He, who is my trensu

Трехчасовое путешествие в шаттле до Вулкана было посвящено сортировке находящихся на борту женщин для разных видов работ. Вулканские военные заставили их выстроиться в очередь и досмотривали каждую из них, определяя физические, умственные и эстетические характеристики. Наиболее сильные из присутствующих направлялись на работы на рынках и фабриках; те же, кто обладал приятными эстетическими свойствами признавались пригодными для непосредственного общения и служения вулканцам. Почти никто из присутствующих не знал вулканский язык: он не входил в список языков Федерации и редко преподавался в школах, однако Звездный флот обязывал своих лингвистов обладать базовыми навыками вулканского языка для возможных переговоров. За пределами Звездного флота интерес к вулканском языку был невысок, но в пределах Сан-Франциско было открыто целых две языковые школы, преподающие данный язык. Одну из них и посещала Аманда несколько лет назад. Теперь она не могла точно сказать, почему она решила выучить вулканский: вероятность хоть когда-либо встретиться с представителем языка была ничтожна, но ее притянуло звучание языка, и она решила действовать не из соображений практичности, а из личного интереса. В конце концов, на этом и строились хобби большинства людей. Аманда была в неплохой физической форме, она привыкла заниматься спортом, и утренние пробежки в Сан-Франциско входили в состав ее ежедневной рутины. Мэриан, как узнала Аманда, занималась силовыми упражнениями, так что вероятность их совместного назначения на физические работы была довольно высока. Очередь двигалась, командир вулканского военного отряда оценивал каждую из присутствующих и давал указания военным по их дальнейшему распределению на планете. Каждое назначение сопровождалось вздохами и вскриками, наполненными либо ужасом и страхом, потому что их разделяли с родными и близкими, либо облегчением – насколько облегчение в данных обстоятельствах было возможно – если кто-то из близких людей оставался назначен в ту же точку. Мэриан стояла в очереди перед Амандой и молчала, Аманда тоже не могла говорить. Они обе питали огромные надежды на то, что их не разделят, и им получится пройти этот путь вместе, но никто из них не высказывал это вслух. Наконец, очередь дошла до Мэриан. Она слегка повернулась в сторону Аманды, та кивнула ей в ответ, и Мэриан сделала шаг вперед. Трое вулканцев стали внимательно осматривать девушку, задали несколько вопросов на стандартном языке. Дрожащим голосом Мэриан подтвердила свои физические навыки. Командир еще раз осмотрел девушку с ног до головы и ответил ей с сильным акцентом: – Рынок, товаросортировка. Мэриан выдохнула и сделала слабый шаг назад. Она посмотрела на Аманду, и в ее глазах промелькнули облегчение и надежда: следующий шаг оставался за Амандой. Вулканцы перевели свой взгляд на Аманду, и та сделала уверенный шаг вперед. Ей оставалось не сопротивляться, доказать все, что они видят, и она сможет отправиться в этот ад не одна. Командир несколько раз осмотрел Аманду с ног до головы, наклонил голову в сторону, словно задумавшись, и сказал в сторону одному из своих подчиненных: – E'tum kosu, hi maut wonil. Nuh' kobat? (Красивая женщина, но очень худая. Не слишком ли она слабая?) Лицо Аманды дрогнуло – она поняла, что он сказал, и видела, что он сомневался. Осознав, что у нее остается мало времени на то, чтобы изменить их решение, и не успев хорошо подумать, Аманда произнесла: – Wonil, he karik. Dungi kup-sarlah nash-veh. (Худая, но сильная. Я смогу пойти.) Она не смогла подобрать более точного глагола, чем «пойти», и использовала одну из заученных ранее фраз. Командир, подняв брови от услышанного, перевел на Аманду свой взгляд и всмотрелся в девушку. Если стоическое лицо вулканца способно было передать удивление, то лицо командира точно было ярким тому примером. Он еще раз осмотрел девушку с головы до ног и ответил ей на стандартном: – Так-так. Первый член корабля из мирного населения, знающий вулканский язык. Очень полезно. Мы не могли бы использовать военных, но это.. – он еще раз посмотрел на Аманду, – это совсем другое дело. Значит, говоришь, ты сильная? – Д-да, – неуверенно ответила Аманда, не понимая, к чему идет разговор. – Очень хорошо. Физические навыки тебе пригодятся. – ответил он, и добавил в сторону – Rom renkup'es dungi sanoi t'ish-veh trensu. (Хорошие навыки понравятся ее хозяину.) Аманда поняла, что произошло что-то непоправимое и вздрогнула. Командир посмотрел на нее и объявил: – Прислуга в доме второго министра Вулкана. Из груди Аманды вырвался глухой звук. Она замахала руками, пытаясь отменить сказанное, но военные предостерегающе подняли оружие, и Аманда отступила. Все было сделано, пути назад не осталось. Процессия продолжила сортировку, а Аманда стояла в очереди и смотрела в пустоту. В ее ушах звенящая тишина то и дело прерывалась громкими словами о ее назначении. Что она натворила… Мэриан положила ей руку на плечо, и Аманда посмотрела на нее. – Аманда, мне так, так жаль… Аманда не ответила. Ее охватило не сожаление, но безумный, фатальных страх за свое будущее. Она чувствовала, что своим опрометчивым и поспешным поступком навсегда изменила свою дальнейшую судьбу. Некоторое время Мэриан молчала, а затем, словно вспомнив, спросила у Аманды: – А что он сказал тогда, в самом конце? Когда говорил про.. физические навыки? Аманда вздогнула. Она помнила эти слова, и они все еще стояли у нее в ушах, но ей незачем было пугать Мэриан их переводом. Она качнула головой и тихо ответила: – Я.. я не совсем поняла. Мэриан понимающе кивнула и замолчала. Остаток пути прошел в отрицании. Разум Аманды кричал, бунтовал, она пыталась найти способ изменить сказанное, объяснить, что она соврала – или что это единственная фраза на вулканском, которую она знает. Она уже была готова обратиться к командиру, когда кто-то из очереди позади нее закричал, по-видимому, протестуя против назначения. Жуткий крик, наполненный горечью и мольбой, вызвал у нее дрожь. Послышался свист и удар, кто-то из вулканцев использовал оружие. Аманда автоматически повернулась и увидела, как женская фигура скользнула на пол. По толпе прошел взволнованный ропот. Она зажмурилась и отвела глаза, мечтая наконец проснуться – но ничего не получалось. Это и была ее новая реальность. Через несколько часов они приземлились на поверхности планеты. Военные командовали захваченным разделиться на группы в соответствии с их распределением. Для Аманды и Мэриан настал момент расставаться. В медленно и обреченно передвигающейся толпе у них нашлось немного времени для прощания. Аманда крепко обняла Мэриан, пытаясь навсегда запомнить этот момент – возможно, им не предстоит увидеться снова. Простояв так несколько секунд и наконец отстранившись, девушки смотрели друг на друга со стеклянными глазами. – Мы выживем, мы справимся, – Аманда пыталась убедить их обеих. – Знай, что бы с тобой не происходило и где бы ты ни была, я помню о тебе и верю в тебя. Мэриан кивнула сквозь слезы и, посмотрев вдаль, сказала: – Мы еще встретимся. Раздались крики военных, им нельзя было больше задерживаться. Аманда кивнула и на последние несколько секунд сжала руки Мэриан. Наконец, толпа разнесла их по разным потокам. Аманда несколько раз оборачивалась, и на третий раз уже не смогла разглядеть свою подругу в смешанной толпе. Она ушла. Аманда осталась одна. Один из вулканских военных сообщил Аманде, что отведет ее к месту, где ее должны будут забрать и отвезти в дом ее будущего хозяина. Хозяина. Теперь она кому-то принадлежала. Ее пустили в просторный зал, служащий транспортным пунктом, и сообщили, что автомобиль прибудет за ней через 12 минут. Военный остался при ней, очевидно, чтобы предотвратить возможный побег, но для Аманды это было бессмысленно – даже если бы она оказалась в этот транспортном пункте совершенно одна, она не знала бы, куда и зачем бежать. Если в шаттле, рядом с другими людьми и Мэриан, сидящей у нее под боком, Аманда еще могла на что-то надеяться и чувствовать, то теперь, будучи совершенно одинокой перед лицом огромной и жестокой военной системы, она не чувствовала ничего. Раньше Аманда слышала истории про людей, которые говорили, что не живут, а существуют. Тогда она не совсем понимала разницу, но теперь – теперь она действительно поняла, о чем они говорили. Аманда не чувствовала себя живой. Интересное замечание при условии, что ее функционирующий организм был, как выясняется, неплохим товаром – и теперь принадлежал какому-то вулканцу. Силы и надежды оставили Аманду. Она подошла к высокому окну, который открывал вид на огромные просторы красно-рыжей планеты. Вся земля была покрыта красным песком и сожжена солнцем. Поверхность планеты была усыпана огромными горами, скалами и пещерами. Это огромная пустыня удивительным образом соответствовала ее внутреннему состоянию: она была сожжена, опустошена и безжизненна. Аманда вдохнула и всмотрелась в пейзаж незнакомой планеты, которая теперь должна была стать ее домом.