мечтать не смела. Умный, добрый, сильный. Ну и… при деньгах, будем честны. Часто балует меня своими подарками, и иногда они бывают чересчур дорогие. Я ему всегда говорю «Хватит, Трой!», а он лишь молча улыбается в ответ… Проказник. Вот, недавно подарил мне эту дорогущую мантию, я переживала, что случая не будет надеть её. Как же вовремя подвернулась эта встреча! Но это такие мелочи… Миссис Крэйг махнула рукой и как-то чересчур весело засмеялась. Гермиона многозначительно охнула и понимающе закивала головой, вспоминая, как неделю назад оформляла на имя Троя Крэйга, мелкого клерка из Отдела Тайн, очередной кредит. Будь она чуточку язвительней, обязательно бы вставила свои пять канатов, уколов Парвати этим фактом, но Гермионе это было незачем, она лишь улыбнулась и похвалила наряд бывшей однокурсницы. Чего лгать, мантия была шикарна. — Кстати, ты не знаешь, правда ли то, что… у Рона и Лаванды не получается завести детей? Только между нами… Они живут вместе уже более семи лет, а что-то все никак. — Нет, я не интересовалась, считаю это их личное дело. Возможно, просто хотят пожить в своё удовольствие, — Гермиона поджала губы. Парвати не была виноватой в своём любопытстве. Откуда было ей, бросившей Лаванду после того, как ту покусал Сивый, знать, что её бывшая подруга стала бесплодна из-за полученных травм? — А, ну да, ну да, — миссис Крэйг закивала. За соседним столиком громко засмеялась Паркинсон. Парвати презрительно сощурилась. — Мерлин, эта… и без того мерзкая девушка стала ещё омерзительнее. Не удивительно, что она так и не вышла замуж. Кому нужна такая язва? — Ладно тебе, Пэнси — нормальная девушка. Возможно, она просто ещё не встретила того человека, который сделает её счастливой. Грейнджер вдруг ощутила себя ужасно. Ей не нравился разговор с Парвати, более того, он казался ей отвратительным. Все эти глупые сплетни… для чего? Такое ощущение, будто миссис Крэйг больше не о чем было поговорить. Еще больше Гермиону расстроило то, что она почему-то была в курсе трёх разводов Пэнси. Паркинсон не была её подружкой, но по стечению обстоятельств Грейнджер оказалась чуть ли не единственной осведомленной в её личной жизни. Да… Гермиона Грейнджер — мечта всех сплетниц мира. Она хранила в своей памяти столько информации о каждом присутствующем, что могла бы стать «звездой» любой вечеринки, без остановки выкладывая секреты каждой семьи. Могла бы, но, конечно, не стала так поступать. Просто потому, что это… неправильно? Некрасиво? Гермиона не имела привычки копаться в чужом грязном белье. Все эти семьи даже не подозревали, как им повезло и как же надежно «спрятаны» их тайны. — Гермиона?! Ты здесь? — Да, прости, задумалась. О чем это мы? — Да я хотела тут спросить… Извини за столь нескромный вопрос… Ты замужем? — выпалила Парвати и выжидающе уставилась на собеседницу. Гермиона хмыкнула. Отхлебнула вино и, как будто издеваясь над чуть ли не повизгивающей девушкой, долго посмаковала его. Посмотрела на красиво переливающееся кроваво-красное в бокале. Медленно протянула: — Нет, я не замужем. Все могут меня коротко и со вкусом по-прежнему звать «Грейнджер», а не напрягать свой мозг, дабы запомнить новую фамилию. Собеседница как-то слишком шумно выдохнула и даже хлопнула по столу. Постучала ногтями по столешнице. То ли выжидая паузу, то ли пытаясь подобрать «правильные» слова, долго молчала. Все эти действия выглядели наиграно, и Гермионе на секунду показалось, что она смотрит очень плохую постановку какой-то пьесы с крайне бесталанной актрисой в главной роли. — Извини, если обидела. Я не хотела, правда… Так неловко! — в голосе Парвати не было и капли жалости. Девушка наоборот выглядела довольной. Ну как же! Новость недели! Событие века! Гермиона Грейнджер так и осталась в девках! Сенсация! Вновь повисла неловкая пауза. Парвати все так же стучала ногтями по столешнице, будто играя воображаемые вариации, и Грейнджер готова была поклясться, что ещё немного и ее собеседница доиграет до коды. Однако вариации так и не «дожили» до своего логического завершения: через пару мгновений девушка внезапно соскочила с места, поняв, что никаких признаний более Грейнджер совершать не собирается, и поспешила к выходу. — Я вижу Троя. Время позднее… Кажется, мне пора. До встречи, Гермиона! Была рада с тобой увидеться! На этот раз Парвати не лукавила: с другой стороны зала стоял парень с забавными очками в квадратной оправе на носу и устало смотрел на приближающуюся девушку, что-то бормоча себе под нос. Гермиона обратила на него внимание ещё минут пять назад, бывшая однокурсница же упрямо игнорировала, как оказалось, собственного мужа все это время. Когда Парвати дошла до него, Трой смешно пригнулся и принялся что-то мямлить ей, разводя руками в стороны. Девушка сурово взглянула на него и, одарив какой-то не самой лестной фразой, покинула помещение. Резко замолчав, парень тяжело вздохнул и, скривившись, поплёлся следом. Гермиона в который раз покачала головой. Как много в зале находилось сейчас таких же семей, старавшихся казаться счастливыми, как Парвати и Трой? Больше половины? Неужели брак настолько рушил те чувства, которые связывали людей до свадьбы, что они начинали едва ли ни ненавидеть друг друга? Почему сразу после свадьбы у семей возникали проблемы, которые им не под силу было решить вместе? Неужели дурацкое кольцо на пальце имело какое-то влияние на судьбы людей? Неужели всех брачующихся ожидало в дальнейшем разочарование друг в друге? Гермиона задумалась. Помимо таких парочек, как Парвати и Трой, в зале присутствовали и другие. Действительно счастливые. Гарри и Джинни, например. Почему же после брака их не настигло то же, что и всех остальных? Может, они «исключение из правил»? На самом деле, нет. Гарри и Джинни просто подходили друг другу, а ещё не торопились со вступлением в брак. Когда играли свадьбу, это было не по какому-то расчёту, а по любви. Простой и светлой. И семейная жизнь их так же была полна трудностей и препятствий, но они преодолевали их вместе, а потому, вероятно, и были счастливы. Они видели в лице друг друга поддержку и опору. Жили ради друг друга. Они никогда не кричали о своём счастье. Не заявляли о большой любви во всеуслышание. Они просто любили. Трудно быть счастливыми, когда в браке отсутствует взаимная любовь. Гермиона допила шампанское. Спешно попрощалась со всеми и выпорхнула из зала, в коридоре сталкиваясь с Драко Малфоем. Из груди вырвался рваный выдох. — Вот ты где! Я потерял тебя, — голос его звучал взволнованно. — Как чувствуешь себя? Улыбнулась. — Заболталась с Парвати. Если честно, я устала от всего этого бреда. Хочу домой. В ванну. С пеной и уточками для купания. — Грейнджер! Ты не выносима, — Драко тепло улыбнулся в ответ и обнял её. — Я попрощаюсь с Блейзом, подожди секунду, и сразу домой. В ванну. К уточкам. — Это будет отлично. Жду тебя. Малфой легко коснулся её губ своими и, кивнув, ушёл. Гермиона вытащила заколку и тяжёлые каштановые кудри водопадом рассыпались по её плечам. Прикрыла глаза. Эта встреча выпускников вымотала её, однако натолкнула на мысли о том, что они с Драко поступили верно, решив не торопиться. Грейнджер, ранее расстраивавшая насчет того, что Малфой не зовёт её замуж, вдруг поняла, что статусы «муж» и «жена» не значат ровным счётом ничего. Они не гарантируют верность супругов. Они не гарантируют «долго и счастливо». Не являются показателем любви. Гермиона знала, что Драко её любит. Драко знал, что Гермиона любит его. А нужно ли большее? Ведь любовь не требует каких-то штампов в документах, особенных обрядов и церемоний. Любви достаточно жить в сердцах обоих. Как же порой такая простая истина кажется глупой и невозможной. Гермиона вдруг поняла, что не хочет с Драко становиться одной из «несчастливых» семей. Не хочет становится и очередной «счастливой» семьей. Она хочет просто быть с ним рядом. Вместе. Навечно. А большего ей и не надо.