Кукла

Суббота, 24 июня 2017

АМ 6:09

      Больше десяти минут Кибом прождал в главной приемной больницы Сунчонхян. Вход в кафе и в кабинет Пак Чонсу перекрывали хлипкие на вид загородки. Когда Ки посмотрел на кучу недосягаемых «Monster Munch», у него заурчало в животе. Наконец охранник с заметно лишним весом не спеша подошел к стойке и совсем неприветливая женщина с приемной указала на Ки. — Эй! — выкрикнула она, помахав ему так, будто подзывала к себе пса. — Шиндон проведет тебя.       У охранника на плече точно были крошки от чипсов. Нехотя, до боли медленно, он повел Ки к лифту. — Я вообще-то спешу, — не выдержал Кибом.       К сожалению, сложилось впечатление, что это еще больше замедлило мужчину. Когда они вышли из лифта в подвале, эскорт Кибома впервые к нему заговорил: — «Настоящая» полиция не доверяет нам, простым охранникам, такое сложное дело, как сидеть около палаты, поэтому они взяли это на себя. Большое им за это спасибо. — После того, как тело спустили в морг, его охраняли? — любезно поинтересовался Ки, пытаясь успокоить обиженного и раздраженного охранника. Идя узкими коридорами, он вытянул свой блокнот, готов тут же записать ответ. — Здесь я могу только догадываться, — начал мужчина с преувеличенной задумчивостью, — но, думаю, что после смерти полиция не считала того мужчину опасным. Но я повторюсь, это только предположение.       Охранник самодовольно усмехнулся с собственной шутки. Ки смотрел на него, как на придурка, он покачал головой, осознавая, что с этим типом не получится по-хорошему. Его голос стал более грубым. — Я пытаюсь, хоть и не очень удачно, вытащить из вас, охраняется ли морг.       Они остановились около двойной двери без пометок. Мужчина свысока постучал пальцем по маленькой наклейке на стекле «Входа нет». — А это тогда для чего, милый?       Кибом прошел мимо неприятного мужчины и злобно посмотрел на него. — Спасибо, вы были самым… — он закрыл дверь прямо перед лицом охранника, — паскудным проводником! — добавил он уже значительно громче.       В отличии от охранника, который ничем ему не помог, патологоанатом был приятным и способным. За несколько минут он нашел и напечатанные и электронные файлы, связанные с Аббасом Халидом. — На самом деле, меня не было во время вскрытия, но согласно с этими записями причиной смерти определено тетродотоксин. В крови нашли его следы. — И этот токсин… это ведь яд естественного происхождения? — Да, если быть точнее, это природный нейротоксин. Вы правильно подметили, что это яд. — И как он мог попасть к Халиду в организм? — Скорее всего, он проглотил его. Большинство смертей от тетродотоксина происходит от употребления рыбы-фугу, деликатеса для некоторых, хотя сам я отдаю предпочтение обычным «Ferrero Rocher».       Желудок Кибома снова болезненно заурчал. — Хотите увидеть тело? — спросил патологоанатом. — Да, пожалуйста, — ответил он с надеждой, что после того, как увидит труп, меньше будет хотеться есть. — Могу я поинтересоваться причиной такого внезапного интереса с вашей стороны?       Они прошли к стене с большими начищенными металлическими дверцами морозильников. — Чтобы проверить, до сих пор ли на месте голова, — проговорил Ки, все еще записывая что-то в свой блокнот.       Патологоанатом посмотрел на него, ожидая, что тот улыбнется и, возможно, попросит прощения за свой черный юмор, но детектив только еще раз кивнул, подтверждая свои слова. Немного обеспокоен, мужчина нашел нужные дверцы в нижнем ряду и аккуратно вытащил со стены полку. Они оба затаили дыхание, когда перед ними материализовался знаменитый убийца.       Загоревшие ноги покрывали старые шрамы и ожоги. Потом они увидели руки. Ки неловко посмотрел на два деформированных пальца на левой руке и вспомнил, как на работе ему рассказывали, что это заслуга Тэмина. И вспомнил ту ночь, когда вели прямую трансляцию, а он не смыкая глаз смотрел, как из камеры предварительного задержания вышел заляпанный кровью Тэмин. Тогда ему было столько же лет, как и Кибому сейчас. Они не были знакомы, но он переживал за него как за себя.       Когда свет упал на грудь мужчины, они увидели огромные шрамы от численных операций, которые пережил Халид, когда доктора пытались исправить повреждения, которые он получил во время нападения Тэмина. Наконец патологоанатом достал полку полностью и они уставились на отсутствие чего-либо там, где должна была бы быть голова Халида. Там зияло пустое место. — Вот дерьмо… — тихо проговорил Ки и быстро прикрыл рот ладошкой, думая о том, что его новый наставник плохо влияет на его лексикон.

***

      Тэмин слонялся около главного входа и нервно посматривал на огромную толпу, которая собралась в тени высокого стеклянного здания, занимающего достаточно много места. Возле временного возвышения, которое устанавливали на удобном для прессы месте, около вращающегося знака, заканчивали последние штрихи.       Когда-то кто-то сказал Тэмину, что зеркальная надпись на этом знаке должна была символизировать неустанную бдительность столичной полиции, поскольку созерцатель всматривается в собственное отражение, которое всегда наблюдало за ним. То же самое можно было сказать и про все огромное здание, которое в ясные дни почти исчезало, поскольку зеркальные окна приобретали форму викторианского отеля из красного кирпича, который стоял напротив.       В кармане Тэ начал вибрировать телефон и парень обругал себя за то, что забыл выключить его. Он увидел, что это звонил Онью и ответил: — Шеф? — Кибом только что подтвердил: это — Халид. — Я знал. Как? — Яд. Проглотил. — Это больше, чем то, на что он заслужил, — выпалил Тэ. — Я сделаю вид, что не слышал этого.       Какой-то мужчина в рабочих штанах пытался жестами что-то показать Тэмину. — Кажется, все готово. — Удачи.        Тэмин отключился и посмотрел на свое отражение, чтобы убедиться, что ширинка застегнута и что он не выглядит более вымученным и подавленным, чем обычно. Детектив направился к возвышению, имея цель покончить с этим как можно скорее, но, как только шум стал громче и он увидел черные линзы камер, которые наблюдали за каждым его шагом так, будто казалось, что это в него целятся пушки, его уверенность сразу испарилась. На какой-то миг он снова оказался перед зданием Центрального уголовного суда, где напрасно пытался прикрывать лицо, когда его тащили к полицейской машине под унизительные насмешки недовольной прессы и тяжелые удары по металлических стенках машины, которые навсегда поселились в его снах.       Встревоженный, он ступил на возвышение и начал короткое, заученное на память предложение: — Я — детектив Ли Тэмин из… — Что? Говорите громче! — перебили его из толпы.       Один мужчина из тех, которые собирали крошечную сцену, подошел и с громким статическим клацаньем включил микрофон. Тэ пытался не слышать едкого смеха, который звучал с этого моря лиц. — Спасибо. Как я и говорил, я — детектив Ли Тэмин из центральной полиции Сеула и сегодня я был в составе команды, которая осматривала место массового убийства.       «Чем дальше, тем лучше», — подумал он.       Из толпы начали выкрикивать вопросы, но Тэ не обращал на них внимания и продолжал: — Мы можем подтвердить, что рано утром в окрестности Богвандон нашли останки шестерых жертв…       Тэмин сделал ошибку, оторвав глаза от своих записей, поскольку сразу же узнал в толпе невероятно темные волосы Наын. Ему показалось, что она выглядела как сумасшедшая и это еще больше отвлекало его. Тэмин уронил свои карточки на пол и присел, чтобы собрать их, понимая, что на одной из них было записано то, чего он говорить не собирался. Тэ нашел эту карточку и встал к микрофону. — Этим у… утром…       Тэмин почувствовал, что в горле пересохло и знал, что его щеки и уши немного покраснели, как это всегда бывало, когда ему было стыдно, поэтому второпях прочитал текст с завершающей карточки. — Мы сейчас в процессе установления особ жертв и перед тем, как огласим какие-либо имена, сначала свяжемся с их семьями. Ввиду того, что расследование еще продолжается, это пока все, о чем я могу сообщить. Спасибо.       На пару секунд он замолк, ожидая аплодисментов, впредь до того, пока не понял, что это было бы очень неуместным и что его выступление, скорее всего, ни в коем случае не было оправданием. Он сошел вниз и отступил от голосов, которые выкрикивали его имя. — Тэмин! Тэмин, у нас еще остались вопросы!       Среди этих голосов он отчетливо слышал голос, принадлежащий его бывшей девушке, но она кричала кое-что другое: — Тэмин! Тэмин, идиот, остановись, у меня обувь на высокой шпильке!       Тэмин оглянулся и увидел, что к нему бежит Наын. Ей удалось уклониться от первого полицейского, но ее заблокировали двое других. Тэмина сковывала именно та запутанная злость, которая затмевала несколько их встреч после расставания и он почти соблазнился мыслью дать полицейским оттащить ее подальше, но, когда представитель дипломатической группы защиты, вооруженный штурмовой винтовкой Heckler&Koch G36 °C направился к ней, Тэ все-таки решил вмешаться. — Все в порядке. Пропустите ее, пожалуйста, — неохотно воскликнул он.       Когда они виделись в последний раз, чтобы обсудить трудности продажи общей квартиры, встреча была по-особенному холодной, поэтому, когда Наын подбежала и крепко обняла его, Тэ решил просто отступить. Он дышал ртом, отчаянно пытаясь перехватить дыхание и унять злость в себе. Он чувствовал, что она пахнет духами, которые он ей и дарил когда-то. В тот момент, когда она наконец отпустила его, Тэмин увидел, что Наын была готова расплакаться. — Наын, я не могу тебе больше ничего рассказать, ищи сенсаций в другом месте… — Ты хоть когда-нибудь отвечаешь на звонки?! Я почти два часа пыталась дозвониться!       Тэмин не мог понять такой быстрой смены ее настроения. Складывалось впечатление, что теперь она была безумно зла на него. — Мне очень жаль, но на самом деле я сегодня был немного занят, — произнес Тэ, а затем наклонился и прошептал ей на ухо: — Очевидно же, что я был на месте преступления. — По соседству с твоей новой квартирой! — Ага, — задумчиво протянул Тэмин. — По соседству. — Я должна тебя спросить кое о чем, но мне нужно, чтобы ты говорил правду, хорошо? — Хммм… — Там было нечто большее? Чести тел сшили вместе… как куклу.       Тэмин начал растерянно бормотать: — Как ты? Откуда ты? В интересах городской полиции Сеула, я… — Это же Халид, правда? Голова…       Тэмин схватил Наын за руку и утащил в сторону, подальше от полицейских. Девушка вытащила из сумочки толстый коричневый конверт. — Поверь мне, я последняя, кто хотел бы вспоминать имя этого омерзительного человека. Потому что я уверена, что это он разрушил наши отношения. Но я узнала его на фото. — Вообще-то это ты разрушила наши… стоп. Фото? — осторожно спросил Тэ. — О Боже! Я знала, что они настоящие, — сказала она, совершенно поражена. — Кто-то отправил мне фотографии чего-то очень похожего на куклу. Я часами сидела над ними. Мне нужно приступать к работе.       Наын замолчала так как кто-то проходил мимо них. — Тэмин, кто бы не отправил мне эти фото, он добавил еще и список. Именно поэтому я и пыталась дозвонится к тебе, потому что не знаю, что он означает: шесть имен и дата напротив каждого.       Тэ выхватил конверт из ее рук и разорвал его. — Первое имя: мэр Ли Менбак и сегодняшняя дата напротив, — сказала Наын. — Мэр Ли Менбак? — переспросил Тэмин.       Казалось, будто только что у него ушла земля из-под ног.       Не говоря ни слова, Тэ развернулся и побежал к главному входу. Он слышал, что Наын что-то кричала ему вдогонку, но когда их разделило толстое стекло, слова уже казались нечеткими.

***

      Онью разговаривал по телефону с комиссаром и когда он уже в который раз просил прощение за то, что его команда не сильно продвинулась в раскрытии дела, комиссар совсем непрозрачно намекнул, что на место Онью легко найдут кого-то другого. Онью как раз рассказывал свой план действий, но вдруг в его кабинет ворвался Тэ. — Тэмин! Пошел вон! — выкрикнул Онью.       Тэмин наклонился над столом и нажал кнопку завершения вызова. — Какого черта ты творишь?! — раздраженно спросил Онью.       Тэ открыл было рот, чтобы ответить, когда искаженный голос из трубки перебил его: — Это ты мне, Онью? — Вот же дерьмо, — тихо прошептал Тэ и нажал на другую кнопку. — Вы включили голосовую почту — начал роботизированный голос.       Онью был шокирован и пока Тэмин безумно нажимал на телефоне одну за другой кнопки, схватился за голову. — Как выключить эту хрень? — в отчаянии простонал Тэ. — Ли Тэмин, сейчас я тебя выключу! Ты хоть понимаешь, что… — Онью кричал, наблюдая за его действиями, но его перебили. — Большая красная кнопка, идиот… — как раз вовремя посоветовал комиссар, а потом послышалось резкое клацанье и наступила тишина, которая подтвердила, что он был прав.       Тэмин разбросал на столе полароидные фотографии жуткого тела. — Наш убийца отправил эти фото прессе вместе с которыми был перечень будущих жертв.       Онью потер лицо и посмотрел вниз на фотографии. — Первый — мэр Ли… сегодня, — сказал Тэ.       На то, чтобы слова достигли цели, понадобилось немного времени. Неожиданно Онью начал действовать и схватил свой мобильный. — Онью! — радостно ответил мэр. Судя по звукам, он бы на улице. — Чем заслужил такую честь, друг? — Менбак, где ты? — озадаченно спросил Онью. — Как раз около центрального парка иду к машине, буду возвращаться домой. А потом у меня благотворительная акция для…       Онью прошептал его местонахождение Тэмину и детектив уже набирал номер патрульных. — Менбак, у нас проблема — реальная угроза твоей жизни.       Новость мэр принял на удивление хорошо. — Ничего не меняется в этом городе, — засмеялся он. — Оставайся там, где ты сейчас находишься. К тебе уже едут машины, которые будут сопровождать тебя сюда до тех пор, пока мы не узнаем больше. — Это на самом деле так необходимо? — Я все объясню, когда приедешь.       Онью положил трубку и повернулся к Тэмину. — Три машины в пути. Ближайшая к нему в четырех минутах. Вооруженная единица защиты. — Хорошо, — сказал Онью. — Пусть твой… как там его зовут? Не важно. Пусть возвращается сюда и позвони Эмбер, она тоже нужна здесь. Затем, я хочу, чтобы этот этаж закрыли и никого сюда не впускали и не выпускали. Предупреди охрану, что мы проведем мэра внутрь через гараж. Иди!

***

      Мэр терпеливо ждал на заднем сидении своего «Мерседес Бенца» Е-класса с водителем. Еще по пути к машине он поручил помощнику отменить все запланированные на сегодня мероприятия, чувствуя, что это будет долгий и утомительный день.       Всего два месяца назад он получил электронное письмо с угрозами и вынужден был прятаться в Ульсане на протяжении всего дня, пока не выяснилось, что сообщение отправил одиннадцатилетний школьник из школы, которую мэр посещал на той неделе. Ему стало интересным, станет ли на этот раз продолжительная трата времени оправданной.       В парк заезжал целый ряд машин, владельцы которых хотели устроить себе незабываемые выходные, поэтому водителю мэра пришлось немного отъехать. И теперь они припарковались около еще совсем недавно заселенного дома. Мэр выглядывал из окна на чудесное здание, возведенное совсем рядом с парком и думал о том, сколько времени понадобится, чтобы еще одна невероятно красивая постройка покончила свое существование в таком бесславном осквернении самовлюбленных богатых банкиров, которые теперь там жили.       Он открыл свой портфель из натуральной кожи, нашел коричневый ингалятор и глубоко вдохнул. Беспрерывная жара принесла с собой целые тучи пыльцы и это изрядно сказалось на его дыхании, несмотря на это мэр решил не возвращаться в больницу уже третий раз за год.       Его ближайший соперник наступал ему на пятки при каждом удобном случае, поэтому он был убежден, что отмененные встречи в этот день так просто ему не сойдут с рук.       Чувствуя, как возрастает напряжение, мэр опустил окно и поджег сигарету. Для него уже давно не было иронии в том, что портсигар лежал в том же кармане, что и ингалятор, особенно после того, как он успешно смог сократить количество сигарет, выкуренных на протяжении дня. С далека к нему донеслись сирены и мэр был обеспокоен, когда понял, что это едут по его душу.       Рядом с ним остановилась патрульная машина и из нее вышел полицейский в аккуратной форме, чтобы коротко переговорить с водителем. Через тридцать секунд они уже направлялись к своему отделению, не ускоряясь только на светофорах и автобусных полосах. Мэр молился только о том, чтобы никто не снимал эту нелепую чрезмерную реакцию, поскольку его весьма узнаваемое авто с обеих сторон окружили еще две полицейские машины.       Мэр опустился на сиденье немного ниже, наблюдая за тем, как вместо просторных домов появляются компактные офисные блоки, заметив, что проклятая бесконечная гонка за пространством постепенно затмевает небо.