История Гермионы

Следующие несколько дней Гермиона и профессор Снейп приходили в себя от обретения новых родственных связей, хотя оба были счастливы, что обрели наконец-то то, что так долго искали. Гарри в эти дни много времени тратил на то, чтобы спрятаться от Гилдероя Локхерта, и ему это удавалось. Хуже дело обстояло с Колином. Он , казалось, изучил расписание Гарри наизусть . И везде подстерегал его. Хедвиг все еще обижалась на Гарри за ужасное путешествие на машине, а палочка Рона все еще барахлила. В пятницу утром она превзошла саму себя, вырвавшись у Рона из рук на уроке Колдовства и стукнув маленького Профессора Флитвика промеж глаз, так что у него появилась большая пульсирующая зеленая шишка. Так, между делом, неделя подошла к выходным. Гарри, Рон и Гермиона планировали в субботу утром посетить Хагрида. Однако Гарри на несколько часов раньше, чем ему бы хотелось, растолкал Оливер Вуд, капитан Гриффиндорской команды по Квиддитчу. Об этом Гермионе сообщил Рон, когда она спустилась в общую гостиную грифиндора. - Пойдем, завтракать. – торопил он ее. - А Гарри ждать не будем. - У него тренировка по квидичу. - А ты откуда это знаешь? - Так Вуд, пришел ни свет ни заря, разбудил его, и заодно всю нашу комнату, и потащил Гарри на тренировку. - Тогда пошли , завтракать. - Наконец-то. По пути в Большой Зал Гермиона глянула в окно. Там уже рассвело. И тонкая дымка, которая висела в розовато-золотом небе, пропало. И само небо поменяло свой окрас. Теперь оно было нежно голубое. Ребята прошли в большой зал. Они быстренько перекусили, захватили с собой тосты и мармелад. После чего отправились на поле для квидича. Они прошли на трибуны и сели там. - Что-то их не видно. – сказала Гермиона. - Может, они уже закончили тренировку? Девочка пожала плечами. - А вон Гарри идет. – первая заметила друга Гермиона. — Так вы еще не закончили? — удивленно крикнул Рон. — Еще и не начали, — ответил Гарри, с завистью поглядывая на тосты и мармелад, которые Рон и Эрмиона захватили из Большого Зала. — Вуд учил нас новым комбинациям. Гарри взобрался на метлу, оттолкнулся от земли и взмыл ввысь. Ребята с интересом наблюдали, как он на полной скорости облетел вокруг стадиона, соревнуясь с Фредом и Джорджем. - Что это за странное щелканье? — спросил Рон, не сразу заметив первокурсника грифиндорца с камерой. - Это Колин. – Сказала Гермиона. Через пару минут Рон окликнул Герми: - Смотри! – на поле вышла команда слизирина по квидичу. - Они что тут делают? - Не знаю. - Пойдем к ним , все узнаем. - Пошли. Они приблизились к команде слизирина. - Разве сейчас ваше время? – спросила Гермиона. - Мы сами разберемся. – ответил их капитан. – Без вас. Вуд спикировал к земле и со злости приземлился жестче, чем рассчитывал, поэтому, слезая с метлы, он слегка хромал. Гарри, Фред и Джордж последовали за ним. — Флинт! — завопил Вуд на капитана Слитерина. — Это наше время! Мы специально встали пораньше! Можешь убираться отсюда! Маркус Флинт был еще больше, чем Вуд. На его лице обозначилось коварное выражение, свойственное троллям, когда он ответил: — Тут на всех места хватит, Вуд. Подлетели Ангелина, Алисия и Кэти. В команде Слитерина, стоявшей плечом к плечу, и мрачно поглядывавшей на Гриффиндорцев, девушек не было. — Но я заказал поле! — воскликнул Вуд, брызгая от злости слюной. — Я заказал его! — Ах, ну конечно, — сказал Флинт. — Но у меня есть специальная записка от Профессора Снейпа. 'Я, Профессор С.Снейп, даю разрешение команде Слитерина сегодня тренироваться на поле для Квиддитча в связи с необходимостью тренировать нового Ловца.' — Так вы добыли нового Ловца? — растерянно спросил Вуд. — Откуда? Из-за спин шестерых здоровых парней выступил седьмой, поменьше, с глупой улыбкой на бледном, остром лице. Это был Драко Малфой. — А ты не сын ли Люция Малфоя?"— поинтересовался Фред, с неприязнью глядя на Малфоя. — Занятно, что ты вспомнил про отца Драко, — сказал Флинт, а все Слитеринцы заулыбалась еще шире. — Позволь, я покажу щедрый подарок, который он сделал нашей команде. Все семеро выставили свои метлы. Семь отполированных, абсолютно новых ручек и семь блестящих золотых надписей "Нимбус Две Тысячи Один" сияли на раннем утреннем солнце под носом у Гриффиндорцев. — Самая последняя модель. Выпущена в прошлом месяце, — небрежно пояснил Флинт, щелчком стряхивая пылинку со своей метлы. — Полагаю, она сильно превосходит прежнюю модель Две Тысячи. А что касается старых Клинсвип Пять - ими можно подметать пол. Какое-то время никто из Гриффиндорской команды не мог ничего сказать. Малфой скалился так, что его холодные глазки сжались в щелочки. — И что он здесь делает? – Рон смотрел на Малфоя, поправлявшего свою форму. — Я — новый Ловец Слитерина, Уизли, — самодовольно заявил Малфой. — А тут все восхищаются метлами, которые мой отец купил для команды. Рон с раззинутым ртом уставился на семь великолепных метел. — Хороши, не правда ли? — с удовольствием произнес Малфой. — Но, может, команда Гриффиндора тоже сможет поднабрать золотишка и купить новые. Вы могли бы пустить эти Клинсвип Пять с молотка; думаю, музей бы за них поторговался. Слитеринцы зашлись хохотом. - Гермиона, по моему ты сама говорила, что это лучшие метлы из всех тех, что были представлены в магазине. Если хочешь, потом полетаем вместе. Девочка даже прокраснела. - С чего бы тебе приглашать ее кататься? – не понравилось это Рону. - Ну, наши родители друзья и в отличии от твоей семьи, наши могут позволить себе лучшее. А так же , потому что, если она будет продолжать общаться с тобой, то никогда не полетает на настоящей метле, так как от покупки своей она отказалась. Если , честно, то я не понимаю , почему она дружит с таким ничтожеством, как ты! – Бросил Малфой Рону. - Драко! – отдернула его Гермиона. Рон засунул руку в мантию, вытащил палочку и, завопив: — Ты за это заплатишь, Малфой!, — со злостью махнул ею ему в лицо. По стадиону раскатился громкий треск, из обратного конца палочки вырвался пучок зеленого света, ударил Рона в живот и повалил на траву. — Рон! Рон! С тобой все в порядке? — вскрикнула Гермиона. Рон открыл было рот, но оттуда не вылетело ни единого слова. Вместо этого он громко рыгнул и несколько слизняков вылетело у него изо рта. Слизиренцев парализовало от хохота. Флинт согнулся пополам, и цеплялся за свою новую метлу в поисках опоры. Малфой упал на четвереньки, колотя по земле кулаком. Гриффиндорцы собрались вокруг Рона, который продолжал отрыгивать больших блестящих слизняков. Никому, по-видимому, не хотелось к нему прикасаться. — Давай лучше отведем его к Хагриду — это ближе всего, — предложил Гарри Гермионе, которая отважно кивнула, и они вдвоем потащили Рона под руки. — Что случилось, Гарри? Что случилось? Он заболел? Но ты ведь можешь вылечить его, не правда ли? — Колин сбежал вниз со своего сиденья и теперь приплясывал возле них, в то время как они покидали поле. С Роном случился еще один приступ и еще несколько слизняков скатились у него по груди. — Ого, — Колин пришел в восторг и поднял фотоаппарат. — Можешь подержать его спокойно, Гарри? — С дороги, Колин! — со злостью рявкнул Гарри. Он и Гермиона, поддерживая под руки, уводили Рона со стадиона и дальше по територии к опушке леса. — Почти уже на месте, Рон, — сказала Гермиона, когда завиднелась хижина лесничего. — С тобой через минуту будет все в порядке — вот-вот дойдем... Они были в нескольких метрах от домика Хагрида, когда дверь его распахнулась, но появился из нее не Хагрид. Оттуда вышел Гилдерой Локхарт, одетый сегодня в светлых розовато-лиловых тонах. — Быстро, сюда, — прошипел Гарри, затаскивая Рона за куст неподалеку. Гермиона последовала за ним. — Это очень просто, если знать, что делать! — громко поучал Локхарт Хагрида. — Если нужна помощь, вы знаете, где меня искать! Я дам вам мою книгу. Удивлен, что у вас еще ни одной нет — я подпишу одну сегодня вечером и пошлю вам. Ну, всего доброго! — и он зашагал в сторону замка. Гарри дождался, пока Локхарт не скрылся из виду, а затем вытащил Рона из-за куста и подтащил его к входной двери. Они настойчиво застучали. Сразу же появился Хагрид, выглядевший очень раздраженным, но его лицо немедленно расцвело, когда он увидел, кто пришел. — А я все думаю, когда это вы зайдете — проходите, проходите — а я-то подумал, что это Профессор Локхарт опять возвращается... Гарри и Гермиона втащили Рона через порог в хижину, состоявшую из одной комнаты, с огромной кроватью в одном углу, и весело потрескивающим камином - в другом. Похоже Хагрида не очень взволновали проблемы Рона со слизняками, о которых Гарри поспешно объяснил ему, усаживая Рона в кресло. — Лучше наружу, чем внутрь, — бодро заметил он, с грохотом поставив перед Роном большой медный таз. — Давай их всех сюда, Рон. — Не думаю, что можно сделать что-то еще, кроме как ждать, когда это кончится, — нервно сказала Эрмиона, наблюдая за нагнувшимся над тазом Роном. — Такое заклинание очень трудно сотворить даже в лучших условиях, но со сломанной палочкой... Хагрид суетился, делая им чай. Его охотничий пес, Клык, лизал Гарри. — Чего у тебя хотел Локхарт, а Хагрид? — спросил Гарри, почесывая Клыку уши. — Давал мне советы, как вывести водяных из колодца, — проворчал Хагрид, убирая со своего захламленного стола полуощипанного петуха и ставя на стол чайник. — Будто я не знаю. И трепался по поводу изгнанного им призрака. Готов съесть мой котел, если хоть одно его слово было правдой. Критиковать преподавателя из Хогвартса — это было совершенно непохоже на Хагрида, и Гарри поглядел на него с удивлением. Однако, Гермиона, слегка повысив голос, заметила: — Да, он вообще, ни на что не способен. Как его вообще взяли на работу? — Он был одним кандидатом на это место, — ответил Хагрид, предлагая им тарелку с помадкой из патоки, в то время как Рон, хлюпал и кашлял в свой таз. — И, я имею в виду, единственным. Становится очень трудно найти кого-нибудь на Темные Силы. Людям не очень-то хочется этим заниматься. Начинают думать, что эту должность сглазили. Никто на ней долго не протянул. Так скажите мне, кого он пытался заколдовать? — кивнул Хагрид в сторону Рона. - Малфой обозвал его ничтожеством, и прямо сравнил их семьи, и зачем-то приплел семью Гермионы. - А что он имеет против твоей семьи? – спросил Хагрид. - Ничего. Он просто сказал , что наши семьи дружат. - А я думал, что твоя мама не очень-то любит Люциуса. - Он имел в виду отцов. - Тогда понятно. - Гермиона, а кто твой отец. Прости за вопрос, но интересно. – сказал Гарри. - Хорошо, только никому не говорите. Мой отец Северус Снейп. - Не может быть! – воскликнул Рон и снова скрылся над Тазом. - Но у тебя же другая фамилия? – удивился Гарри. - Мои родители расстались до моего рождения. - Понятно. - Гермиона, ты не расстраивайся. От того, что они расстались ничего не меняет . Я уверен , что Северус очень сильно тебя любит. Он хороший человек, хоть скрывает это. – сказал Хагрид. - Да. - Очень хорошо скрывает. – добавил Рон. Его снова стало рвать, и он опять скрылся из виду. — Я тебя не хочу ругать,Рон, за то, что ты попробовал его закодовать , - сказал Хагрид перекрывая стук от падавших в таз слизняков. — Но может оно и к лучшему, что твоя палочка стрельнула не в том направлении. Уж я думаю, Люций Малфой бы заявился в школу, если бы ты заколдовал его сына. Хорошо уж, что ты не поимел неприятностей. Гарри хотел было заметить, что поток слизняков изо рта уж никак не относится к разряду приятных вещей, но не смог; помадка Хагрида склеила ему челюсти. — Гарри, — внезапно сказал Хагрид, как будто пораженный новой мыслью. - А я ведь на тебя зуб имею. Слышал ты тут раздаешь фотографии с автографами. Почему же у меня еще ни одной нет? Гарри разозлившись разлепил зубы. — Да не раздаю я фотографии с автографом, — воскликнул он. — Если Локхарт все сплетничает об этом... Но тут он увидел, что Хагрид смеется. — Да я только шучу, — он добродушно похлопал Гарри по спине, отчего Гарри повалился лицом на стол. — Я же знал, что ты этого не делал. Я сказал Локхарту, что тебе и не надо. Ты и без этого познаменитее его будешь. — Спорю, ему это не понравилось, — сказал Гарри, снова усаживаясь и потирая подбородок. — Уж думаю да, — заметил Хагрид, блестя глазами. — А потом я ему сказал, что никогда не читал ни единой из его книжек, ну и он решил уйти. Не хочешь помадки из патоки, Рон? — прибавил он, когда тот снова появился. — Нет, спасибо, — слабо отозвался Рон. — Лучше не рисковать. — Пошли, посмотрите, что я выращиваю, — пригласил Хагрид, когда Гарри и Гермиона покончили с остатками чая. На маленькой овощной грядке за домиком Хагрида росла дюжина самых больших тыкв, которых Гарри только видел. Каждая была размером с большой валун. — Хороши, а? — счастливо спросил Хагрид. — Для Хэллоуина.. к тому времени станут размером что надо. — Чем ты их подкармливаешь? — поинтересовался Гарри. Хагрид оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что они одни. — Ну, я им... это... чуть помогал... Гарри заметил, что к задней стене хижины прислонен розовый в цветочек зонтик Хагрида. У Гарри и Гермионы уже и раньше имелись все основания полагать, что этот зонтик был не тем, чем казался; у него было сильное подозрение, что внутри зонтика спрятана старая школьная палочка Хагрида. Хагриду не полагалось использовать магию. Он был исключен с третьего курса Хогвартса, но Гарри так никогда и не узнал почему — при любом упоминании об этом Хагрид громко откашливался и становился на удивление глух до тех пор, пока тема не сменялась. — Заклинание Обжорства, полагаю? — Гермиона наполовину возмущалась, наполовину веселилась. — Ну, ты хорошо над ними потрудился. — Так и твоя младшая сестричка сказала, — кивнул на Рона Хагрид. - Только вчера ее повстречал, — тут Хагрид мельком глянул на Гарри, при этом борода его мелко тряслась. — Сказала, что осматривала территорию, но, полагаю, она надеялась натолкнуться в моем доме кое-на-кого другого, — он подмигнул Гарри. — Я так думаю, она бы не стала отказываться от подписанной... — Ой, замолчи, — воскликнул Гарри. Рон фыркнул от смеха и на землю посыпались слизняки. — Аккуратнее! — зарычал Хагрид, оттаскивая Рона от своих бесценных тыкв. Поскольку было уже почти время обедать, а Гарри с рассвета проглотил только кусочек помадки, ему хотелось пойти в школу поесть. Они распрощались с Хагридом и отправились обратно в замок. Рон время от времени икал, но из него вылетело только два очень маленьких слизнячка. Едва они ступили в прохладный вестибюль, как раздался голос: — Вот и вы, Поттер, Уизли, — к ним со строгим видом направлялась Профессор МакГонагалл. — Вы оба отработаете свои наказания этим вечером. — Что нам надо делать, Профессор? — спросил Рон, нервно подавляя очередной приступ. — Ты будешь чистить серебро в призовой комнате с Мистером Филчем, - сказала Профессор МакГонагалл. — И никакой магии, Уизли — потрудись. Рон сглотнул. К дворнику Аргусу Филчу питал отвращение каждый ученик в школе. — А ты Поттер будешь помогать Профессору Локхарту отвечать на письма от поклонников, — продолжала Профессор МакГонагалл. — О нет, Профессор, может, мне тоже пойти наводить порядок в призовую комнату? — в отчаянии сказал Гарри. — Конечно нет, — отрезала Профессор МакГонагалл, поднимая брови. - Профессор Локхарт специально попросил тебя. Точно в восемь, оба. Гарри и Рон вошли в Большой Зал в подавленном настроении, у Гермионы на лице ясно читалось "ну-вы-же-нарушили-правила". Гарри даже не так сильно обрадовался картофельной запеканке. И ему, и Рону казалось, что ему-то выпала самая худшая доля. — Филч меня там продержит всю ночь, — тяжко вздохнул Рон. — Никакой магии! Да там будет больше сотни кубков в этом зале. Не так уж я силен в чистке Маггловским способом. — Всегда готов поменяться, — глухо заметил Гарри. — Я достаточно поупражнялся у Десли. Отвечать поклонникам Локхарта... он — это кошмар... - Сами виноваты. – сказала Гермиона. - Знаем. Субботний вечер будто растаял, и вот, почти и времени не прошло, а было уже без пяти восемь. Гарри и Рон отправились отрабатывать свое наказание, а Гермиона отправилась в общую гостиную грифиндора. Она еще раз проверила правильность выполненной домашней работы, а потом отправилась спать. На следующее утро, первым кого она увидела в общей гостиной, был Гарри. - Доброе утро. – поздоровалась она. - Доброе. - Как отработал наказание ? - Кошмарно. - Что так? - Во-первых я подписывал адреса на конвертах, Во-вторых постоянно слушал монолог Локхарта, типа: «Правильно», «Да-да», «Слава – преходящая Гарри», «Знаменитостями не рождаются, а становятся , помни об этом», а еще этот шепот. - Какой шепот? - Это был шепот, шепот, который пробирал до мозга костей, шепот полный невероятной, ледяной злобы. - И что ты слышал? - "Приди... приди ко мне... Дай мне разорвать... Дай мне разодрать тебя на куски... Дай мне убить тебя..." - Ужасные слова. - Да. - А что Локхарт? - Он сказал , что ничего не слышал. - Думаешь, врал? - Не знаю. - А рону, ты уже рассказал? - Да, вчера.