Baby Heaven's in your Eyes

— Я думаю, мне нравится Зейн.       Луи смотрел на Лиама, сидящего напротив него, и не был слишком шокирован. Сегодня был вторник, и они ели обед в столовой. Барбара и Элеанор ушли в туалет, поскольку, как оказалось, у Элеанор начались месячные.       С вечеринки прошло десять дней, и Луи не видел ни Зейна, ни Гарри, ни Найла с того дня. Ну, если не считать того, что он каждый день видит их, облокачивающихся на стену школы, смеющихся и курящих, пока Луи ждет, когда его заберет водитель. — Ты… Ты разговаривал с ним недавно? — спросил Луи. — Эм, да нет. То есть, он подошел ко мне в прошлый четверг, когда я ждал водителя, и спросил, не хочу ли я куда-нибудь сходить. — Куда? — Он просто сказал «куда-нибудь». Конечно, я не пошел, мне нужно было возвращаться домой, и я не знал о чем с ним можно поговорить. — У тебя есть его номер? — Нет. Он не попросил мой, и я не мог просто предложить ему его. — Вы двое вообще что-то, кроме поцелуев, делали?       Лиам покачал головой, и Луи успокоился. Он не был спокоен из-за того, что Лиам не делал ничего грязного с другим мальчиком (он понял, что его это, на самом деле, не волновало), он был спокоен, потому что если Лиам делал что-то, помимо поцелуев, у него было больше опыта, чем у Луи. А Луи всегда хотел быть лучшим во всем. — Но эм, не говори Элеанор, хорошо? Я не хочу, чтобы мои родители или кто-либо еще узнал об этом. — Я не скажу ей, не переживай.       Их разговор был прерван, поскольку девочки вернулись, улыбаясь. Они сменили тему на предстоящую в субботу игру крикета. Луи не особо нравился спорт, потому что занятия спортом подразумевали под собой потение и неприятный запах, исходящий от тебя после, и Луи не мог с этим мириться.       Может быть, поэтому у него есть животик и такой толстый зад.       Когда школьный день закончился, Лиам, Барбара и Луи пошли купить билеты на Зимний бал, который будет происходить через месяц в Отеле Дорчестера, самом дорогом отеле в Донкастере, а может и во всей Англии. Каждый ученик получит номер для себя и своего партнера, чтобы остаться на ночь. Обычно, мальчики покупали билеты, а девочки просто красиво одевались. — С кем ты пойдешь? — спросил Луи у Лиама, а тот пожал плечами. — Не знаю. Наверное, с какой-нибудь девочкой из нашего класса. — Возьми с собой Линдси. Она рассталась с Томом на прошлой неделе. — Ее я, наверное, и возьму. — Я иду с Найлом, — сказала Барбара, и, обычно, Луи был бы против, если бы ученик общественной школы даже зашел в отель, но он просто пожал плечами. Найл был вроде как классным и знал, как хорошо провести время.       Они ждали своих водителей, когда Луи увидел Найла и Зейна, идущих к ним. Он быстро толкнул Лиама локтем, тот покраснел и начал смотреть на свои ботинки, притворяясь занятым. — Привет, детка, — сказал Найл, осматриваясь, а Барбара заверила его, что водитель пока не приехал. Он чмокнул ее в губы и положил свою руку на ее плечо. — Мы же идем гулять сегодня, да? — спросил он ее, и она кивнула. — Хотите присоединиться? — спросил Зейн, смотря сначала на Луи, а потом на Лиама.       Когда завтра в школу? Ну да, как будто это возможно. — Эм… Конечно? — сказал Лиам. — Куда идем? — В закусочную в городе, поужинать, — восторженно ответил Найл. — У них лучшие бургеры в Донкастере, без вопросов.       Бургеры? В смысле, жирное, толстое мясо, впихнутое между двумя кусками белого хлеба, да еще и поджаренное? Как в тех отвратительных рекламных роликах? — Мы идем туда в восемь и остаемся до десяти. Может, дашь мне свой номер, чтобы я скинул тебе адрес? — спросил Зейн у Лиама, который был близок к сердечному приступу. — Эм… Да, конечно. Хорошо. Дай мне, эм… Свой телефон. Наверное.       Лиам трясущимися руками набрал свой номер в телефоне Зейна и передал его назад, очевидно, пытаясь скрыть свою улыбку. — Отлично. Увидимся, — сказал Зейн, наклонился и поцеловал уголок губ Лиама, что — окей — мог увидеть кто угодно. Но, потом Луи вспомнил, что Зейну, наверное, насрать на то, что кто-то о нем думает, и, если Луи быть честным, он одновременно восхищался им и завидовал ему из-за этого.       Теперь, все, что ему нужно было сделать — это придумать, как заставить его родителей отпустить его в школьный день.       Он решил спросить их за десертом, когда они ели шоколадный мусс. — Эм, мы с Лиамом подумали о том, чтобы сходить в ресторан поесть морепродуктов сегодня? — спросил он спокойно. — Какой ресторан? Тот, где они подают шикарные креветки? — спросила его мать, вытирая рот салфеткой. — Да, этот, — ответил Луи, хоть он понятия не имел о каком шла речь. — Это замечательно. Но ты сделал домашнее задание? — Мне нужно почитать что-то по экономике еще раз и все. — Хм. Что думаешь, Кристиан?       Отец Луи посмотрел на него и пожал плечами: — Если он говорит, что будет дома в десять — пусть идет. Как ты туда доберешься? — Такси? — сказал Луи, не подумав.       Все за столом засмеялись, и Луи почувствовал себя идиотом. — Хорошая шутка, сын, — сказал ему отец. — Мы попросим Ричарда довести тебя туда. Напомни мне оставить тебе денег. — У меня их достаточно.       С каких пор он отказывался от денег? Ему стоит убедиться в том, что это все не сон. — Нет такого понятия, как слишком много денег.       Луи кивнул и поблагодарил его, доедая свой мусс и поднимаясь в свою комнату. Лиам написал ему адрес, и, после того, как он нашел тот ресторан, о котором говорила его мать, он понял, что может пройти те два квартала, разделяющие ресторан и закусочную.       Он оделся в красные джинсы из Forever 21 и обычную футболку, поскольку это был довольно теплый вечер, и он не был в настроении для того, чтобы носить с собой кофту.       Поэтому, после того, как он убедился в том, что выглядел хорошо (пусть он и не был уверен кого он пытается впечатлить), он спустился вниз, захватив деньги, которые его отец оставил ему.

~

      Гарри вздохнул, услышав звонок в дверь. Он был не в настроении для разговоров, поскольку одна темноволосая девушка стояла на коленях перед ним, с губами на его члене, сосущая так, будто ее жизнь от этого зависела.       Он посмотрел на часы на стене. Школьный день закончился полчаса назад, так что это был либо Зейн, либо Найл, ибо у его мамы дежурство до полуночи. — Может, тебе стоит открыть дверь, — сказала девушка, но Гарри запустил свою руку в ее волосы и подался вперед, говоря ей заткнуться и продолжать.       Он кончил ей в рот через тридцать секунд, как только звонок в дверь повторился во второй раз. — Эм, нам стоит повторить это как-нибудь, — сказала она, надевая свою футболку.       Гарри кивнул, хоть он даже не знал ее имени. Он знал, что она была с ним в одном классе на английском… Или французском — не важно. — Может, в следующий раз ты поможешь мне кончить, — предложила она, когда Гарри провожал ее вниз в одних трусах. — Может быть, — сказал он и открыл дверь, у которой стоял Зейн с пачкой пива. — Привет, — сказал он, ухмыляясь, а она просто улыбнулась и ушла. — Кто это был? — Понятия не имею, — ответил Гарри и закрыл за Зейном дверь, после чего они пошли в кухню-гостиную и сели на диван.       Зейн поставил пиво на журнальный столик и вытащил маленькую металлическую коробочку, на которой было написано «НЕ травка». — Классная метка, кстати, — сказал он Гарри, показывая на его шею, прямо под его подбородком. Она была размером с кулак, и они оба знали, что она будет там еще пару дней. — У нее большой рот, ха? — Да, — засмеялся Гарри, открывая бутылку. — Чем занимаемся сегодня? — Идем гулять. — Куда? — Rockies. — Кто идет? — Найл, Барбара, Лиам и Луи, скорее всего, — сказал Зейн. — Луи? — Да. Он круче, чем мы думали. — Все еще пытаешься залезть в штаны Лиама? — спросил Гарри, пока Зейн закручивал им по косяку. — Ага. Это не так просто, он девственник. — Так еще веселее. — Знаю, — Зейн передал ему косяк, зажег и его, и свой, облокотившись на диван. — Кстати, Найл сказал мне, что Зимний бал Святого Марка будет в следующем месяце. — И? — Он идет с Барбарой. — Ха, хотел бы я увидеть его в смокинге, — засмеялся Гарри, чувствуя, как наркотик начинает действовать. — Мы могли бы сорвать его, — предложил Зейн, а Гарри улыбнулся.       Он не был бы против того, чтобы увидеть шокированное лицо Луи, когда он увидит их, одетых в нормальную одежду, входящих в их «шикарный бальный зал». — Мы определенно должны это сделать.       Он смотрел, как Зейн делает очередную затяжку и заканчивает косяк через пару минут, смеясь над чем-то, что когда-то сказал Найл. — Тебе стоило придти в школу сегодня. — М, почему? — спросил Гарри, делая долгую затяжку и кладя косяк в пепельницу. Зейн облизал губы: — Мистер Уотерс был сегодня в узких штанах. — Его я уже трахнул, — напомнил ему Гарри, а Зейн закатил глаза. — Да, но я-то ему только отсосал, мне можно пофантазировать. — Держись своего мальчика из частной школы.       Зейн закатил глаза, перекинул левую ногу через Гарри и сел ему на колени. — Почему бы тебе не подержаться за меня сейчас? — спросил он. Его глаза были красными и стеклянными.       Гарри ухмыльнулся и соединил их губы в то время, как его рука тянулась к ремню Зейна, расстегивая его и позволяя ему упасть на пол. Он поставил большой синяк на его шее, чтобы Лиам позже заревновал, и пригвоздил Зейна к дивану, вставая перед ним на колени.       Он ласкал, облизывал и обсасывал его раз за разом, обращая особое внимание на головку, потому что знал, что это возбуждало Зейна больше всего, он играл с его яйцами и в итоге проглотил все до последней капли. — Твой рот творит волшебство, — сказал ему Зейн, пока он поднимался и ложился на диван, чтобы Зейн мог снова сесть на него. — Знаешь, что еще волшебство? — спросил Гарри, снимая свои трусы, позволяя своему члену шлепнуться о живот Зейна.       Зейн покачал головой, раздеваясь и смеясь, пусть тут и не было ничего смешного. Он был обкурен, и его лучший друг собирается выебать его: что может быть лучше (ну, вообще-то, было бы лучше, если вместо Гарри был Лиам — это было бы вообще идеально).       Они провели оставшуюся часть дня голыми на диване, докуривая всю травку и смотря какие-то ужасные сериалы на маленьком телевизоре.       В полседьмого они по-очереди помылись и оделись, уходя из дома. Гарри не оставил записку матери, он знал, что она не будет переживать: никогда не переживала. Гарри надел черную футболку, черные джинсы, белые конверсы и джинсовую куртку, которую он украл в Acne Studious на прошлой неделе.       Они дошли до закусочной, чтобы не тратить деньги на такси и не собирались ждать автобуса.       Найл и Барбара уже были на месте за столиком в дальнем углу рядом с баром, и они целовались. — Воу, полегче, — засмеялся Зейн, а Гарри сел рядом с Барбарой, так что Зейну пришлось сесть напротив Найла.       Лиам пришел через пять минут и, смущенно улыбаясь, занял место рядом с Зейном, и все, что Гарри думал об этом, так это то, что Зейн выбрал хорошего парня.       Однако, Лиам был никем по сравнению с тем, кто сейчас вошел в закусочную. Волосы Луи были уложены в правую сторону так, что его челка выглядела мягкой, а эти красные джинсы слишком соблазнительно обтягивали его большие бедра. Он был одет в одну футболку, и Гарри знал, что он замерзнет через пару минут.       Луи сел рядом с Лиамом и посмотрел прямо на Гарри перед тем, как поздороваться со всеми и извиниться за опоздание. — Все еще без девушки? — Да, — закатил глаза Луи. — Так вы кончили с этим, тогда? И не в хорошем смысле, — уточнил он, зная, каким нервным был младший парень. — Вообще-то, у нас пятилетняя годовщина в следующую пятницу, — сорвался Луи, но остановился, увидев большой засос на шее Гарри. Его глаза расширились от удивления, он никогда не видел их, но знал, что это такое. А Гарри действительно хотелось оставить ожерелье из засосов на ключицах Луи, выглядывающих из-за его футболки с глубоким вырезом. — Никогда не видел засос до этого? — спросил Гарри, подкалывая его. Луи злобно вздохнул и посмотрел в сторону Зейна, увидев его засос, оставленный Гарри.       Лиам так же его заметил, потому что его глаза немного погрустнели. — Давайте уже, блять, закажем что-нибудь, я умираю с голоду, — сказал Найл, прервав их маленький напряженный момент, наклоняясь и хватая меню с середины стола. Остальные сделали то же самое, хотя все (кроме Луи и Лиама) уже знали, что будут заказывать, потому что бывали тут очень часто. — Боже мой, эти фотографии выглядят отвратительно, — сказал Луи, и Гарри посмотрел на него. — Я даже не знаю, что из этого вкусно. — Тебе стоит заказать это, — сказал Зейн Лиаму, придвигаясь к нему ближе, чем следовало бы, что заставило Лиама покраснеть и пискнуть «хорошо». — Я закажу то же самое, — сказал Луи официантке, подошедшей, чтобы взять у них заказ. — Эй, Гарри, чувак, разве не с ней ты трахался в прошлом году? — спросил Найл, кладя руку на спинку дивана, где сидела Барбара. — Нет, та была Мишель. Эта новенькая. Но, я не против того, чтобы трахнуть ее, — ответил Гарри и увидел, как лицо Луи искажается в отвращении. — У нее маленькая грудь, — прокомментировал Луи, и Гарри улыбнулся, потому что он вытянул-таки из него реакцию. — Ну, у Зейна вообще сисек нет, а я все равно его трахаю.       Лиам подавился своей водой, а Зейн, Найл и Барбара засмеялись. Гарри увидел, как Зейн положил руку под стол и, учитывая широкую улыбку Лиама, рука Зейна, вероятно, была на его бедре.       Гарри тоже хотел сесть рядом с Луи, дотронуться до него под столом и заставить его поерзать. Он хотел пригвоздить его к кровати и дотронуться до него везде. Он хотел отсосать ему так, чтобы Луи молил о первом оргазме, но Гарри бы не позволил этому случиться, потому что Луи такой сноб и должен был быть наказан.       Гарри почувствовал, как его член вздрогнул в его джинсах, так что он постарался сфокусироваться на разговоре о Зимнем бале Святого Марка, и как Зейн подкалывал Найла по поводу того, что тот хотел найти костюм.       Он забыл о том, что хотел сделать с Луи до тех пор, пока официантка — Эмили, согласно ее бейджику — принесла им их заказ через двадцать минут. Луи заказал чизбургер с картошкой фри и колу. Сначала он прищурился из-за того, как все это выглядело: наверное, не так же, как лобстер в масле. Но потом Лиам убедил его в том, что это действительно вкусно, так что он взял вилку с ножом, но Гарри остановил его. — Это едят руками, — сказал он, и Луи посмотрел на него так, будто он сошел с ума. — Как… Как животные? — Нет, как нормальные люди. Вот так.       Гарри взял свой барбекю-бургер, и Луи повторил за ним с отвращенным видом. — А теперь, откуси. — Что, если я оставлю след на своей футболке? — Никто не будет возражать.       Луи кивнул и, посмотрев на бургер, открыл рот и, блять, высунул язык перед тем, как откусить. И то, что его рот открылся так широко, заставило Гарри думать о том, как он жестко трахнул бы этот его ротик и кончал на лицо Луи до тех пор, пока он буквально не смог бы видеть.       Луи застонал, у него реально вырвался стон, и он сказал, что, несмотря на то, что бургер жирный, он так же очень хорош на вкус.       Гарри скрестил свои ноги и кивнул, пока Найл читал Луи лекцию о том, что он должен попробовать в следующий раз.       В этот момент Гарри решил, что хочет испортить этого мальчика всеми возможными способами.       Когда Луи закончил есть свой бургер — он был последним, все остальные уже доели — он облизал свои пальцы, и Гарри не мог не пялиться на то, как выглядели его скулы.       Луи понял, что на него смотрят, и его щеки порозовели, потому что все видели, как он делал что-то настолько отвратительное. Если бы его мать видела его, он был бы под домашним арестом на месяц. — Так это было вкусно? Или пиздецки вкусно? — спросил Найл после того, как они заплатили и встали для того, чтобы уходить. — Это было очень вкусно, — ответил Луи, поглаживая свой живот. — Правда, я выгляжу так, будто я беременный. — Смотри на это, — сказал Найл и остановился, когда они вышли, поднимая свою футболку и выпячивая свой живот настолько, насколько возможно. Вот он действительно выглядел беременным. — Господи Боже, убери это, — запротестовал Зейн, закрывая глаза руками.       Лиам и Барбара засмеялись, а Найл опустил футболку. — Сейчас полдевятого, пойдемте на холм, — предложил Гарри. Он не хотел идти домой, где он чувствовал бы себя одиноко и, скорее всего, в итоге сидел бы в ванной с кровавыми запястьями.       Поэтому, они пошли туда, смеясь над историей Найла о девушке из его класса по тригонометрии. Когда они добрались до вершины (дорога была не долгой, и это того стоило, потому что оттуда можно было увидеть весь город, ярко освещенный в темноте ночи и луну), все, кроме Луи сели на траву.       Найл дал Барбаре его куртку, потому что ей было холодно, или она просто придумала это, чтобы можно было надеть что-то, принадлежащее Найлу. — Почему бы тебе не сесть, Томмо? — спросил Найл, а Луи поднял брови, удивившись внезапно появившейся кличке. — Я не хочу, чтобы на моих джинсах остались следы от травы. — Боже мой, — сказал Гарри, закатывая глаза и снимая свою джинсовую куртку, чтобы он мог расстелить ее на траве, и Луи мог сесть на нее. — Спасибо, — пролепетал Луи, садясь на нее, скрещивая ноги.       После этого Зейн вытащил маленькую бутылку водки, и они передавали ее друг другу, пока Гарри и Найл курили.       Они провели следующие двадцать минут на холме, и Луи осознал, что был не прав впервые в своей жизни: не все ребята из общественной школы высокомерны и бедны. Ну, он не был уверен насчет бедности (у них точно было меньше денег, чем у Луи), но они были действительно замечательными, и с ними было весело. Они так же были единственными людьми из окружения Луи, которые никого не осуждали, с удовольствием пробовали что-то новое, не слишком ценя материальные вещи. — Лиам, эм, нам пора идти, — сказал Луи Лиаму, увидев, что часы показывали без десяти десять, а им нужно было быть у ресторана ровно в десять. — Уже? — надулся Найл, увидев, как Барбара встает. — Да, у нас комендантский час, — сказала она, закатив глаза и наклоняясь, чтобы поцеловать Найла на прощание. — Как насчет моего поцелуя на прощание? — спросил Зейн у Лиама, который чуть не подавился воздухом. — Эм. Да, хорошо. Лиам наклонился к Зейну и, быстро поцеловав его, встал и побежал, чтобы успеть за Луи и Барбарой. Луи не осознавал, что он был в куртке Гарри до тех пор, пока они не были напротив ресторана, и Барбара не сказала ему об этом. — Оу… Блин, — пролепетал Луи. Ему было холодно, и он забыл, что на нем была джинсовая куртка Гарри. Она была довольно теплой и приятно пахла, так что Луи особо не обращал внимания на то чья она, и теперь он чувствовал себя мудаком.       Ему пришлось сложить ее, когда он добрался до дома, иначе его родители могли бы заметить, что это не его куртка.       Луи без проблем дошел до своей комнаты и, помывшись и переодевшись в свою пижаму, он положил куртку на стол. Завтра он отдаст ее Барбаре, которая отдаст ее Найлу, который передаст ее Гарри.       Он не мог не посмотреть на фирму и, увидев, что это Acne Studios, подумал, что она была, скорее всего, украдена. После этого он залез в кровать, выключив ночник и поставив будильник на завтра. Ему нужно было ровно восемь часов сна, чтобы нормально функционировать.       Однако, все это пошло к черту, когда его iPhone зазвонил на прикроватном столике, разбудив его. Луи вздохнул и сел, поднимая свою спальную маску на лоб, чтобы посмотреть, кто звонил ему, и сказать им отвалить.       Он снова вздохнул, увидев незнакомый номер, но все равно ответил. — Эм… Да? — Здравствуйте, это Луи Малик? — спросил хриплый голос на другом конце, и Луи был немного растерян, но потом понял, что, на самом деле, это Гарри. — Гарри? Откуда у тебя мой номер? И почему ты звонишь мне., — он посмотрел на часы. — В два часа ночи? — Ты заполнил форму, в которой говорится, что ты мой опекун, дурачок, — саркастично сказал Гарри. — И? — Я в полицейском участке, и у меня есть право на один звонок, так что я позвонил тебе, ибо ты был в базе данных. — Блять. — Оу, я не слышал, чтобы ты матерился до этого.       Луи закрыл глаза, почесывая нос и вздыхая. — Что тебе нужно, Гарри? — Чтобы ты пришел и заплатил за меня залог. — Я не… Я не собираюсь идти платить за тебя залог посреди ночи! Мне завтра в школу, и, может быть, тебе есть чему поучиться. — Луи, я тут был пять раз, если бы тут было чему поучиться, я бы в любом случае уже сделал это. — Тогда, я уверен, что ты не будешь против провести еще одну ночь там. А утром я скажу все Зейну, и он обо всем позаботиться. Или позвонит твоей матери. — Луи, пожалуйста, — сказал Гарри. — Ты мне должен. — Почему это? Потому что ты меня разбудил? — За то, что взял мою куртку. Мне холодно.       Луи услышал предупреждение о том, что время заканчивается — наверное, от офицера — так что он вздохнул. — Хорошо. Сколько? — Двести.       Луи повесил трубку, ударяясь головой о спинку кровати и вставая. Он знал, что его родители ничего не услышат, потому что их комната была на другом этаже, но сигнализация может сработать, если он не будет достаточно аккуратным.       Он надел черную футболку, джинсы и конверсы, а так же куртку Гарри, хватая ключи от дома, кошелек и телефон.       Слава Богу, их собака (Сэмми — как оригинально) спала, а кошке (Лондон) было слишком плевать для того, чтобы издавать какой-то звук.       Луи быстро набрал код у двери, что дало ему десять секунд для того, чтобы выбраться наружу. Ему это удалось, и его сердце стучало, как бешеное, когда он открывал ворота и бежал по улице, чтобы никто его не увидел. Хотя, любой нормальный человек спал в это время, Луи всегда был предельно осторожен.       Он взял такси со стоянки, которую обнаружил через квартал от его дома, и добрался до полицейского участка в полтретьего. — Луи Том… В смысле, Луи Малик, я тут, чтобы заплатить залог за Гарри Стайлса. — Снова, как я вижу, — сказал офицер, передавая Луи досье Гарри. — Он был арестован за мочеиспускание на частной собственности и пьяное нападение на офицера. — Он трезвый сейчас? — Да.       Луи подписал документ и передал офицеру деньги, но не пошел к камерам в этот раз.       Гарри ухмыльнулся, увидев Луи, нетерпеливо стучащего ногой. — Привет, Луи, — сказал он, показывая на джинсовую куртку. — Классная куртка. — Заткнись.       Гарри наорал на офицера на выходе. — Иди нахуй, Стэнли! — Скоро увидимся, Стайлс, и ты можешь только мечтать, — ответил ему офицер, но они уже вышли из здания, спускаясь по ступенькам. — Спасибо было бы умест… Ты что, куришь? — спросил Луи, абсолютно пораженный тем, как Гарри выглядел так, будто ничего не произошло. — Тебя задержала полиция за мочеиспускание на частной собственности и нападение на офицера, и твой ответ на все это — курение? — Успокойся, Луи. — Не говори мне, чтобы я успокоился! Я спокоен, — выплюнул Луи. — Не похоже.       Луи был близок к нервному срыву. — Так, где ты вообще пописал? И почему? Луи знал, что ему стоило оставить Гарри и пойти домой, но все это было слишком интересно. — Я нассал на забор моего учителя по экономике. Как расплата за то, что он меня предал. — Боже мой! Ты серьезно?! Ты такой… Ебанутый, — сказал Луи, а Гарри поднял брови в ответ на выбранное слово. — Я вижу, ты учишь новые слова. — Ты такой надоедливый. Я не представляю, как твоя мама с тобой справляется. — Никак. — Что? — Она не «справляется» со мной, она просто не обращает внимания. — Так вот почему ты такой. — Какой? «Ебанутый»? — спросил Гарри, смеясь. Он действительно думает, что это все — шутка, и это злило Луи. — Чисто для справки, это последний раз, когда я плачу за тебя залог. — Конечно. Разве ты не говорил то же самое в прошлый раз? — Нет? — Тогда, ты скажешь это в следующий раз. — Почему ты думаешь, что будет следующий раз? Просто не попадай в неприятности, это не так трудно. — Это трудно, когда твои родители не преподносят тебе все на серебряном блюдце. Ты так пиздецки избалован, Луи, ты понятия не имеешь каков мир на самом деле. Но ты узнаешь… А может и не узнаешь, потому что твои родители будут целовать твою задницу, даже когда тебе будет сорок, у тебя будет два ребенка и жена, которая даже до твоего члена ни разу не дотронется и…       Луи взбесился. Кем Гарри себя возомнил? Этот… Этот хулиган, этот придурок без будущего и без единого пенса в кармане. Так что, Луи толкнул его, потому что он разозлился, но самое страшное было то, что он не был уверен в том, разозлился ли он, потому что Гарри проявил неуважение и понятия не имел, о чем говорил, или потому что он был прав.       Гарри посмотрел на него с удивлением, когда он ударился о кирпичную стену, уронив сигарету, на которую наступил Луи. — Ты понятия не имеешь о чем говоришь! Ты — ничто! Ты — ничто по сравнению со мной! Ты беден и у тебя нет будущего! У меня есть семья и девушка, и деньги? Что есть у тебя? Ты…       Он взвизгнул, когда Гарри схватил его за руку, пригвоздив к стене, и его хватка была такой крепкой и была переполнена такой злобой, что Луи подумал, стоило ли ему так поступать. — Ты думаешь, что лучше меня, просто потому что у твоих родителей есть деньги? Ты — самый настоящий сноб, и мне, на самом деле, жаль тебя, потому что тебе семнадцать, и ты понятия не имеешь, как по-настоящему жить. — Как будто постоянные аресты — это правильно! — ответил Луи, пытаясь выбраться из рук Гарри, но старший парень был в два раза сильнее его. — Уж лучше быть в заточении в тюрьме, чем в моем собственном доме! — Это не имеет никакого смысла, и это глупо. Отпусти меня или я закричу. — Знаешь, почему ты такой напряженный, Луи? — спросил Гарри, придвигаясь ближе к Луи так, что тот мог почувствовать запах сигарет, исходящий от него. Луи не мог двигаться или дышать, потому что Гарри был так близко, что их носы почти соприкасались, и он никогда не был так близок к кому-то (кроме Элеанор и той девушки, которую он поцеловал пару недель назад), особенно к мальчику. — Потому что тебе не хватает секса, вот почему.       Вздохи Луи были неровными и медленными, будто он только что пробежал марафон. — И это так жалко, потому что ты даже никого не целовал никогда… И тебя никто не целовал, раз уж на то пошло. И мне очень жаль, что ты натурал, хотя я в этом не уверен. — Что… О чем ты? Я не гей! — Ты уверен в этом? Было бы жаль, такое расточительство твоей большой задницы. И теперь. Окей. Гарри перешел границу, называя его толстым, и Луи не собирался просто стоять там и слушать, как его оскорбляют. Он оттолкнул Гарри, из-за чего старший парень отошел на два шага назад, но потом быстро вернулся в обратное положение. — Не смей меня, блять, больше толкать, никогда, — предупредил он Луи и положил руку на заднюю часть его шеи, соединяя их губы.       Луи ахнул и почувствовал язык у себя во рту и руки, хватающие его бедра.       Ему казалось, что все его тело горело: пальцы Гарри выжигали дырки в его бедрах, на его футболке, пока его язык исследовал рот Луи.       Он не знал, что делать, и пусть его первым инстинктом было отпрянуть от Гарри, вместо этого он последовал его примеру, и вскоре они по-настоящему целовались.       Луи чувствовал что-то странное, но приятное внизу живота, и ему казалось, что в его штанах стало тесно.       Левая рука Гарри передвинулась с бедра на волосы Луи, путаясь в них, а сам Гарри отодвинулся от Луи, позволяя им дышать.       Луи собирался сказать ему что-нибудь, оправдать себя, но слова застряли в его горле, как только правая рука Гарри сдвинулась к паху Луи и сжала его. Из-за этого Луи почувствовал, как его затрясло, а из его рта вырвался стон. — Тебе это нравится, не так ли? — прошептал Гарри в его ухо, и Луи буквально почувствовал, как каждый волосок на его шее встает дыбом. — У тебя встал, я чувствую.       Он отодвинулся, ухмыляясь. — Удачи с избавлением от этого. А говорил, что не гей, мда.       Гарри провел рукой по своим волосам, развернулся и оставил Луи, стоящего там и глубоко дышавшего. — Оу, и ты можешь оставить себе куртку на сегодня, ты в ней хорошо выглядишь.       И после этого он ушел, исчезая в темноте ночи. Луи не сдвигался с места следующие пять минут, касаясь своих губ и не веря произошедшему.       Он целовался с кем-то.       С мальчиком.       И, самое страшное — ему понравилось, но теперь у него была проблема в штанах, и он понятия не имел как от нее избавиться.