История Джигоку 3: Дыханье тьмы

Прошло несколько дней, прежде чем в край обезумевшего Ичиго, которому из-за переизбытка духовной энергии не требовался ни отдых, ни еда, ни что-либо ещё, всклоченного и ошалевшего от поиска хоть каких-то крох ценной информации, откопал Судьба. Демон, словно в насмешку над Эммой, был одет с иголочки и красовался ухоженными длинными русыми волосами, а одна прядь, по обыкновению, была заплетена в кокетливую косичку. И только пронзительные голубые глаза на бледном внимательном лице указывали на то, что в душе он откровенно и дико ржал над Куросаки, на чьём шикарном вафуку образовался приличный слой пыли, а паутина, словно вуаль, закрывала часть головы. Злостно чихнув на подчинённого, который показательно стряхнул с накрахмаленной белой рубашки какую-то крохотную пушинку, парень гаркнул: — И где вы были? — оглядевшись и не найдя Время, который смылся от шинигами вместе с братом, но не вернулся, он добавил: — Или Время не захотел слушать глупые упрёки и оставил мою истерику на тебя? Судьба тактично промолчал, но по дёрнувшемуся уголку аккуратного рта стало ясно, что так всё и было, только мужчина об этом не подозревал, пока бывший временный проводник душ не открыл ему страшную тайну. — После визита этих букашек нас очень сильно заинтересовали те сведения — и мы с братом решили разузнать побольше. К сожалению, наши опасения оправдались, — он широким взмахом руки пригласил Короля Ада присесть и послушать интереснейший рассказ. — С чего бы начать, чтобы было как можно понятнее? Вайзард закатил глаза: демон как всегда намекал на его человеческое происхождение, видя в этом слабость. Ичиго же считал это преимуществом, которое дарило ему особую гибкость ума, а не закостенелость в традициях. — Давай с самого начала, — юноша похлопал себя по коленям, пытаясь выбить пыль из дорогой ткани, как из коврика в прихожей, чтобы вернуть ей хоть какой-то былой лоск и блеск. — С кем нам нужно будет сражаться и как их убить? Очевидно, что раз Айзен взломал печать, которая взволновала даже старейших демонов, то в том измерении были заточены могущественные существа… Так что? Я прав? — Да, — кисло согласился Судьба, небрежно перелистывая пару страниц талмуда, который Ичиго отыскал день или два назад, но так и не прочитал, ужаснувшись тому количеству страниц, что нужно было бы внимательно просмотреть. В конце концов, он был подростком из века технологий и, честно говоря, не привык читать книги в таком объёме. То ли дело манга или конспекты. — Самые жуткие и самые сильные существа в мирозданье — Боги, — он открыл фолиант где-то в середине, положил туда широкую тканевую закладку и ткнул пальцем на одну из искусно расписанных картинок, иллюстрирующих сонм Богов. Куросаки задумчиво посмотрел на изображение и тихо выругался: интересно, почему всякий раз, как заканчивалась одна неприятность в его жизни, за поворотом после короткой передышки, конечно же, ждала новая, ещё более изощрённая, с новыми противниками, с новыми кровавыми боями и новыми интригами. Не суждено ему, третьему Эмме Дай-о, найти спокойствие в водовороте вечных битв насмерть. — Не удивительно, что если существуют демоны и Эммы, то и Богам место в этом огромном мире нашлось, — он посмотрел на руническую вязь, что комментировала картинки (это было второй причиной, почему бывший и. о. шинигами откладывал некоторые книги в сторону), тяжело вздохнул и кивком показал, что готов слушать дальше. — Так случилось, что людской фольклор исказил многие понятия, — Судьба фыркнул и сел в соседнее кресло, — и в разных религиях понятия Ада и Небес могут существенно разниться. А вот тебе, Повелитель грешников, — он наклонился вперёд, показывая напряжённой позой, что открывает один из самых опасных секретов сотворения Вселенной, — истинная история. Всё, что тебе раньше рассказывали о создателе Джигоку, не было правдой до конца. Как ты уже знаешь, в самом начале было шесть демонов, которые подчинялись Люциферу, первому Эмме Дай-О. Но сам Люцифер не был демоном. Он был Богом. Одним из восьми первейших Богов, способных перекроить всё, даже души. — Дай угадаю: что же могло пойти не так? — иронично протянул Ичиго, вспоминая портрет Люцифера, что он видел в измерении Времени. Одно жестокое выражение лица первого Владыки Преисподней говорил о многом. — Не знаю, что ты там себе напридумывал, — гордо вздёрнул нос собеседник, которому импонировало жёсткое правление Люцифера, — но, возможно, уже понял. Люцифер жаждал контролировать человечество, а проще всего это было сделать, если бы каждый из них находился в Джигоку, то есть был бы мёртв. Некоторые Боги разделяли его позицию, а потому помогли создать это измерение и то, что удерживало бы здесь души без шанса на перерождение — цепи. Другая часть Богов, не самая многочисленная, а потому слабая, была против этого: они предупредили сильнейших из человеческой расы о том, что движется Армагеддон, и рассказали, как можно этого избежать. Способ был, мягко говоря, кровавый: жертва в несколько сотен человеческих душ, чтобы сдержать Люцифера и крепко привязать его к Джигоку, и в несколько тысяч, чтобы воспользоваться предоставленной силой второго лагеря и запечатать всех Богов. Само собой, что в стане «добряков» нашёлся предатель, если можно так выразиться, бросивший сложный ключ-дезактиватор в одно из человеческих измерений в надежде, что когда-нибудь кто-то будет настолько глуп или храбр, чтобы освободить существ, жаждущих испепелить человечество. — И это случилось, — пробормотал Куросаки, прикрыв глаза и обдумывая всю полученную информацию, которая сильно пошатнула его мировоззрение в очередной раз. — И это случилось, — эхом откликнулся демон. — Я удивлён, — вскинулся Вайзард после нескольких минут молчания, — что именно ты рассказал мне эту историю, ведь ты был на стороне Люцифера полностью. Безоговорочно. — Был, — серьёзно отметил Судьба, — но всё изменилось после моего поражения. Я признал тебя своим Эммой Дай-О, дал нерушимую клятву подчиняться тебе, выжег это на твоём теле и на всей своей сущности. Пусть я разделяю некоторые идеи о тотальном уничтожении человечества, но я не могу их воплотить в реальность, пока ты не прикажешь мне сделать это. Ичиго кивнул, не зная, что и сказать: благодарность здесь была неуместна, ведь это было священной обязанностью каждого демона, неправильная шутка могла оскорбить похлеще неловкого «спасибо» или «я ценю это», так что самым правильным показался вопрос, переводящий беседу в другое русло: — И как же можно победить Бога? — Тут всё гораздо проще и, одновременно, сложнее: Бога можно убить либо оружием, созданным другим Богом, либо чем-то равным по мощности. Я знаю, как минимум, два таких клинка, которые сейчас находятся в Джигоку: Коса моей сестры Смерти и Медиатеро, — он нахмурился, поправил волосы, чтобы они лежали ровно, и добавил: — Может, ещё мой щит Октагон что-то сможет. — А мой занпакто? — уточнил Ичиго, хитро прищурившись. — Если только в банкае. И если ты будешь в броне Ада, — прямо ответил Судьба, поднимаясь с насиженного места. — Пока я тут вводил тебя в курс дела, Время не сидел зря на одном месте: он собрал в Коко Гинрё Ринью всех демонов и тоже им всё это рассказал, а также дал наставления по тренировкам. Каждому — индивидуально. Он предвидел почти все твои мысли по этому поводу, так что можешь послать гонца в Сейретей и поведать проводникам душ о том, что, скорее всего, никто из них не выживет. Я попрошу Старение перевести для тебя всю информацию отсюда, — он похлопал рукой по книге. — Здесь есть много чего интересного, чему тебе стоит научиться перед той бойней, в которую ты ввязался. Хотя, быть может, и не стоит винить ни тебя, ни проводников душ: Боги в любом случае обратили бы внимание на отсутствие Люцифера на своём посту и наведались бы в гости, попутно устроив геноцид уже в рядах демонов. Мне-то всё равно, а вот Смерть наверняка расстроится. *** — Значит, Богов можно не пускать куда-то с помощью определённого набора рун, — довольно промычал Ичиго, внимательно просматривая перевод нужной книги и подробную инструкцию по применению определённых символов от Старения, старавшегося писать как можно понятнее и разжевавшего буквально все неясные моменты. — Можно изгнать на некоторое время в рандомную точку Небес, можно захватить… Он рассмеялся и встал, в голове составляя целый план. Пустой в голове мгновенно взвился оглушительной какофонией скрежещущих и шипящих звуков от этого набора пунктов, едко комментируя каждый и не прекращая повторять: «Это плохая идея. Это очень, мягко говоря, плохая идея. На носу война, а ты хочешь так сильно опустошить свой резерв ради того, что может и не продержаться долго! Это отвратительная идея, лучше оставить её». «Тогда я зачерпну немного реатсу из твоего резерва, это — во-первых. Во-вторых, охранный барьер на Джигоку я поставлю о-го-го, никто не проскочит без моего желания и никто не сможет грубой силой сломать его без подпитки извне. В-третьих, я заставлю Богов драться не в Преисподней, то есть избегу разрушений. Они точно не будут сидеть в засаде на Небесах, значит, нападут на Сейретей, где мы всё вместе с богами смерти подготовим, ловушки, например, расставим. Согласись, лучше задать противникам свои условия, чем прогибаться под них». Пустой долго молчал, а потом махнул рукой на упрямство хозяина тела и недовольно буркнул, еле сдерживая порыв грязно выругаться: «Мой резерв — твой резерв, балбес. Давай устроим этим Богам Ад!»