Не возвращаться

Ну, в общем-то, почти каждый чиминов день ужасен и отвратителен, но есть те, которые особые. В которые родня портит настроение с утра, доводят днокурсники и добивает эта шайка. Чимин ну очень не любит такие дни. Впрочем, хватит о плохих днях Чимина, хотя, если мы закончим про них, у нас попросту не будет, о чём вести повествование. Что ж, продолжим, не заостряя внимание на этом. Просто эти люди появляются очень часто в их доме. Они буквально везде. Повсюду. И они являются друзьями его брата, так что у него не остаётся ничего, кроме как терпеть их из раза в раз. Вот и сейчас их дом покидает Хосок, набивая перед этим себе рот маминым домашним печеньем, а с Намджуном остаётся Юнги. Они сидят в гостиной некоторое время, но после поднимаются к брату в комнату. — Мам, почему ты пускаешь в свой дом нарушителей закона? — жалуется Чимин, спускаясь в зал. — Чимин, не говори ерунды. Друзья твоего брата — вполне хорошие мальчики, — улыбается она, вытирая кухонный стол. Чимин вспоминает, как Тэхёна отчитывали прямо на паре за то, что он покинул дежурный пост ради того, чтобы съесть мороженое в компании, а тот улыбался и пожимал плечами. Вполне возможно, что у его матери свои параметры «хороших мальчиков», просто Чимин думает, что она не может не знать о том, что творится в жизни его старшего брата. Его жизнь же она знает досконально, хоть та и состоит из сериалов, сна, еды, учёбы и нескольких маловажных деталей. Ну да, жизнь Намджуна гораздо насыщенней. Намджун облокачивается о спинку кресла и выдыхает дым в потолок. Курить в своей комнате, когда внизу хлопочет твоя мать — рискованный риск, который, например, Чимин, привыкший таиться по углам, ни за что не совершит. Намджун уже знает о вредной привычке младшего брата, так что отрицать её не имеет смысла. Юнги на кровати в позе лотоса созерцает пейзаж за окном и думает о делах насущных. Изредка он бесит Нама своим философским складом ума, который он использует тогда, когда совсем не нужно. Намджун хочет провести годы до своего выпуска на полную катушку, но эта бледная задница умеет испортить веселье. — Все ещё не понимаю, почему ты числишься моим лучшим другом, — выдыхает Намджун. — Потому что я прикрываю твою задницу, — бормочет Юнги и набирает сообщение Тэхёну. — Ох, не преувеличивай. Я прекрасно знаю, когда нужно остановиться. Юнги поднимает на друга взгляд и хмурится, но вновь возвращается к телефону, потому что, кажется, Тэхён скоро натворит дел. — Я просто не буду продолжать этот бессмысленный спор. Тэхён отвечает, что Юнги незачем волноваться, и Чонгук сможет отвоевать для него мороженое бесшумным способом. И Юнги не понимает, как два вполне взрослых человека могут наезжать на девочку из-за таких глупостей, как мороженое. Намджун включает компьютер и собирается запустить игру. — Потому что тебе нечем ответить, — усмехается. Юнги сейчас не слишком интересуют глупые перепалки с другом, который только и делает, что рискует, потому что сейчас решается, заберут ли в участок его глупого парня или нет. Юнги принимает звонок. — Тебе делать, что ли, нечего? — кричит он, вскакивая и попутно расковыривая заусенец. Намджун дёргается и поначалу думает, что Мин начал наезжать на него. Мол, какого ты лешего сел играть, если у тебя доклад через неделю. Но когда оборачивается, только закатывает глаза и возвращается к своим делам, хотя мгновение назад уже начал придумывать качественные отговорки. — Хён-хён, всё хорошо, мы отвоевали, — слышится по ту сторону трубки, и Чонгук радостно кричит, а ещё что-то ломается. — Я даже не хочу думать о том, что вы натворили. Возвращайтесь домой и сидите ниже травы, — шипит он недовольно, обратно садясь на кровать. — Ничего противозаконного, хён, — Чонгук рядом с Тэхёном заливается радостным смехом. — Мы идём к Чонгуку, его отец сказал, что у него для нас есть работа. Если это как-то связано с их ремонтом, я приду к тебе, хён. — Я всё ещё у Намджуна. — Ладно, твоя мать меня всё равно примет. Люблю тебя, хён! — разговор завершается смехом и еле слышным поцелуем, далее следуют гудки. Юнги хмурит брови, но через недовольство и бурчание пробивается скромная улыбка. Чёртов Тэхён, чёртов Чонгук. Всё хорошо. — Видимо, младшие хорошо порезвились, — говорит Намджун. — Кажется, они снова купались в фонтане, но буду надеяться, что они не простудятся, как в тот раз. Намджун хрипло смеётся, контролируя ситуацию на базе и следуя за командиром в игре. — В тот раз был сильный ветер, тебе незачем волноваться. «В тот раз они говорили так же», хочет сказать Юнги, но отмалчивается и с выдохом падает на кровать. — Тебе следует успокоиться и расслабиться, Юнги, — советует Намджун. — Сигареты в кармане куртки. — Я не буду курить в одном доме с твоей матерью, — отвечает он. Он лежит ещё где-то пять минут, бессмысленно втыкая в потолок, пока Намджун убивает «не наших» с победными и не очень криками. В дверь настойчиво стучатся, и Намджун в спешке убирает пепельницу в рюкзак, заранее зная, что всё будет в пепле, но так бессовестно мажет, что половина содержимого остаётся на столе. Чимин заходит сразу же после стука, поднимает одну бровь, а потом удивляется. — Ты что, долбанный кретин? — шепчет он, закрывая дверь. В комнате пахнет дымом, прокуренный воздух заставляет Чимина корчиться и тереть нос. — Матери ни слова, — предостерегает Намджун. Только Чимин хватается за ручку двери, Юнги встаёт с кровати и направляется к нему. Взгляд в несколько вольт, рука на руке, ухмылка — «ты этого не сделаешь». Чимин делает лицо «спорим, что да?». Они уже не в первый раз спорят, и Чимин до отчаяния отважный, Юнги хмурится. — Опусти ручку, чувак, тебе ведь самому эти проблемы не нужны, — говорит Юнги. — Я тебе не чувак, — тычет пальцем в грудь Юнги младший. Намджун вываливает пепел из рюкзака в окно, сметает со стола мусор — тоже в окно —, а после распыляет несколько раз освежитель воздуха. — И ты думаешь, что всё это сработает против нашей мамы? Она следователь, ты не забыл? — во взгляде Чимина очень открыто читается вызов. — К тому же, я знаю, где ты прячешь сигареты. — Что ты хочешь? — прямо спрашивает Намджун. Юнги уже не считает это хорошей идеей, но Намджун знает своего брата достаточно, чтобы знать все его принципы: он сделает так, как просит брат, если брат сделает так, как хочет он. — Давай подумаем, — ухмыляется Чимин и убирает руку, чтобы подпереть ею подбородок. Юнги всё ещё стоит рядом, чтобы на всякий, но младшего это не слишком устраивает. Он бросает взгляд на Намджуна. — Всё в порядке, Юнги, — отмахивается Намджун, и тот покорно делает шаг назад. Чимин сравнивает эту сцену с американскими фильмами. Юнги слишком похож на телохранителя или охранника лидера, и он готов защищать жизнь босса, но следует приказам и подчиняется, если Намджун говорит сбавить обороты. Чимин ухмыляется. — Ваша компания не появляется в нашем доме, — он поджимает губы, чтобы мысленно представить, сколько времени ему потребуется, чтобы отдохнуть от них, — думаю, месяц. — А ты не слишком ли прихуел? – говорит Намджун, скрещивая руки на груди. — Нет, совсем нет, — простодушно отвечает Чимин. — Этого как раз достаточно, — улыбается. Намджун шипит, закатывает глаза и соглашается, цокая, когда Чимин протягивает ему руку для закрепления договора. Юнги спокойно хмыкает, снова принимая позу лотоса на кровати.