Гордые

— Эй? Латифа, ты здесь? — спросила Эфитап. Ее голос потонул в окружающей ее тьме. — Эй? — девушка зашла в мрачную прачечную и тут же ощутила, как на ее затылок опустилось что-то твердое. — Ай! — Полежи, отдохни, Эфитап, — зло прошептала Латифа, зажигая свет и стягивая с темноволосой девушки танцевальные одежды. Пара минут, и Латифа уже стоит, облаченная в танцевальные одежды Эфитап. Ее волосы тщательно убраны под платок, этим же платком закрыта и большая половина ее лица. — Помоги мне, Господи. Султан Мурад должен поплатиться за свои злодеяния! ****** — Госпожа! Госпожа! — закричала Нарин, едва войдя в покои. — Мне нужно кое-что сообщить вам. — Что? — Нарин отложила в сторону вышивку. — Что-то случилось? — Да. Валиде Султан приказала приготовить праздник для Повелителя. — Что? — переспросила Хасеки, поднимая полный слез взгляд на Нарин. — Что? Да… Да как она посмела! — закричала Айше, швыряя вышивку на пол. — Я беременна, я его законная жена, а они смеют отправлять ему наложниц! — Госпожа, простите, мне не стоило говорить вам про это, — повинилась калфа, склоняя голову. Рассерженная Айше тут же дала ей пощечину. — Ты еще и хотела скрыть это от меня?! Вон! — Султанша, простите, — Нарин прижала руку к стремительно краснеющей щеке. — Простите! — Нет! Пошла прочь! Я не желаю тебя видеть! — Айше перестала кричать, и эти слова произнесла уже абсолютно спокойно. — Пошла вон. — Как… Как прикажете, — Нарин поклонилась и вышла из покоев, тщательно сдерживая слезы. ****** Латифа старалась вести себя как можно тише и незаметнее, чтобы никто, не приведи Господь, не увидел ее обман. И когда ее и остальных девушек привели к покоям Султана, ее сердце билось до безумия неистово, как будто силясь вырваться наружу. В покои Латифа вошла одной из последних и, едва заиграла музыка, тут же выбежала на передний план, нарушив композицию танца. Двигалась Латифа быстро, ярко и стремительно, завлекая Падишаха соблазнительными движениями бедер и груди. И Султан, ничтоже сумнящеся, остановил танец и бросил Латифе фиолетовый платок. «Это было слишком легко» — пронеслось в голове у рыжеволосой. И в этот самый момент платок спал с ее головы. Это было не по плану, но рыжеволосая не боялась, хотя подняла умоляющие глаза на Султана. Что ни говори, актерская игра была у нее в крови. Донесся испуганный вздох Лялезар, не сумевшей сдержать своих эмоций, и Повелитель спросил: — Кто эта девушка? — Я Латифа, мой Повелитель, — произнесла рыжеволосая томным голосом, спиной ощущая злобные взгляды других наложниц и калфы. — Она нарушила правила! Ее не должно здесь быть! — выкрикнула Айтач Хатун. — На ее месте должна быть Эфитап! — Это правда? — спросил Мурад у рыжеволосой. — Да. Но она продала мне свое право танцевать перед вами, — глядя в лицо Султану, солгала Латифа. Сзади донесся негодующий шепот, который стих спустя пару мгновений. Повелитель, будто раздумывая, забрал лежащий перед Латифой шелковый платок. — Уйдите. Все, — приказал Мурад, и наложницы покорно направились к двери. Латифа тоже попыталась уйти, но была остановлена Падишахом. — Повелитель? — спросила Латифа, мысленно прикидывая, где она могла просчитаться. — Ты проведешь эту ночь со мной. Латифа в ужасе замерла. У нее не было с собой яда.