Игра по-королевски

      Устало откинувшись на спинку кресла, прикрыв глаза и начав массировать указательными пальцами виски, Дамиан поборол острое желание застонать и послать все свалившиеся на его голову документы в связи с будущей свадьбой как можно дальше от себя; от многочисленных предложений, списков гостей и блюд, сообщений от знаменитых костюмеров, вызвавшихся сшить милой «невесте» платье, буквы перед глазами уже давно отплясывали танго. Хотелось отодвинуть кипу бумаг в сторону, забыть об этом, как о страшном сне, и сказать дорогому брату, чтобы тот сам разбирался с собственным венчанием. Однако вспомнив, что главным инициатором идеи этого торжества был он сам, Король с мученическим вздохом вернулся к документам.       Единственным, что утешало правителя Ривенлота в это нелёгкое для него время, было осознание участия в хлопотах и самих виновников предстоящей свадьбы: Диаваль, пообещавший разобраться с цветами и ковровыми дорожками, вскоре отказался от реквизиции и убёг на кухню — что там творилось, старший Ваэйль предпочитал не думать, впрочем, громкие крики слуг и поваров были прекрасно слышны при приближении к кладовым; Киаран же, проинформированный, что примерка платьев начнётся завтра, с отсутствующим выражением лица принялся следить за тем, как приглашённые стилисты украшают тронный зал — венчание было решено проводить там, да и придворный священник легко согласился.       Поднявшись на ноги, ненароком смахнув верхние страницы очередной кипы бумаг, только-только водруженной на стол усмехающимся Хранителем, Дамиан пожалел, что на ближайшее время никаких военных действие не запланировано; таким образом, от всех приготовлений скрыться не получится. Мужчина сложил руки на груди и бросил мимолётный взгляд в сторону часов: сегодня он засиделся дольше обычного — те уже показывали второй час ночи.       Потянувшись, Король, не тратя времени на переодевания, рухнул на кровать и, спрятав лицо в многочисленных подушках, спустя несколько минут погрузился в сон.       Если кто-нибудь вам скажет, что злодеям, погубивший многих людей, не снятся кошмары: это всё неправда. Дамиан каждую ночь видел окровавленные тела жителей той или иной страны, попавших под обломки рушащихся зданий, слышал мольбы о пощаде наследников Древних Королей, которых обрекал на смерть, видел искалеченные тела пленных. Крепкому сну такие видения не способствовали, и чаще всего Король несколько раз просыпался, но от этого было невозможно сбежать; травы и лекарства, предлагаемые лекарями или Хранителем, не помогали — иногда даже, наоборот, усиливали кошмары; в них появлялась Мирабель с пустым, остекленевшим взором.       Такова расплата за все грехи, принесённые в этот мир. Хоть правителем Ривенлота и было совершено много зла, хоть он действовал сознательно и без капли сомнений — всё же сердцем, пусть и каменным, он обладал. Сожалений и раскаяний не было — Короля посещали только кошмары, крики, стоны и проклятия.       В этот день пытка прекратилась намного раньше, чем Дамиан предполагал; как только колокола возвестили шесть часов утра — мужчина сквозь зубы пробормотал несколько ругательств, напомнив себе закрывать перед сном окна — он уже не мог заснуть. Возвращать видения не хотелось, да и оставленных на сегодня дел было довольно-таки много; посему, после недолгих размышлений, Ваэйль встал с кровати, переоделся, расчесал и заплёл в косу длинные волосы, а после направился в покои брата, прихватив эскизы свадебных платьев, присланных стилистами.       Толкнув тисовую дверь, Дамиан, стараясь не шуметь, чтобы раньше времени не разбудить принца, вошёл в комнату и, первым делом оставив бумаги на столе, направился к кровати, остановившись, уперевшись плечом в один из столбов, поддерживающих полог, и искривил губы в улыбке: на атласных простынях цвета ночного неба спали будущие супруги, обнажённые по пояс (остальное, порадовав мужчину, прикрывало одеяло), обняв друг друга. Диаваль ткнулся носом в плечо своему Хранителю и сладко посапывал, эльф же собственнически прижимал наследника к своей груди.       Несколько мгновений понаблюдав за этой картиной, стремясь оставить её в памяти, Дамиан кашлянул: молодого принца этим, конечно, не разбудишь, зато Киаран откроет глаза сразу. И он оказался прав, тут же резко выставив перед собой руку, создавая прозрачный щит; мигом проснувшийся Хранитель на автомате отточенных действий достал из-под подушки кинжал и тут же кинул его в источник шума, никоим образом при этом не потревожив сон Диаваля.       Глаза эльфа расширились от осознания, на кого он только что совершил попытку нападения, и вскоре Киаран, освободившись от объятий наследника, уже стоял перед Королём, предварительно одевшись, склонившись в поклоне.       Мужчина махнул рукой, говоря, что всё в порядке, и вновь вернулся к созерцанию брата. Нахмурившись, он щёлкнул пальцами. Созданный поток тёплой воды окатил младшего из Ваэйлей с ног до головы, и тот мигом проснулся, резко сев в кровати и обводя комнату взглядом, ища виновника своего пробуждения. Увидев отправившегося к шкафу за полотенцами Киарана и протягивающего стопку одежды Дамиана, юный принц обиженно надулся.       Впрочем, высказать своё мнение по этому поводу он не успел; в двери тихо постучали, и вскоре в комнату вошла служанка, держа подносы с едой. Не удивившись, увидев Короля не в своих апартаментах, она присела в реверансе и, поставив подносы на стол, не задевая эскизы, так же безмолвно удалилась.       — Можешь залезать обратно, — отойдя от кровати, правитель выглянул в окно; на ветке дерева расположился задумчиво прикусивший нижнюю губу эльф. — Впрочем, я думал, тебе больше нет нужды выпрыгивать в окно каждый раз, как кто-нибудь входит в комнату. А тебе, — повернулся он к брату, что начал покидать своё убежище, — лезть под кровать.       — Привычка, — одновременно отозвались парни.       — После свадьбы вы себя так же будете вести? — изогнул бровь Дамиан. — Если так, не лучше ли всё оставить как есть?       — Я не против, — сидя на подоконнике, стараясь не встречаться взглядом с замершим от этих слов принцем, пожал плечами Киаран. — Так, по крайней мере, меня не будут разукрашивать и наряжать.       — Кстати, о нарядах, — Король махнул рукой, и к эльфу по воздуху поплыли пергаменты с эскизами. — Что ты об этом думаешь?       — Подвинься, — за время обмена фразами между своими самыми дорогими людьми успевший вытереться и одеться Диаваль сел рядом с Хранителем. — О! А ты получишься красивой невестой.       — Из Вас сейчас выйдет покалеченный супруг, — не смотря на принца, пробурчал себе под нос эльф, однако оказался услышанным.       — Это угроза наследнику престола? — шарахнулся в сторону семнадцатилетний юноша, чуть не вывалившись в окно; благо, Киаран успел вовремя поддержать того.       — Это просто констатация факта! — бросил Хранитель.       — Из вас получится идеальная пара, — саркастически отметил правитель Ривенлота. — Оставляю выбор платья на вас. Главное, определитесь к обеду. Остальное уже готово, венчание назначено на вечер. До того времени постарайтесь остаться в живых.       — А…? — начал было эльф, но Дамиан его перебил:       — Стилисты прибудут к часу дня. Главное, не перебей их — они единственные хорошие специалисты в своём деле.       — Ага, и разбросанные человеческие внутренности по всему замку хорошего настроения гостям не прибавят, — со смешком согласился юный принц и тут же оказался на полу; раздражённый Хранитель достаточно сильно толкнул наследника в спину. — Брат, он издевается!       — Удачи, — не обратив на возмущение ровным счётом никакого внимания, Король поспешил удалиться, оставляя будущих супругов наедине.       Ему ещё предстояло разобраться с оставшимися приготовлениями и всё перепроверить: первым делом правитель решил отправиться на кухню, где, увидев многочисленные блюда, одобрительно кивнул уставшим от работы поварам; зал, который ранее украсили спящие на диванах или в креслах слуги, задержавшиеся до поздней ночи, блистал своим великолепием, и Дамиан удивлённо приподнял бровь — он ещё никогда не видел, чтобы тронная зала была столь прекрасна; начинали собираться гости, приглашённые в последний момент — благо, магия позволяла преодолеть расстояние в многие километры за считаные секунды.       Удостоверившись, что всё находится в идеальном состоянии, Король бросил взгляд на часы и, поняв, что до основного торжества времени ещё много, отправился в сад; он желал отдохнуть от суеты последних недель и насладиться тишиной и одиночеством. Конечно, это можно было сделать и в своих покоях, однако сидеть в четырёх стенах не хотелось совершенно.       Усевшись под деревом, правитель Ривенлота прикрыл глаза и подставил лицо проникающим сквозь пушистые кроны деревьев солнечным лучам. Умиротворение и спокойствие разливались вокруг, и вскоре Ваэйль задремал, прекрасно зная, что если его и попытаются убить, то точно потерпят неудачу; артефакты, хранящие его от всех воздействий окружающих, надёжно сокрыты от предполагаемых убийц, и беспокоиться было не о чем.

***

      Открыть глаза и вернуться в бренный мир пришлось к двум часам дня, когда Дамиан почувствовал, что его аккуратно трясут за плечи. Выразив своё мнение по данному поводу недовольным ворчанием, Король открыл глаза, да так и замер, забыв закрыть рот.       Напротив него застыло лицо прекрасной девушки, чьи золотые глаза в обрамлении пушистых ресниц сияли, отражая солнечный блеск; едва видимые румяна подчёркивали бледность кожи, а светло-оранжевые тени — красоту глаз. Полные алые губы были чуть приоткрыты, обнажая ровные белые зубы. Волосы незнакомки, ярко-алые, кровавые, были заплетены во множество косичек и уложены в замысловатую причёску — что это парик, вскоре стало ясно. Однако…       Опустив взгляд, правитель увидел неизменный костюм Хранителя своего сына и тут же закрыл рот, издав издевательский смешок. Он, конечно, предполагал, что из эльфа получится замечательная невеста, но полностью предугадать результаты трансформации не мог; и сейчас, приказав Киарану застыть на месте, Дамиан начал обходить того по кругу, любуясь работой профессионалов. Нужно будет оплатить труды стилистов в двойной размере, раз уж сам Король восхитился конечными стараниями иностранных специалистов.       Из сбивчивых объяснений Хранителя правитель понял, что платье готово и ждёт одобрение Короля. Кивнув, мужчина последовал за эльфом, и вскоре они оказались в покоях молодого принца. Хозяина комнаты не было видно, да и немудрено: по комнате словно прошёлся ураган, разбросав многочисленные ткани по всей площади апартаментов, и горы шёлка, шерсти, бархата и атласа возвышались то тут, то там.       Вот одна из них зашевелилась, и на свет божий показалась растрёпанная голова Диаваля, который с победным воплем достал рулон чёрной ткани. На вопросительный взгляд брата наследник лишь пожал плечами и проинформировал, что добровольно даваться в руки стилистам Кайр отказался, посему пришлось задействовать силу. Чем закончилось — можно представить, лишь оглядевшись вокруг и посмотрев на ворчащего Киарана.       Профессионалы своего дела тут же утащили «невесту» за ширму, и вскоре, после долгих препирательств и уговоров, перед усевшимся прямо на одну из гор ткани Королём предстала следующая картина: уже виденная им прекрасная леди в белоснежно-белом платье, расшитом кружевом и жемчугом; пышный подол украшен драгоценными каменьями — бриллиантами — переливающимися всеми цветами радуги от попадающих на них световых лучей. Длинные рукава, туго затянутый пояс, высокий воротник — всё скрывало половую принадлежность будущей супруги наследника престола.       Результат тому, кстати, понравился. Это можно было понять по восхищённому взору и не очень приличным комментариям, благодаря которым принц вновь оказался в груде ткани, стремясь укрыться от испепеляющего взгляда Хранителя; лишний раз двигаться тому в платье не разрешали, и Дамиан, в целях сохранения чудесного образа, дал на это полное согласие.       А вот с туфлями начались проблемы… Привыкший к своей удобной обуви без лишних изгибов Киаран на каблуках ходить совершенно не умел; стилисты из раза в раз советовали, как нужно правильно двигаться, чтобы лишний раз не запнуться, и со временем у Хранителя начало получаться.       Внимательно наблюдающий за стараниями своего любовника из укрытия Диаваль, напоминая черепаху, умудрился ближе подобраться к брату и теперь тихо комментировал то или иное движение; в зависимости от правдивости, Дамиан или соглашался, или отрицательно покачивал головой. В конечном итоге, эльфу такое стечение обстоятельств надоело и он очень вежливо попросил королевскую семью покинуть комнату. Упирающегося принца Король тащил за собой за шиворот пиджака, пока тот возмущался, что негоже выгонять из комнаты её владельца. Старший из Ваэйлей тогда кашлянул и поправил, что, в целом, замок-то весь принадлежит ему, на что наследник надулся ещё сильнее.       К началу торжества же всё было готово, и честь вести «невесту» к алтарю выпала Дамиану. Диаваль же, по правилам, уже стоял возле священника и нервничал, ожидая, когда распахнутся двери и по ковровой дорожке пойдут его самые дорогие лю… существа.       Вот заиграла музыка, стражники распахнули двери, и навстречу жениху медленно двинулись Король и Киаран, причём первый поддерживал последнего под локоть, дабы тот ненароком не свалился с каблуков. Отовсюду слышались восхищённые ахи и охи, и правителя так и подмывало поинтересоваться, знают ли аристократы, на ком женится — или мужается — наследник престола.       Неотрывно следя за каждым движением невесты, собравшиеся хранили молчание, поражённые красотой юной девушки; та скромно улыбалась, и глаза её сияли счастьем. Ну, так всем казалось. Признаваться же, что в эльфе полыхало желание придушить дрожащего от едва сдерживаемого смеха Короля, никто не собирался, тем более тогда раскроется неугодная двору правда и свадьбу придётся отложить на неопределённый срок, что никого не радовало: слишком много стараний и трудов было вложено, чтобы так просто дать всё испортить.       Доведя «невесту» до алтаря, Дамиан обошёл священника и уселся на трон, подперев кулаком подбородок и начав внимательно следить за происходящим.       Вот священнослужитель прочитал молитву, поинтересовался, действительно ли эти два существа желают соединить свои жизни узами брака — чтобы голос Киарана был похож на женский, эльфу пришлось сделать колоссальное усилие — и наполнил кубок, из которого новобрачные должны были испить по очереди, водой. После попросил обоих вытянуть правую руку, чуть надрезал им запястья и собрал несколько капель крови в бокал. Следом протянул оный жениху, и тот сделал первый глоток. Второй — «невеста».       А после — поцелуй. По залу пронёсся благоговейный вздох, и Дамиан коварно улыбнулся.       Когда всё закончилось, гостей и виновников торжества пригласили к праздничному столу, и поздравления со свадьбой, пьяные выкрики и просьбы в сторону прекрасной таинственной незнакомки произнести хоть пару слов не смолкали ещё очень долго.       Когда новобрачные оказались в уже убранной комнате принца, отбившись от толпы, был второй час ночи.       Ваэйль-младший маниакально потянулся к шнуровке платья своего — теперь уже — супруга, шепча, что мечтал снять его с эльфа с того самого момента, как только увидел. Да и, по правилам, сегодня должна быть первая брачная ночь — и им никто мешать не будет.       Несчастное платье всё никак не хотело поддаваться и расстёгиваться, и недовольный Диаваль, решивший отыграться за похожие действия по отношению к нему, разорвал ткань, обнажая тело своего партнёра. Тот лишь хмыкнул и щёлкнул пальцами: оставшаяся одежда исчезла с обоих.       Поцелуи, сплетение языков, тихие гортанные стоны, движения по оголённой коже, прикрытые глаза; вновь касания губ губами, изучение рта друг друга, скольжение языком по языку, внутренней стороне губ, щеке, нёбу.       Наследник обнимает Киарана за шею и притягивает к себе, пятится, спотыкается и падает на кровать, утягивая эльфа следом. Вновь целует, скользит пальцами по спине партнёра, вырисовывая узоры, и обвивает ногами его талию.       Хранитель не возражает; вместо этого он чуть приподнимает принца за бёдра, устраиваясь поудобнее, и медленно, осторожно входит, растягивая тугое колечко мышц. Те поддаются легко — не первый раз и не так давно Диаваль и Киаран проводили время вместе, так что их тела ещё не успели забыть друг друга.       Глубокие движения, эльф выцеловывает каждый миллиметр запрокинутой шеи своего принца, оставляя засосы, которые теперь нет необходимости скрывать — все знают, что наследник престола женился на восхитительной красоты девушке; что это не совсем так — знать необязательно. Впрочем, Дамиан позаботится о том, что этот ускользнувший от внимания аристократов факт станет известным, и тогда никто не посмеет косо на них посмотреть.       Хранитель упирается одной рукой с левой стороны от головы наследника, а второй крепко сжимает руку принца, переплетая пальцы, поднося её к своим губам, отрываясь от сладкой шеи, и начинает облизывать каждый палец Ваэйля. Горячо, влажно — при их развратных стонах это действие не кажется противным. Наоборот: прибавляет огня.       Диаваль всхлипывает, прижимаясь к телу любовника ещё сильнее, и содрогается, кончая, бессильно падая на простыни. Однако знает: это ещё не конец.       Нежные движения начинают грубеть, поцелуи становиться жёстче, следов от укусов прибавляется; в отместку юноша чуть подаётся вперёд, целуя эльфа, и прокусывает тому нижнюю губу, тут же скользя языком, слизывая выступившие капельки крови, и улыбается; глаза того, в чьих жилах течёт кровь демона, ещё ярче начинают сиять в темноте, выдавая удовольствие.       Несколько слов, сорвавшихся с губ Киарана, и они меняют позу: теперь Хранитель лежит, а на нём, восседая, как заправский ковбой, начинает двигать тазом Диаваль. Движения быстрые, и принц расплетает пальцы рук, освобождаясь, и проводит ладонями по торсу партнёра, наклоняется, проводя языком по груди, обхватывает губами сосок и начинает посасывать, покусывать, стараясь, однако, не прокусить кожу — с клычками это становится не такой уж и простой задачей.       Пальцы эльфа сдёргивают резинку с волос принца, и те рассыпаются водопадом, касаясь кожи, щекоча её.       Диаваль отрывается от своего занятия и поднимает недовольный взгляд на Киарана, после вздыхает и тянется за поцелуем — язык вновь слизывает капельки крови, но теперь наследник не спешит их глотать. Вместо этого он, замирая, смазывает губы и начинает оставлять невесомые поцелуи по всему телу партнёра, и только после этого, скользя горячим языком, слизывает кровь.       Киаран неосознанно двигает бёдрами, прося Ваэйля не останавливаться, и тот звонко смеётся, начиная медленно подниматься и опускаться, насаживаясь на член любимого, выпрямляется, медленно проводит ладонями от живота партнёра до ключиц, а после резко подтягивает его к себе за плечи и страстно целует, не встречая сопротивления — видимо, от удивления — и проникая языком в чужой рот, изучая, рисуя узоры на внутренней стороне щёк.       Когда приближается развязка, комнату наполняют громкие стоны, и Киаран изливается в своего принца, в своего законного супруга.       Утомлённый, Диаваль падает рядом, скатываясь, и прикрывает глаза. Сбившееся дыхание парня чуть касается уха Хранителя, и тот, махнув рукой, убрав следы спермы, чтобы не тратить силы на ванну, притягивает любимого к себе за талию и невесомо касается губами лба.       — Я люблю тебя, — произносит он.       — И я тебя.       Оба улыбнулись друг другу; неожиданно эльф насторожился и привстал на кровати, пытаясь понять, что не даёт ему покоя.       Вскоре из темноты появились два горящих алым пламенем глаза, и Хранитель покрылся холодным потом, коснувшись плеча Ваэйля-младшего и указывая на незнамо что забывшего в это время в чужих покоях Короля. Брат правителя порадовался, что в темноте сияние их глаз видеть всё же не позволяет, и тихо — на всякий случай — поинтересовался:       — Что ты здесь забыл?       — Свечку держу, — без какой-либо интонации отозвался правитель Ривенлота, создавая слабый огонёк на ладони, освещая тем самым комнату. — Наверное, я опоздал? — сорвавшийся с губ принца стон стал достойным ответом. Киаран же, прекрасно зная нрав короля, только лишь согласно кивнул головой.       — Вы совершенно правы, — но всё же решил подкрепить действие словами.       — Как я вас ненавижу, — спрятав горящее от стыда лицо в подушку, пробормотал Диаваль.       Смех обоих личностей, явно когда-то умудрившихся спеться, прослушать всё же не удалось.