Не мямли

      Невыспавшаяся и усталая я, все же пошла в школу в понедельник. Вроде как, все пришли. Вся школа только и говорила о произошедшем и о спасителе Человеке-Пауке. Даже те, кто был в лифте, восторгались событиями, никто особо не ходил поникнувший и испуганный. Это радовало.       Я встретила Мишель в столовой, как и парней. Все было как в тот день, только вот, Джонс сидела не поодаль от них, а напротив. — Привет, Питер, Нед. Привет, ЭмДжей, — произнесла я, садясь рядом с девушкой, и, поправляя очки. Все поприветствовали меня в ответ. И Даже она. Не кивком, а словом. — Кто-нибудь спал? — ребята отрицательно помотали головой на мой вопрос. Как же я их понимаю.       Дальше воцарилась тишина. Все сидели, опустив голову. Я ошибалась, когда говорила, что многие восторжены. Сейчас обед, но никто из нас даже не взял поднос. Мы просто сидим. Еще и вместе. Это странно.       После звонка мы ушли по своим кабинетам. Настроения учиться сегодня совсем не было. Не скажу, что оно бывает часто, но даже на любимых уроках мысли были заняты чем угодно, но только не учебой. Даже ЭмДжей сегодня не утыкалась в книжку.       На перемене мы пересеклись с ней, но на этот раз не прошли мимо, а подошли друг к другу. — Здорово помитинговали, да, — издала смешок я. — Спасибо, что была со мной тогда, — произнесла Джонс, — и сейчас тоже. Кажется, у меня все-таки есть друг.       Я не могла поверить в сказанное ею, просто стояла с непонимающими глазами и глупо улыбалась. Мишель усмехнулась, видя мою реакцию, и подошла ближе, обнимая.       Мы с Джонс стали общаться чаще. Она все так же вела себя странно, бывало грубо и раздраженно, но иногда проходили моменты нежности и тех же объятий. Мы нашли еще кучу тем для разговоров. Мишель невероятная. Она знает все. У нее на все есть свое видение, и я считаю его правильным. Что бы она не говорила, я соглашалась, ее позиция либо совпадала с моей, либо подходила по всем пунктам под мои мораль и принципы.       Правда, все это общение происходило исключительно в школе на переменах и максимум на совместном походе на митинг или какое-либо собрание.       Питер и Нед стали появляться в моей жизни намного чаще. Теперь обед проходит за столом с ними. Вроде бы, ничего такого не произошло, что могло нас объединить, но мы стали ближе. После тех ощущений, когда ты стоишь на грани между жизнью и смертью, когда ты ничего не можешь сделать для спасения людей, которые тебе не безразличны, приходит осознание, что все не вечно, а ссоры и взбучки такие бессмысленные.       Разговор с Мишель в отеле был забыт. Но чувства не забудешь. Она все так же смотрит на Питера, я все так же смотрю на нее, а он пялиться на Лиз или застенчиво мямлит. Как же все глупо.       После всего этого прошел примерно месяц. Закончился очередной учебный день. Я уже почти дошла до ворот школы, как услышала свое имя. — Эй, Юнис, привет, подойди сюда!       Оглядываюсь в ту сторону, откуда слышала голос. Пытаюсь разглядеть, кто это был, но даже в очках все немного нечетко. Подхожу ближе и понимаю, что это тетя Мэй. Она стоит около своей машины и машет мне рукой, а рядом с ней взволнованный Питер отрицательно мотает головой. — Привет, Юнис, давно не виделись, как ты? — улыбчиво спрашивает она. — Здравствуйте, Мэй, все хорошо, как вы? — Я отлично, спасибо. Питер как раз говорил о тебе, — я удивленно вздернула брови и перевела взгляд на парня. — Аха, она так шутит, да, тетя Мэй, — по дурацки засмеялся Паркер. — Не хочешь поужинать с нами, Юнис? — Я? — все еще удивляюсь. — О! Нед, иди сюда! — крикнул Питер, увидев друга, выходящего из школы. Через две секунды из здания показалась и Гонзалес, — Мишель, привет!       Паркер начал махать рукой в свою сторону, подзывая ребят. Нед со спокойной душой пошел к нам, а Гонзалез вначале удивилась, но, все же, решила пойти. — Да, Юнис, поужинай с нами, — обратился ко мне Питер, глупо улыбаясь, — со мной, с Недом, Мишель и тетей Мэй. С нами, да.       В итоге, на вечер у меня запланировался ужин у Паркеров. Ребята согласились. Все это было очень странно, почему Питер вел себя так, эм, смешно и неуверенно.       Когда я пришла, то Нед уже был там. Парни сидели в комнате Питера, о чем-то болтали, но когда я зашла, то быстренько умолкли, сказав «привет». Обстановка была неловкой.       Комната у Паркера очень уютная. При всеобщем молчании, мне удалось немного разглядеть ее. Но долго терпеть это не было сил. — Так, ладно, Паркер, что происходит? — Да, мне тоже интересно, — в комнату вошла Мишель.       Питер вздохнул и потер лоб. Ничего объяснить ему не удалось, так как раздался голос тети Мэй, призывающий спуститься вниз к столу.       Неловкость. Снова. Слишком много неловкости и молчания. Все уткнулись по тарелкам, и лишь тетя Мэй улыбалась, поглядывая на нас. — Ну, как у вас дела в школе? — спросила она. — Все здорово, — отозвался Нед, поглядев на друга. — Аха, да, все классно, Мэй, — поддержал Линса Питер и странно усмехнулся. — Это хорошо, — сказала тетя, прищурив глаза, но не переставая улыбаться, — А вы, девочки? — Неплохо, — подала голос ЭмДжей.       После этого разговорной активности не было, только между Мэй и Недом. Они смешные. Еда была очень даже вкусной, хоть и простой, но вот есть немного мешал взгляд тети. Такой хитрый, но дружелюбный. Что это значит, почему она пялится?       Закончив с едой, мы начали благодарить хозяйку за ужин, а она, в свою очередь, говорила, что тут заслуга и Паркера младшего, который ей помогал. — Питер, ты можешь помочь мне с посудой? — Да, конечно, тетя Мэй, — согласился парень, начиная убирать тарелки со стола. — А ты, Юнис, помоги Питеру, — в очередной раз прищурилась Мэй. — Я? Эм, да, хорошо.       Да, что с ней такое. Паркер мыл посуду, а я ее протирала полотенцем. Мы молчали, но было видно небольшое волнение парня. — Питер, что происходит? — А? Ты о чем? — Твоя тетя, почему она так ведет себя? А ты почему так себя ведешь? Она постоянно ухмыляется и смотрит, мне немного неловко, — Питер вздохнул. — Помнишь, когда мы ехали домой, то я начал говорить с тобой? И тетя, эм, подумала, что мы, в общем, эм, что ты мне нравишься, и вот теперь мы ужинаем.       Я заулыбалась и начала тихо смеяться. Питер тоже подхватил меня. Теперь все стало ясно. Это смешно и глупо. В соседней комнате сидит девушка, которой, кажется, правда нравится Питер, а тетя Мэй рассчитывает на меня.       Мы все сидели в комнате Паркера, разговаривая о какой-то ерунде. Обстановка стала вполне расслабленной, пока Нед не начал новую тему. — А правда что вы, Юнис и Мишель, не такие? — Нед, не надо, — легонько толкнул его локтем Питер. — А что? Все об этом говорят, мне интересно! — Не такие? — непонимающе спросила я. — Лесбиянки, — как ни в чем не бывало пояснила ЭмДжей.       Повисло молчание. Я судорожно переводила взгляд то на одного, то на другого. Все об этом говорят? Почему? На каких основаниях? — Вы постоянно ходите вдвоем, а Мишель до этого была не самая общительная. А еще мы видели, как вы тогда попрощались у машины, да, Питер? Вот и подумали, что, может, слухи правдивы, — продолжил Нед, в ожидании ответа. Но ступор охватил нас, по крайне мере, меня точно, и мы молчали. — Ладно, Нед, прекрати. Извините, это ведь не наше дело, — проговорил Паркер, после продолжительного затишья. Мишель усмехнулась.       Я чувствовала, как мои щеки горели, а сердце быстро билось. Мы разошлись почти сразу, после того разговора, но Нед еще остался у Питера. Я и ЭмДжей пошли в одну сторону. — Я все еще нравлюсь тебе? — внезапно спросила девушка, на что я утвердительно и еле заметно покивала головой. Она снова усмехнулась. — А тебе Питер? — Я не говорила, что он мне нравится. — Но ты, эм, я просто... — мои попытки что-то сказать провалились. — Да не мямли, Юнис, — немного раздраженно произнесла Мишель и остановилась, хватая меня за руку.       Ее хватка была не сильной, но крепкой. Я вначале испугалась, подумала, что она злится, но Джонс потянула меня за схваченную руку к себе, немного нагнулась и поцеловала. Девушка прижималась к моим губам своими несколько секунд, но я даже не успела ответить от растерянности, как она отпрянула. Мишель не отошла далеко, она стояла так же близко, держа меня за руку, и следила за моей реакцией. Я часто моргала и приоткрыла рот, пытаясь понять, что происходит, а она в это время улыбалась. — ЭмДжей, — тихо сказала я. — Я просто заткнула тебя, чтобы ты не мямлила, — усмехнулась Джонс. — У тебя губы сухие и мягкие. — Наблюдательно. — Мне кажется, что друзья так не делают, — теперь и я заулыбалась. — Значит, мы больше не друзья. — Нет, ЭмДжей, я не, эм, не это, нет. — Не мямли, — тихо сказала она и снова наклонилась для поцелуя, уже дав мне время для ответа.