Convenient Husbands

На второй день путешествия Дин решает показать Касу кино.  Они прибывают в очередной небольшой город под аккомпанемент рассуждений Кастиэля касаемо вкуса Дина в музыке и бормотания Дина, тщетно пытающегося подобрать слова для определения слова «охренительный», так что как только в зоне видимости возникает афиша – тот поворачивает руль. В отношении всего, чему Дин поет дифирамбы, Кастиэль настроен скептически. В конце концов, он уже видел кино, к тому же, они просидели в машине слишком много времени, на его вкус, и как сложение одного к другому может быть чем-то захватывающим? Ив результате обстановка получается еще более напряженной, когда после окончания фильма Дин затихает  и покупает Кастиэлю молочный коктейль из фургона без единого возгласа протеста. - Это просто фильм, Кас, - повторяет Дин. – В общем. Почти. - Заткнись. – Кастиэль принимает предложение мира достойно, или, по крайней мере, старается выглядеть так. – Ты говорил, что мультики смешные, - - Большинство! Большинство мультиков смешные. - … И ты продолжал отпускать эти комментарии насчет тентаклей, так что я уже морально подготовился к любому фарсу, и то, что случилось, оказалось полной противоположностью и это все твоя вина. Кастиэль не должен быть грустным, он знает, что не должен, это же все выдумка – те бедные дети* - но, судя по всему, логика здесь не применима. - Прости. Кастиэль  задумчиво и немного рассеяно делает глоток, все время не спуская глаз с Дина. Быстрая проверка его мыслей подтверждает, что он также расстроен увиденным, как и Кастиэль, хотя и выражается это по-другому – он думает он Сэме и о том,  как близко они были к краю пропасти, хоть Дин и чувствует себя неловко, даже через секунду сравнения, помня про ту удачу, что сопровождала его по жизни.  Ему есть за что быть благодарным судьбе, и он об этом никогда не забывает. Независимо от всего, мог бы и предупредить  Кастиэля, как только сюжет фильма стал ясен. - Ты мне не нравишься, - буркает Кастиэль. -  Значит, ничего нового? – Дин подталкивает его локтем. – Я сохраню все это в секрете, если и ты тоже будешь молчать. Кастиэль раздумывает над перспективой. - Нет, я, пожалуй, использую это как материал для шантажа,  когда в следующий раз увижу Сэма. После Дин пытается отвлечь его с помощью еды, очевидно, это его обычная тактика: Дин легко отвлекается на еду и ошибочно предполагает, что все остальные работают по тому же принципу. То, что Дин интересен сам по себе – большая удача, иначе Кастиэль впал бы в спячку еще раз. - Погодь, звонок,  - Прерывается Дин посередине ужина. Он кидает взгляд на экран и поднимается с места. – Я скоро вернусь. Кастиэль кладет приборы на тарелку, как только Дин исчезает из поля зрения. Ему требуется несколько секунд, чтобы понять, что не так  - Дин вышел из его сознания, и скорее всего, это по охоте. - Отлично, сделаем небольшой крюк, - говорит Дин, садясь на место.  – Это, это был друг, есть небольшое дело, с которым надо разобраться, но волноваться не о чем. Определенно охотничьи дела. - Я не спрашивал, есть ли о чем волноваться. - Тем более не о чем. – Дин хмуриться в направлении тарелки Кастиэля. – Эй,  картошка-то что тебе сделала? Расслабляется Кастиэль только когда Дин впускает его обратно в разум, возвращая то легкое равновесие.  Они не так уж много общаются через связь, Дин предпочитает использовать рот (грязная шуточка, отказать) по возможности,  но присутствует все же какое-то глубокое, подсознательное удовлетворение в такой близости. Кастиэль не делал никаких упражнений, не проверял крылья или другие конечности, даже в мире с собой, честно говоря, не находился, - но все же он спокоен. Должно быть, влияние связи или еще чего-нибудь. - Ты вянешь без внимания, - дразнит Дин. Кастиэль цепляет одну из Диновых сосисок прямо из тарелки. - Ты плачешь из-за фильмов. - Так ты тоже! - Но я не человек. - Знаешь, - протягивает Дин, - Рано или поздно, кое-кому придется отказаться от этой убогой отговорки. Тебе нравится человеческая близость, ты,  лживое пернатое.  - Он задумчиво окидывает Кастиэля взглядом.  - Это побочный эффект  всей это фигни а-ля Оби-Ван Кеноби? То есть, ты ведь в отшельника превратился,  потому что связь со своими братишками порвал? И как всегда, когда Дин показывает способность на самом деле обращать внимание на окружающих, Кастиэлю требуется пара секунд, чтобы собраться с мыслями. - Не думай, что ты важнее, чем есть. - Но это ж правда. – Дин тыкает Кастиэля в нос соломинкой. – Ты не заточен под одиночество, но все же выбрал его. Такое должно нехило взъебывать  голову. - Временами, - признается Кастиэль, - но альтернатива еще хуже. Ты очень… отличаешься от того, к чему я привык, но быть связанным с тобой ничем меня не обязывает, и не является бременем. Я свободен, хоть и в связи. - Ты так говоришь, будто я фастфуд какой-то. Или конфеты. – Дина это забавляет, судя по всему. – Нда, ты и выглядишь как парень, которому по жизни не доставало конфет. - А ты как тот, которому досталось слишком много. И все шло хорошо, - действительно хорошо, Кастиэль сейчас это понимает, - пока он не ставит все с ног на голову. После, вспоминая произошедшее, ему остается только удивляться, что это заняло столько времени, - ведь, позвольте, он был замужем за Дином почти две луны и Кастиэль сам не может припомнить, когда в последний раз находился в чьей-либо компании столько времени и это не обернулось трагедией в конце. Все происходит ночью, после того как Дин настоял на том, чтобы поехать в другой городок,  - его небольшой крюк,  - и они останавливаются на ночь в придорожном мотеле.  Кастиэль по достоинству ценит практичный дизайн комнат, хотя и удивлен наличием у себя новых стандартов; в комнате, отданной ему Дином, есть определенные преимущества. (Дин находит это кусочек информации уморительным, когда Кастиэль делится с ним наблюдением.) Они берут номер с двумя кроватями, как уже стало обычным. Дин немедленно падает на свою, оставляя Кастиэлю разбор вещей и выключение освещения. Кастиэлю уже не нужно так много сна,  с тех пор как закончился период интенсивного исцеления, так что он проводит время инспектируя состояние своих крыльев и делая простые упражнения на полу, стараясь производить как можно меньше шума, чтобы не разбудить охотника. Рекомендации Сэма заслуживают внимания – есть что-то медитативное в процессе. Дин начинает ворочаться в самый темный, предрассветный час. Почти незаметно поначалу, не более легкого поскребывания на краю восприятия Кастиэля. Но затем интенсивность медленно возрастает, навязчиво, как звук плавно ускоряющегося сердцебиения в ушах, требуя внимания. Похожие ощущения Кастиэль испытывал и ранее – когда Дин тосковал по кофе или страстно хотел что-нибудь съесть. Они бы находились по разным концам Роадхауса и Кастиэль бы почувствовал отголосок диновой тоски в своем сознании. И если сначала это можно было бы игнорировать, то позднее, медленно, но верно, чувство бы возрастало, заставляя Кастиэля гадать, почему Дин не бросает то, чем он сейчас занят и не идет за своим чертовым кофе, учитывая каким несчастным делает Дина его отсутствие. И это новое чувство напоминает такие случаи. Возможно, все потому что они находятся в непосредственной близости друг от друга в последнее время. Может быть, из-за того, что Кастиэль недавно начал глубже смотреть в чужое сознание, и ново-обретенная близость сделала его более чувствительным к вещам, которые он обычно и не заметил бы. Кастиэль определенно обращает внимание теперь: Дин возбужден. Дин возбужден и неудовлетворен. Он видит во сне что-то приятное, но не дающее разрядки, бормоча во сне и слегка вжимаясь в матрас.  Кастиэлю бы следовало проигнорировать данный инцидент, как он игнорировал все остальное, что не является его делом, но минуты продолжают идти и идти, а дискомфорт Дина остается. Очевидно, никуда он не денется сам по себе. А благодаря связи, любое неудобство Дина – неудобство  Кастиэля. - Дин. – Кастиэль медленно подходит к кровати. Он сопротивляется позыву расчесать руки; эмоции Дина пробираются внутрь с настойчивостью вируса. – Дин. Дин? -Ча-чего? – вскидывается Дин, немного заикаясь со сна. Пушка в его оказывается прежде, чем он открывает глаза, но он опускает оружие, заметив Кастиэля. – Кас - чего тебе? – Его возбуждение бурлит, ища выхода. - Я могу помочь. – Кастиэль касается его руки. Кожа на ощупь теплая под ладонью, и само прикосновение совсем не неприятно. – Ты раздражен и это приносит тебе боль, я мог бы – Разум Дина захлопывается. Кастиэлю кажется, что он налетел на бетонную стену, - с такой силой его вышвыривает. Кастиэль хватается за голову, шипит: - Дин, что за – НЕ ЛЕЗЬ, кричит Дин не волне их связи, злость и стыд белой дымкой застилают глаза Кастиэлю. НЕ ЛЕЗЬ, НЕ ЛЕЗЬ, УБИРАЙСЯ. - Я уйду! – кричит Кастиэль, стремясь заглушить грохот в мозгу, - Я ухожу, извини! Он еще ни разу не пробовал летать со дня знакомства с Динов, но в эту секунду он расправляет крылья и вылетает из комнаты. Ему просто нужно убежать, выбраться, убраться, летя вслепую, пока его зрение и слух не вернуться в норму. * * * День третий начинается так себе. Дин просыпается раздраженным, и это раздражение проскакивает отметку 11 по десятибалльной шкале, когда он вспоминает случившееся. Кастиэля в комнате нет.  Мелкое, сующее-свой-нос-куда-не-просят дерьмо пернатое скорее всего заныкалось куда-нибудь, потому что на самом деле, что за еб твою мать. Дин чувствует себя покрытым тонким слоем слизи, и это не самое приятное ощущение с утра пораньше. На прикроватное тумбочке обнаруживается сэндвич с курицей, все еще теплый и пахнущий грилем. Рядом стоит кружке с кофе. Дин садится на кровати и сверлит их взглядом, а затем замечает записку, приклеенную к кружке: Это тебе. И чтоб ты знал, я не брал денег из твоего кошелька, я сам их раздобыл. - Конечно, сам. – Дин вгрызается в сэндвич, потому как нет смысла отказываться от абсолютно адекватного завтрака. Кусок идиота, что называется Касом, не показывает свою дурацкую рожу все утро, даже после окончания утреннего ритуала Дина (чистка зубов, натягивания одежды, заглатывание остатков кофе). Он вполне мог бы его найти, но Дин решает что Касу пойдет на пользу попечься немного с собственном соку. Кас что, действительно предложил вчера заняться сексом? Господи Боже. « Я выселяюсь и собираюсь быть у машины через пятнадцать минут. Забирай манатки и жди там.» К моменту, когда Дин выходит из отеля, Кас уже послушно топчется у тачки, вкупе со своим фирменным покер-фейсом. Он даже не пытается заглянуть Дину в сознание, видимо вполне довольствуясь положением, и только быстро залезает в машину после сигнального рыка Дина. Что ж, двое могут играть в эту игру. *Да, они смотрели Могилу Светлячков. Аминь