Хождение по мукам

      Несколько минут, в зале морского замка царила тишина: гробовая, всепоглощающая тишь, увлекающая за собой, даже едва уловимое дыхание, через раз доносившееся из уст каждого присутствующего в хрустальных покоях короля драконов. Посреди густо залитого кровью ёкаев кафеля, на котором едва просматривался рисунок мозаики, стояла девушка, чью красоту было сложно описать словами. Густые, цвета лунного диска волосы, мерно спадали россыпью водопада по хрупким девичьим плечам, повторяя каждый изгиб стройного тела, достигали пола, кончики коих, были окрашены в голубовато-сиреневый цвет, крови ёкаев. Длинные, белесые ресницы, витиевато закручивались на концах, достигая густых бровей, изящно изогнутых в две аккуратные дуги. Всё очарование завершал апогей сапфировых глаз, часто скрывающийся за ширмой опускающихся век. Лёгкость и женственность, присущая в такой манере лишь богине искусств и любви Бэндзайтэн*, поражала своей реальностью, всего один шаг и каждый из присутствующих, мог ощутить реальность её пребывания здесь. — Это что ещё за чума? Куда деваха подевалась, я вас спрашиваю? Братец, я погляжу пока твоя хозяйка улындала, ты на полурептилий заглядываешься? — искренне поражаясь спокойствию хранителей, съязвил демон, не обращая внимания на явившуюся общему взору девушку, о красоте коей, народ Японии веками слогал легенды. — Чума, говоришь? — неожиданно для всех, звонким, как пение птиц голосом, проговорила девушка, устремив полный иронии взгляд на отъявленного мерзавца, нутро которого видела насквозь. — Побойся Бога, исчадие ада, — протянул восхищённый, прекрасной девой Мидзуки, сложив воедино ладони, прислоняя их к губам. — Плевать мне на Бога, достаньте эту выскочку из-под земли, или где она там прячется. Эй, богиня-человек тащи свою плоскую задницу сюда, разговор имеется, — выпалил в пустое пространство брюнет, заложив обе руки в карманы, оглядываясь по сторонам. — Тоятама, — окликнул Рюдзин дочь, вернувшуюся через столько времени в родную обитель, на пару с памятью о былом. — Погоди, отец, — не отрывая леденящего душу взгляда от него, прошептала химэ. — На что же тебе не плевать, дьявольское отродье? — воспламеняясь праведным гневом, плавным как музыка тоном, протянула блондинка, с интересом заглядывая в кровавый омут рубиновых глаз, утопая в них. — Я, кажется, ясно выразился, или для особо отмороженных нужно с ретранслятором и на повторе? — едва удостоив вниманием, чарующую принцессу, рявкнул, ёкай, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Томоэээ, да как он смеет, на неё, я ему сейчас уши откушу, — попытался ринуться в бой альбинос, но был ловко ухвачен за шиворот кимоно и усажен на пол. — Сиди на жопе ровно, — менторским тоном, отчеканил кицунэ, стараясь справиться с накатившей волной смятения. «Кто сейчас перед ним стоит, и куда подевалась Нанами», — не укладывалось в голове лиса, как бы он того не желал. — «Не грозит ли ей опасность и когда она вернётся, а главное, что можно сделать и чего делать нельзя, для того, чтобы ей не навредить», — все эти мысли хороводом кружились в голове мужчины, не прекращая ни на секунду хаотичную вакханалию движений. — Ну, ведь там моя… — не успел закончить змей, встретившись с испытывающим взором Томоэ, который и сам находился на грани истерики. — Острый язык, укоротить бы, — сделав несколько смелых шагов навстречу к парню, девушка замерла. Прямо ей в лоб смотрело дуло револьвера сорок пятого калибра, с взведённым предохранителем. — Ещё несколько шагов и следующие три дня, будешь искать свою жизнь в преисподней у Идзанами, — уверенным голосом проговорил Кровавый Король. Багровые, широко распахнутые глаза источали леденящее душу спокойствие. Несмотря на то, что напротив него стояла хрупкая, безоружная девушка, Акура не привык разбирать на слабых и сильных, все без пересчета попадают под удар, если таково желание злого короля, если попали к нему в немилость. — Даже выстрелишь? — поражаясь стальной выдержке, пробормотала блондинка, сглотнув ком страха в горле. В человеческом облике, она не больше чем смертное существо, без какой-либо магической силы. Ведь чудеса превращения, с малых лет девушке давались спонтанно, как бы она не старалась по велению желания, ей не удавалось приобрести облик дракона. — Даже не один раз, если живучей окажешься, — лениво изогнув одну бровь, протянул, ёкай, не пошевелив более, ни единой мимической мышцей. — Я заставлю тебя пожалеть о своих словах, — прорычал король драконов. Над головами присутствующих разверзлась дыра, сквозь которую стали просачиваться сотни щупалец, напоминающих собой полупрозрачные тентакли. — Гигантская тридакна, — выпалил Сукуна, с душетрепещущим восторгом вглядываясь в перекошенные ужасом лица всех, всех да не всех. Двое мужчин, стоявшие по разные стороны баррикад, мало изумились появившейся из ниоткуда громадине. В то время как тэнгу на пару со змеем, крепко обнялись в поисках спасения у пребывавшего в ступоре Микаге. Несколько шаров лисьего пламени было выпущено в неистово извивающуюся ракушку с множеством щупалец. Истошный вопль наполнил хрустальные покои короля драконов, прежде чем слуга Рюуоу уползла восвояси, зализывать раны. — Цепная зверушка Рюдзина, словно улитка, по сравнению с моей силой, — надменным тоном протараторил кицунэ, наблюдая как рушиться барьер самообладания вокруг онемевшего от боли морского владыки. — Оперативно, — ни шелохнувшись, пробормотал Кирихито, не сводя исступлённого взгляда с белоснежного лба принцессы, с интересом разглядывающей ровные, аккуратные черты мужского лица. — Между прочим, твою задницу спасал. Надеюсь, Нанами мне потом спасибо скажет, что не дал подохнуть человечишке. А теперь, опусти оружие, не то, та же участь и тебя постигнет, гадёныш, — назидательным тоном выпалил Томоэ. Терпение было на пределе, эта девица не осознавая, что от неё зависит жизнь богини земли, подставляет свою пустую башку под удар, провоцируя этого маньяка на активные действия. — Жутко страшно, пугающе соблазнительно, но нет, — расплываясь в ехидной ухмылке протянул Акура, краем глаза наблюдая, как хвост лиса, взъерошившись будто щётка, стал выстукивать нервный ритм по холодному кафелю. Эту реакцию братца, демон знал, как свои пять пальцев, сколько раз он видел нервозность кицунэ, в замке Адзути, когда речь заходила о девчонке, а сейчас, от чего Томоэ сейчас так распереживался за жизнь этой девахи. Неужели, банальное милосердие? «Неет, что-то здесь не так», — пронеслось, в голове ёкая. — Постой, — прервала их перепалку красавица химэ. — Ты знал, что согласно преданию, мужчина, который увидел белого дракона, принцессу света, в человеческом облике, может взять её в жены, как равный? — наклонив голову в бок, игривым голосом пролепетала блондинка, лукаво взирая небесным калейдоскопом глаз, в два прохода преисподней, сочащихся алым пламенем. — Ааааа, чего? — в один голос заорали трое мужчин, собирая с полу остатки рассудка. Где-то за спиной тэнгу, бедняги Мидзуки и бывшего Бога земли, пробежала группа санитаров со смирительными рубашками в мелкую клеточку. « И тебя вылечим», — утаскивая за собой, рвущийся на волю здравый смысл, поговаривали психиатры, устанавливая диагноз «шизофрения, раз такое слышится». — У тебя что-то упало, — слегка наклонившись, прошептал брюнет, упиваясь восторженным блеском лазоревых глаз. — А? Что? — с трудом переводя дыхание, протараторила девушка, вдыхая манящий аромат, чертовски привлекательного демона. — Губа, губа у тебя упала, закатай обратно, наступишь, больно будет, — язвительным тоном протянул Кирихито, отсчитывая доли секунды до начала бабьей истерики. — Вот как, — утерев скупую слезу в девичьем сердце, отчеканила блондинка. — Тогда я заставлю тебя изменить своё решение, — словно загнанная в угол кобра, перед нападением, прошипела она. — Тоятама-химэ, — с трудом оклемавшись от шока, выпалил лис, пока его Нанами без её же ведома, сватают за полоумного братца. — Давайте разберёмся в сложившейся ситуации, — мысленно считая удары сердца, один за другим, чуть было не промолчал свою возлюбленную. — Хммм, — оборачиваясь в сторону кицунэ, девушка направилась вальяжной походкой к нему, под восторженные взгляды второго хранителя и ворона-тэнгу. — А ты ведь тоже ничего, лисёныш, — подойдя вплотную к мужчине, принцесса провела тыльной стороной руки, по щеке Томоэ. Екай, покраснел, позеленел, посинел и вообще едва не упал в обморок, дабы не влепить хорошую затрещину возомнившей из себя королевишну барышне. Только мысль о том, что где-то внутри всего этого напыщенного бреда, находиться его чуткая и добрая Нанами, остановила лиса. Одному Богу известно, что творилось в голове девицы, но то, что богиня земли замешана во всём этом однозначно было прескверно. — Не смей так делать, — убирая холодную, как ледышка руку, от своего лица, кицунэ отвернул голову, дабы не выдать гримасу отвращения. — Давайте спокойно поговорим, — всё ещё не поднимая глаз, пробормотал, ёкай. — Ну почему он? Почему не я? — визжал сидя на полу альбинос, тарабаня кулаками кафельный пол. — Тоятама-химэ, я куда больше знаю о вас, и о легенде тоже, я ведь могу рассчитывать на вашу благосклонность? — перебирая длинные пальцы, пробормотал себе под нос змей, заливаясь пунцовой краской от смущения. — Рассчитывать можешь, — одаряя внимательным взглядом хранителя, протянула она. — Но лучше не нужно, — сверкнув праведным гневом в холодных глазах, девушка отошла в сторону своего отца, остановившись рядом с ним, как и подобает дочери короля. — Уаааа, ну почему нееет? — обхватив ногу Курамы, парнишка стал заливать пол хрустального зала, горькими слезами. Мечта стать принцем света, иметь иной титул и быть приближённым к королю драконов осыпалась множеством осколков, больно ранив трогательное сердце альбиноса. — Да чего он вечно ко мне липнет? Эй, иди напарника своего тискай, — одёргивая ногу, выпалил тэнгу, пытаясь струсить с ноги приставучий студень, в который стал превращаться бедолага Мидзуки. — Твоя нога напоминает ему плоскую подружку, — едва сдерживая смех, процедил Кирихито, с высока своего величия разглядывая разыгравшийся цирк. — Довольно, — рявкнул Томоэ. — Я пришёл сюда не за тем, чтобы выслушивать ваши бредни, — все присутствующие напряглись в ожидании продолжения речи, все, кроме Акуры, этому дьяволу трава не расти, дай только над Вселенной поглумиться. — Мать моя демоница, так какого хрена ты сюда пришёл? — расплываясь в ехидной ухмылке протараторил брюнет, убирая со лба непослушную челку. — Рюуоу, — проигнорировав провокационный выпад парня, обратился, к морскому Владыке ёкай. — Мы пришли к тебе за советом, — ровным тоном, проговорил он. Хилый мальчуган, конечно, бесил Томоэ, но сейчас явно было не до него, для начала необходимо разобраться с перевоплощением Нанами, и как можно скорее выудить её из тела этой девицы. «Кто его мать?» — со скоростью улитки проползло в голове кицунэ. — Да как у тебя наглости хватило, драный лис, после всего, что ты сделал, припереться за советом? — выпучив единственный, целый глаз, протараторил Сукуна. — Ты слышала, Камехимэ? — оборачиваясь к жене, продолжал неистовствовать ёкай. — Тоятама, твоего отца лишили глаза много веков назад, а сейчас этот утырок пришёл просить у меня совета, — мужчина повернулся в сторону дочери, осыпая её бравой речью о недостойности прибывших «гостей», но если бы его только слушали. Белокурая красавица сверлила сапфировым взглядом одну точку, коей являлся брюнет, вальяжно расхаживающий из стороны в сторону в периметре двух метров. Крупные зрачки глаз, сузились до размера кошачьих, настолько внимательно она изучала каждое движение его тела, как-будто записывала на плёнку, дабы проматывать снова и снова. — Умолкни, пресмыкающееся. Твоя плотоядная дочурка, сейчас сожрёт меня с туфлями, пока ты тут брызжешь слюной во все стороны, — деловито, спрятав руки, в карманы брюк, вещал с небесного трона своего высокомерия Кровавый Король, сосредоточившись на напряженном лице принцессы. — Что ты несёшь, недоумок? Моя дочь из жалости была столь милосердна, что предложила тебе свою благосклонность, которую ты из собственной трусости от несоответствия её статусу, отверг, — длинная речь Рюуоу, так и сквозила паникой, трудно было не заметить особый блеск в девичьих глазах, столь сладострастно изучающих Кирихито. — Слишком длинные речи, батя. Не заблуждайся, мне твоя родная, подлючья кровь, с доплатой не сгодится, я уж молчу про задаром, — недовольно рявкнул парень. — Сейчас же пусть перестанет таращиться, ни то я ей глаза выколю, бесит уже, дура, — сверкнув беспощадным, багровым взглядом, не колеблясь, продолжил он. Слова демона не возымели никакого эффекта на девушку, которая всё также сверлила невидящим взглядом объект своего сумасшествия. Согласно легенде, любой, кто встречался с пленяющим взглядом принцессы, навсегда становился узником своего сердца, отданного в вечное пользование красавице. Но с этим мужчиной что-то не так, на него, как и на лиса, не действовали женские чары, что изрядно выбешивало из себя. — Мне кажется, мы попросту теряем время на пустые разговоры, — подал наконец-то голос, стоявший в стороне диалога Микаге. — Досточтимый Рюдзин, как бы вам это помягче сказать. Нанами, девушка, которой я передал знак Бога земли, сейчас находится внутри Тоятамы, — как можно более мягким тоном, мужчина, решил поведать властителю морей, причину их прихода в его обитель. Ситуация из разряда «обход в отделении психиатрии» вошла в свои права. Ошалевший, от подобной новости Сукуна, вцепился единственным глазом в Микаге и молча, протирал нижней челюстью пол, не рискуя переводить взгляд на дочь. Кирихито, пристальным вниманием коей был удостоен по сию минуту, вопросительно взирал на Томоэ, ожидая опровержения вышеизложенной речи, его хозяина. Но тот и не думал заботиться о спокойствие парня, в данный момент, его волновала лишь тупая ревность, зарождающаяся из непонимания, почему эта белобрысая чертовка уперла свой взгляд в паршивца, ведь отчасти Нанами это также касается. «Бред», — пронеслось в голове кицунэ, не время сейчас думать об этом. Мозг противоречит, а сердце бешено трепыхается в груди, от истошного желания вернуть всё на свои места, получить обратно свою Нанами, и вернуться к привычной жизни в храме. — Что за нездоровая хуйня здесь происходит? — наконец не выдержал демон, с вызовом разглядывая собравшихся в зале. — Вы хотите сказать, что эта безмозглая тупица, и есть Момодзоно? — недовольно фыркнул брюнет, испепеляя алым взглядом, каждого, кто стоял перед ним, как на ковре у господина. Мысли беспорядочным вихрем роились в голове, тонны дерьма повстречались на пути Кровавого Короля, но подобный случай первый в истории его жизни. Человеческая божка стала воплощением дракона? Что за хреновая хрень? — Какого ляда вы молчите? — едва сдерживая огневую мощь своего гнева, прорычал Кирихито, беглым, безумным взглядом, осматривая толпу взволнованных лиц, в которой выделялся лишь лис. Его спокойствие выводило из себя. — Недохранитель, каким хреном ты позволил своей хозяйке опуститься до такого? — кипящая ярость выплеснулась наружу, давая хорошую пощечину Томоэ, который и сам был не рад такому исходу. — Заткнись, урод, — твёрдо и лаконично отчеканил, ёкай, стараясь не встречаться взглядом со взбесившимся человечишкой, дабы не открутить ему дурную башку и не выхватить потом от Нанами за подобные выходки. Собственно говоря, от чего его так беспокоит её судьба? — Что лисёныш, правда глаза режет? Не такой уж ты бравый хранитель в таком случае, как о тебе трубят, на сей и оный свет, раз не смог сохранить хозяйку в первозданном виде, и позволил ей превратиться в эту глыбу шерсти, — выплюнул из себя парень, разгораясь праведным гневом пуще прежнего. — Мм-мори-кун, — послышалось позади Томоэ. — Там сзади тебя, — Мидзуки старался доносить свою мысль членораздельно, но сильное волнение явно препятствовало этому. — Какого демона ты свои пять иен тулишь в чужой диалог, гадёныш? — распустил капюшон кобры парнишка, уничижительно посмотрев на альбиноса. — Обернись, дебила кусок, — предостерегающим тоном протараторил тэнгу, едва слышным голосом, дабы не спугнуть пышущее гневом изваяние, покоившееся за спиной мальчишки.       Повинуясь собственным ощущениям, злой король слегка наклонил голову набок, заглядывая назад. Там, за спиной, сущность коей некогда была принцесса химэ, приняла облик дракона и стоически выжидала своего участия в диалоге. По телу мужчины пробежала лёгкая дрожь, страх был неведом Акуре, но смертное тело, обязывало, к некой осторожности коей сегодня и след простыл. Когда речь зашла о Момодзоно и её нынешнем положении.       Уголки демонических губ поползли вверх. Улыбаться предстоящей опасности в лицо, было явной визитной карточкой демона, в силе и жестокости уступающего лишь своему напарнику. Томоэ в свою очередь прокручивал ситуацию в голове, если Нанами, причинит вред этому ублюдку сама не ведая об этом, ему придётся несладко, вытаскивая её из депрессии, ближайшие пару месяцев. Защита этого червя, теперь была в приоритете, перед жгучей ненавистью к нему.       Медленно отвернувшись от зверюги, брюнет, сложив руки на груди, сделал несколько шагов вперёд, продумывая каждый свой шаг наперёд. Часть демонической силы всё ещё при нём. Она перешла вслед за духом, поселившимся в этом хилом теле. Но что стоит эта сила, перед величием драконьей мощи. Так, или иначе, Акура решил идти ва-банк. Проигрывать он не любил, да и не умел, в общем. Уловив азартный блеск, в багровых глазах парнишки, Томоэ почувствовал, как в душе зародилось ощущение дежавю. Подобный взгляд он видел лишь у одного существа, его не спутаешь ни с чем. Словно дикий зверь, загнанный в угол, намеревается сделать отчаянный прыжок, не взирая на то, во что он ему выльется. — Назад, — скомандовал лис, предотвращая провал, которому чуть не было положено начало. — На что ты надеешься, никчемный муравей, сейчас она тебя по кафелю размажет, только бровью поведи, — менторским тоном отчеканил кицунэ, возгораясь вселенской яростью к безмозглому мальчишке, который возомнив себя героем, решил бросить вызов дракону. — Блохастый, не лай под руку, — ехидным голосом протянул брюнет, чувствуя, как по тоненьким венам закипает демоническая кровь, разжигая топку человеческого организма до высшей отметки на градуснике. — Томоэ, сейчас из-за этого сволоча, лапушка Нанами надерёт нам всем задницы, сама того не желая, — медленно пробираясь на булках по кафелю к напарнику, жалобно пропищал змей, ожидая решения лиса, которое должно спасти ситуацию. — Ну прямо кучка дебилов, — послышался томный, низкий голос, предмета обсуждения. — И как мне посчастливилось, оказаться эпицентром вашего идиотизма? — изучая каждого из присутствующих леденящим душу взглядом, принцесса была уверенна, что в живых оставить немногих, возможно, только его. Теперь он ей нужен. Теперь он её. — Тоятама, — Рюуоу, решил взять ситуацию в свои руки, дабы предотвратить появление новых жертв, в хрустальном зале замка. Пытаясь подобрать нужные слова, екай, волновался, торопливо теребя край хаори, некогда вышитого Камехимэ, во время её пребывания в гостях у родителей. — Давай оставим в покое этих нелюдей, и закончим этот день наведением порядка в нашем царстве, — с надеждой во взгляде, протараторил мужчина. — Нудно, — четко и лаконично, сообщила о своей позиции химэ. — Куда более интересно украсить твой замок отец, парочкой архитектурных решений в виде ледяных фигур, — устремив свой взгляд к намеченным жертвам, сущность была готова к нанесению удара, который обещал быть единственным и последним. — Первым делом, я пришибу этих троих уродцев, которые маячат на горизонте, иногда подавая голос, — слегка кивнув в сторону Курамы и Микаге, стоявших с открытыми от удивления ртами, пытаясь сообразить, чем настолько впали в немилость, что их готовы прибить первыми. Мидзуки же в свою очередь, несмотря на белесый цвет волос, поседел на месте. — Хах, хахаха, — послышалось от расплывающегося в саркастичной улыбке брюнета. — И это говорит принцесса света, та, которой в пантеон Богов вход заказан, что ж, привали этих дурней и останешься гнить в этом болоте, без возможности сунуть нос наружу, — насмехающимся тоном проговорил демон. — Заткнись, крысёныш, с тобой я позже поговорю, — едва сдерживая эмоции, рявкнула химэ. — Жалкому человечишке, должно быть за честь, находиться в обществе, таких как мы, так что сиди тихонько и помалкивай, — девушку выбешивал парень, возомнивший себя не Бог весь кем, но от чего-то именно это, выделяло его из числа всех остальных. — Сукуна, — торопливо начал Томоэ. — Вспомни, что именно хотела украсть у тебя ныряльщица ами, когда ворвалась в замок? — возможное решение пришло мгновенно, пояснять остальным, не было времени, малейшее промедление могло стоить жизни кому-то из них. — Что ты несёшь, та дьявольская баба, пыталась стащить мои драгоценности, — протараторил, ёкай, пытаясь понять, к чему ведёт кицунэ. Ситуация накалялась. Настроенный решительно Акура, имел желание выдрать поганый язык зверюге, смеющей повышать на него тон. Но, тот факт, что Момодзоно была коим то образом связана с ней, сильно омрачал его планы. Месть, которую уготовил богине, он должен лицезреть лично. Видеть, как боль и страх, будут отражаться в золотистом омуте её глаз. — Вспомни, — настаивал лис, не взирая, на высокомерные выпады Рюуоу. Сейчас не время обращать внимание на детские замашки короля драконов, позже по его наглой роже пройдётся лаптем, единственное, что было важно сейчас, Нанами. — Зеркало, — уверенным голосом, выпалила женщина. — Ами пыталась со всеми драгоценностями украсть зеркало, в котором отражается истинная сущность любого, кто заглянет в него, — быстрым, отчетливым тоном, проговорила жена властителя морей. — Камехимэ, — ошарашенно рыкнул, ёкай, не понимая, зачем она даёт эту информацию врагам. — Так нужно, — процедила сквозь зубы девушка, чем напрочь отбила охоту у мужа перечить ей. Слабое место властителя морей, его беспрекословная преданность любимой женщине, только она, действовала на него смирительной рубашкой уже который век. Цепкий взгляд кицунэ, без труда отыскал в образе Рюуоу нужную деталь, в виде небольшого кулона с зеркальной поверхностью. Несколько секунд понадобилось лису, чтобы в одной ловкое движение, пересечь хрустальный зал и оказаться в сантиметре от морского Владыке, умело лишая необходимой вещицы его собирательный образ. — Чего? — ошарашенно таращась на внезапно явившуюся за спиной фигуру ёкая, Сукуна подпрыгнул на месте, не зная как, руки сами не потянулись придушить, сволоча, который лишил его глаза. Всё происходило как в замедленной съёмке, учитывая то, что нельзя было терять ни минуты, Томоэ в мгновение ока, растворяясь в фиолетовой дымке, вынырнул из окутанного черным смогом пространства за спиной дракона. Наспех сообразив, к чему ведёт ситуация, брюнет, с интересом наблюдавший за стремительными передвижениями лиса по залу решил помочь с осуществлением задуманного. Благо в прошлом они практически всегда мыслили в одном ключе. — Я думаю, нам есть смысл оставить этих полудурков здесь, а самим ретироваться куда-то в более укромное место. Только прими, пожалуйста, прежний облик, ибо боясь, раздавишь меня, если захочешь быть сверху, — приподнимая левую бровь, брюнет игриво разглядывал холодный омут раскосых глаз, в который на мгновение промелькнуло едва уловимое тепло. Кровавый Король, был готов вспороть себе глотку ржавым гвоздём, дабы только не слышать собственной речи, неужели ради спасения человеческой божки, он готов идти на такие жертвы перед своей гордостью и предубеждением. Сглотнув ком отвращения к самому себе, Акура вымучено улыбнулся зверюге, которая плавно превращалась в крошечного котёнка, от его слов, едва ли. На голове двухметровой махины красовался маленький зелёный листок, свидетельствующий о начале иллюзии коей правил кицунэ. На месте стоявшего дракона, в мгновение ока, оказалось маленькое, пушистое существо, злобно шипящее на всех окружающих. Схожесть с предыдущем воплощением осталась лишь в белом цвете шерсти и васильковых глазах, чьи размеры поражали. — Какая лапушка, — первым нарушил тишину змей, умилённо сложивший ладони воедино. — Ты чего натворил, упырь? — рявкнул Рюуоу осматривая масштабы катастрофы. — Ша! — выпалил брюнет, наблюдая за молчаливой благодарностью во взгляде лиса. Подойдя ближе к взъерошенному существу кицунэ, приставил к аккуратной мордочке небольшого размера кулон, который кот стал обнюхивать, разглядывая со всех сторон. Секунда, две, и картина представившаяся всеобщему взору, заставила лиса в панике прикрыть собственным телом, лежащую на месте зверька богиню, в наряде Евы… Продолжение следует…