Племянница Орочимару

Прошел еще день здесь. Довольно скучный и бесполезный день. Уже утром я ощутила, что боль практически ушла и потому позволила себе встать и, с поддержки Джуго, чуть прогулялась по убежищу. Мы даже ненадолго вышли на улицу, пока не явилась Карин, которая забрала меня на обследование. До вечера я просидела у нее, а потом ушла к себе. На третий день я уже стала совсем самостоятельной. С направления Карин я отыскала дядюшкины книжные запасы, которые оказались значительно скуднее, чем в том убежище, где я была, и потому под них не выделялось отдельной комнаты - они все находились в кабинете, умещаясь в двух стеллажах. Сюда я пришла с уже определенной целью: найти какую-нибудь технику перемещения. Я считала, что уж кто, а мой дядюшка должен был знать ее и, соответственно, хранить записи о ней. Удача, хоть и не сразу, улыбнулась мне: в одной из тетрадей, довольно коряво, но описан механизм исполнения, действия и некоторых нюансов техники. Изучаю и решаю попробовать. Складываю печати, концентрируюсь, представляю местность у входа в логово, где мы с Джуго гуляли и наконец чувствую, что техника работает: тишина, чуть нарушаемая редкими потрескиваниями свечи, сменилась живым пением птиц и шелестом ветра. Настроение было наипоршивейшим, сигарет не было, потому я решила чуть проветриться и зашагала прочь от логова. Вскоре так я набрела на деревушку. Точнее это оказался постоялый двор с кучей небольших гостинец, кафешек и магазинчиков. Я зашла в первое попавшееся заведение кормежки: в моем заказе уместились онигири, данго и саке. Употребляемый в небольших количествах алкоголь пробуждал внутреннего философа, решившего проанализировать последние события и мое место в этом. Питался, к слову, этот философ, алкоголем, так что вскоре порции перестали быть небольшими и безобидными, а я становилась все веселее. Наверное, сейчас я была подобна Цунаде, в тех случаях, когда та оказывалась в компании сакэ. - Официант! Повтори! - без стеснения проорала я на все кафе. - Девушка, думаю, что вам хватит уже. Пожалуйста, расплатитесь и уходите. - мальчик, обслуживающий мой стол, аккуратно пытался выставить меня. - Ты видишь это? - я потрясла перед его лицом несколькими купюрами: А теперь проследи жутко сложную логику — чем больше я здесь проведу времени, тем больше заплачу... Так, что, НЕ ЛЕЗЬ! - я хотела пихнуть официанта ногой из под стола, но хорошо подвыпившая не рассчитала силу и направление - промахнулась, громко и больно ударив пяткой об пол. - Ааайааййй!- я подтянула ногу, но, опять же, в не трезвом уме не рассчитала силу и ударилась коленом об столешницу. - Девушка! - парень пытался опять укорять меня, но сейчас я его перебита, переключившись на явившегося засранца. - О, Саске? Снова ты здесь, проблема моя вечная? - я пьяно улыбнулась, еще щурясь от болезненных ощущений в ноге. - Вот деньги, я ее заберу. - он швырнул на стол несколько рё. - Учиха, опять ты сраный эгоист??!! Не отдавайте меня ему! - пьяная я была против такой несправедливости, что Саске опять не считается с моими желаниями. Он молча подошел, отодвинул стул и взял меня на руки. Я продолжала выражать свой протест, кричать и отталкивать от себя Саске. - Успокойся, ни то упадешь. - Ну и отлично! Отпусти меня. - сейчас, оказавшись на улице, я обратила внимание, что уже стемнело. Я подняла голову, желая посмотреть в глаза этому подлецу, но вместо этого зачарованно уткнулась в небо: великолепие темно-синего полотна, на котором кто-то рассыпал белые огоньки заворожило меня и, наверное, на радость Саске, заставило замолкнуть. Мне показалось, что он ухмыльнулся. Дальше, по пути в убежище, никто из нас не произнес и слова. Саске прижимал меня к себе, чтобы не выронить, а я вновь погрузилась в тоскливые размышления. Вот мы оказались в убежище. Учиха принес меня в мою комнату и аккуратно положил на кровать. Сейчас что-то, сдерживающее всю мою печаль, треснуло и взяло верх. Я тихо заплакала, схватив руку Саске. - Саске... - парень замер, но не произнес ни слова. - Пожалуйста.. - слова перемешивались с всхлипами: Пожалуйста, останься сейчас со мной... Вот бы увидеть столь же ошарашенного Саске, но уже на трезвую голову. Ибо этот момент стоит того, чтобы его заценить во всей красе — вечно хладнокровный и уверенный красавец сейчас выглядел удивленным ребенком. Я все так же не отпускала его руку. Он молча подчинился моей просьбе и лег рядом. Неосознанно я прижалась к Саске, желая почувствовать все тепло его тела. Учиха совершенно не был против, лишь обнял меня. Вскоре я так и уснула, совершенно не задумываясь о том, в насколько неловком положении я окажусь завтра.