Тени грядущего.

Джон сбежал по ступенькам, на ходу сбрасывая с себя куртку. - Я кое-что выяснил: два месяца назад из лагеря Кирби пропало 12 ящиков М4А1. Но ящики оснащены GPS, и это значит… - Диггл вдруг замолчал и огляделся. - А что, Оливер еще не вернулся? - Не-а... Фелисити сидела за своим рабочим столом и копалась в интернете, в полном одиночестве и тишине. Диггл почувствовал себя неловко. Черт, наверное, он должен сказать что-то… - Знаешь, Лорел стало нехорошо на вечере, и Оливер повез ее домой. - Ага… Джон скорчил гримасу и пятерней прошелся по курчавым волосам. Как бы это помягче-то?.. - Оливер… он продолжает волноваться за нее, понимаешь? - Угу… Фелисити так и не подняла головы, и Дигл занервничал еще больше. - Похоже, он никогда не перестанет этого делать, правда? - Ну-уу… Джон вдруг разозлился. - И это все, что ты можешь сказать?! - развел он руками. - Фел! Фелисити вздрогнула и оторвалась от компьютера. И посмотрела на Диггла так, словно только сейчас обнаружила его присутствие. - Ты про Лорел? – она поправила очки и задумалась на секунду. - По-моему, ей нужен нарколог, а не нянька. И Оливер должен сам это понять. Без посторонней помощи. Диггл с облегчением выдохнул, видя, что совершенно напрасно волновался за душевное равновесие Фелисити. - Да ты прямо сплеча рубишь, - хмыкнул он. - Я просто озвучила свое мнение. Она снова уткнулась в монитор. - Чем ты там занимаешься? – поинтересовался Джон, тоже глянув на экран. - Это Себастьян Блад? Что у тебя на него? - Ничего. В том-то и дело. Кристально-чистый, предельно-честный. Хоть сейчас канонизируй. - А тебе такие парни не нравятся, - скорее констатировал факт, чем задал вопрос Диггл. - Они определенно вызывают у меня подозрение. - А как же я? Я тоже вызываю у тебя подозрение? - Ты? Фелисити откинулась на спинку кресла и ехидно прищурилась. - Джонни, дорогой, ты далеко не ангел, знаешь ли. - Как?! – воскликнул Диггл. - Ты хочешь сказать, что я не кристально-чистый и не предельно-честный? Фел, детка, да я именно такой! - Да? Ну, давай посмотрим… Фелисити начала отгибать пальчики. - Пивная вечеринка в 92-м - раз, драка с футбольными фанатами – два… А вот это мне особенно нравится – бейсбол с почтовыми ящиками. 27 штук. Возмещение ущерба, плюс волонтерская работа четыре месяца. Круто-круто! – она шутливо ткнула кулачком в его бетонный бицепс. Диггл потряс головой. - Боже, Фел, я начинаю тебя бояться. - Просто держи меня в списке друзей, и все будет хорошо, - Фелисити лучезарно улыбнулась ему. - Смотри! – Диг вдруг перестал смеяться и кивнул на монитор, транслирующий изображения с видеокамер, установленных снаружи по периметру «Верданта». Кто-то возился на заднем дворе. - Это Рой. Ну-ка, придвинь поближе. Парень крутился возле забора, явно стараясь, чтобы его не заметили. Затем огляделся по сторонам и, держась в тени, заспешил внутрь. Фелисити максимально увеличила фокус, и теперь они смогли ясно разглядеть воткнутый между досками обломок стрелы. - И что это значит? – Диггл вопрошающе посмотрел на девушку. - Кажется, для Капюшона есть новости, - сказала Смоук, многозначительно приподняв одну бровь. - Оливеру определенно пора появиться. *** Дождь кончился. День набирал силу. Тонкое стекло дребезжало от порыва ветра, гуляющего снаружи. Где-то наверху, под крышей, уютно ворковали и хлопали крыльями голуби, так же нашедшие здесь приют. Ей пришлось уйти из башни и перебраться сюда, на пыльный чердак пустой многоэтажки. Но это не имело значения. Сейчас ничто не имело значения. Кроме одного. Она набрала в легкие воздух и выдохнула через рот, сотворив на гладкой поверхности окна мутное озерцо из пара. А потом бездумно поводила по нему пальцем. Получилось «САРА». Канарейка вдруг улыбнулась своему бледному отражению, но эта улыбка стала затухать по мере того, как буквы таяли. «Вот и ты исчезнешь также», - подумала она и решительно провела ладонью по стеклу. Ночь опять прошла впустую. Впрочем, что это она? Отец и Лорел в безопасности. И Оливер тоже. Значит все хорошо. Ну, вот надолго ли? Канарейка закрыла глаза и прислушалась к себе, настраиваясь, как радар, на внутреннее «Я». Ничего. Тишина. Может, она, все же, ошиблась? Но нет. Этот слабый зуд в позвоночнике, и тупая тяжесть в груди… ОН здесь. Затаился и ждет, истекая ненавистью. Эту ненависть она ощущала почти физически. Когда все началось? Когда она впервые почувствовала угрозу, почувствовала ЕГО? Наверное тогда, шесть месяцев назад, сразу после землетрясения в Старлинге. В ту ночь Нисса с особой настойчивостью выпрашивала у нее ласки. Хныкала и стонала от желания, извивалась и терлась об нее, как похотливая кошка, и все твердила, что сделает что угодно, возможное и невозможное, лишь бы она осталась с ней. Кинет к ее ногам целый мир, сотворит чудо… Сотворит чудо. Она сказала это по-японски: «Миракуру оконатте агеру». Вот тогда все и началось… Канарейка перестала отвечать на поцелуи и отстранилась. Грудь, покрывшуюся от любовных утех испариной, тут же обдало прохладой. Она внимательно вгляделась в лицо Ниссы, одна половина которого оставалась в тени, а другая мерцала бронзой в трепетном свете ароматных свечей. Черные глаза тревожно вопрошали. - Что с тобой, Са-фэр? Что-то не так? Милая… Смуглые руки потянулись к ней, но Сара отодвинулась еще дальше. - Нет, только не сейчас, - в голосе женщины послышались слезы. - Не отвергай меня снова! Но Сара уже не слушала ее. Она откинула простынь и соскочила с кровати. И целую минуту простояла неподвижно, не замечая, как ступни леденеют от соприкосновения с каменными плитами пола. Роскошь не свойственна Нанда Парбат, разве что покои Ра’са ломились от золота и шика, но простые воины жили как спартанцы. Сара, наконец, повернулась к притихшей Ниссе. - Что ты знаешь о Миракуру? Где ты это услышала? Женщина убрала со лба тяжелую прядь иссиня-черных волос и привстала на колени. - Боже, девочка, о чем ты? Сара вдруг забегала по комнате и быстро стала подбирать с пола разбросанную тут и там одежду. Затем швырнула ее на кровать. - Или говори, или уходи. - Подожди. Да подожди же ты! – руки Ниссы цеплялись за нее, как за спасательный круг, но Сара с раздражением отталкивала их. – Ну, хорошо, хорошо! - сдалась женщина. Усевшись на голые пятки, она покорно сложила ладони на коленях. И Сара в очередной раз подивилась тому, что ей, маленькой и хрупкой, удалось приручить эту сильную, властную, не склоняющуюся ни перед кем, кроме нее, амазонку. - Я… - Нисса облизнула губы. – В общем, к отцу приходил человек, разведчик с Севера… - Когда? – грубо прервала ее Сара, но женщина с готовностью ответила. - Четыре дня назад. Они долго о чем-то шептались за закрытыми дверями. Когда он ушел, мне стало любопытно, и я спросила у отца, о чем они говорили? Ра’с как обычно, отмахнулся от меня, но потом вдруг передумал, и рассказал, что «в мире» объявился некий новый игрок, наемник. За ним тянется след трупов от Макао с Истамбулом до Лиссабона. Называет себя Дэфстроук. Никто не знает, кто он и откуда взялся. Его лицо скрыто шлемом, доспехи похожи на панцирь. И он обладает какой-то совершенно… чудовищной силой. Так он мне сказал. - И все? - Ну… Когда я заметила, что сомневаюсь, что на Земле найдется хоть один человек, сильнее его, Ра’с аль Гула, и что это должно быть какая-то магия, если вообще правда, отец рассмеялся. «Это и есть чудо, дочь моя, - сказал он. - Это Миракуру». Он все еще смеялся, когда уходил. Нисса замолчала. Потом приподнялась и на коленях подползла к краю кровати. - Это все, что я знаю. Правда! Она глядела на Сару снизу вверх, как преданная собака. Презрение, жалость и что-то мутное шевельнулось в груди девушки, а руки ее любовницы уже обвились вокруг талии, теплая щека прижалась к животу. - Иди же ко мне, Са-фэр. Мне без тебя так холодно… Сара мысленно призвала себя к терпению, потом обхватила ладонями лицо Ниссы и откинула ей голову назад. Их губы встретились. После долгого, глубокого поцелуя, Сара глянула в затуманенные страстью глаза Ниссы. - Хочешь большего? – она мягко толкнула женщину на кровать, раздвинула ей ноги и стала устраиваться между ними. – Тогда и ты дай мне больше, Нисса. Поцелуй за поцелуем, Сара выкладывала обжигающую дорожку от запрокинутого подбородка до упругого живота своей подруги. – Узнай все, что можно, об этом человеке, ясно? – Губы спускались все ниже и ниже, не забывая задерживаться на самых чувствительных местах. - Потом расскажешь мне. Веки женщины отяжелели, дыхание стало частым и прерывистым. - Как скажешь, любовь моя, - из последних сил простонала Нисса, нетерпеливо двигая бедрами и елозя пятками по сбившимся простыням. - Как скажешь, только… О, да!.. Шорох сзади заставил её резко обернуться. - Дурочка, я же могла убить тебя! - Сара опустила жезл, тупой конец которого едва не ударил в горло Синди. Девчонка только нахально фыркнула и потрясла перед носом пакетом с бутербродами. - Хавчик! Канарейка убрала оружие и пододвинула к себе хлипкий ящик носком ботинка. - Я же говорила: у Пэтти Шак на Пятой и Бревер лучшие бургеры в городе. - Пэтти Шак – территория Мэра. Так что я предпочту на завтрак сэндвичи вместо пуль. – Син уселась прямо на пол, скрестив ноги по-турецки, и зашуршала оберточной бумагой. - Тебе с сыром или с колбасой? - Без разницы. Синди кинула на старшую подругу быстрый взгляд. - Что такое? Ты расстроена? Это из-за того парня, да? Слушай, мне жаль. Не следовало тащить его в твое убежище, но… - Не бери в голову, оно и так уже было засвечено, - отмахнулась Канарейка и взяла из рук Син сэндвич. И вдруг заметила, что волосы девочки чисто вымыты, и сейчас, в лучах пробивающего сквозь окно солнца, отливают красным с рыжиной. Так вот оно что! Сара поторопилась спрятать улыбку в бутерброде. - Давай лучше есть. *** - Что сказал Рой? Оливер аккуратно поставил на место лук, снял колчан и дернул молнию на куртке. - Парень все испортил. - Что испортил? Фелисити, грызя дужку от очков, оперлась о край стола. Рядом пристроился Диггл. Куин посмотрел на друзей. Конечно же, он должен им рассказать, хотя еще минуту назад сомневался. - Скажем так: Рой нашел нору лисицы, но сдуру сам сунул туда голову. За что и схлопотал по шее. Но мне было передано сообщение. - Какое? Естественно, разве Фелисити отстанет? Сказав ей «А», она вытянет из тебя весь алфавит. - Мисс «Длинный Жезл» велела не искать ее. Мол, она сама объявится, когда посчитает нужным. - И мы послушаемся ее? - Черта с два. Фелисити и Джон заговорщицки переглянулись и улыбнулись, одобряя решение босса. А на душе Оливера скребли кошки. Он все же не сказал им главного. Того, что больше всего тревожило его. Сообщение было передано не Капюшону, не Линчевателю, а Стреле. Стрела. Имя, данное ему на Лиань-Ю, о чем знали лишь единицы, а теперь знает и блондинка в маске. И передает ему таким образом «привет» из прошлого, видимо, с вполне определенной целью. Все-таки плохое предчувствие не обмануло Оливера. Тектонические плиты сдвинулись, зловещие тени снова начинают просачиваться сквозь них. Пока что призрачные и неясные, они скоро обретут плоть. А значит, беда не за горами. Куин тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли. - Но сначала достанем Мэра. Есть новости? Смоук оживилась: - Есть. Причем хорошие. Но сначала плохие: каким-то образом Мэр прибрал к рукам ящик военного оружия из лагеря Кирби. - Так. А хорошие новости? - Если Мэр оставил ящик себе, мы сможем выяснить, где он скрывается. Посмотри сюда, - девушка достала планшетник. - Это модель следящего чипа, установленного на всех контейнерах с оружием. Если ящик теряется, начинает работать удаленный сигнал, который активирует маячок. - Но Мэр умен, - вступил в разговор Джон. - Он деактивировал маячок. Мы попытались отправить сигнал, в ответ – ничего. Куин нетерпеливо вздохнул. - Вам вообще известно понятие «хорошие новости»? - А как тебе такое: угадай, кто разрабатывал дизайн системы слежения? Подсказка: глава правления этой канторы все время опаздывает. Теперь Оливер улыбнулся и послал Фелисити взгляд, от которого та зарделась, как маков цвет. Но вслух произнес лишь короткое: - Мило. Немного смущенная Фелисити продолжала: - Я извлекла исходные планы из компьютера Куин Консолидейтед. Оказалось, там есть ошибка проектирования: маячок способен отправлять сигнал, даже если он деактивирован. - То есть, ты можешь снова запустить его? – удивился Куин. - Прямо сейчас? - Какдвапалцаабасфалт… Оливер вытаращил глаза, а Фелисити, довольная произведенным эффектом, взмахнула хвостиком и гордо прошествовала мимо мужчин к своему рабочему столу. - Она сказала, что учит русский, - посмеиваясь, прошептал ему Диг. - Но я так и не понял, что означает эта фраза. Оливер снова потянул молнию куртки вверх. - Я на твоем месте и не пытался бы. *** Мэр пыхнул целым облаком едкого сигарного дыма и поерзал в своем огромном кресле. Золотая цепь, в палец толщиной, лениво перекатилась на груди. Ему нравилось ощущать эту тяжесть, ведь он снял ее с первого убитого им подонка. И теперь эта цепь, и этот клуб, и вся улица, с прилегающими к ней окрестностями его, Мэра, собственность. - Бог свидетель, мне грех жаловаться. С возвышенности, где он расположился, был виден весь зал. Парни отдыхали после очередного налета, и сейчас занимались кто чем – кто чистил оружие, кто играл в карты, а кое-кто даже читал. Разношерстная публика, но всех их объединяло одно – цвет кожи. Черные братья. Злые и угрюмые, признающие только власть силы. Его власть. Какое-то движение привлекло внимание Мэра – охранник подавал знак, что к нему посетитель. Худой подросток стоял рядом и переминался с ноги на ногу, опасливо поглядывая вокруг. Мэр снисходительным взмахом руки подозвал паренька к себе. - Говори, сынок. Мальчишка торопливо стянул с головы замызганную бейсболку. - «Кобры Микки» велели передать - им понравился ваш товар. Они хотели бы заказать еще партию. - Отлично, - качнул головой Мэр. - Пусть присылают человека чтоб обговорить детали. Подросток кивнул и тут же попятился к выходу. Мэр снова затянулся огромной сигарой и прикрыл веки, почесывая мочку уха, на которой красовалась брильянтовая серьга – еще один трофей. Итак, дела пошли в гору. Прекрасно. - Ээ-э... Босс! Тут что-то… светится. Он не сразу вник в смысл - слишком уж был увлечен обдумыванием открывающихся перед ним перспектив. Но едва слова дошли до сознания, Мэр резко вскочил с кресла и подлетел к открытому контейнеру. Там, в глубине, между сваленными в кучу винтовками, издевательски помаргивал красный огонек. Пальцы сами собой сжались в кулак. - Ты что, не деактивировал маяк?! Да я ж тебя… Он замахнулся на парня, но в этот момент что-то просвистело у самого его виска, больно опалив кожу. Мэр в недоумении потянулся к мочке уха, но… её не было! Ни серьги, ни чертовой мочки! - Что за… Тут Мэр поднял голову. На галерее стоял человек в капюшоне и целился в него из лука. Вот так нагло и открыто, не смотря на полный зал вооруженных до зубов головорезов. Мэра переполнила ярость, и он дико заорал: - Стреляйте! Стреляйте в него, кретины!! И в ту же секунду всё вокруг превратилось в один сплошной ревущий, слепящий, огненный хаос. Эти идиоты палили беспорядочно, наугад, и пули косили их же товарищей. С одинаково глухим ударом и слепым равнодушием куски свинца врезались в стены, мебель и человеческую плоть. Не помня как, Мэр очутился на полу, трясясь всем телом. Лихорадочно шаря вокруг себя, он нащупал, наконец, оброненные очки, и кое-как натянул их на нос. И пополз, шумно отдуваясь и вжимая голову в плечи… Ладонь угодила во что-то вязкое и липкое, затем в разбитое стекло, но Мэр не останавливался. С невероятным проворством он шнырял на карачках между чьими-то ногами, опрокинутыми столами, стульями… Еще чуть-чуть, и он окажется за спасительной колонной. А там дверь в сортир, окно и выход. Он успеет, успеет… Прямо перед ним блеснули мертвые глаза. Мэр шарахнулся: - Мать твою!.. И тут же, разозлившись на себя, отпихнул труп в сторону, схватил валяющийся рядом автомат и нырнул за угол. - Я убью тебя. Убью… убью… Кто бы ты ни был, я убью тебя…- шептал он, задыхаясь, и продолжая отбивать коленки об черно-белую плитку. Они разбежались, как тараканы, оставив убитых валяться в луже собственной крови. - Ублюдки… - Куин в сердцах пнул растрепанный пуфик, попавшийся ему под ноги. Он упустил Мэра, не желая убивать, и сейчас корил себя за это. Прав ли он? Ведь кто-то поплатится жизнью за эту ошибку и никому не нужную щепетильность перед преступником и убийцей. Но то-то и оно: Куин не хотел стоять в одном ряду с убийцами. С каких-то пор это стало важным для него. Не сразу он осознал, насколько тихо вокруг. Только где-то в глубине зала монотонно бубнил бесконечный речитатив рэпа. Куин подошел к ящику со сваленными в нем винтовками. Красная лампочка продолжала моргать. Оливер включил микрофон. - Оружие у меня. - А Мэр? Оливер посмотрел на размазанный мокрый след, тянущийся до коридорчика, а оттуда в сортир, и брезгливо поморщился. - Еще в офисе.