Deadly love.

По коридору разносились топот и крики. Студенты повыглядывали в окна, кто-то даже открыл ставни и высунулся, смотря на толпу, выстроившуюся перед корпусом. Ребята не понимали, что происходит и почему поднялась такая суматоха. Преподаватель встал из-за стола и подошёл к запертой двери. Пару раз повернув ключом в скважине он её отварил и выглянул в уже пустой коридор. - Так! Не суетимся и выходим на улицу, похоже сработала пожарная тревога, но из-за ваших воплей мы её не услышали. А ну быстро все на выход. - преподаватель смерил недовольных и слегка испуганных студентов грозным взглядом, но все стояли на местах тупо пялясь на него- живее! Студенты, очухавшись всей толпой ломанулись к двери, снося препода с ног. Чим, прибывающий в своих мыслях, не успевал нормально перебирать ногами, так что находясь почти в самой середине кучи, можно сказать, плыл на ней. Так, на волне из одногрупников его вынесло на сушу, в виде бордюра, о который он запнулся и растянулся на цветочной клумбе. Вокруг продолжалась суета, все галдели, что-то громко кричали, а Чимин, проваливаясь в рыхлую землю коленками и ладонями, встал сначала на четвереньки, а после еле как выкарабкался полностью и стал отряхивать штаны и руки, при этом осматривая толпу. Все стояли с заданными вверх головами. Задрав голову к небу он посмотрел на него, грустно вздохнул, почувствовав саднящую боль на предплечьях и голени, которые ободрал пока его тащили на улицу. Потом перевёл взгляд на здание института и мельком прошёлся по всем этажам, но признаков пожара не обнаружил, только вот почему все продолжают на него пялиться. Чимин искренне не понимал в чем дело. Приведя себя в порядок он подошёл к парням, что стояли ближе, омега и бэта. - Вы знаете что происходит? Куда все смотрят? - Какой-то старшекурсник на крышу залез, вон видишь - бэта показал на край крыши огороженной решеткой из толстых железных прутьев, высотой чуть больше полметра. За решеткой стоял щуплый парень, повернувшись спиной к краю крыши. Он зачем-то выставил перед собой руки, словно защищается - он стоит там уже минут 15 и за это время ни разу не посмотрел с крыши. Все стоит и машет руками в пустоте. Придурок. Камеры, которые ректор на крыше установил, никого, кроме него, не засекли. Говорят, он что-то кричит и плачет, ток вот камеры звуки не передают, а снизу ни черта не слышно. - Ага, этот парень ещё и крышу изнутри запер, как умудрился? Непонятно. Там ведь ни засовов, ни чего нет. - Дверь только изнутри закрыть можно. Он походу дверь чем-то завалил. - бэта продолжал наблюдать за психом на крыше, смотря со скорбью и жалостью. - Это уже 7 за год.- рядом с Чимином материализовался высоченный альфа, для того чтобы увидеть лицо которого, Чиму пришлось задрать голову. - И главное все с 5 курса, выпускники. Чтож там такое твориться то, что один за другим мрут. Причём все с одного потока. - альфа перестал говорить и молча уставился на паренька на крыше. Тот повернул голову, ненадолго посмотрев вниз. Его узнали и стали выкрикивать его имя со всех сторон, парень поморщился в ужасе и отвернул голову вновь. Потом он резко исчез из виду, пропадая в глубине крыши, и все с облегчением вздохнули. Полиция и скорая помощь с пожарными была уже на подходе, ее сирены доносились с шумных улиц пролегающих рядом с университетом, когда парень вновь появился у края крыши, неизменно повернувшись к ней спиной, с выставленных вперёд руками. Все вокруг вновь стали волноваться, просить, чтобы он успокоился. В дверь, ведущую на крышу долбились преподаватели и успевшая подъехать полиция. Парень продолжал медленно, шаг за шагом, приближаться к краю крыши, пока не прижался к ограде ногами и не остановился. Он ухватился за прутья руками. Чимин стоял и смотрел на него затаив дыхание, его сердце бешено колотилось. Он подхватил крики окружающих, слабым от испуга голосом, искренне надеясь, что парень опомниться, но вместо этого, вцепившегося в ограду парня словно толкнули и он, не успев ухватиться за края крыши, камнем полетел вниз. Омеги завизжали и заревели, отворачиваясь и стараясь отгородиться от происходящего. Тело приземлилось на асфальт с глухим шлепком. Все конечности были не естественно выгнуты, а из ноги торчала сломанная кость. Шея была сломана, а голова повернута в сторону Чимина. Мёртвые глаза с заставшими на них слезами и скорченное в испуге лицо, теперь навсегда останутся в его памяти. Постепенно вокруг парня растеклась бордовая лужа липкой крови. Перёд глазами начали плавать полупрозрачные чёрные пятна, утягивая Чимина в темноту. Перёд тем как отключиться, Чимин увидел на крыше человека, чёрные отдающие синим волосы, бледная, почти прозрачная кожа и серые мёртвые глаза. - Юнги- шёпотом с лёгкой хрипотцой еле вымолвил Чимин пока не увидел перед лицом расплывающееся обеспокоенное лицо брата. -Оцепить здание по периметру, никого не подпускать к месту преступления, и вообще прогоните всех прочь отсюда, мне кажется здесь им делать сейчас нечего. Я пока схожу проверю крышу и камеру видео наблюдения. - Чанель - Чимин просипел, слабым после обморока голосом и схватился за рукав рубашки брата, сидящего рядом. - О ты очнулся, ты как? Нормально себя чувствуешь? - Чанель выглядел уставшим и удрученным, хоть и пытался улыбнулся младшему. - Нормально, что происходит? Тот парень же выжил, да? - Чанель не ответил, лишь сжал кулаки до побеления костяшек и выдохнул, опустив глаза. Чимин положил крохотную ладошку на громадную ладонь брата и слегка сжал. Спустя пару мгновений Чанель поднял голову и одарил брата широкой улыбкой. - Не волнуйся так, иди домой и поспи, здесь тебе делать нечего. Мне пора, прости... - Нет, я пойду с тобой, не бросай меня одного- Чимин поднялся со скамейки, на которой лежал и пошатнулся. Чанель оказался рядом и удержал его за плечи, а потом и вовсе обнял. Чимин обнял в ответ. Вирус счастья, оптимизм и храбрость которого ничем не приломить, стойкий и строгий, держащий себя в руках в любой ситуации, хладнокровный. Так его описывали его коллеги, родные, просто обычные люди, что видели его. Две совершенно разные личности в одном человеке. Но есть ещё и третья его сторона, самая важная, главенствующая над разумом. Мягкость, доброта, чувствительность и мягкосердечность. Об этой его стороне знали немногие. Чимин бы мог даже сказать всего двое. Он и Бэкхён. Папа тоже раньше видел эту сторону своего старшего сына, но со временем посчитал, что тот перерос свою "слабость" и радовался этому. Но нет. Может снаружи он и выглядит сильным и безстрашным весельчаком, но внутри он навсегда останется милым мягким медвежонком, добрым и любящим. Хотя и этот мишка ради родных и любимых готов на все,даже убить. Так они с Бэкхёном и встретились. В университете Бэкхён хоть и был дивой, был одинок, среди кучи друзей и полноценной семьи. Ему не хватало любви, настоящей любви. В семье он был не единственным ребёнком. Семья была богатой, поэтому, по старым обычным, в ней больше ценили альф, которых было аж 3. Большая семейка. На Бэкхёна не наплевали, его обеспечивали, кормили, но не любили. Они делали это все потому, что обязаны, не больше. Он имел кучу друзей, но знал, что они с ним из-за денег и славы. За ним табунами бегали альфы, вернее за его деньгами, красотой и сладкой попкой, не больше. Никто не знал его и узнать не пытался. Среди родных он был тихим и робким, среди друзей и поклонников дерзким, наглым и колким, но как и у Чанеля у него была и третья личность, которую тот разгадал. Чанель был новеньким, и не знал никого и ничего в новом университете, но зато он был очень любопытным и дружелюбным, вот и увидев Бэкхёна, обедающего в одиночестве в саду, под большим деревом, подошёл и плюхнулся рядом. Бэкхён тогда сначала испугался, потом разозлился и хотел было уже сказать что-нибудь ядовитое, но не успел. Чанель всунул ему в руки клубничное молоко и начал копошится в сумке. Раздражение Бэкхёна переросло в любопытство, и он стал наблюдать за действиями неловкого лопоухого, но очаровательно милого парня. - Нашеел! - альфа поднял руку с соломинкой вверх и просиял улыбкой. Затем он подполз к Бэкхёну и попытался проткнуть соломинкой бумажную крышку, что у него сделать ну никак не получалось. Бэкхён наблюдал за этим всем слегка ошарашенный и смущенный, а потом начал заливисто смеяться, когда Чанель плюхнулся на попу и, обхватив соломинку обеими руками вновь начал долбить по крышке. Бэк продолжал заливисто смеяться,а Чанель, увидев реакцию, довольно улыбнулся правым уголком губ и обхватил ладошки Бэка, держащие маленькую бутылочку, одной рукой, а другой наконец-таки воткнул злосчастную соломинку. - Как тебя хоть зовут, чудище лопоухое… - Я Пак Чанель, новенький, буду учиться на 3 курсе, и я твой истинный. Бэк смутился и перестал смеяться. После они в тишине сидели под деревом, навалившись на него спиной, их плечи соприкасались от чего Бэк ещё больше смущался, а Чанель радостно улыбался. Так вот и начались их отношения, по крайне мере так ему рассказывал Бэкхён. Чанель очень остро воспринимал смерти, особенно детские. А студенты для него тоже были детьми, хоть и не на много младше его самого были. У него обострился отцовский синдром. Он скоро станет отцом и дети для него это святое. Чимин отпрянул от брата и ободряюще посмотрел в глаза. - Пожалуйста, возьми меня с собой- теперь Чимин уже умоляюще смотрел Чанелю в глаза, слегка выпучив нижнюю губу- оппа~а Это всегда срабатывает, и сейчас не исключение, так что любимый Чанёль-оппа теперь, скрепя зубами, шёл по лестнице университета, а потом и по длинному коридору до комнаты охраны, стараясь не обращать внимания на цепкие ручонки на рукаве. Пройдя по длинным извилистым коридорам университета, выглядевшим сейчас ещё серее, они все же добрались до нужной комнаты и Чанель, аккуратно убрав руки Чимина со своего рукава, вошёл в помещение, следом туда же прошмыгнул и Чимин, непонятно почему и от кого прячась за широкую спину брата. Чанель разговаривал с дежурным охранником, а Чимчим осматривался. После недолгого разговора, который Чимин пропустил мимо ушей, охранник, покопавшись в своём компьютере, пустил за него Пака, а сам встал за его спину с правой стороны, с досадой наблюдая за происходящим на экране. Чимин тоже подтянулся и встал слева, сложив миниатюрные ладошки на плече брата и пытался взглянуть на экран, что получалось с трудом, ведь эта шпала, даже в сидячем положении, была выше Чимина. Всё же, приподнявшись на носочки, Чимин увидел того самого парня, ещё живого. Он смотрел куда-то в пустоту выставив перед собой руки и что-то безумолку говорил. Но разобрать хоть что-нибудь было почти невозможно. Парень захлебывался собственными слезами, губы дрожали, а он все продолжал говорить. Одну комбинацию он повторял очень часто. Ни Чанель, ни охранник этого не заметили, и Чимин не заметил бы, если бы сам не говорил это ранее. Ещё раз подметив движения губ он постарался повторить, но выходило почти бессвязно. Чимин вновь и вновь повторял за парнем молча шевелил губами, пока его не видели, пока в голову не пришло глухое осознание, теперь он знал, что говорил тот парень " Юнги, Мин Юнги" и все совпало. -Пожалуйста, не надо, умоляю, прости. Перёд кем он извинялся? Там ведь нет никого. Это все камеры? Есть видео с другого ракурса? Чимин подставил все слова и ему стало дико страшно. Он сильнее сжал ткань на плече брата, пытаясь перебороть туман и свою чёрных пятен перед глазами, но не получилось и он полетел вниз с осознанием того, что Мин Юнги убийца. Этот убийца пробрался в его дом и оставил ему метку. Значит дома ему теперь не безопасно, как и Кенсу. Закончить ход мыслей и предпринять что-либо он не успел т. к встретился щекой с холодным полом и отключился, прежде увидев перед глазами два серых горящих глаза. И все. А потом темнота, тишина и спокойствие, пока его не начало трясти и подбрасывать. Чимин лежал на заднем сиденье и то и дело подкатывался к его краю, норовя упасть. Машину вновь сильно тряхнуло и Чимчим ударился макушкой о дверь и зашипел от боли. - Ты как? Все нормально? Что-то ты слишком сильно переволновался. Бэкхён велел привести тебя к нему сию же секунду, иначе он мне уши оторвет, а тебе зад надерет. - Почему это тебе уши, а мне зад? - Ну у меня ушки прекрасные, он их и без этого потеребить любит, ему это нравиться, а вот у тебя зад ничего такой, так что... - Да ну тебя - Чимин сел на сиденье потирая макушку и слушая громкий смех брата. Ему, кажется, полегчало после разговора с Бэкхёном. Тот вроде кричит, ругается, а этому дураку нравится, вечно лыбится во время тирад мужа как ненормальный. Эх. Чимину бы тоже хотелось иметь истинного, такого, чтобы любили друг друга, дышали друг другом и жили вместе долго и счастливо, чтобы Чимин нарожал своему любимому двух альф и омежку, чтобы те её защищали. Непонятно почему, но ему хотелось именно двух альфят, причём он был бы несказанно рад, если бы они были близнецами, или все трое тройняшками. Наверно, это странно, но ему хотелось. Чимин заснул и во сне представлял свою счастливую жизнь в браке, детишек, небольшой светлый домик, пушистую кошку. И все было хорошо и прекрасно, вокруг дома скакали радужные пони, катая на спине двух альфят и маленькую омежку, детский заливистый смех, кружка тёплого чая в руках. Сзади подходит любимый и, обняв за талию, кладет подбородок на хрупкое плечико, обжигая шею горячим дыханием, пока Чимин не осознает, что его муж - это Юнги, а дети его почти полные его копии и лишь в немногом напоминают своего папу. И тут сон перестал быть такии хорошим и сладким. Чимин поворачивает голову и натыкался на нежный томный поцелуй. Отголоски здравого смысла требуют оттолкнуть от себя этого дьявола, а сердце и тело просится отдаться ему без остатка. Руки альфы притягивают к себе сильнее и здравый смысл уходит в туман, помахав на прощанье ручкой. Они целуются, страстно и не сдержанно. Чимчим обхватил руками шею Юнги, а короткими пальчиками зарылся в мягкие чёрные с синим пряди. Чимина подхватывают и прижимают спиной к стене, поддерживая за бедра и устраиваясь между ними, прижимаясь всем телом к разомлевшему от ласк телу омеги. После ещё одного долгого и тягучего поцелуя они слегка отстраняются, чтобы сделать вдох. Чимин решает открыть доселе закрытые глаза и встречается с туманным взглядом ярко серых глаз. На этом сон кончается, а Чимин с криком просыпается, покрытый липким холодным потом. - Эй ты как? Что-то плохое приснилось? Расскажи... - Просто приснился тот парень... - Не волнуйся так и постарайся об этом не думать. Мы кстати уже подъезжаем- Чанель посмотрел через лобовое стекло на сонного, потирающего глаза длинными рукавами толстовки Чимина и умильнулся со всей этой картины- чудо ты моё сонное, как же я тебя альфе какому-нибудь отдам, пожадничаю же. Ты только мой, балбес эдакий. - Я не твой, я свой - надуто пробурчал Чимчим- долго ещё? - Неа, я за тобой ухаживал, на руках носил, защищал, любил и кормил вкусняшками, ты- мой! А до дома ещё минут 5. - Госпади! Не боишься, что Бэкхён ревновать начнёт? Он же тебе голову оторвет за недостаток внимания. - Не оторвет. Он и сам не прочь тебя за откормленные мной щечки потискать, сам знаешь- Чимин лишь фыркнул и немного обиженно посмотрел на Чанеля через лобовое стекло, от чего тот начал задорно смеяться. А Чимин улыбался, он был счастлив проводить время со старшим братиком. - Ты отвезешь меня домой вечером? - Отвез бы, да Бэки не отпустит, он давно порывался тебя потискать, до завтра точно никуда не пустит. А что у тебя что-то важное намечается? Я могу его отвлечь пока ты сбегать будешь. -Да нет, все нормально, я тоже по нему соскучился, просто Кенсу предупредить надо. - Не надо, я его уже предупредил, пока ты в отключке был, он сказал что домой тоже сегодня не придёт, так что не волнуйся. Машина заехала в аккуратный дворик и плавно затормозила Чанель заглушил двигатель и вышел из машины чтобы закрыть ворота. -Чиминииии! - голова Бэкхёна, поддернутая озорной улыбкой, выглянула из-за стены. -хееен! - Чимин выскочил из машины и радостно улыбнулся. Через секунду из-за стены торчал уже довольно таки большой животик. После Бэкхён вышел полностью, радостно улыбаясь.