Гордые

Королева Катрин настороженно оглядела любовницу своего мужа и ее сына, чьи щеки были красными от материнских пощечин. — Что здесь происходит, Луиза? — повторила свой вопрос Катрин. — Ничего, моя Королева, — сказала Луиза, делая запоздалый реверанс и наклоняя голову. — Мой сын просто повел себя неподобающе. Прошу прощения, если мы вас этим побеспокоили, этого больше не повторится. — Верно, не повторится. Потому что вы, Луиза, в скором времени покинете Венгрию. — Это почему же? — Луиза Этлан приподняла подбородок, чтобы казаться более уверенной и бесстрашной, но ее страх выдавали ладонь, вцепившаяся в белый подол, и капелька пота, стекающая по виску. — Почему я должна покинуть Венгрию? — Вы выйдете замуж, — произнесла Королева, улыбнувшись одними уголками губ. — Подробности вы узнаете попозже, например, сегодня за ужином, — Катрин сверкнула глазами и, продолжая мстительно улыбаться, развернулась на каблуках и пошла прочь. — А мой сын? — крикнула любовница двух Королей, сжимая руку Георга. — Его воспитанием займемся лично я и Фарья, — бросила Королева через плечо, не замедляя шага. — Черт! Георг, иди к себе. Мне нужно кое-куда сходить, — Луиза чмокнула сына в щеку и хлопнула по спине. — Не показывайся на глаза ни Катрин, ни Фарье, тебе понятно? — Но Фарья… — попытался было возразить мальчишка, но женщина его остановила. — Нет. Иди, — мать бастарда, удостоверившись, что сын вместе со слугой ушли прочь, направилась к комнатам Георгия Ракоччи А Королева, спрятав улыбку, направилась к дочери. Катрин подошла к двери и постучала, но ответа не последовало. Тогда она просто распахнула дверь и застала свою дочь плачущей на кровати. Нуну стояла рядом с ней, пытаясь утешить. — Фарья, что случилось? — спросила мать, присаживаясь рядом с дочерью. Принцесса стала вытирать рукой слезы. — Ничего, мама. Просто живот болит, — Фарья подняла взгляд на мать, и Королева понимающе кивнула головой. — Эти дни… — Да, мама. Пожалуйста, оставь меня одну. Мне сейчас очень плохо, и я не хочу сорваться на тебе, — Фарья прячет взгляд. Принцессе кажется, что каждое ее движение, каждый ее вздох кричит о том, какую тайну она скрывает. Ребенок… Нежданный и нежеланный. И избавиться от которого — риск. — Хорошо, Фарья. Нуну, позаботься о ней, — бросила Королева, ободряюще поглаживая дочь по спине, а потом поднимаясь с кровати. — Я зайду позже, после ужина, — Катрин замялась, будто хотела сказать что-то еще, но потом развернулась и ушла прочь. Когда дверь за ней закрылась, Фарья выдохнула. — Не могу поверить, Нуну… Она поверила! Что мне делать? За кого мне выйти замуж? — Принцесса уткнулась лбом в ладони. — Принцесса, а что насчет брата вашей фрейлины? — спросила Нуну, подавая Фарье воды. — Какой фрейлины? Мари? Можно поговорить с ним. Надо будет сказать Мари, чтобы он приехал в столицу, — Фарья, тяжело дыша, откинулась на спинку дивана со стаканом в руке. — Но где гарантия, что он будет верен мне? Где? Нужен кто-то из моих неженатых приближенных… — А может быть, вам будет лучше уйти в монастырь? Думаю, Дьердем Кальди мог бы вам помочь. — Ты про того иезуита? Возможно, — кивнула Фарья. — Но все же замужество представляется мне лучшим вариантом. Ракоччи. Георгий Ракоччи. Я могу выйти замуж за него! — Принцесса, окрыленная своей идеей, вскочила на ноги. — Он красив и умен, а главное, он верен Венгрии, а значит, и мне. Ракоччи из знатного рода, брак с ним не вызовет никаких вопросов, — улыбнувшись, Фарья опустилась обратно на диван. — А Мари? Ваша подруга хочет любит его, — напомнила служанка дочке Габора Бетлена. — Разлюбит. Если нет, как только я рожу ребенка, мы разведемся, и Ракоччи женится на Мари. Все, все живы и счастливы, — Нуну нахмурилась. Ей не нравилась эта схема, но так как предложить ничего лучше она не могла, Нуну промолчала. — Что ты так смотришь на меня, Нуну? Ракоччи идеальный вариант. Я уверена, что он согласится. — Почему именно он, Принцесса? Просто уйдите в монастырь на время, родите там и избавьтесь от ребенка. — Скажи, Нуну, — неожиданно жестко сказала Фарья, понижая голос. — Поверила бы ты в то, что молодая наследница престола внезапно решила уйти в монастырь? Я никогда не отличалась особой религиозностью, Нуну. В это никто не поверит! — срывается на крик девушка, а Нуну испуганно мотает головой. — Тише, Фарья, тише. Если вы считаете это единственным возможным вариантом, то поступайте так. Но лучше бы рассказали обо всем Королеве. — Я не хочу. Она все еще верит, что я не совершила этой ошибки и не отдалась Мураду, а я… — Фарья сглотнула слезы. — Чем я думала тогда? Нуну, мне плохо, Нуну, мне плохо, — всхлипывающая Фарья закпыла лицо руками. Нуну обняла ее. — Все будет хорошо, Принцесса. Все будет хорошо. ****** Луиза ворвалась в покои воеводы Ракоччи в самый неподходящий момент, когда он и Мари уже собирались расставаться. Этлан смерила их обоих злым взглядом, а потом закрыла дверь на замок. — Ракоччи, у нас проблемы. — Пока только у тебя, Луиза. Что случилось? — поинтересовался Георгий, машинально хватая Мари за руку. — Катрин спокойно не живется. Она решила выдать меня замуж и отправить куда подальше. — Я предупреждал тебя о таком исходе, но ты меня не слушала. Теперь расхлебывай, как хочешь. Можешь идти, — молодой воевода отвернулся. — Катерина Бранденбургская не оказалась невинным ангелом. Подложила дочь под турецкого султана ради того, чтобы вернуть себе трон. Кто знает, как поведет она себя дальше? Кем она еще пожертвует? Разве не лучше будет посадить на трон моего сына? — заманчиво произнесла Луиза Этлан. — Когда я предлагал тебе это раньше, ты отказалась, — безразлично бросил Ракоччи, не поворачиваясь. — Раньше я надеялась, что она сможет просто оставить нас с сыном в покое! — Луиза, устало выдохнув, обошла Георгия и сжимающую его руку Мари. Рыжеволосая проводила ее непонимающим взглядом, а мать бастарда опустилась на стул мужчины. — Я просто хотела покоя для себя и моего ребенка, но Катрин хочет войны. А ты, Ракоччи, хочешь власти. И ты, рыжеволосая девчонка, несомненно тоже ее жаждешь. Если мой сын взойдет на венгерский престол, все наши желания удовлетворятся. — Где гарантия, что ты, Луиза, не передумаешь в последнюю минуту? Ты уже бросала нас, — Ракоччи подходит к блондинке со спины и кладет на плечо. — Вдруг ты сговорилась с Катрин? Ты иногда совершаешь такую ошибку. — Иногда я верю нарисованной на ее лице невинности, Ракоччи. Так ты поможешь мне? — Несомненно, — кивнул воевода, встречаясь глазами с Мари. — Вы понимаете, что вы только что предали наше государство? — воскликнула в ужасе рыжеволосая, переводя взгляд с одного заговорщика на другого. — Мы предали не государство, а монархов. Это разные вещи, рыжая девчонка, — Луиза провела рукой по шелку платья, успокаиваясь, а потом погладила сияющий жемчуг отделки. — Смотри, сейчас я оторву жемчужину, — любовница двух королей с легкостью отодрала маленькую жемчужинку, находящуюся в самом незаметном месте и к тому же прикрытую кружевом. — Стало ли хуже шелку от ее отсутствия? Нет. От ее отсутствия стало хуже только самой жемчужине, потому что теперь она будет выброшена, — Луиза кинула ее на пол. — А потом уничтожена. Свергнутых монархов не оставляют в живых. Никогда.