Игры подсознания

      Кровь, крики, залпы пушек, всплески какой-то неизвестной мне силы, пригибающей к земле, выстрелы, воздуха не хватало, пот градом струился по телу, брызги морской воды мешали пользоваться Фруктом, все мелкие царапинки, на которые не хватало времени, противно щипались; у меня сломалось ребро, когда я неудачно перегнулась через перила. И взрывы, бесконечная череда взрывов. Или коротко о том, как Крестовые пираты (да-да, именно так) смываются от кораблей Дозора. Эта картина, как и многие другие, еще долго не выветрится у меня из головы. Ну и ребро еще заживает. Пусть у меня и ускоренная регенерация, но не мгновенная, а жаль: надо бы развить.       Уже прошло часа четыре, а мы все еще гоним на полной скорости за счет работы Эла и гребного винта. Такими темпами наша компашка скоро овладеет техникой профессионального побега. Интересно, а тут платят за нахождение недочетов в работе тюрем? Так в одном кино работали. Хотя вряд ли пиратов возьмут на должность проверяющих качество охранных систем. И вообще не удивлюсь, если у нас всех подскочит награда, как температура во время гриппа, после такой встряски порта. Так и вижу заголовок статьи "Революционеры вновь атакуют Вест Блю". Только пусть попробуют на самом деле так написать, и я пойду ругаться в редакцию их газеты. Даже набросок будущего флага предоставлю, чтоб не причисляли нашу компанию к каким-то там радикальным движениям. Я, конечно, уважаю Ленина и его братву за качественно проведенную работу по перехвату власти, но не думаю, что он вдруг переродился в другом мире. Но я не против, а то тут правят всякие зажравшиеся гады, разрешающие рабство и прикрывающие геноцид своей божественностью.       Я считаю, подобные нашей драки несут огромный последствия в первую очередь для мирных жителей. Им все придется отстраивать, а Дозор им хрен поможет. И нас еще будут плохим словом вспоминать, и поэтому я боюсь помереть от икоты. Вообще мне без разницы на их нытье о том, что какие пираты эгоистичные сволочи. Ну, какие есть! На правду не обижаются. Лично мне и вправду плевать на всё и вся, если на кону стоит моя жизнь. По крайней мере так было раньше. Теперь же я не готова отдать еще жизни пятерых людей. Да-да, именно пятерых. Астарот, сидящий сейчас вместе со мной на носу каравеллы, тоже считается. Он вообще мужик зачетный, когда он за тебя. И с ним я сейчас делаю то, о чем мечтала на протяжении всего моего пребывания в этом мире. Мы распиваем местный распространенный алкогольный напиток под названием "саке". И я почти забыла, что за мужчиной косяк. Брать мою святую персону в плен для получения выкупа у дозорных. Фи! Но нужно попробовать так сделать в будущем. Продавать себя, а потом сбегать. Это же круто! И деньги будут почти честно заработанными. Ша-ха-ха-ха-ха!       Слышу, винт перестал работать. Значит, то ли Эл выдохся (что очень вряд ли), то ли топливо закончилось, то ли Фенекс так сказала.       – Фух, как можно в этом "вороньем гнезде" сутками сидеть?! Там же такая парилка стоит! – это Мурчелла плюхнулась рядом с нашим алкогольным дуэтом. Кстати, то ли это Фрукт такой эффект дает, то ли врожденные особенности тела, но я не пьянею, хотя выпила уже половину литра этого их саке.       – Согласна, – поддакнула я. А что? Там правда пекло адское. – Поэтому я и сижу на носу.       – Никто не виноват в том, что ты захотела туда лезть. Могла и Рен-чан попросить. Она вон все равно фигней страдает, – это проворчал черномазый Эл, но малиноволосая лишь фыркнула в ответ:       – Не брюзжи!       – Старуха!       – Эксгибиционист!       – Плоскодонка!       – А ты..! ты... – задохнулась возмущением Мурчелла.       – А ну хватит ругаться! – а у Фенекс рука тяжелая, зато действенно. Эти двое сразу присмирели.       – Не ссорьтесь, ведь жизнь лишь одна, и не стоит растрачивать ее мгновения на бессмысленные споры. Не разрушайте ту гармонию, что стоит на судне, бредущем по неизвестным пределам, – моя челюсть поздоровалась с полом. Где Самигина берет такую качественную траву, раз она уже какой день в нирване ходит?       – Звучит как тост! – будто фокусник Астарот достает еще четыре пиалы, наполняет их и отдает присутствующим. – За команду?       – За команду!!! – а мужчина неплохо влился.       – А вы знаете, что когда компания разделяет бутылку саке, они становятся накама? – пьяно подала голос Мурчелла. Во ее свалило. От одной пиалы? Серьезно?       – А что значит "накама"? – ну не смотрите на меня так. Я смущаюсь! – Да! Я не знаю его значения!       – Это семья, объединенная не кровным родством, но душевным, – может рассказать Сами-чан о хиппи? Мне кажется, эта субкультура идеально ей подходит.       А насчет этого раннее не известного мне слова… Наверное, мы и есть накама. По крайней мере я надеюсь на это. Пусть у каждого из них есть свои тараканы в голове, но я не променяю эту компанию ни на какую другую. Каждый из них смог меня чем-нибудь зацепить, хотя я в прошлой жизни прославилась своим ужасно асоциальным и крайне мизантропским поведением. В каждом из команды есть своя изюминка, которая делала всех их неповторимыми.       – О чем вы мечтаете? – я очень крепко задумалась. А действительно: чего я хочу в этой новой жизни?       – Я мечтаю быть свободным!       Элигос стал первым моим другом в этом мире, хоть и пытался утопить меня спустя час после нашей встречи. Но я его даже простила. Я бы тоже охренела и попыталась бы узнать правду любыми способами, если бы в мою бывшую бабу и по совместительству второго друга вселилось непонятно какое иномирянское существо. Парень он горячий во всех смыслах этого слова. Может неожиданно вспылить и так же резко успокоиться. Пусть он ходит часто полуголый, но он мне тут по секрету признался… Ему постоянно жарко. Он будто видит, что его преследует огонь, спаливший город мятежников. Он человек, потерявший самых дорогих ему людей из-за стремления к власти других. Человек, обладающий сверхчеловеческими силой и выносливостью, которые он получил благодаря силе духа и мечте быть свободным от всего: от правил и традиций, от ненавистного ему окружения, от обязательств, от власти.       – Я больше не хочу никого терять.       Фенекс. Эта женщина стала мне и не только мне, можно сказать, матерью. Она поддержит, всегда найдет нужные слова, поселит какое-то тепло глубоко в сердце, легко прочитает нотацию и залечит не только физические раны, но и душевные. Так меня не оберегала даже настоящая мать. Прошлое Фенекс для меня так и осталось неизвестным. Я не знаю, откуда у нее этот рванный шрам на шее, откуда эта глубокая боль, застывшая глубоко в глазах. Она никогда громко не смеется, но не заставляет других делать также. Она ненавидит Дозор, она ненавидит работорговцев, она ненавидит пиратов, хотя сама стала пиратом. Она готова сломать себя, переступить через гордость, даже умереть, лишь бы дорогие ей люди продолжали жить.       – Я мечтаю больше никогда не плакать.       Малиновое чудо. Самый позитивный человек. Вечно радостный лучик солнца. Мурмур. Она всегда улыбается. Кажется, даже во сне. С ее уст никогда не сходит улыбка, хотя глаза говорят об обратном. Она всегда поднимает уголки губ вверх, пусть на душе у нее скребут кошки. Даже когда она ругается с Элом, Мурмур продолжает улыбаться. Ее улыбка не приклеенная, не наигранная, просто девушка пережила слишком многое. Оказаться покинутой, одинокой, в злобном окружающем мире, готовом ее сожрать, начать воровать, спасая собственную жизнь. Она всегда готова бороться до последнего, пока не издаст последний вздох. Но даже после смерти на лице будет играть улыбка.       – Я мечтаю увидеть весь мир!       Неожиданное желание Самигины. Слегка расфокусированный взгляд, легкая полуулыбка, постоянное нахождение в нирване, безграничная любовь к Дэн-Дэн Муши… Это все описывается эту девушку. У нее тоже тяжелое прошлое, она тоже не хочет к нему возвращаться. Она ненавидит тех, кто отнимает у людей свободу. В ней полно чувства разочарования. Она поверила работорговцам, чтобы уберечь себя. Она заставила себя жить так, как хотелось им. Теперь же она бесконечно благодарна Элу за то, что он ее спас, и Фенекс за то, что та заставила увидеть мир заново. И, знаете, она благодарна мне. Я долго пыталась понять за что, спрашивала ее, но Самигина лишь загадочно улыбалась. Я думаю, это означало то, что мне еще предстоит узнать каждого из них.       – Я мечтаю иметь дом, куда можно всегда вернуться.       Астарот. Был наемником, потом охотником за головами, а ныне стал тем, кого когда-то ловил. Пират. Он знает, какого это: прийти на пустырь, где совсем недавно стоял твой дом. Сильный мужчина, но тоже потерявший в свое время многое. Из-за позднего прибытия он утратил положение, статус, но обрел ученика, которого потерял сейчас. Прошлое этого мужчины покрыто пеплом сгоревшего острова. Пусть Астарот говорит, что ушел по своей воле, но в глазах осталась печаль, ведь ученик стал кем-то большим. Сыном.       А о чем мечтаю я? Мечта – это что-то недостижимое, в отличии от цели всей жизни. Как говориться: мечтать нужно о великом. Но зачем мне оно? Можно желать власти, богатства, вернуться в свой мир, в конце концов. Но это все не то. Наверное, так:       – Я мечтаю оставаться с вами до конца. Мечтаю, что бы мы оставались накама!       – За нас!!! – и пиалы снова поднялись.       – Может я скажу это не кстати, – понуро начала Фенекс. Мне уже это не нравится. – Запасы провианта мы не пополнили. На прошлый остров мы не сможем вернуться, а до следующего плыть и плыть… В общем, у нас осталось мало еды, и нам придется ее строго экономить. И я, как кок, объявляю о начале временной диеты       Что?

***

      Я чувствую легкую вину. Неужели мертвая совесть подала знак? Хотя нет. Я просто сейчас очень хочу есть. Но я тоже частично в этом виновата. Точнее, так считает Фенекс, и поэтому она заставила меня с Астаротом рыбачить. Рыба ловится и съедается, но она уже задолбала. На завтрак рыба, на обед рыба, на ужин рыба, даже на ночной дожор рыба. Масло закончилось через два дня после отплытия, теперь рыба жарится на рыбьем жире. Печеная, жареная, вареная, а некоторые виды едим прямо сырыми. Я. Хочу. Чертово. Мясо. Которого нет, и теперь приходится ловить рыбу. Во мне сейчас столько кальция, сколько ни в одном месторождении нет. Я хочу сидеть на своем любимом месте на носу корабля и смотреть в подзорную трубу в ожидании острова, а не вот это вот все. Дредовый сказал, что при средней скорости до острова, в направлении которого мы движемся, дорога занимается примерно неделю. То есть плыть осталось примерно три дня. Конечная остановка это остров Шалтаун – последний на пути к Гранд Лайн – остров похоти и развлечений.       Послышались крики, на которые я даже не обратила внимания. Они раздаются уже на протяжении нескольких часов. Это Эла и Мурчеллу припрягли к общему занятию: рисованию флага. Вообще лично я давно уяснила, что нельзя им ничего делать вместе. Они бы уже давно поубивали друг друга, если бы не одно но. Сами-чан. Я попросила ее посидеть с ними. То ли аура у блондинки такая, то ли еще что, но рядом с ней все успокаиваются. Даже эти двое. Но, к сожалению, сейчас ее рядом нет, она отправлена следить за курсом, пока Фенекс тусуется на камбузе.       Кстати о ней. Тут выяснился любопытный факт. Женщина прямо возгорается, когда у нее спрашивают о родстве с неким Марко Фениксом. Она готова до хрипов в горле вещать, что, во-первых, это ее имя, а не прозвище, и, во-вторых, оно пишется совершенно по-другому. А еще у нее развиваются любопытные отношения с дредовым. Тут только слепой не увидит. Ну и Мурчелла с Элом тоже. Но вот мы с Сами-чан посовещались и решили не вмешиваться. Совет да любовь, как говорится. Они оба взрослые люди, в конце-то концов.       Раздался раздраженный кряк, и только тогда я очнулась от мыслей. Ох, это ж Печкин газету принес. Интересно, а чайки вкусные? Видимо что-то не то было в моем взгляде, раз Печкин перелетел подальше от меня.       – Жалко, что чайки на вкус как резина, – расстроено протянул дредовый. Я кинула на него заинтересованная взгляд:       – А ты пробовал?       – Приходилось. Монетка есть?       – Держи, – я отдала ему двадцатипятибеллевую. Запомните, нужно всегда носить с собой минимальный запас воды, денег и иметь ножик поострее. Это однажды спасет жизнь.       Печкин отдал газету и поспешил убраться. Мои плотоядные взгляды ему не очень понравились. А мужчина тем временем пробежал глазами по писанине и прыснул:       – Лучше Фенекс статью не показывать, – и передал газету мне.       Я бы и не читала это, но других источников информации у меня нет. Итак, что мы имеем в этот раз: Бартоломью Кума назначен на пост Шичибукай (я даже знаю, кто это такие); революционеры атаковали остров на Гранд Лайн… Ну хоть не в Вест Блю, спасибо и на этом. Зато там… Господи, серьезно?! Нас когда-нибудь опишут как отдельную группировку?! Теперь мы члены пиратов Белоуса. Их второй дивизион под командованием – угадайте: кого? – Марко Феникса выгуливал корабль около порта Нептауна, но тут на них зверски, без предупреждения в четыре часа утра напали дозорные. На самом деле все написано не так, но кому какое дело, верно? Мы за компанию дали бой, а нас уже приписали к левой команде. О! Моя любимая рубрика: листовки в подарок. Тэк-с, у всех нас награда поднялась, фоточки сменились, кликухи дали и… О Боже! Как я угораю! Теперь наша "мамочка команды" не Кайфуку Фенекс, а Феникс. Она взорвет их издательство. Мало того, что фамилия стала именем, так еще и имя переделали в прозвище заочно ненавистного ей мужика. Зато награда двадцать три миллиона. Голову Мурчеллы оценили в пять с половиной. Эл получил погоняло "Скульптор" и награду в четырнадцать лямов. У меня на десять миллионов больше и прозвище… Какие кретины выдумывают эти идиотские кликухи??? Какая, нахер, "Серебряная длань"??? А Астароту уважуха. Целых двадцать семь миллионов.       – Теперь понятно, почему ко мне Дозор заявился, – усмехнулся мужчина.       – А?       – Читай, – меня тыкнули носом в колонку. Оу, тут о дредовом. Его сдал местный люд, прознавший о прошлом мужчины. На Астарота повесили уничтожение того самого острова, на котором он подобрал Даза. Ну, круто, че.       – Смотрите! – радостно позвала всех Мурчелла.       Неужто они дорисовали флаг? Надо сказать, выглядело сие творение даже неплохо. Крест, смещенный вбок, поверх которого нарисован покрытый трещинами череп. Просто, но со вкусом. Главное, не сплагиатить других пиратов, а то потом ора будет.       – Вешать потом будете, сначала есть идите, – я готова была расплакаться. Боже, только не снова эта рыба.

***

      Я снова в своем внутреннем мире, только теперь я нахожусь на палубе, но все равно остаюсь прикованной к мачте. А эта цепь случайно не тянется? Я хочу осмотреть весь этот корабль.       К сожалению, цепь не растягивается, но мне кажется, что она удлинилась со времен моего последнего пребывания здесь. Я исходила все доступное мне пространство вдоль и поперек, но ни в одну из комнат я попасть не могу, потому что длина не позволяет. Эх. Ну и что мне тут ждать? У моря погоды?       А вот и огромная волна, как и в прошлый раз. Теперь я готова. Я хочу узнать прошлое Реней. Я закрыла глаза и обняла мачту для общего успокоения. Надеюсь, меня не сильно снесет. Набрала побольше воздуха в легкие и…       – Подъем!!! – я резко открыла зенки и окинула взглядом чересчур радостную Мурчеллу. – Радуйся! У меня целых две новости: хорошая и просто прекрасная. До Шалтауна осталось плыть несколько часов! И на нас напали пираты!