in my heart you're still here

Работа, любимая, слишком много отбирала времени. Работа поглотила все свободное время, работа заставляла довольствоваться короткими тихими вечерами с женой, тихой жизнью вне, ведь на что-то иное не хватало сил и времени. Особенно сейчас. Конрад, разумеется, поздравил лаборантку кабинета химии с грядущим пополнением, но у него, в отличие от большинства участников коллектива, прибавилось головной боли. Вакансия и так была не слишком популярна, не обещала большого оклада, работа для амбициозных выпускников университетов узкой специализации. Все обещания — средняя зарплата, возможность подработок и получения химического ожога легких да мутные перспективы. И Марта, зная об этом, не сочла нужным сообщить о своём положении в конце весеннего семестра. Отвратительная халатность. Вакансия висела месяц, начался очередной семестр, а Конрад в итоге преподавал предмет не слишком своего профиля, пока преподаватель изображал лаборанта. Две недели в авральном режиме вымотали, и Конрад, получив информацию об отклике на вакансию, ответил приглашением моментально. В три часа ночи, едва прочитав резюме. Недавний выпускник, по специальности не работал, но учился на подходящем профиле. Конрад скинул его резюме преподавателю химии, информируя, что некто герр Клауд соизволил проявить интерес к их открытой вакансии. Химик ответил в шесть утра, радостно сообщил, что назначил собеседование день в день. О том, что после собеседования парнишка отправится к Конраду, химик не предупредил. И прибыв в восемь пятнадцать к кабинету, чтобы увидеть там заспанную, ещё мальчишечью, фигуру со спутанными и спешно собранными рыжими волосами, с невыспавшимися зелёными глазами, Конрад хмурится. — Герр Фоке? Фигура оживляется, выпрямляется по стойке смирно и приветственно улыбается. Конрад думает, что парнишка из полиции — слишком хорошо умеет смотреть в душу и стоять по стойке. Но что могло произойти в тихом колледже? — Я Кристиан Клауд, кандидат на должность лаборанта. Герр Хейц побеседовал со мной и сообщил, что с восьми утра я могу претендовать на собеседование с Вами. Конрад кивает, улыбается едва заметно, смягчается. Ничего плохого не случилось, и от этого, ожидаемо, легче. Ещё легче от того, что Хейц, очевидно, обнаружил в пареньке признаки интеллекта, раз отправил на собеседование так скоро. А значит, работа на две ставки уже в прошлом, без пары минут. Конрад отпирает дверь кабинета, проходит, кивает и парнишке. — Доброе утро, герр Клауд. Вы, должно быть, так и ждёте с восьми утра? — Я никогда не опаздываю. Конрад, опуская стаканчик кофе и занимая своё место за рабочим столом, ухмыляется. В голосе рыжего юношеская бравада, странная гордость и почти абсурдный страх. От его слов у Конрада странное ощущение лжи, но он не считает нужным обращать на это внимание. Ведь мальчик действительно не опоздал.