Игры подсознания

      Первым моим вопросом сразу после пробуждения было: ох, что ж так хреново? Такое ощущение, что я месяц из запоя не выходила. Тело ломит, горло першит, во рту стоит настоящая пустыня Сахара. Насчет последнего… Я провела языком по внутренней стороне щеки и нащупала затянувшиеся многочисленные ранки. Похоже, все-таки прокусила, иначе как объяснить металлический привкус, стоящий во рту вместе с сушняком.       Я приложила металлическую конечность ко лбу. Какой же каеф! Я нашла еще одно применение моей практически бесполезной кисти. Слава всем Богам, что правая рука нормально работает. Или нет. Я только обратила внимание на ту фигню, творящуюся с конечностью. Че за нахер?! Как это убрать?! И почему эта хреновина, не прописанная в учебниках по анатомии, все еще растет?! Я же не настолько истеричка так, что на меня нашло после побега Изо?! Распсиховалась и применила без малейшей подготовки технику, не использованную и даже не практикованную ранее. Надо однозначно лечить нервы. Перед отъездом закуплюсь валерьянкой, боярышником и качественным ромом.       Кисть правой руки была аккуратно перебинтована, каждый палец педантичная Фенекс отдельно замотала. Но кость, всё еще растущую из указательного, бинт которого не переставал окрашиваться красным, она убрать не смогла. Хотела я поднять руку, чтобы посмотреть поближе, но не смогла: мой бедный пальчик был чересчур тяжелым. Вообще-то сущность использованной способности в том, чтобы протыкать противнику жизненно-важные органы в ближнем бою. Если я еще раз буду повторять практиковать подобное, то нужно будет сделать кость полой внутри. Только вот я, тупая идиотка, не придумала, как это вот всё убирать.       С этой костью длинной в полтора метра просто необходимо что-то сделать. Единственный вариант, пришедший в мою буйную голову, заключался в раздроблении фаланги на месте выхода и затягивании дыры кожей. Только сама я не ударю каким-нибудь молоточком (или кувалдой), ибо, во-первых, я ссыкло; во-вторых, снова же будет бо-бо.       Единственный лучик света в моем нынешнем положении это то, что моя носопырка регенерировала. Это ж сколько я спала? Просто я специально просила Фенекс не восстанавливать конкретно ее (носопырку, в смысле) из-за того, что я хочу прокачивать навык самолечения самостоятельно.       Итак, что я имею на данный момент? Мне хреново, я нахожусь в лазарете на каравелле. Качка чувствуется слабо, следовательно, мы причалили, и я проспала приезд в Шалтаун, город развлекухи и пиздеца на мою поседевшую голову. Что-то чересчур часто меня вырубает чёрте где.       Мне просто очень лень вставать с кушетки, но придется, потому что гады, разделяющие со мной квадратные метры, всё не хотят ко мне приходить. Дело в том, что, чтобы с таким грузилом ходить, нужно использовать способность Фрукта, а сил для этого у меня нет. Такое ощущение, что весь внутренний запас вмиг опустел и до сих пор не восстановился.       И тут у меня над головой загорелась лампочка! Я же могу регенерировать свою тушку, так почему бы не попробовать обратный процесс? И если на создание приходится много энергии, то на уничтожение, в теории, должно значительно меньше. Но есть целых два "но": кости не разлагаются так быстро, как мягкие ткани, и у меня все равно не хватит силушки. Все едва накопленные ее крохи тут же уходят на поддержание техники, которую я никак не могу отменить. Черт с ней, придется пробовать грубой силой.

~пару минут спустя~

      Ну че она не ломается?! И не откусывается, и не расковыривается, и не тянется. Ни трещинки не пошло. Ну, блин. Я еще ноготь сломала и поцарапалась им же.

~несколько минут спустя~

      Ее вообще реально отломать?! Мне проще вырвать палец, или на крайняк все-таки отхреначить себе кисть целиком. Причем обе. Два крюка прицеплю и яда в каждый налью. Ша-ха-ха-ха.

~еще некоторое время спустя~

      Распахивается вдруг ни с того, ни с сего дверь, а я в весьма странной позе: обе ноги закинуты за голову, рука с лишним отростком зажата между коленями, чтобы острие кости не тыкалось мне в лицо; серебряная рука нанизана на кости, как шашлык на шампур.       – О, доброе утро, Рен-чан, – а Эла стучать никто не учил? – Как ты?       – А ты как думаешь? – я посмотрела на чернобрысого самым злым взглядом из моего арсенала. Парень издевается, блять.       – Помочь? – он точно издевается. Я в этом уверена. Не может сочувствовать человек, у которого в глазах черти сгибаются пополам от безудержного ржача.       – Я вижу, что ты еле сдерживаешься. Можешь смеяться, – и этот кретин действительно заржал. Маленький бесчувственный эгоист. Говорят, что души нет у рыжих, но это все вранье: воистину бездушны брюнеты, а в частности одна конкретная личность.       – Дай помогу, – отсмеявшись и смахнув слезы, произнес Эл.       В ту же секунду парень размотал меня из состояния калачика и отломил кость прямо под основание. Просто взял и отломил. Кость. Отломил. Словно печеньку сломал. Так вообще можно было?! Хотя вопрос, который сейчас нужно задавать, должен выглядеть прмерно так: это, получается, даже с Фруктом, в каком-то роде, силы я слабее его?! Моя самооценка проломила дно каравеллы и устремилась к центру планеты. Я все, конечно, понимаю: у Эла было реально тяжелое детство, когда его все гнобили и когда он усиленно тренировался, чтобы его не забрали в гейский бордель, и притащил целого задушенного тигра в качестве доказательства своей силы. И это в гребанных десять лет. Так почему я, такое мега взрослое хуйло, на каждом углу орущее про свое совершеннолетие, не могу даже отжаться пятнадцать раз, не то что косточку сломать? Обещаю: со следующего дня напрошусь в ученики к Элу. Отброшу свою лень, гордость и буду терзать свое тело тренировками. Хотя кого я обманываю? Как занималась долбоебством и пролеживанием штанцов, так и буду продолжать дальше.       – А сразу, до того как я продрала глаза, так нельзя было сделать? – полная возмущения (мне нужно было выпустить пар) проговорила я, разминая целую – хвала всем здешним Богам – руку.       – Неа, – протянул брюнет. – Фенекс сказала, что что-то может пойти не так, и ты не очнешься.       – А то есть если я проснулась, то ничего уже не пойдет "не так", а?!       – Ну, наверное… – ему ж единственный шарящий во Фруктах человек сказал, что всё может закончится фатально для меня, так нет же. И именно в такие моменты я понимаю, что Элу только четырнадцать и он все еще остается ребенком.       Мне оставалось только махнуть на него рукой и голодно протянуть:       – А теперь я хочу жра-а-а-а-а-ать.       – Не, не получится. Там, на камбузе, после гулянки мышь повесилась, – и Элу присуждается премия "Обломщик года". Он не мог соврать?! Я бы еще хоть пять минут проходила с надеждой на нормальный перекус. – Максимум, что ты найдешь, это крупы и пара фруктов.

***

      Я оперлась о борт, глубоко вдохнула воздух и тут же закашлялась. Фу, какая дрянь! Тут ужасно воняет рыбой. Я мясо хочу! Мяса дайте мне! И Фенекс, которая приготовит нормальной еды. Я ж не буду глотать сухую гречку. И нет, я не могу ее сварить сама.       Я зажала нос. Если не дышать, то общее впечатление от порта очень даже неплохое. Как я узнала от Астарота, остров по форме напоминает полумесяц, вся вогнутая часть которого является огромной бухтой. Помимо нашей Хико здесь были пришвартованы, казалось, сотни судов: от маленьких лодочек, уже дышащих на ладан, до целых галеонов, по сравнению с которыми наша каравелла казалась хрупким подобием настоящего корабля. На острове был только один город, называющийся точно также – Шалтаун – и по размерам напоминающий мегаполис. Он творил свою политику торговли, благодаря которой на территории пристани протяженностью в десятки километров расположился рынок, где можно было купить все, что душа пожелает. Повсюду раздаются крики продавцов, расхваливающих на все лады свой товар. А еще по всему побережью были расставлены что-то наподобие рекламных щитов с одним и тем же изображением.       Я присмотрелась, со всех оставшихся сил напрягая глаза. Это все афиши конкурса, главным призом где является просто невероятный приз – Дьявольский Фрукт. А я думала, что они редкие. Так-так-так, а в чем заключается суть соревнования? Читаем-с. Ну, бли-и-и-и-ин, почему именно это?! Почему не конкурс "Кто больше ест/выпьет"? Почему не какие-нибудь "Веселые старты"? Почему не готовка или танцевальная хрень? Почему не какие-нибудь шахматы-шашки? Почему именно это??? Почему это…       – Там гонки на кораблях устраивают!!! – с листовкой афиши в руках и ультразвуковым ором залетела на палубу Мурка и тут же споткнулась на ровном месте, увидев моё обреченное выражение лица. Мы всрем. – Только места для участия все уже забронированы, и даже если бы не были, то время регистрации все равно уже закончилось, – я блаженно выдохнула: пронесло. – И вообще плевать на это, надо помочь Самигинушке! – и розововолосая с паническим взвизгом скрылась за крышкой люка, ведущего в женскую каюту. Я что-то не поняла, что случилось, но это потом.       – Что б я еще раз согласился за ней присматривать! – судя по отрешенному лицу Астарота, поднявшегося вслед за розовым вихрем, он познал всю бренность и ничтожность бытия.       – А если попрошу я? – похлопала белесыми ресницами Фенекс, тоже только зашедшая на борт, но видок у нее был слишком уж взволнованный.       – Не смей манипулировать мною, женщина! – огрызнулся в ответ дредовый.       Таким образом, у меня есть наглядная причина, почему не стоит заводить любовные отношения. К чертям этот геморрой. Секса без обязательств и последствий мне подавай. Но пофиг на это, там еду, похоже, принесли!       – Фенекс, я есть хочу, – сразу прилипла я к женщине.       – Подождешь.       – А тебе не кажется, что это должно было хотя бы звучать как вопрос, чисто из вежливости? – я сейчас с голоду помру, если что.       – Нет, – меня смерили уставшим взглядом, – Сначала нужно Самигине помочь.       – Что? Что с ней?       Если уж и Фенекс начала волноваться, то дело пахнет керосином. Плевать на мой вечно голодный организм. Я и так перекусила фруктами. Желудок может и пережить, а сокомандники (накама – поправил меня внутренний голос) ждать не будут и не должны. Особенно Сами-чан. Я, в принципе, о всех своих волнуюсь, вдруг что случится. Но почему-то когда разговор идёт конкретно о Самигине, во мне сразу просыпается чувство ответственности, несвойственное для меня.       – Мы сами толком не понимаем, что случилось. Сразу после прибытия на остров, Самигина вдруг схватилась за голову и отключилась, – устало начал объяснять Астарот, когда Фенекс убежала вслед за Мурмур. – Мы все равно ушли в город, оставив Эли присматривать за вами обеими. Он должен был позвонить по Муши, если что-нибудь изменится. Он и позвонил. Едва Фенекс услышала крик Самигины из улитки, она сразу рванула обратно.       Крик? Теперь понятно, чего это я тогда очнулась. И сейчас я, кинув дредовому "спасибо", рванула за двумя бабами узнать, какого хера с Сами-чан происходит.       Влетев в каюту, я сразу же кинулась к кровати блондинки, около которой уже сидели Фенекс с Муркой. Дрожащая Самигина была еще бледнее, чем обычно, веснушки на щеках совсем потускнели, с широко распахнутыми оленьими глазами, под которыми залегли огромные чернющие круги. Она как раз начала что-то рассказывать, ежесекундно сбиваясь из-за всхлипов.       – Это началось еще тогда, когда вы начали уничтожать ту базу Дозора, – она, надеюсь, хотела сказать что-то про спасение бедных рабов. Если нет, то стокгольмский синдром, похоже, до сих пор не прошел, и Самигина нас немного да ненавидит. – Я услышала чей-то голос, но после взрыва, под который попали я и Реней-сан, всё прекратилось. Потом всё было нормально, до того момента как нам пришлось столкнуться с дозорными в Нептауне. Тогда голова просто разрывалась от криков, слившихся в одну единую какофонию звуков. Примерно через день все опять прошло, а после встречи с пиратами мигрень вернулась с удвоенной силой, а как только мы причалили, голоса просто начали разрывать голову на части. Каждый кричит что-то свое. Я не понимаю… Эти голоса… Их слишком много… Много голосов… Женские, мужские, детские… Они просто шумят… Я не могу… Я не могу разобрать, что они хотят… Я так больше не могу! – из глаз Самигины хлынули слезы. Черт, я сама сейчас расплачусь. – Просто не могу! Я так больше не хочу! Пожалуйста, сделай что-нибудь! Прекрати это! Умоляю! Фенекс-сан, Вы же можете вылечить абсолютно всё! Вы же можете… можете… – девушка начала захлебываться мольбами, а я не знала, чем ей можно помочь. Что вообще можно сделать, если даже Фенекс стоит, опустив руки. – Реней-сан, – блондинка вцепилась мне в руку стальной хваткой, – Вы… Вы же сильная, – ничерта я не сильная. Разве я могу так себя называть, если не могу помочь своим накама. А Самигина устремила умоляющий взгляд на пришедшую мужскую половину команды. – Элигос-кун, Астарот-сан, вы сможете что-нибудь сделать? Прошу, помогите мне… или убейте меня. Вы же можете. Сама я не смогу этого сделать. Эти голоса не дают мне спать… Они…       – Тш-ш-ш, – наконец беловолосая женщина взяла себя в руки, затыкая блондинку. Я бы не выдержала больше. Как я, черт возьми, могу помочь еле живой Сами-чан? Я даже свои повреждения не могу вылечить, что уж говорить про других. – Я использую на тебе технику, которая поможет уснуть, – дрожащим голосом проговорила Фенекс. – Если в прошлый раз хороший сон помог тебе прийти в себя, то и сейчас может сработать, – на что блондинка несмело кивнула.       Руки Фенекс зажглись тусклым светом, и как только Сами-чан закрыла глаза, женщина просто вылетела из каюты. Понятное дело, я рванула за беловолосой. Три все еще ошарашенных тирадой Сами-чан взгляда проводили меня.       Так, женщина может быть только в двух местах: на камбузе или в лазарете. Во втором ей делать нечего, поэтому она в первом. И приоткрытая дверь на кухню свидетельствует о моей правоте. Фенекс сидела на стуле, поджав под себя ноги. С силой впившись в волосы ногтями, она накрыла голову руками и беззвучно рыдала, о чем говорили ее мелко дрожащие плечи. Вся сжавшаяся она уже не напоминала гордую, стойкую и решительную женщину, коей она является. Ставший привычным пучок растрепался, и волосы спутавшимися прядями спускались по спине. Словами я точно не помогу, поэтому я приобняла Фенекс со спины.       – Почему я такая слабая? – послышался приглушенный голос. – Почему я снова не могу помочь своей семье? Моя задача – лечить людей, но почему я не могу вылечить её? Зачем я нужна, если не могу ничего сделать? – я сжала женщину сильнее, так крепко, насколько было вообще способна в нынешнем состоянии.       Надо ей как-нибудь помочь. Я не Мурмур, которая может заговорить зубы любому; я не Астарот, который способен вытащить Фенекс из такого состояния не словами, так кое-чем другим; я и не Элигос, который для женщины все равно будет ей дороже всех накама; я не Самигина, чтобы успокоить одной своей аурой; но я это я. Это я пошла помочь, а значит, я негласно взяла на себя ответственность. Какой бы эгоистичной стервой я не была, я обязана сделать что-нибудь, отвлечь. Как – это уже моя и только моя проблема. Но как на зло в голову ничего не лезет. Одна сплошная пустота. Единственное, что мне остается, это прижаться посильнее, пытаясь отдать все душевные силы, все крохи, что остались. Пусть это глупо, но объятия тоже способны лечить, способны подарить душе покой.       Где-то на периферии сознания, чуть ли не отключаясь от истощения (все-таки надо было нормально поесть), я услышала топот сапог, и тут же напряглась. Никто из наших не носит даже минимальный каблук. Пока я с дредовым рыбачили, я прокачивала способности, связанные с органами чувств, так что я знаю, о чем говорю. Тем более Эл с Сами-чан не носят обуви вообще; Мурка перематывает стопы бинтами; Астарот ходит в сапогах, но с мягкой подошвой, так чтобы не слышно было шагов; у Фенекс балетки; а я нашла себе подобие кроссовок. Какого хера снова кто-то к нам приперся? Я лично сейчас совсем не в том состоянии, чтобы драться. А что из этого следует? Нужно приводить в порядок тех, кто сможет. И совершенно не важно какими методами.       – Харе ныть, Фенекс, – женщина задрожала, подняв на меня заплаканные глаза. – Как тряпка, ей богу. Если хочешь помочь Сами-чан, то вытри сопли и соберись. Чтобы разобраться с внутренними проблемами организма, нужно разобраться с внешними, а в частности узнать, кто к нам пожаловал.