Назад пути нет

      Джим собрался на пары и, застёгивая сумку на ходу, бросил пренебрежительный взгляд на Шерлока. Мирно сопящий сосед вызвал прилив раздражения своей неискоренимой беспечностью, но на секунду Мориарти всё-таки позволил себе поколебаться — может, стоит его разбудить? Джим тихо кашлянул и кинул в сторону Шерлока:       — Опоздаешь на пары.       Тишина.       Джим пожал плечами и со спокойной совестью пошёл на учебу, но каково же было его удивление, когда в самом начале пары в кабинет влетел Холмс, широко улыбнувшись преподавателю.       — Кого я ви-ижу, — ехидно протянул профессор Коулсон, сложив руки на груди. — Мистер Холмс! А я уже забыл ваше лицо. Как мило, что вы решили заглянуть на наш огонёк, — профессор все никак не мог успокоиться, продолжая гипнотизировать Шерлока долгим, пронзительным взглядом. — Садитесь на первый ряд, только тихо, — бросил он и тут же потерял интерес к опоздавшему студенту.       Шерлок сел слева от Мориарти и достал тетрадку с учебником. Джим взглянул в сторону Холмса и со смешком отметил, что это, похоже, была тетрадь для всех предметов. Ну, или как минимум для двух, судя по исписанным страничкам на обратной стороне.       Профессор, тем временем, начал свою лекцию:       — Итак, на прошлом занятии мы с вами закончили тему бинарных отношений и отношений эквивалентности. Сегодня начинаем последний раздел, который обязательно войдёт в перечень экзаменационных билетов, — мистер Кoулсoн неторопливо подошёл к доске и изящным почерком вывел название темы. — Элементы математической логики, — преподаватель повернулся к аудитории, но преимущественно он обращался к Джиму, то и дело поглядывая на него.       — Согласно одному из определений, логика есть анализ методов рассуждений, — рассказывал профессор. — Изучая эти методы, логика в первую очередь интересуется формой, а не содержанием доводов в том или ином рассуждении. Иначе говоря, логика интересуется лишь одним аспектом рассуждений, а именно, правильно ли делается вывод из предварительно проведённых рассуждений, тo есть вытекает ли истинность заключения данного рассуждения из истинности его посылок. Итак. Кто из вас приведёт мне пример?       В аудитории повисла тишина. Только Джим потянул руку и открыл рот, как Шерлок его тут же опередил:       — Все натуральные числа, сумма цифр которых в десятичной записи делится на девять, делятся на девять. Число «а» делится на девять, следовательно, сумма его цифр делится девять.       Профессор хмыкнул, а Мориарти поджал губы — читал, стервец!       — Верно, мистер Холмс. Данное заключение будет истинным, а можете ли вы привести на ходу пример неистинного заключения? Такого в учебнике не было, — тонко подметил он.       Шерлок на секунду застопорился, но, заметив ядовитую усмешку сидящего справа Джима, выпалил:       — Все мужчины, пришедшие на презентацию, в красных галстуках. Господин Икс в красном галстуке. Следовательно, он пришёл на презентацию. Данное утверждение не является истиной.       В аудитории повисла тишина. Все знали, как новенький любил математику и блистал на ней, и теперь студенты ожидали негласное соревнование между Джимом и осмелившимся бросить ему вызов Шерлоком. Профессор Коулсон перевёл взгляд на Мориарти и снова обратился к Холмсу:       — Вы читали о парадоксе лжеца?       Холмс напряг память. Страница сто восемьдесят, математическая логика, введение… Алгебра высказываний… Парадокс лжеца! Расплывчатые буквы в памяти стали чёткими, словно Шерлок смотрел на них через театральный бинокль и навёл резкость.       — Да.       — Прошу! — профессор облокотился на стол и скрестил руки на груди.       — Некто говорит «Я лгу». Если при этом он лжёт, то сказанное им есть ложь и он не лжет. Если же он при этом не лжёт, то сказанное им есть истина, и, следовательно, он лжёт. В любом случае оказывается, что он лжёт.       Мориарти довольно улыбнулся. Вот оно! Ошибка, сбой! Вот почему зазубривание не сравнимо с искренним интересом!       — Лжёт и не лжёт одновременно, — раздался скучающий голос Джима. Он словил утвердительный кивок профессора и мрачный взгляд Шерлока.       — Даже не пытайся тягаться со мной в математике, Шерлок, — наклонившись ближе к Холмсу, ехидно протянул Джим с хищной улыбкой. — Это не твоя лига, — он быстро развернулся к профессору, старательно скрывая довольную улыбку за маской серьёзности.       — Я был хорош! — недовольно шикнул в ответ Шерлок.       — Замолчи, ты мне мешаешь. Я не говорю, что ты был плох, — быстро зашептал Джим, повернувшись к Холмсу. — У тебя есть потенциал, но ты не знаешь, что с этим делать. И хватит напрашиваться на комплименты!       — Ваш одногруппник интереснее, чем лекция, мистер Мориарти? — с нажимом заговорил профессор, привлекая к Джиму и Шерлоку внимание всей группы. — Может вам стоит уединиться?       — Простите, мистер Коулсон, — Джим сразу же отвернулся от Холмса и погрузился в учёбу, игнорируя перешептывания и смешки за спиной.

***

      Последние десять минут пары шли мучительно медленно, однако Шерлок нашёл себе прекрасное занятие — пялиться на Мориарти, с интересом слушающего профессора и развёрнуто отвечающего на его вопросы, полностью игнорируя тихое ворчание Холмса.       — Холмс! — Шерлок дёрнулся и посмотрел на стоявшего перед ним Мориарти. — Ты что, уснул?       — Почти.       — Идёшь на химию? Я долго ждать не буду, — предупредил Джим и пошёл к выходу из аудитории.       — Иду! — Шерлок быстрo закинул вещи в сумку и направился следом. — Сегодня лабораторная, да?       — Ага.       Холмс шёл вровень с Джимом в сторону кафедры химии, нo тут у негo зазвонил телефон:       — Да? — Джим покосился на Шерлока, нo не сбавлял шагу. — Привет, Виктор. В Лондоне?! Сказал бы раньше! А. Ну да. Я… — Шерлок взглянул на Мориарти и, облизав губы, немногo помешкался и ответил. — Свободен, да. Ага. Через сорок минут буду. Давай, пока. — Холмс остановился у кафедры и, взглянув на Джима с улыбкой, быстрo проговорил: — Возниклo срочное делo!       — Ну, разумеется, никто и не сомневался.       — Прикроешь меня, если чтo? — не дожидаясь ответа, Шерлок вихрем выбежал с кафедры, надеясь не столкнуться с преподавателем.       — И не подумаю, — хмыкнул Джим и прошёл в кабинет.

***

      Оставшиеся пары прошли неожиданно быстро. Джим почти не устал, однако есть всё же ужасно хотелось. Он бодрым шагом шёл в сторону их с Шерлоком комнаты, надеясь как можно быстрее перекусить и хотя бы немного отдохнуть перед вечерней сменой в баре.       Но как же Мориарти удивился, когда открыв дверь комнаты он обнаружил, что на его постели сидит незнакомый молодой человек и держит в руках один из учебников, переворачивая страницы туда-сюда и определённо ничего не читая. Спустя секунду Мориарти, кашлянув, заговорил первый.       — Это моя кровать, — Джим закрыл за собой дверь и мазнул взглядом пo заваленной каким-то барахлом постели Холмса.       Незнакомец встал с чужой кровати, аккуратно поставил книгу на место и представился:       — Майкрофт Холмс. Вы не видели моего младшего брата?       Майкрофт выглядел на несколько лет старше Шерлока. Его волосы — прямые, аккуратно причёсанные и не такие густые, как у брата, уходили в медный оттенок. Безупречно сидящий костюм дополнял образ холодного английского джентельмена, во внешнем виде которого так и сквозила некоторая надменность. Проницательные глаза смотрели на Джима с лёгким прищуром, а на тонко очерченный рот легла тень улыбки.       Кажется, они оба сейчас прочитали друг друга и были вполне довольны увиденным.       — Джим Мориарти. Ваш брат ушёл после первой пары, — Джим принялся доставать из сумки книги и бережно вернул на место сборник задач по высшей математике, видавшую виды методичку по химии и совсем новый учебник по термодинамике. — Будет поздно, скорей всего. И пьяный, но не факт, у него же сейчас нет денег, — хмыкнул Мориарти.       — Мой брат так беспечен! — вздохнул Майкрофт. Он достал телефон и быстро набрал смс. — Расскажите о нём? Шерлоку поручено закрыть пропуски, он хотя бы отчасти в этом заинтересован? — деловым тоном поинтересовался визитёр.       — Я не телепат, мистер Холмс, — усмехнулся в ответ Джим и пошёл на кухню. — Для него это только вынужденная мера, не более.       Мориарти поставил на плиту чайник и начал делать сэндвич, чувствуя, как желудок болезненно сводит от недоедания.       — Вчера он грыз учебник по высшей математике, а сегодня выкрикивал ответы на паре, но знать и выучить — это не одно и то же, — продолжал рассказывать Джим. Мориарти чувствовал себя на удивление спокойно рядом с братом Холмса, но всё же он не стал уходить в глубокий анализ собственных ощущений. — Хотите чаю? Сразу скажу, что он дешёвый и из пакетика, — Джим улыбнулся уголками губ.       — Не нужно, благодарю, — натянуто улыбнулся Майкрофт и, переместившись на кухню, слегка облокотился на дверной косяк левым плечом. — Моя специализация знать всё обо всём, а за Шерлоком нужен глаз да глаз. С тех пор, как родители перевели его с индивидуального обучения в школу он… — Холмс-старший немного скривился: — Изменился.       Мориарти откусил от сэндвича добрый кусок и с интересом уставился на Майкрофта, сев на край подоконника.       — Изменился, неужели? — пытаясь скрыть любопытство за скепсисом, хмыкнул Джим.       — Да, — Майкрофт отвёл взгляд, на секунду съёжившись. — Мы оба учились на дому, индивидуально. Я старше брата на семь лет, так что, когда Шерлока отдали в школу, в чётвертый класс, я уже поступал в Оксфорд, — Холмс словил на себя взгляд Мориарти, полный мимолетногo восхищения, смешанного с лёгким удивлением. Да уж, Майкрофт совсем не был похож на своего младшего брата! — Шерлок попал в среду… обычных людей, — он едва ли не выплюнул это оскорбительное определение. — Мой брат долго сопротивлялся, у него всегда были проблемы с общением, а потом он мимикрировал. Хах… — молодой человек заключил это с нескрываемой горечью и вдруг сдался: — Ладно, раз уж мне всё равно ждать, давайте свой чай! — махнул рукой Майкрофт.       Джим широко улыбнулся в ответ Холмсу и достал из кухонного шкафчика кружку Шерлока. Заметив, что изнутри она была в чайном налёте, Мориарти тяжело вздохнул, закатил глаза и быстро достал свою, запасную. Через несколько секунд Джим уже разливал кипяток по чашкам.       — Сахар? — участливо поинтересовался он, думая над полученной информацией о Шерлоке. Неужели люди так изменили Холмса? История старшего братца была интересна и прекрасно вязалась с Шерлоком. — Знаете, Майкрофт, мне всегда казалось, что ваш брат не мог просто так пуститься во все тяжкие, — уверенно солгал Джим. На самом деле он никогда не задумывался о подобном.       — Правда? — Майкрофт на мгновение недоверчиво прищурился и принял из рук Мориарти кружку. — Я бы хотел обвинить во всём окружение Шерлока, но в первую очередь, мы сами определяем себя, — Холмс-старший подразумевал не его, а остальных — обычных людей.       За двадцать минут, проведённых в ожидании, Майкрофт успел неплохо изучить очередного соседа младшего брата. Он решил, что увлечённый точными науками, дисциплинированный и работящий Джим Мориарти мог бы послужить хорошим примером для Шерлока, и где-то в глубине души зарождалась надежда на то, что возможно, младший брат однажды снова почувствует страсть к наукам и самопознанию. Вдруг он всё-таки найдет себя и увлечётся ещё чем-то, кроме пагубных веществ? Майкрофт хотел в это верить, но понимал, что вероятность крайне мала. Шерлок слишком упрям, он как дикий, необузданный жеребец — не успокоится и не изменится, если не захочет этого сам.       Джим усмехнулся, отметив, что Холмс-старший не торопится делать глоток из кружки и ответил:       — Ну, в Оксфорде явно окружение получше, — он улыбнулся уголками губ.       — Вы бы туда вписались, мистер Мориарти, — сделал комплимент Майкрофт.       — Просто Джим, — вздохнул он и глотнул чаю. — Такие заведения, как Оксфорд, мне не по карману.       — А как же грант?       Мориарти хмыкнул и шумно поставил чашку на стол:       — Один мой хороший знакомый из Японии мигрировал в Канаду восемь лет назад. Выучил язык до свободного владения, оценки — высшие баллы. Он готовился к поступлению несколько лет, но из Оксфорда пришёл отказ. Недостаточно знаний, — пожал плечами Джим и, хмыкнув, вздохнул. — Для Оксфорда мало отличных оценок. Нужно написать нечто… Инновационное, — тихо сказал Мориарти, взглянув на искренне заинтересованного в диалоге Майкрофта.       У Джима вдруг на секунду потеплело на душе, ведь никто с таким интересом ещё не говорил с ним о его планах и интересах. Мориарти вспомнил Шерлока, но это было не то — Холмс-младший говорил чисто ради того, чтобы сказать, а когда слушал, взгляд его был затуманен всегда чем-то другим, тот словнo пропускал слова мимo ушей, и это ощущалось практически кожей.       — И вы сейчас над чем-то работаете? — спросил Майкрофт, всё же сделав глоток слегка остывшего чая.       — Да, но только-только начал. Это связанно с формулой разложения произвольной натуральной степени двучлена (а+b)n в многочлен, — поделился Джим, приглашающе кивнув в сторону своей постели. На кровати Шерлока был ужасный беспорядок, на его стуле лежали вещи, так что сидеть там было просто невозможно. Они точно должны обсудить проблему с беспорядком ещё раз!       — Бином Ньютона, — добавил Джим.       — Комбинаторика? Благодатная тема! — одобрительно улыбнулся Холмс-старший. — Я учился на факультете политики и международных отношений, но у меня осталось немало знакомых с математического. Я не слышал, чтобы кто-нибудь из них затрагивал бином Ньютона в научной работе, — задумался Майкрофт, старательно вспоминая.       — Да, профессор Коулсон специально звонил и уточнял. Никто не берётся за бином Ньютона, ну, а я люблю сложные задачи, — пояснил Джим, допив свой чай. Мориарти вернул кружку на кухню, попутно прихватив вторую из рук Холмса-старшего, который практически не притронулся к напитку и сам охотно расстался с ним.       — Шерлоку стоило бы взять пример с вас, — отметил Майкрофт. — Начиная с первого курса он вечно зависал и подселялся к любовникам, любовницам и прочим отвлекающим существам.       — М, это намёк? — скупо улыбнулся Джим, вспомнив то, что произошло между ним и Шерлоком на вечеринке. Машинально скривившись от накативших воспоминаний, он уселся на край стола, подвинув несколько книг в сторону.       — На что? — нахмурился Майкрофт. — У вас явно ничего не было, — с уверенностью заключил Холмс-старший. Джим произвёл на него впечатление человека, который старается держаться от таких, как Шерлок, подальше.       — И не будет, — быстро ответил Мориарти, прогоняя воспоминания о вечеринке. Тогда прикосновения Шерлока, егo шёпот и губы, касающиеся кожи, казались лучшим, что могло приключиться. Но Джим запер воспоминания в дальний ящик, решив не удостаивать вниманием то, что произошло по пьяному угару.       Майкрофт резко повернулся в сторону двери на резкий возглас:       — Майкрофт! Какого х…       — Мама беспокоится, братец! — Холмс-старший быстро встал с кровати и горделиво вскинул подбородок.       — А позвонить не судьба? — шипел Шерлок, покосившись в сторону Мориарти — пара карих глаз глядела на Холмса-младшего с откровенной насмешкой.       — А ты что, отвечаешь на звонки? С каких это пор? — немного повысил голос Майкрофт.       — Де-е-евочки, не ссорьтесь! — пропел Джим писклявым голоском, и Шерлок немного удивлённо взглянул на него.       — Уходи, Майкрофт, — Холмс открыл дверь и сделал выпроваживающий жест. — Бай-бай!       Холмс-старший фыркнул и, тяжело вздохнув, подошёл вплотную к брату. Взглянув на него свысока, он изрёк:       — Я слежу за тобой, братец. И бога ради, постригись! Ты в Имперском колледже! Джим, — Майкрофт кивнул соседу Шерлока на прощание и удалился.       — Ага, конечно, — Шерлок захлопнул дверь за спиной у брата и переключился на Мориарти: — Ну, о чём сплетничали? Обо мне? — Шерлок плюхнулся на свою кровать прямо на небрежно сложенную одежду.       — Милый вопрос, Шерлок, но ты определённо не центр вселенной Майкрофта, — ухмыльнулся Мориарти. — Мне через полчаса уходить на подработку, и я планирую отдохнуть, так что будь душкой и отвянь.       — Сам отвянь! — рыкнул Шерлок и, улёгшись на кровать, насупился и отвернулся. — Раз Майкрофт так быстро ушёл, значит, он уже узнал всё, что было нужно. От тебя… — проворчал Холмс.       Мориарти насмешливо фыркнул и опустился на кровать, закрыв глаза. Расслабившись, он отвернулся к стене и легонько улыбнулся. Злой Шерлок — тихий Шерлок.

***

      Через час Джим Мориарти стоял за барной стойкой паба «У Сары» и, стараясь не заснуть, разливал немногочисленным посетителям выпивку. Сара, вдова владельца паба, была невысокой, пышной женщиной бальзаковского возраста — несмотря на личную трагедию, она почти всегда была в прекрасном расположении духа и обожала поболтать с постояльцами заведения обо всём на свете. Своими детьми Сара с супругом так и не обзавелись, и потому она относилась к немногочисленным сотрудникам паба, как к семье.       Начальница Мориарти нравилась не за общительность, а за то, что та частенько разрешала ему уходить на час пораньше — подольше поспать перед учёбой, но при этом не урезала зарплату и чаевые.       Зато саму работу Джим с трудом терпел, в особенности смены выходного дня, когда посетителей было море: иногда Мориарти хотел швырнуть треклятые бокалы в стену, ударить какого-нибудь пьяницу бутылкой по голове и, громогласно послав всех куда подальше, свалить из паба, хлопнув дверьми. Но терять место с таким гибким, почти что свободным графиком и рядом с общежитием было бы неразумно.       — Джимми, — ласково позвала Сара, неловко протянув ему швабру. — Ты же знаешь, что Мария заболела? За пятым столиком молодежь разбила стакан, нужно прибрать.       Мориарти недоуменно вскинул брови и попытался скрыть кривую, ядовитую усмешку.       — Я не уборщик, — отрезал он, отвернувшись обратно к барной стойке. Джим и представить не мог, что ему придётся убирать сегодня за кем-то… Он достоин большего! Большего, чем все кто находился в этом помещении. Даже большего, чем владеть заведением.       — Слушай, дорогой, у меня нет людей, так что тебе необходимо сделать это, ладно? Домой уйдёшь пораньше, — Сара смотрела на него с надеждой, пытаясь словить обращённый на бокалы взгляд Мориарти.       Джим больше не сказал ни слова. Он вздохнул, взял швабру и быстро пошёл в сторону самого громкого столика, слишком поздно осознав, что парни, сидевшие за ним, были четверокурсниками Имперского Колледжа, а точнее, ребятами из сборной по водному поло.       — Вот это да! — режущий слух голос Пауэрса обратил к нему всё внимание. — Наш умник-Мориарти уборщик!       — Ничего себе, я расскажу об этом всем, — позади Джима, с силой сжавшего швабру и подметающего осколки, раздались звонкий смех и восторженный галдеж.       — Это полный капец, ребята!       — Не очень-то тебе помогла твоя математика, верно? Ха, вот умора, — продолжал хохотать Карл, пытаясь добиться от Мориарти хоть какой-то эмоциональной реакции.       В голове у Джима звучало только одно слово — контроль. Он цеплялся за него как за оазис, как за целебный глоток воды в пустыне, как за единственную возможность остаться на этой чёртовой работе. Он понимал, что просто не мог ничего сделать и не делал. А меж тем Пауэрс продолжал что-то кричать ему вслед, вызывая за столом новую волну смешков.       — Ты их знаешь, солнышко? — похлопав Джима по плечу, спросила Сара, однако в раздражении он отбросил её руку в сторону, выдавив сквозь зубы:       — Не сейчас! — Мориарти быстро выбросил осколки в урну и, спешно вернув Саре швабру и совок, вернулся за барную стойку, проводив долгим взглядом хозяйку заведения.       Джим заметил приближающегося к барной стойке Карла и медленно выдохнул.       — Налей-ка мне пивка, Джимми, — кинул Пауэрс, сев.       Мориарти сделал глубокий вдох и натянул на лицо маску учтивого и вежливого сотрудника, стараясь из последних сил абстрагироваться, словно они с Карлом не знакомы. Пауэрс — типичный представитель золотой молодёжи, раздражающей людей своей излишней самоуверенностью и пониманием, что им всё сойдет с рук, был единственным сыном известного английского бизнесмена, вложившего круглые суммы в реставрацию одного из корпусов Имперского Колледжа. Отец был щитом Пауэрса от отчисления и прочих неприятностей. И, как любой богатенький сынок, получающий дома по шее за своё поведение и выслушивающий угрозы влиятельного родственника, вечно грозящегося оставить сына без наследства, Карл предсказуемо вымещал свою внутреннюю несостоятельность и пустоту на тех, кто был его слабее и младше. Капитан сборной по водному поло — он был спортивным, высоким, широкоплечим, ловким и слишком самоуверенным.       — Какое предпочитаете? — обманчиво-мягко улыбнулся Джим.       Карл хохотнул, взглянул на своих товарищей за столом и, убедившись, что те слушают и наблюдают, продолжил свой спектакль.       — Делаешь вид, что мы не знакомы? — криво усмехнулся Пауэрс. — Мне самого лучшего и за твой счёт, хах!       — Если у вас нет денег, то я ничем не могу помочь, — пожал плечами Мориарти. Он не собирался поддаваться на какие-либо провокации. — Благотворительный фонд через улицу, — добавил Джим, поддерживая амплуа вежливого работника.       Охмелевший Пауэрс, так и не получив добавки, удивлённо взглянул на Джима. Тот раздражал его спокойствием и демонстративным равнодушием: Мориарти спокойно натирал бокалы, а самоуверенного капитана сборной для него и не существовало вовсе.       — Эй! — Карл ударил кулаком по барной стойке. — Я с тобой говорю, мелкий! Пива мне налей!       За угловым столиком сидели двое пожилых мужчин и, взглянув на буйного гостя, перекинулись между собой парой осуждающих слов и покачали головами.       — За подобное поведение тебя выгонят из паба, тупое ты животное! — резко наклонившись к Пауэрсу, ядовито зашипел Джим, осклабившись.       — Солнышко, всё хорошо? — раздался из подсобки взволнованный голос Сары, на который Мориарти сразу же поспешил спокойно ответить:       — Да, всё нормально.       Он красноречиво взглянул на Карла и продолжил демонстративно протирать уже давно чистые бокалы и барную стойку.       — Солнышко? — прыснул со смеху Пауэрс и, взглянув на товарищей, тихо посмеивающихся за столом, громко хохотнул: — Солнышко!       Услышав это, Сара быстро вышла из подсобки и, аккуратно отодвинув Мориарти в сторону, строго посмотрела на гостя.       — Проблемы?       — Да! — Карл поставил руки в бока. — Ваш сотрудник отказывается обслуживать меня! Это вообще нормально, м?!       Сара обратилась к Джиму:       — Это так?       Мориарти кинул на женщину беглый взгляд и, повернувшись к Пауэрсу, тяжело посмотрел на него, хмуря лоб.       — Если выпивка за мой счёт — это заказ, то да, я отказался, — Джим постарался придать своему голосу максимум лёгкости, однако его раздражение можно было трогать руками.       Сара хмыкнула и, взяв пустой пивной бокал, наполнила его хмельным напитком и шумно поставила на барную стойку.       — За счёт заведения. А после прошу вас покинуть паб, мальчики, — строго сказала она, сверля Пауэрса тяжёлым взглядом. — Скотленд-Ярд через два дома, а у меня эти ребята на тревожной кнопке, — вскинула брови женщина, скрестив руки на груди и словив боковым зрением довольный взгляд Джима.       Пауэрс фыркнул и, забрав кружку пива, сел обратно за столик.       — Свалим, и я позвоню отцу, — сказал он товарищам. — Чтобы закрыли эту забегаловку! — демонстративно громко и раздражённо добавил Карл.       — Я буду на складе, — тихо сказала Сара Мориарти. — Если что, зови, — она быстро ретировалась из зала и продолжила заниматься ревизией.       Не прошло и десяти минут, как Пауэрс, почти допив свой напиток, демонстративно вытянул руку и пролил остатки содержимого на пол. Карл встал с места, надел ветровку и, улыбнувшись своим друзьям, одобрительно посмеивающимся очередной выходке, сказал в сторону Джима.       — Я тут пролил, солнышко! Убери-ка!       Мориарти усмехнулся и, гордо вскинув подбородок, сложил руки на груди, надменно смотря на недовольного Пауэрса.       — Давай, Мориарти, это же твоя работа, — Карл безуспешно пытался вызвать у Джима какие-либо эмоции. Со стороны казалось, что Мориарти похож на холодную и ледяную статую с нечитаемым взглядом, но внутри Джим пламенел от злобы. — Какое убожество. Пошли отсюда! — криво ухмыльнулся Пауэрс. Он быстро пошёл в сторону выхода, громко уверяя своих друзей в том, что завтра этой дешёвой забегаловки больше вообще не будет.       Секунда, и с лица Джима мгновенно спала маска учтивости. Мориарти метал взглядом молнии в сторону двери, а губы его дрожали в злобной усмешке и отвращении.       — Ты об этом пожалеешь, — прошипел он сквозь зубы, сжимая руки в кулаки.       Сара снова вернулась со склада и, аккуратно положив руку на плечо Джима, тихо спросила.       — Ты как, солнышко?       — Я не солнышко! — распсиховался Джим, неожиданно громко вскрикнув. Сара удивлённо взглянула на Мориарти, который оказался внезапно вспыльчивым и раздражённым. — Не называй меня так никогда! Не на людях, ни… Ни вообще!       Джим с нажимом провел ладонью по лицу, стараясь прийти в себя.       — Всё сказал? — строго спросила женщина, назидательно смотря на парня.       Мориарти ответил не сразу. Он тяжело вздохнул и тихо произнес, поморщившись.       — У тебя теперь из-за меня будут проблемы.       Но Сара в ответ лишь рассмеялась. Так весело и заразительно, что Джим поневоле тоже едва заметно улыбнулся.       — Думаешь, этот попугай первый, кто решил тут похарахориться? Ха! За двадцать лет эта барная стойка чего только не видала, — она бодрo похлопала по лакированной поверхности и довольно улыбнулась. — Не переживай насчёт них. Я понимаю, что для тебя такая работа лишь временная. Ты мальчик умный, я по глазам вижу, у тебя всё впереди, — улыбнулась женщина. — А вот такие, как этот твой Карл, быстро и больно падают.       Джим пожал плечами и устало потёр глаза.       — Ну, не знаю, — он карикатурно поморщился, вспомнив физиономию Пауэрса.       — Точно тебе говорю! Пока столичные мальчики, вроде него, расслабляются и тратят отцовские деньги, парни вроде тебя идут напролом и всего добиваются. Главное всегда веди себя достойно, глядишь, лет через семь зайдёшь к нам в гости в костюмчике и с личной охраной, — подмигнула Сара и, похлопав по плечу Джима, добавила. — Ладно, прибери пока, поработай ещё два часа и домой, народу всё равно мало, — с этими словами она ушла к себе, оставив Мориарти наедине со своими мыслями и обязанностями.