Я тебя выберу

Сегодня закат был очень красивым. Солнце приобрело красный цвет и красиво уходило за горизонт. Я же стояла в просторной комнате и держала в руках билеты. Как он узнал? Париж — это моя мечта, я хотела самостоятельно заработать себе на путевку, но Никита меня слегка опередил. Этот город манил своей изысканностью и сказочностью. Мне мама с самого детства рассказывала об этом месте, но больше всего я хотела побывать около Эйфелевой башни. Это гордость данного города. Парижские улочки, по которым мы гуляли с Никитой, были узенькими, но милыми, смотрелось очень гармонично и красиво. Мы гуляли по городу влюбленных, держась за руки и дарили друг другу улыбки, в моих глазах можно было прочесть счастье. Нет, это не подарок Никиты, это подарок самого Бога. Перелет сильно вымотал меня, а любимый парень выглядел свежо, как огурчик. Он уже привык к такому бешеному темпу жизни, мне же осталось лишь следовать за ним. Мой любимый город встретил нас отличной погодой и легким ветром. Мы проходили мимо людей, а я вглядывалась в их лица, там была Любовь, другие чувства нельзя испытывать, находясь в столь волшебном месте. Чувствую, что сегодня ночью я буду спать без задних ног, я бы и сейчас не прочь вздремнуть пару часов, но нет. Я выбрала прогулку. — Спасибо тебе. — Тихо шепчу я, поправляя прядь волос за ухо. — За все. — За что все, любимая? — Никита смотрит на меня своими глазами, цветом растопленного молочного шоколада. Мы остановились возле моста Согласия. Он был богат историей и мы много узнали о нем. — За то, что воплотил мою мечту в реальность. Это дорогого стоит и давалось далеко не всем. — Никита стал впереди, одну руку положил на поясницу и притянул к себе ближе, а другой гладил нижнюю губу. — Надеюсь, я заслужил маленький бонус? — Я хитро улыбнулась и подарила первый поцелуй, что был здесь. — Вчера моей малышке исполнилось целых семнадцать лет! — Чуть громче сказал Никита и улыбнулся, а я пихнула его в бок. — Не напоминай мне! Старость уже не за горами! — Ты звонко смеешься на мою реплику и говоришь, что у нас вся жизнь впереди, а это так, маленькие радости жизни. Мы уставшие вернулись в номер, но очень радостные и счастливые. Каждая клеточка нашего тела пропитались любовью, что исходила от города. Пока Никита валялся на кровати, уткнувшись лицом в подушку, я схватила полотенце и закрылась в душе. — Я в душ! — крикнул Ник и осмотрел комнату, когда я в то время уже оголяла тело для вечернего душа. — Поздно. Я первая. — Двери я показала язык и открутив воду, стала под струйки. Я закрыла глаза, я просто не могла поверить, что это происходит со мной. Здесь. Сейчас. Родители были рады, что я нашла себе парня и папа его уже видел в качестве своего будущего зятя. Я уже точно решила, что когда вернусь обратно, то займусь отношениями Толи и Соня, кстати, о ней. Я же пообещала ей фотки прислать. Но сейчас просто падаю с ног. Подождет. Завтра отправлю. — Ты там случайно в русалку не превратилась? Ты уже два часа в ванной, хвост еще не вырос? — С издевкой спросил Никита и стукнул рукой по двери. — Ох, мужчины. — Папа всегда подгонял маму, когда она была в душе, а меня Никита. Сговорились они что ль? Не пойму. — А что, если у меня вырастет хвост, любить перестанешь? — Любимый в ладони взял мое лицо и прошептал в губы: — Я буду любить тебя любую, даже когда ты в старосте будешь сморщенной, даже если ты будешь хромать и от тебя будет пахнуть валерьянкой. — Он быстро скрылся в ванной. — Пахнуть валерьянкой? — Пока я «проглатывала» его оскорбления, этот паразит, успел закрыться на защелку. — Киоссе, еще один такой «комплимент» и до старости ты не доживешь! Пока я ждала Никиту, то чуть не заснула. Халат приятно согревал и я еле себя сдерживала, чтобы не отдаться в объятия сладкому сну. Мне захотелось лучшего «снотворного» на ночь. — Ты почему еще не спишь? — Никита гладит меня по волосам так бережно, как маленькую, таковой я себя и чувствую. Он стал укрывать меня одеялом, но я остановила его руку. — Подожди, я хотела кое-что сделать. — Он вопросительно изогнул бровь, а я осторожно притягиваю его за шею и целую. Он не сопротивляется, а наоборот откликается на мои знаки. Он понимает, что я хочу сделать и аккуратно укладывает на кровать, но делает все предельно осторожно, носится, как с хрустальной вазой. — Ты уверена, что хочешь этого? Я могу подож… — мне надоела глупая болтовня и я резко впиваюсь в твои губы, как вампир в свою жертву. Хочется дикости, легкой грубости, хочу почувствовать власть над собой, покажи мне мужскую силу, но не выходи за рамки дозволенного. Он оголяет плечо, целуя и без того горячую кожу. Мои веки слегка прикрыты. Халат доходит до локтя и я помогаю ему быстро избавиться от этой банной вещи. Она здесь лишняя. Я чувствую себя скованно, неуверенно, кровь прилипает к щекам, я никогда не раздевалась перед парнем и чувствую стеснение, именно оно и мешает мне раскрепоститься и показать себя во всей красе, что я соответствую своему характеру. Я должна перебороть это чувство наготы, и он видит это. Наши пальцы переплелись воедино, мы сейчас таковыми и были. Одним целым. На шее осталось парочку багровых засосов, но меня это слабо волновало, ключица была искусана, а после его губы взяли в плен мою грудь. Начиная ее посасывать, облизывать и прикусывать. С моего рта слетает стон, что дает ему зеленый свет и ответ, что он делает все правильно и нежно. Такого райского наслаждения, я ни разу не испытывала. Плевать, что это может кто-то услышать, плевать на улыбку, которые я завтра увижу на их лицах. Мне все равно, мое счастье главнее и выше всего этого. Этот город просто создан для нас, эта ночь послана нам. Его руки были везде, на коже появляются мурашки от его прикосновений, что заставляют отключить разум и улететь далеко за пределы реальности. Внизу мое желание растет все больше и больше, но вместе с ним и страх. Его поцелуи были нечто, с ним я чувствовала себя желанной и нужной. Все комплексы отходили на второй план, а во мне проснулся азарт. В один момент я нажимаю ему на плечи, слегка отрывая от такого увлекательного процесса и одним движением переворачиваю на спину, садясь на живот, я вытворяю с его губами все, что мне только вздумается. Его руки гладили спину, прикасаясь к позвоночнику и опускались на попу, гладя и сжимая их. — Я, конечно, не против, но люблю быть сверху. — Он проигнорировал мои попытки поменяться местами и продолжил начатое. Никита держался на локтях и стал разводить ноги, целуя мои глаза, щеки. — Боишься? — Томно задает вопрос, целуя ушную раковину. — Немного. — На глазах выступают еле заметные слезы. Я чувствую, как он начинает входить и у меня начинается паника, сердце начинает ускоряться, а он начинает утешать, губами стирая соленые слезы. — Все будет хорошо, ничего не бойся. — Я верю каждому его слову, цепляюсь за них, как за спасательный круг. Мне просто нужно взять себя в руки и сделать это. — Продолжай. — Прошу я и закусываю губу, чтобы было не так больно, но все это жило лишь в моем воображении. Было терпимо, не сильно больно, мне просто нужно было серьезней к этому отнестись, а не спонтанно. Я не пожалела о том, что отдалась любимому человеку. Это мой ответ на его вопрос «Доверяю ли я ему?». Тут все очевидно. Я закинула свои ноги ему на спину и просто доверилась. Мне кажется, что он заслужил это, ведь действительно изменился ради меня, терпел мои выходки, грубые словечки, даже не побоялся с родителями познакомится, значит чувства настоящие, раз пошел на такой подвиг. Возможно, в моей голове было много вопросов что, да почему, но я знала точно, что люблю его. Он добился меня такими сильными чувствами, как: забота, нежность, он сделал это так, как папа сделал ради мамы.