Utopia: Neo System/Утопия: Новая Система

      Проснувшись утром Хосок заметил, что на подносе нет половины бульона, немного хлеба и фруктов. Чимин мирно спал, всё ещё сверху покрывала. Его одежда смялась, а цвет кожи был не самым здоровым, но, тем не менее, он немного съел за ночь, это радовало. И Хосок не сдержался. Когда Чимин спал, он был будто нереальным, но самым правильным, что есть у наследника. Чон лишь слегка коснулся губами нежной щеки, оставляя у себя на губах едва уловимую теплоту…       Когда проснулся Чимин, Хосока уже не было дома, но рядом на подносе стояла свежая еда. Едва поднявшись с кровати, Чимин никак не мог избавиться от ощущения прикосновения к себе. Парень впервые за всё время, проведённое в стенах этого дома, пошёл в душ, тёр щёку с особым усердием, но тепло не уходило. Новой одежды у него не было, поэтому пришлось что-то откопать в шкафу Хосока.       Парень прилежно поел, потом долго сидел, пялясь в одну точку, потом снова лёг, снова поел. Становилось всё скучнее и минуты тянулись бесконечно. Чимин стал бродить по комнате, бездумно открывая шкаф, комод, тумбочки. Когда надоело рассматривать вещи Хосока, парень решил прогуляться по дому. Он был небольшим. Видимо, Хосок здесь всегда жил один. Небольшая гостиная, которую Чимин уже видел раньше, светлая кухня, а рядом с его, ещё одна пустая комната, и закрытая дверь, ведущая, скорее всего, в кабинет.       Домработница, как понял парень, приходила и уходила, не оставаясь здесь надолго. Охрана была за дверью, в дом эти люди заходили редко.       Во всём доме Чимин не нашёл ничего интересного. Сразу он подумал, что Хосок просто такой человек, у которого нет увлечений, нет привязанности к вещам, но потом, подумав, парень пришёл к выводу, что наследник здесь бывает, по крайней мере, бывал, довольно редко.       Чимин весь день вспоминал всё, что знает о Хосоке. То, как тот, будучи ещё ребёнком, молча приносил ему конфеты, а Чимин боялся его, не хотел брать, выбрасывал сладости, плакал. Когда же стали старше…       «- Пак, поздно уже. Не сиди тут долго, - просил Чонгук, уходя домой. А Чимину хотелось остаться здесь, на берегу озера, хоть на всю ночь, хоть на целую жизнь, но вечно всё понимающий Чонгук, в этот раз ничего не понял. Звёзды на небе разливались мириадами созвездий, и Чимин мечтал найти и сосчитать их все. Ему сегодня исполнилось 18. Как бы он хотел задержать этот момент навечно…       Когда парень почувствовал чей-то взгляд на себе, то даже не обернулся.       - Снова ты… - проронил он небрежно. – Ну, хоть ты рядом всегда… Хоть боюсь тебя до ужаса, но…остаться в одиночестве…боюсь ещё больше. Побудешь сегодня со мной? – Чимин закрыл глаза и медленно опустился спиной на землю. Наблюдавший за ним парень так же медленно стал подходить ближе. Чимин напрягся весь, но открывать глаза не решился, или точно убежит, не выдержав пристального ледяного взгляда. Человек с прожигающим взглядом опустился рядом на траву, боясь нарушить хрупкую тишину.       - Ты даже дышишь пугающе, - нервно хихикнул Пак. – Ума не приложу, зачем ты носишься со мной…или за мной все эти годы. Ничего ведь не получишь в ответ…       - Красиво… - Чимин резко вскочил и открыл глаза, услышав чужой голос. Знакомый парень лежал чуть подальше от Пака, глядя в небо. Он будто сказал это самому себе, совсем не замечая испуганного Чимина. Его голос был приятным, отчего парню захотелось услышать хоть что-то ещё… Но то было единственным, что Хосок сказал ему тогда. А Чимин так и не смог перебороть свой страх, и в тот раз убегая». ***       Хосок, находясь в деловой поездке, несколько дней не появлялся в доме. А Чимин даже понадеялся, что он за весь месяц ни разу не придёт больше к нему.       Чимин начал привыкать смотреть новости по телевизору. Хосок там мелькал постоянно. Вначале Пак упрямился, даже смотреть не хотел, а после стал прислушиваться к спокойному и строгому голосу наследника. Хосок говорил уверенно и ясно, но Чимин каждый раз вздрагивал, когда слышал из его уст собственное имя.       « - Чимин честный и искренний. Он не тот, кто может обмануть ваше доверие.       - Но ведь это маловероятно, чтобы Система самостоятельно для Вас выбрала такого, как Пак Чимин. Общество придерживается позиции, что это ошибка, - настаивал интервьюер, намекая на нечестную причастность Чимина к выбору.       - Ошибки нет, всё было тщательно проверено. Мой истинный – Пак Чимин. Именно он станет полноправным членом моей семьи».       - Дурак, что ли? – давится чаем Чимин, во все глаза глядя на экран. Хосок зачем-то лжёт, хотя прекрасно знает, что в итоге они расстанутся. – А правду не пробовал им сказать? Что это ты сам всё подстроил! Как, интересно, общество отнесётся к такой правде, а, Чон Хосок?!       «Будет ли Система в безопасности, когда у власти не избранный ею человек?» - гласит надпись на экране, явно намекающая на то, что кто-то не желает видеть Хосока у власти и хочет настроить против него общество.       - Да он за вашу идиотскую Систему сам скорее умрёт, чем предаст! – громко возмущается Чимин и выключает телевизор. На душе как-то неспокойно. Что-то происходит снаружи. И это не только готовящийся мятеж против Системы и настоящего наследника, о котором парень осведомлён. Есть ещё что-то… Что-то вокруг Хосока и его самого. Почему Хосок запрещает ему покидать стены дома? ***       К вечеру одного из дней, Пак успел пересечься с домработницей и отправить её домой, убедив, что сам сможет приготовить себе ужин. Для Чимина это странно – когда кто-то чужой готовит тебе еду. Наскоро сделав себе кашу, он улёгся в кровать вместе с тарелкой.       Ближе к полуночи, услышав звук открывающейся входной двери, Чимин немного напрягся. Кто-то долго не входил в комнату, наворачивая круги по дому.       - Миён не приходила сегодня? – первое, что услышал Чимин. Парень так и замер, не донеся ложку до рта, когда Хосок появился на пороге комнаты. Чон тоже замер. Сейчас перед его глазами открылась совсем другая картина, отличающаяся от той, что он запомнил уезжая: Чимин по-домашнему сидел на кровати под одеялом. Здоровый цвет лица и в руках тарелка с едой.       - Приходила… - неловко протянул Чимин, опуская ложку в тарелку.       - Ничего нет из еды, вот я и подумал.       - Прости… - Чимин закашлялся, потому что еда встала поперёк горла.       - За что? – спросил удивлённый Хосок, бросая взгляд на рубашку, одетую на Чимине. Его собственную рубашку. Чимин что-то лепетал в ответ, но Чон не улавливал, ему жутко хотелось улыбаться. Быстро оставив на кровати вещи, что он купил для истинного, и даже не выслушав Чимина, пошёл в душ и только там, за закрытой дверью позволил себе легко улыбнуться, глядя в зеркало.       - Что ты творишь, Чон Хосок? – спросил парень у своего отражения. – Он всё равно не станет твоим, даже если всегда будет носить твою одежду…       А сердце всё равно билось сильнее.       Когда Хосок вернулся в комнату, Чимин уже лежал, укрывшись с головой одеялом. Купленные вещи были так и нетронуты. Но Чон не сразу заметил на своей тумбочке одиноко стоящую тарелку с кашей, что до этого держал в руках Чимин. Там оставалось совсем немного, но Хосок долго не мог поверить, что Чимин поделился с ним чем-то. Он смотрел, то на кокон из одеял, то на тарелку, решая, как ему поступить.       - Спасибо… - тихо проговорил Хосок, наблюдая, как комочек под одеялом зашевелился. Доев остатки ужина Чимина, Хосок осторожно забрался в кровать. На этот раз он не отворачивался, а упорно не смыкал глаз, глядя на едва торчащую из-под одеяла макушку.       А может ли такое быть, что Система не ошиблась? Что Чимин всегда должен был стать именно его. Только своими мыслями, домыслами, Хосок не смог бы так повлиять на её решение. Чимин сейчас здесь, в его кровати, в его доме, и это в любом случае что-то да значит. Хосок никогда не чувствовал к Юнги чего-то подобного и вряд ли когда-то сможет.       А Чимин сейчас так близко, что руку протяни и можно прикоснуться… Только вот рука замирает на полпути. Их временное перемирие – ничего ещё не означает…