Семь грехов и один грешник

— Он сидит в своей комнате и не вылезает с того момента, как приехал, — шепотом проговорил Уныние. — Честно сказать, я хотел подпитаться от него эмоциями, но боюсь, что это меня убьет, или я слягу с внеочередной депрессией. — Может ему поесть занести? Не сказать, чтобы я переживал за человека, но вы видели, какой он тощий? — Чрев, завали, — все также шепотом ответил Алчность. — Пусть свое жрет, я на него деньги тратить не собираюсь! — Блуд, это все из-за тебя, — заныл Уныние. — Кто тебя просил светить перед ним своими гениталиями? Ты такой бестактный! — Да какого хера мы шепотом разговариваем?! — не выдержал Гнев. — Жалеют они, понимаете ли, человека. Пойдем, доведем парня и конец проблемам! — Доведем-доведем, одно и то же каждый раз! — занудил Уныние, — Почему нельзя, ну, я не знаю… Что-нибудь другое поделать с людьми? — Ну, например? — Зависть покосился на товарища. — Соблазнить, — промурлыкал в ответ Блуд. — Насоблазнялся уже, — Гордыня, явно чувствовал себя на голову выше всех присутствующих. — А что если нам попробовать найти с ним общий язык? Довести его до греха мы всегда успеем, учитывая то, что до одного он себя сам довел, — Чрев кивнул на Уныние. — Ну, что решаем? — Я за! — Блуд расплылся в широкой улыбке, — Если вместе с ним я пойду знакомиться с барышнями, то у меня такое преимущество будет, — он мечтательно опустил глаза в стол. — Я тоооже, — протянул Уныние, ковыряя грязь из-под ногтей. — Я думаю, неплохо будет смотреть с ним суицидальные фильмы, плакать ночью в подушку и ничего не делать. — Получается, еще одно существо, не достойное существовать наравне со мной? — на этих словах шесть демонов недовольно покосились на Гордыню. — Я ему сейчас лицо разобью! — раздалось со стороны Гнева. — Что ты сказал? — оскорбленный демон уже готов был снять импровизированную перчатку и кинуть ее обидчику в лицо. — Понеслась, — зашипел Зависть. — Перестаньте цапаться, мы тут важные вопросы решаем, а вы меня отвлекаете на зависть от того, что я не начал цапаться первым. — Да это сюр какой-то. Я вообще против этого вашего человека — на что мы будем его содержать? — не унимался Алчность. — Он пойдет на работу, и сам будет нас содержать, — пожал плечами Чрев. — А, ну тогда идет. — Тогда единогласно? Гнев, ты как? — А орать на него можно будет, без оглядки на ваши тупорылые замечания? — Думаю да, — Блуд лукавил, он знал, что остальные грехи все равно будут цепляться — дай только повод. — Тогда дело за малым — вытащить смертного из комнаты. — За малым, ага, — саркастично заметил Уныние. — Флаг в руки. — Ну, может, тогда ты этим и займешься, шлепок мелкий? — возмутился Гнев. — Неа — лениво чет. — Ты же сам предложил! — вклинился в диалог Зависть, который сам уже начинал злиться. — Предложил или нет — мне все равно. Жизнь не имеет смысла, решайте свои тленные проблемы сами, я лишь песчинка в пространстве, которое не подчиняется логике… — его несло все дальше и нескончаемый поток речи очумевшего демона, застрявшего где-то в пубертатном периоде, давил остальным на нервы. — Я тебя сейчас так приложу, что очнешься через неделю в лучшем случае. Бери свое сраное одеяло, что раскидал у всех под ногами, и топай в свою комнату! — Гнев почти в упор орал на хрупкого демона, но на лице последнего не дрогнула ни одна мышца, он всем своим видом выражал безучастность. Как только разъяренный демон закончил свой монолог — Уныние спокойно прошел мимо него, протягивая за собой длинный шлейф из одеяла, вынул из стеклянного шкафа бутылку красного вина и молча удалился с ним в свою комнату. — Твою мать, тоже так хочу, — раздалось в тишине. — Нет, Зависть, разбежался! Вино только для мелкого уебка, ты же знаешь, как он может ныть, если вдруг не обнаружит бутылку? Я не намерен, ещё раз повторюсь, тратить лишние деньги, — в довершение своих слов Алчность громко ударил указательным пальцем о ребро стола. — Хорошо, папочка, не заводись, — Блуд ткнул пальцем в его щеку и хихикнул. — Так кто пойдет вызволять нашу принцессу из комнаты? — Ну точно не ты, — пробурчал Чревоугодие, что-то зажевывая, — но я тоже не особо разбираюсь в людях. Уныние мог бы нам помочь, но только вот кто-то опять его довел. — Отвали, жирный хрен, — отозвался Гнев. — Может, ты тогда и пойдешь? — покосился на него Гордыня. — А, может, и пойду! — рявкнул тот, засим вскочил со стула, смерил пятерку демонов злодейским взглядом из-под бровей и унесся на второй этаж. — Пиздец нашей принцессе, — только лишь успел вздохнуть Блуд. Вот уже который час Шеннон лежал на кровати и пытался не зареветь. Жизнь окунула его в дерьмо с головой и все понеслось черт знает куда. Его комната находилась в самом конце коридора второго этажа, но перепалки соседей, которые явно находились внизу, предположительно в гостиной, доносились до него и мешали сосредоточиться. На чем? Да хоть на чем-нибудь. Вообще бурная деятельность соседей сводила его внутреннее равновесие на нет. Очевидно, что они все хорошо знакомы, для того, чтобы вот так всем вместе собираться и устраивать грубые посиделки. Он, как всегда, не впишется в компанию и будет белой вороной, а эти семеро, один из которых, судя по всему, активный эксгибиционист, будут строить по нему теории хиккования и обсуждать за спиной. Сто процентов, прямо как у него на работе. Было. Коробки, что он привез с собой, были частично распакованы. Хотя нет, даже разорваны. Он пытался отыскать в них постельное белье, но вместо этого растащил по комнате всю свою одежду. Так и не найдя того, к чему стремился, Шеннон удовлетворился не застеленным матрасом, который в придачу ко всему был жесткий. Куда ни плюнь — одни огорчения. Шеннон перевернулся на живот, вынул из кармана обрызганных грузовиком с утра пораньше джинсов мобильник и принялся листать контактную книжку. Она была не особо большая, он быстро преодолел первые буквы алфавита и застопорился на блоке «С». Сэнди — его девушка. Была. Она ушла после того, как на Шеннона со всех сторон посыпались неудачи. Точнее не так, когда неудачи посыпались совсем уж сильно (а то создается впечатление, словно у него до этого были ясные дни, как же). Парень уже подумывал ей набрать, ну или настрочить сообщение, но тут услышал тяжелые шаги, что явно приближались к его комнате. Шаги утихли прямо перед дверью, и Шеннон несколько напрягся от такого расклада событий. Нагнетающая тишина повисла в воздухе. — Выходи! — в голосе было столько напора и злости, что парню показалось, будто его сейчас будут казнить, а парень за стеной — палач. Шеннон не издал ни звука. Трудно понять, на что он там надеялся, на то, что соседу надоест или на то, что он решит, будто парень испарился. В любом случае — тишина была демону ответом. — Знаешь, я не люблю церемониться, и если ты сейчас не вытащишь свою жопу из комнаты, то рискуешь веки вечные спать с открытой дверью, — для наглядности Гнев стукнул кулаком о косяк, отчего Шеннон непроизвольно вжался в спинку кровати, но все еще стойко продолжал молчать. Больше от страха. — Парень, ты сейчас доиграешься! — не успел демон засучить рукава, а Шеннон придумать, куда ему залезть, дабы остаться незамеченным — по лестнице затопала просто невероятная орда ног, ну, и людей, соответственно. — Руки прочь от двери, качок недобитый, — во всю глотку заверещал еще неслыханный Шенноном голос. — Если дверь хоть каплю пострадает — я тебя урою. — Опять двадцать пять, — вздохнул еще кто-то на фоне общей грызни и обратился к нему. — Парень, как я завидую тебе, что ты еще не знаком с этими ненормальными. — Мальчики, вы ведете себя, как придурки, — а этот голос Шеннону был уже знаком. Не прошло и пяти минут, и он потерял нить перепалки — от криков соседей начинала болеть голова. Наконец, парень не выдержал и открыл встречный диалог. — Чего вы все хотите от меня? — он пытался сделать вопрос более нейтральным, но все равно получилось с наездом. Кто-то за стеной нервно рыпнулся. — Познакомиться, — это было сказано с такой интонацией, словно ничего такого странного не происходит. — Мы же теперь, типа, ну, соседи. — А можно, пожалуйста, отложить это? Я сейчас не готов… — голос Шеннона сошел на нет, ему почему-то стало неловко от своей честности. — Ладно, дорогуша, вечером тогда спускайся. — Угу, — еле слышно отозвался Шеннон. За стеной послышалось шебуршание и реплики по типу: «И че, так просто?», «Может, выкурим его оттуда» или «Давайте просто по старой схеме, а?» Что там за старая схема — Шеннон даже знать не хотел. Он принял позу эмбриона и старался не думать о будущем, которое ему предстоит провести в этом доме. С этими воистину ненормальными людьми. Вообще, кто в своем уме полезет выбивать дверь в комнату к человеку, с которым хочется подружиться? Хотя, может, они тут настолько обезумели друг от друга, что расценивают его как свежее мясо, которое побыстрей нужно сожрать. Резким рывком парень перевернулся на спину и распластался звездочкой, уставившись в потолок. Он уже почти начал засыпать, ведь из однушки ему пришлось съехать очень рано, а к «рано» за неделю безработицы Шеннон очень отвык. Не то чтобы он раньше по первому звонку будильника подрывался с кровати, но сейчас это стало делать ещё сложнее. От сна его уберег шорох. Как парень понял — он доносился из-за окна, видимо, с балкона. Шеннон развернулся к окну и действительно — за огромной стеклянный дверью стоял человек. На вид ему было лет семнадцать, его кожа была бледной, глаза очерчены синяками, а светлые волосы спутаны в гнездо. Этот парень вообще весь был слишком мелкий и хрупкий. Он стоял с той стороны комнаты, аккуратно постукивал по стеклу одной рукой, а второй зажимал горлышко винной бутылки. Не торопясь, парень сел на кровать, открывать балконную дверь он не спешил. — У нас балкон общий, я просто хочу зайти и порефлексировать с тобой, — уставший голос паренька еле отличался от шума проехавшей внизу машины. После минуты раздумий, Шеннон решил, что впустить к себе этого безобидного анорексика — не такая уж и плохая идея. Максимум, что он сможет сделать — отравить его вином, что, в принципе, не такая уж и плохая смерть. Он поднялся с кровати, в два шага преодолел расстояние до балконной двери и впустил нежданного гостя в комнату. — Я ещё не разобрался, ты не обращай внимания, — замялся Шеннон, оглядывая весь свой бардак и почесывая затылок. — Да забей, ты мою комнату ещё не видел, — отмахнулся гость. — На кровать сесть можно ведь, да? — Эээ… Да, конечно, — он одной рукой смахнул стопку носков, и они разлетелись по скользкому полу во все концы комнаты. Они оба сели на кровать и погрузились в меланхоличную тишину. Парни совершенно не знали, как начать разговор, но тут Уныние вспомнил о бутылке, что все время была в его руке. Он слегка качнул ею в воздухе: — Будешь? — Да, — напряженно выдохнул Шеннон — он понятия не имел, как должен себя вести. — Только у меня бокалов нет, из горла придётся, у тебя нет там фобий или, как это… Брезгливо… Не успел парень закончить фразу, как Шеннон, будучи на нервах, вырвал у него бутылку и залпом отхватил около трети. — Ага, понятно, — пацан растеряно принял бутылку из рук человека. — Тогда подожди меня что ли… Когда Уныние поравнялся с человеком по количеству выпитого, то счел нужным поинтересоваться: — А имя у тебя есть? — Да, Шеннон Бейкер меня зовут. А ты?.. Тут Уныние подумал, что лучше промолчать. Рановато этому смертному знать о том, что он заселился прямиком в демо-версию Ада. Посему вместо ответа парень прибегнул к употреблению спиртного напитка. На это Бейкер сам себе решил, что у мелкого наверняка весьма неказистое имя. — Ты хочешь умереть? — внезапно выдал гость, отстранившись от горлышка, — Я большую часть времени — да. Для полного ответа на этот вопрос Шеннону потребовался новый глоток вина. — Только если до тех пор, пока все дерьмо не закончится. — Не закончится, — констатировал тот, он уже потихоньку погружался в состояние алкогольного опьянения. Он вообще был к опьянению весьма склонен. — Мда, наверное, ты прав, — Шеннон опустил глаза в пол. Не выпей он вина — наверняка бы считал эту беседу максимально неподходящей для знакомства, но сейчас его вполне все устраивало. — А ты почему хочешь? — Ну, просто жизнь не имеет смысла, и я никак не могу понять — зачем существую? Я много думаю над этим и вечно нахожусь в депрессии, — парень развел руками и посмотрел своими впалыми глазами на собеседника. Тот поежился. — Думаю, это все из-за юношеского максимализма. — Какое там, — вздохнул Уныние. — Все дело в моей сути. Забей. Лучше расскажи про свои причины к нежеланию жить. В Шенноне уже плескалась добрая половина содержимого бутылки, что успела нагнать достаточно плотного тумана ему в голову. Наверное, именно поэтому его язык был полностью развязан. — Полнейшая жопа, я просто, — он ещё накатил, — я не знаю, что делать! Я не могу завести знакомства, потому что веду себя, как мудак, а если получается, то мной пользуются, у меня не выходит сказать нет! — он опустил глаза в пол, — Меня выперли с работы, и в этот же день от меня ушла девушка, — Шеннона развезло ещё сильнее, и он хлюпнул носом. — В этот же день! Я совсем без денег, никто не берет меня на работу, понимаешь? — он с надеждой взглянул собеседнику в глаза, казалось, Уныние уже готов был разреветься от этой истории, посему поспешил отнять бутылку у Бейкера. — Я нормально не жрал уже месяц, сто процентов у меня уже язва желудка или ещё чего похуже, — Шеннон перешел на завывания и близился к истеричной кульминации. — А две недели назад, — пара больших глотков осушили бутылку, — у меня кот сдох! — он как-то неестественно протянул букву «о», не выдержал и зашёлся в рыданиях. Пустая бутылка выпала у него из рук и покатилась под кровать. Уныние неловко приобнял своего собеседника за трясущиеся плечи. Он пытался сконструировать в своей голове слова утешения, но оставил эту идею, ссылаясь на то, что это все равно не поможет, вместо этого он выдвинул предложение. — Ну, все, хватит… Посмотри, мы даже все вино допили, хочешь ещё? Шеннон жалостливо осмотрел Уныние своими красными глазами и кивнул, одновременно всхлипывая. — Идем со мной вниз, — парень резко вскочил с кровати и еле удержал себя от того, чтобы не плюхнуться обратно. — Я не хочу, — протянул Шеннон. — Пошли, — не унимался гость, — я один не дойду. Заодно познакомишься со всеми, идем. — Это так нужно? — Я прекрасно понимаю тебя, но они нормальные ребята, вставай, — Уныние потянул Бейкера за руку и чуть не свалился, когда тот встал. Относительно ровным шагом, относительно товарищи, под руководством Уныния, направились на первый этаж. Не успели они спуститься с лестницы, как мелкий демон во всю глотку заголосил: — Ну че? Без меня вы просто кучка неудачников, неспособных достигнуть душевного дисбаланса, только депрессией познается депрессия! Знакомьтесь, это Шеннон! — он закончил свою речь, будучи уже внизу, где на него любовались шесть грехов. Смотря на всю эту картину, Блуд начал неодобрительно качать головой: — Этот алкаш плодит себе собутыльников. Тишина повисла в воздухе. Каждый из демонов выжидал подходящий момент для атаки язвительной фразочкой. Но Зависть умудрился сбить настрой товарищей одной лишь репликой: — Твою мать, тоже так хочу.