Тени грядущего.

Он чувствовал себя маленьким человеком. В детстве это ощущение грело его, он даже мечтал стать еще меньше и незаметнее, когда приходилось втискивать свое худое тело в немыслимо узкую щель между кладовкой и прачечной, чтобы спрятаться от свирепствующего под парами алкоголя отца. Но сейчас Себастьян ненавидел это чувство. А оно упорно продолжало жить в нем и разъедать сознание, грозясь, когда-нибудь, полностью поглотить его. Он нажал на кнопку пульта и остановил кадр. На экране застыло лицо человека: прямой, уверенный взгляд, твердый подбородок, сдержанная улыбка на породистом лице. Уж этому-то точно не приходилось забиваться, как таракану, в щель. Таким, как он, еще в утробе матери уготовлено теплое местечко на сияющем Олимпе. Верхняя губа Блада задрожала, как у ощерившейся собаки. Он медленно встал и приблизился к телевизору. Вытянув вперед руку с зажатым в ней пультом, Себастьян с усилием провел им слева направо по сорокадюймовому экрану, аккурат по виднеющемуся над белым воротничком мужчины, горлу. Затем отступил на шаг и, склонив голову набок, полюбовался результатом. Оставленная острым углом царапина отвратительным образом напоминала порез. Как-то сразу полегчало. Вздохнув полной грудью, Себастьян улыбнулся уже почти по-человечески. - Я скоро доберусь до тебя, Оливер Куин, - прошептал он, вглядываясь в холодные застывшие глаза мужчины. - И выбью из-под твоей надменной задницы твой золоченый трон. *** Бесит. Бесит. Бесит… Фелисити барабанила по клавиатуре, будто собиралась вколотить ее в столешницу. Итак, он ничего не понял и не собирался понимать. Ах, как удобно! «Фелисити, что с тобой? Что не так, детка?» А у самого что, шоры на глазах? Или эти мужики и в самом деле ничего не видят, когда не хотят видеть того, чего не хотят видеть? - Хм-м, а ведь это перл! – пробормотала про себя Смоук, быстренько переключаясь на другой монитор, где сканировался взломанный сайт полиции Старлинг-Сити, автоматически копируя сведенья об угнанных грузовиках с лекарствами. Сохранив выбранные файлы, Смоук вернулась к составлению таблицы. А, как вам это: «Мне нужно поддерживать репутацию повесы»! Мило, правда? А что на счет ее репутация? Джил, между прочим, уже звонила, и не без ехидства поздравляла с «переквалификацией», как она это назвала. И в серьез спросила, какого цвета нижнее белье предпочитает Куин – видите ли «девочки интересуются». Про ребят из отдела и говорить нечего – сальные шуточки ей обеспечены на год вперед. Но это все фигня по сравнению с… Звонок внутренней связи прервал поток праведного негодования Фелисити. Она посмотрела на определитель. Ну, конечно! Помяни черта... - Приемная директора. Чем могу помочь, мисс Рошефф? - Пришлите в мой офис сегодняшнее расписание мистера Куина. - Слова падали как мелкая галька в пустой кувшин, и с той же долей доброжелательности. Фел сделала над собой усилие. - Как раз этим занимаюсь, - прощебетала она. - Сообщите, пожалуйста, электронный адрес вашего секретаря, и я… - И напомните ему, что в пятницу мы ужинаем у президента «Стэллмор Интернешнл» в его загородном клубе. Смокинг обязателен. Проследите за этим. - Э-э... конечно. Если Ваш секретарь… - Мой секретарь занят своим делом, мисс Смоук, а вы занимайтесь своим. - Да, мисс Рошефф. - И еще. - Да, мисс Рошефф? - Поменьше патоки в голосе, мисс Смоук. Не убедительно, как-то. Связь оборвалась. Фелисити с силой швырнула трубку на базу и чертыхнулась. Бесит!! *** Накрахмаленный воротничок впивался в шею. Оливер нетерпеливым жестом ослабил узел галстука и вышел из лифта. Заканчивался только первый день его директорства, а ему уже хотелось выть на луну. Рошефф насела на него, буквально не давая вздохнуть. Вот уж воистину – удав в юбке. Куин толкнул дверь. Диггл и Фелисити одновременно подняли головы от монитора. - Ты вовремя. - Нашли что-нибудь? - Оливер прошел к столу, мысленно переключаясь на проблемы Капюшона. - Все очень мутно. Мы так и не выяснили, от кого именно преступники получают сведения о поставках в Глейдс-Мемориал. Знаем только, что с тех пор, как начались ограбления, администрация больницы дважды сменила поставщиков, но это не помогло. Значит, крот сидит в самой клинике. По-сути, это может быть любой, работающий там – система защиты у них ни к черту. - Из чего следует, что тебе уже известно, когда ожидается следующий груз. - Естественно. - И? - Сегодня вечером. Точнее - через два часа. Машины отправятся со склада, имея на своем борту сто тысяч единиц опиатов. Брови Куина дернулись вверх. - Ого! Хороший куш для наркоторговцев. - Приманка, как по заказу. - Что ж. Пора перебазироваться в логово. Диг, подгони машину. - Минутку, - остановила его Фел. - Есть еще кое-что. Вот, посмотри на это. Фелисити развернула монитор к Оливеру. На экране толпа протестующих у здания Глейдс Мемориал размахивала транспарантами и периодически что-то выкрикивала, однако камера оператора сосредоточилась лишь на одном человеке. « …Город не может больше закрывать на это глаза и делать вид, что нас попросту не существует, - вещал мужчина в микрофон, сунутый ему под нос молоденькой журналисткой. - Мы не должны бездействовать, когда врачи по ту сторону дверей работают с минимум ресурсов, спасая жизни, а полиция бездействует, позволяя преступникам зарабатывать деньги на страданиях людей. Мы должны сказать властям: мы есть, мы существуем, и мы будем заявлять об этом во весь голос до тех пор, пока нас не услышат…» - Кто это? - Себастьян Блад. Чиновник из Глейдс. - Похоже, он не боится высказывать свое мнение. - Определенно. Слушай дальше. Фелисити отпустила кнопку паузы, и Блад продолжал: «Глэйдс-Мемориал был выстроен на пожертвования, собранные Ребеккой Мерлин, до своей кончины известной в Старлинг-Сити своими благотворительными деяниями. Ну, разве не злая ирония, что землетрясение, устроенное ее психопатом-мужем с помощью «Куин Консолидейтед», не повергло клинику в прах, зато возможно очень скоро она будет вынуждена прекратить свою деятельность по иным причинам? Где тогда наши люди смогут получить полноценную помощь? Куда им идти? Может, спросим об этом Оливера Куина, который, теперь возглавляет «Куин Консолидейтед» вместо своей матери? Вы слышите меня, мистер Куин? – Блад ткнул пальцем прямо в камеру. - Полагаю, с вашим достатком, вы можете получить самое лучшее лечение в самых лучших клиниках страны, не так ли? А не хотите, для разнообразия, заглянуть к нам, в Глейдс-Мемориал? Тогда у вас появится уникальная возможность сравнить». Дальше шли комментарии журналистки, и Смоук отключила видео. - Что скажешь? Куин задумчиво потер подбородок. - Интересно. Ведь если разобраться, у нас с этим Бладом одна цель. Вот что, Фел: попробуй связаться с ним завтра и назначить встречу. Возможно, нам удастся… - Отлично. Ты попался. - Что? Оливер глянул на скептически-улыбающуюся Фел. - А то, что Себастьян Блад фигурирует чуть ли не в каждом сюжете про Глейдс-Мемориал. И в каждом он, так или иначе, упоминает тебя. К чему бы это? - Ничего странного. Сейчас только ленивый не склоняет имя Куинов на все лады. Тем более в Глейдс. И, как ни крути, они имеют на это полное право. Фел мысленно отмежевалась от промелькнувшей в голосе Оливера горечи - сейчас не время раскисать. Ее глодало предчувствие, и она пыталась не упустить эту тонкую ниточку. - А тебе не кажется, что этот мелкий чиновник использует твое имя, чтобы сделать своё? - Что ж. Для политиков это обычный трюк. - На который ты попался. - Что значит «попался»? - Ну, ты же фактически согласился встретиться с ним. Куин нетерпеливо вздохнул и, смахнув со стола сумочку Фел, буквально втиснул ее ей в руки. - Давай поговорим об этом позже, а сейчас… У вас вторая смена, ребята. Надеюсь, успели перекусить? Лифт приятно шелестел, даря чувство легкой невесомости. Куин стоял между Смоук и Дигглом, отстраненно наблюдая за мигающими на плато циферками и мысленно планируя операцию. У него есть только одна попытка. Поэтому, сегодня он возьмёт с собой Диггла, который будет… - Знаешь, что мне пришло в голову? – вклинился в его размышления звонкий голос Фел. Ход мысли тут же спутался, но Куин не дал воли недовольству. Он лишь обреченно вздохнул. - Сколько у меня попыток? Но Фел не поддержала шутку. Она тоже слегка хмурилась, глядя на те же мелькающие оранжевые цифры, но в ее мозгу шел свой мысленный процесс. - Возможно, это лишь догадки. Но скажи мне одну вещь: почему ты моментально среагировал на выпад Блада? Почему решил связаться с ним, как только увидел репортаж? Оливер пожал плечами. - По-моему, это очевидно. Меня, как и его, волнует судьба Глейдс-Мемориал. Эта больница единственная в Глейдс, где люди могут получить профессиональную медпомощь. И потом, она построена Ребеккой Мерлин, матерью Томми… Оливер вдруг замолчал, и Фелисити продолжила за него: - … матерью твоего лучшего друга, женой твоего злейшего врага, не так ли? По позвоночнику Оливера пробежал холодок. Ему захотелось прокашляться, прежде чем спросить: - К чему ты клонишь? И тут в разговор вступил Диггл. - Она клонит к тому, что Глейдс-Мемориал не цель, а лишь средство достижения оной. Куин удивленно повернулся к нему. - Вы оба, кажется, знаете больше, чем я. Итак, что же является целью, по-вашему? - Не «что», а «кто». Цель - ты, Оливер Куин. Фел согласно кивнула, отчего ее хвостик качнулся, как маятник. - Осталось выяснить, кто стрелок. В этот раз. - Она деловито шагнула за порог открывшейся двери лифта. За ней последовал Джон. Он окинул внимательным взглядом фойе, чтобы убедиться, что все в порядке, и только после этого позволил Оливеру покинуть лифт. - По-моему, вы просто параноики, - проворчал тот, проходя мимо Диггла. - Оба. *** Тишину дробил натужный гул промышленных кондиционеров. Капюшон скользнул по металлическим прутьям пожарной лестницы и замер на узкой площадке в районе третьего этажа. Тень полностью скрывала Диггла, но Оливер знал, что тот уже на позиции, и готов в любой момент действовать – только дай сигнал. Внизу сновали рабочие, спешно растаскивая картонные коробки по фурам. В душе шевельнулось неприятное чувство, а в мозгу закономерные вопросы: почему такое количество опиатов перевозят в столь позднее время? И почему при этом нет охраны? Диггл словно прочитал его мысли. - Что-то не так, - раздалось в наушниках. - Да, - согласился Капюшон и огляделся. - Будь на чеку. Этот моросящий дождь был совсем некстати. Ночные огни дрожали в тумане, поднимающемся от прожаренной за день земли, словно мираж. Еще несколько томительных минут Капюшон прислушивался и принюхивался, как волк, и, наконец, засек их. - Двое приближаются с северо-запада, один уже у вышки, - ровным голосом предупредил Куин. - Берешь последнего. - Понял. Капюшон быстро соскользнул вниз и, пригибаясь, побежал вдоль стены, слыша шум подъезжающих байков, а вместе с ним отвратительный стрекот автоматной очереди. Куин сжал челюсти. По крайней мере, это послужит сигналом для других, и они успеют укрыться. Но успели не все. Когда Оливер осторожно выглянул из-за угла, он увидел, что один из водителей стоит между двух грузовиков с поднятыми вверх руками и трясется как заяц, уставившись в черные дула автоматов, направленные на него. Куин метнулся к машинам: - Ложись! – крикнул он, и мужчина рухнул, как подкошенный, прикрывая ладонями голову. В туже секунду пули и стрелы полетели навстречу друг другу. Он мог бы умереть уже десятки раз, однако стрелы оказались проворнее. Или стрелок искуснее. В результате два байкера неподвижно замерли на мокром асфальте, поблескивая гладкими шлемами. - Как там у тебя? – спросил Куин в микрофон, но Диггл уже подбегал к нему, на ходу засовывая пистолет за пояс. - У меня порядок. - Отгоняй грузовик, пока народ не сбежался. Бросишь машину недалеко от больницы. Без лишних слов Диггл влез в кабину и включил зажигание. Куин обернулся к всё еще лежащему на земле водителю. - Эй, вставайте! - Ч-что? – еле слышно отозвался тот. - Вставайте и везите груз. Живее! – прикрикнул на него Капюшон, отпинывая в сторону выпавшие из рук бандитов автоматы и поднимая борт кузова у второго грузовика. Командный тон подействовал. Мужчина вскочил с земли и запрыгнул в кабину. Дым из выхлопной трубы окатил Капюшона дизельной вонью, машина дернулась, и… не тронулась с места. Оливер весь подобрался, почуяв неладное. - Так-так-так, Зелёная Стрела! А я-то думала, что больше не увижу тебя. Из-за грузовика показалась долговязая фигура, обтянутая черной косухой, усеянной всевозможными металлическими заклепками и пряжками. Кожаные штаны так плотно липли к телу, что стройные ноги казались облитыми свежей нефтью. Толстые каблуки высоких байкерских ботинок звонко цокали по мостовой, высекая из нее серебряные искорки. Металл и кожа. Блеск и тьма. Куин невольно поморщился. - Уайт! Ты всегда была падка до блестящего, как та сорока. - Должны же быть у женщины маленькие слабости, - рассмеялась Чайна Уайт и так ловко крутанула на пальце метательный нож, что тот показался вспышкой в ее руках. Широкие платиновые браслеты, которыми были стянуты запястья, усилили эффект. - Что с водителем? – уже жестко спросил Куин. Смех женщины оборвался. Она ответила так же сухо: - Права ему больше не понадобятся. Чайна была необычно высокой для китаянки, а так же необычно светловолосой. Конечно, современные женщины могут себе позволить менять облик за считанные минуты. И почему бы китаянке не стать блондинкой? Но Оливер знал, что под искусственным жемчужным оттенком прячется натуральная седина цвета перца с солью. Эти великолепные длинные волосы состарились раньше времени. И на то были свои причины. Страшные причины. Они же привели Чин На Вей в стан Триады, сделав ее главой клана и создав славу Женщины Без Сердца. Немногие знали, сколько голов слетело с плеч от ее вадао* , пока она продвигалась к своей заветной цели. - Я рада тебя видеть. Нет, в самом деле. Я боялась, что ты погиб под завалами, и у меня никогда уже не будет возможности отомстить за твое вмешательство в мой бизнес. - Кажется, твой бизнес в этом районе пора сворачивать, Чайна. Он стал убыточным. - Ошибаешься, друг мой. Моя бухгалтерия еще никогда не была в столь… блестящем состоянии. - Проведем аудит прямо сейчас? - А ты что-то смыслишь в бухгалтерии? - Приходится, черт побери, - ухмыльнулся Куин. Женщина улыбнулась в ответ. Но улыбка ее была холоднее льда. - Тогда не будем откладывать. Тряхнув светлой гривой, она слегка выставила вперед руки и растопырила пальцы. И тут же из браслетов выступили узкие, длинные лезвия, похожие на иглы. Куин не стал терять времени и, выхватив лук, пустил стрелы одну за другой. Металлический звон смешался с вихрем сверкающих искр. В ночной тьме они слепили глаза, как молнии. Чайна сама напоминала молнию своей стремительностью. Она была у нее почти сверхъестественной. Четыре отбитые стрелы – четыре шага вперед, и вот Уайт уже заносит над Капюшоном свой знаменитый вадао. И… поражает пустоту. Невероятно! Она же только что видела перед собой эти стальные глаза! Уайт казалось, что она падает целую вечность. Но вот щека с размаху врезалась в жесткий асфальт, выбив из легких воздух а из глаз красные всполохи. Жемчужные светлые пряди безжалостно смешались с уличной грязью. Уайт на миг потеряла сознание, а когда очнулась, ее руки уже были крепко связаны за спиной. - Твой базнес-план провалился, Чин. - Иди к Дьяволу, Стрела! – прошипела женщина, отплевываясь от дождевой воды и крови. - Дамы вперед. Насмешливые слова Куина никак не вязались с серьезным выражением его лица. Он знал: Чайна Уайт опаснее десятерых мужчин. Ее можно победить, только если ты стремительнее и хитрее, чем она. Ну, или если тебе просто необыкновенно повезет. Вот как ему сейчас. Куин резко поднял женщину с земли, ничуть не заботясь о хороших манерах, и припечатал лицом к кирпичной стене. Повозившись немного, он стянул с запястий Чайны смертельно-опасные браслеты, очень стараясь не порезаться. Как правило, такие штуки приправлялись ядом или наркотиками. Куин нажал на крошечный рубин, и иглы-когти втянулись в невидимые пазы. - Я оставлю это себе на память. У тебя скоро будут другие. - Береги мои браслеты. И помни: я еще вернусь за ними. Более того, ты сам наденешь их мне на руки. - Буду ждать этого момента, Чин. Куин толкнул ее к металлическим сваям и стал привязывать к столбу. - Не называй меня так! – женщина гордо тряхнула головой, откидывая мокрые волосы со лба. - Я – Чайна Уайт! - А я давно не Зеленая Стрела. - Знаю. Капюшон, Линчеватель… - сказала она, как выплюнула. - Что за безвкусица? Тебе нужно снова стать Стрелой. В этом имени столько силы, столько страсти… - Я подумаю над этим. - Убедившись, что путы достаточно крепкие, Оливер позволил себе, наконец, посмотреть в лицо Уайт. Он осторожно вытер с уголка ее губ струйку крови. - Но мы ведь оба знаем, что как ни назовись, суть наша останется прежней, правда? И повернулся, чтобы уйти. - Эй! – крикнула ему вслед Чайна. – Если это так, то почему ты не убил меня? - Что? - Почему не убил меня? Не свершил свой суд? Оглушительный вой сирены не дал Оливеру ответить. Замелькали, слепя, сине-красные вспышки, завизжали тормоза, захлопали дверцы машин. Кто-то пролаял команду и по мостовой затопали десятки пар тяжелых ботинок. Эта безумная какофония, казалось, заполнила каждый дюйм пространства. И сквозь нее вдруг прорвалось: - Стоять! Полиция! Куин замер. Но не потому, что испугался или собирался подчиниться, нет. Его поразил этот голос. С натянутым до предела луком, Куин сделал пол-оборота, вглядываясь вдоль стрелы в дула пистолетов, дула винтовок… Дула, дула, дула… А за ними лица, упрятанные за щитками сверхпрочных касок. И фигуры, так плотно упакованные в бронежилеты, что скорее напоминали гигантских трансформеров, чем живых людей. - Я вам не враг! – крикнул он, зная наперед, что это глас вопиющего в пустыне. Плотное кольцо из тел колыхнулось и расступилось, пропуская вперед женщину в сером плаще. Она смело встала перед Куином, не обращая внимания на направленную на нее стрелу. - Тогда опустите свой лук, мистер Линчеватель, и ступайте за мной, - произнесла Лорел, и на ее лице заиграла торжествующая улыбка. - Добровольно. __________________________ *вадао - китайская сабля.