Особая примета: веснушки

      Говорят, что счастье не в деньгах. Пожалуй, говорить так могут только те, у кого этих самых денег нет. А вот Йен Галлагер, которому две недели назад исполнилось двадцать, еще в детстве знал, что всех и всё можно купить, были бы средства. Можно купить красивую одежду, можно купить дорогой телефон, можно купить учителя, который всех остальных доводит до истерики. Можно забыть о фразе "я не могу", если есть деньги. И вот у Йена они были.       Если говорить точнее, они были у его отца, Фрэнка Галлагера, самого богатого человека на всём юге Чикаго. Отец Фрэнка, дед Йена, выбился из низов, обеспечив своих потомков солидным наследством, которое Фрэнк приумножил, сделав себя настоящим денежным мешком. И, пока его жена, Моника, меняла дорогие курорты на психушки, старший Галлагер жил с шестью своими детьми, взращивая в них уверенность, что Галлагеры — это элита. Старшая дочь, Фиона, спускала состояние на брендовые шмотки и путешествия, но имела голову на плечах, поэтому занимала неплохую должность в компании отца. Лип, старший сын, спускал деньги на бухло и шлюх. Карл, которому было шестнадцать, пытался пробить себе дорогу через криминал, а пятнадцатилетняя Дебби, хоть и казалась самой милой и рассудительной, страдала клептоманией, которая сходила ей с рук лишь благодаря отцу. Еще был семилетний Лиам, но мальчик всё время был окружен репетиторами и гувернантками, так что старшие толком с ним не общались.       И вот, между младшими и старшими, выделяясь ярко-рыжей шевелюрой, стоял Йен Клейтон Галлагер, достаточно умный, но совершенно не желавший что-либо делать. Фрэнк считал, что компанией (строительный бизнес, ничего интересного) не может управлять женщина или пьяница, поэтому готовил к этой роли рыжего, который не желал ввязываться во что-то сложнее, чем чтение инструкции к новому айфону.       К тому же, должность влекла за собой еще и женитьбу на Кристал Вудс — дочке партнёра (хотя они оба ненавидели друг друга) Фрэнка по бизнесу. Томас Вудс был самым богатым человеком на севере Чикаго и, объединив детей, они создали бы фантастически мощный союз, выгодный обоим сторонам. Вроде бы ничего плохого, да и Кристал была хороша, но одно обстоятельство всё портило: она была катастрофически тупа. Если проблемой Йена была лень, то эту девушку не спасли бы и усилия. Всё, что она могла делать — это целыми днями выкладывать фото своих губ, ног и сисек в инстаграм, перемежая это с дорогущими тряпками.       Было и еще одно обстоятельство, но с ним Галлагер успешно справлялся ещё с тех пор, как шесть лет назад услышал от отца, что ему не нужен сын-пидорас. Стараясь соответствовать, в семнадцать лет рыжий завел себе подружку, которая была одной из подруг Фионы, что всех устраивало. Впрочем, теперь маячила еще и Кристал.       Как там говорят? "Богатые тоже плачут".       Йен вышел из зала переговоров, раздраженно сминая стаканчик из-под кофе. Фрэнк настаивает на том, что дату свадьбы нужно приблизить, Вудс намекает, что если Йен станет тянуть волынку, то его место займут другие, а совет директоров только и ждёт, когда появится возможность сильнее набить карманы.       Тридцать этажей вниз, потом еще до минус первого, и вот он на парковке. Тут прохладно и пахнет сыростью, но зато тихо и никто не лезет со своими комментариями. Рыжий шел к своему Бентли, глядя на айфон, в котором одно уведомление сменялось другим: "Кристал Вудс прислала личное сообщение", "Кристал Вудс прислала фотографию", "Кристал Вудс отметила на фотографии". Блять, эта девица хоть сосать умеет?       Затем позвонила Хейли, девушка Йена, предлагая вечером поужинать вместе, на что он тут же согласился, ибо, пусть девушка тоже принадлежала к золотой молодежи, но она умела слушать и давать советы.       Он уже подошел к своей машине, когда на парковку влетел джип с мерзким свистом колес на поворотах. С удивлением глянув на тачку, Галлагер стал рыться в кармане брюк в поисках ключей, когда... Блять, как это вообще произошло?       Его схватили, сжали с двух сторон, накинули пакет на голову, и первая же попытка закричать потонула в простом понимании: растрачивая воздух, он лишает себя возможности дышать. Не успел парень опомниться, как его закинули, очевидно, в багажник, и машина сорвалась с места, и вновь с этим мерзким свистом.       Телефон остался на крыше Бентли.       Микки       — Я думала, ты после прошлой отсидки завязал с этим.       — В этот раз всё будет в порядке.       Мик остановился у зеркала, поправляя капюшон толстовки, что лежал поверх тёплой куртки. На руках — черные перчатки с обрезанными пальцами, под курткой и толстовкой ещё футболка. Потрепанные джинсы, явно на размер больше, и хорошо поношенные ботинки. Не, ну серьёзно, даже это порядком жутковатое зрелище.       — В прошлый раз Дерек тебя подвёл.       — В поведении бешеной суки в последнюю очередь виноват блядский Дерек. Мэнди, не еби мозг.       Мэнди — его сестра. Ей всего девятнадцать, в прошлом году закончила школу и уже успела поработать на панели. Сейчас, как и последние четыре года, по сути растит сына Микки — Евгения. История его появления на свет вообще вряд ли когда-нибудь будет оглашаться, но это было.. весело. Мать мальчика живёт отдельно, и обеспечивает сына одеждой. За остальным следит отец.       Игги и Том — двое старших братьев Мика, которые также живут с ним. Ну, как живут. Просто ночуют. И помогают в такой нелёгкой работе..       — Папа! — Ев, спотыкаясь, выбежал в коридор и обхватил ноги Милковича. Тот закатил глаза, легко отталкивая его:       — Пацан, ты же знаешь, мне надо идти. Давай, постарайтесь тут не сдохнуть, — и тут, совершенно не ожидаемо, — мягкое прикосновение к щеке мальчика, от чего тот сразу расплывается в улыбке. Мик коротко улыбается в ответ.       — Йен Клейтон Галлагер. Рыжий, из особых примет только веснушки. Высокого роста, спортивного телосложения. Внешность достаточно нетипична.       — И, типа, так мы должны его узнать? А чет вроде фотки нельзя?       — В его социальных сетях только такие, — Дерек протянул троим Милковичам телефон с открытой страницей Фейсбука. На главной стояло фото в профиль, рядом с какой-то смеющейся девушкой и с телефоном у уха. Мало что понятно. По крайней мере не больше, чем было из описания.       — Справитесь?       — Сколько? — это Игги.       — Держать сколько? — это Микки.       Заказчик обратил внимание на старшего Милковича:       — Мы будем просить за него выкуп в пару миллионов. Для Фрэнсиса Галлагера это не деньги. Плюс — пять лимонов от вашего заказчика. Ну, если его условия выполнятся.       — Условия? — это Микки.       — Фрэнсис Галлагер должен отказаться от претензий на брак своего сына с дочерью Томаса... — мужина запнулся. — Какого-то важного хера по имени Томас. Тогда наш заказчик будет доволен, а Фрэнк получит назад своего сына. А вы — деньги. По рукам?       — По яйцам.       — Я рад, Микки. Этим вечером, парковка у здания корпорации. Берите джип.       Дерек кинул на стол ключи, которые тут же взял Мик, и надел полицейскую фуражку, довольно быстро просто удаляясь.       — Нормально, — это Том.       — Не сложно, — Игги.       — Он так и не сказал насчет ебучих сроков...       Но это уже, похоже, никого не волновало.       — Вот. Это он?       — Да, точно он. Это его машина, она была на фото в фейсбуке.       — Слушай, Игги, если ты просчитался..       — Нихуя страшного.       — Окей.       Мик тормознул как раз рядом с рыжим, да так, что колёса его джипа буквально завизжали. Не дожидаясь даже остановки, старшие Милковичи выскочили из машины, в пару движений скручивая охуевшего мажора и закидывая его в вовремя открытый Миком багажник.       Такие моменты — всегда выброс адреналина, и это даже приятное ощущение, от которого сносит крышу.       — Газу! Где-то здесь его батя, — братья буквально залетают в салон, и брюнет выжимает газ, вылетая на практически полной скорости с этой гребаной мажорной парковки. Сзади слышались какие-то стуки, стоны, явно парень пытался что-то сделать в багажнике. Но, увы. Такую возможность он получит очень не скоро.       Мик глянул на Игги и Тома в зеркало заднего вида, слабо дернув бровями. Ну, они ввязались в очередную уголовщину.