Останови мой полет в бездну.

— Гарри? — в дверь тихонько постучали, и в следующий миг в проеме возникла обрамленная длинными серебристыми волосами голова Полумны. Гарри резко дернулся, выходя из транса, гневно цыкнул, осознав, что мысли незаметно вновь привели его к воспоминаниям о произошедшем две недели назад столкновении, и повернулся к Лавгуд. — Гермиона сказала, что ты вряд ли захочешь, но... Через 15 минут начинается матч... Наши очень волнуются, ведь первый же матч со Слизерином... Ты не пойдешь болеть за наших? Это первый матч с Джинни в качестве ловца. Гарри попытался придать взгляду некоторую теплоту, ведь Лавгуд, пусть и с такой нелепой просьбой, отвлекла его от пустой траты времени, и уже было собрался отказаться, но вдруг решил, что это отличный шанс поговорить с Гермионой о некоторых новых аспектах его плана без лишнего внимания, поэтому коротко кивнул, резко поднимаясь с кровати и направляясь к выходу из комнаты, откуда уже исчезла Полумна. Впятером с Невиллом, Герми и уже поджидавшим их около входа в гостиную Забини они отправились на поле. Там Гарри, с презрением глядя на шумящую толпу быстро рассаживающихся учеников, сел на крайнее место последнего ряда и, вопросительно вздернув бровь, молча взглянул на замершую четверку: Лавгуд и Лонгботтом явно намеревались изначально занять места на переднем ряду, а Гермиона с Блейзом страстно целовались на прощание (Забини как слизеринец ни за что бы не позволил себе сесть рядом с учениками чужого факультета). Оторвавшись от Забини и проведя на прощание рукой по его смуглой щеке, Гермиона, пробежавшись глазами по толпе и отыскав Поттера, уверенно двинулась к нему. Полумна, поняв траекторию ее движения, схватила за руку Невилла и, потащив его за собой, кинулась нагонять протискивающуюся к Гарри Грейнджер. Когда они уселись, на поле уже высыпали игроки обоих факультетов. Гриффиндорцы, громко перешептываясь, то и дело наталкиваясь друг на друга, радостно махали своему факультету. Слизеринцы молча шли за своим капитаном, Ургхартом, нагло ухмыляющимся хмуро и самоуверенно уставившемуся на него новоиспеченному капитану Гриффиндора, Рону Уизли. Гарри поморщился, вспомнив, что на его месте, растрачивая время на это дурацкое соревнование, мог бы находиться сейчас он сам. Он вспомнил лица бывших сокомандников, когда он объявил им о своем уходе. Вспомнил, как они всей командой оттаскивали раскрасневшегося от злости Рона, когда Гарри пояснил, что не видит смысла в этом глупом и крайне опасном метании за мячиками. Он прекрасно помнил, как чуть не подавился снитчем на первом курсе, как на некоторое время остался без костей в руке на втором, как свалился с метлы на третьем... Но, как не пытался, не мог вспомнить, почему после таких опасных травм и нескольких болезненных ночей, проведенных в больничном крыле, он раз за разом возвращался на тонкий шершавый черенок метлы, почему с упоением тратил драгоценное время, которое можно было потратить на учебу и подготовку к экзаменам, на порчу зрения в попытке отыскать на бескрайнем небосводе почти не заметный золотой мячик. — Не прошло и десяти секунд с начала матча, как несравненный Рон Уизли пропустил мяч! 10:0 в пользу Слизерина! Восхитительно, Гриффиндор! — радостно восклицал новый комментатор — высокий и худой белобрысый парень с красивыми по отдельности, но чуть хуже сочетающимися вместе на его лице пухлыми бледно-розовыми губами, огромными серыми глазами с по-девчачьи длинными и пушистыми ресницами и аккуратным тонким носом. — Это пятикурсник со Слизерина, Алекс Кинг. По нему сохнет та половина школы, которая не сохнет по тебе, а он сам в открытую относит себя ко второй половине... — проследив за взглядом Гарри, на секунду придвинувшись к нему на место вставшей чтобы спросить что-то у сидящего на первом ряду Колина Криви Герми, шепнула Полумна. — Он... влюблен в меня? — Поттер еще раз с сомнением оглядел все же в целом довольно симпатичного паренька и повернулся к Лавгуд. Та утвердительно кивнула и, отодвинувшись обратно на свое место, добавила что-то еще, но ее голос заглушил радостный рев толпы. — Дин Томас и Демельза Робинс забивают сразу два гола подряд! Неужели все эти годы Гриффиндор побеждал не только благодаря их одаренному бывшему ловцу Гарри Поттеру? Что ж, Гриффиндор, вы умеете удивлять! 10:20, Слизерин отстает на 10 очков! — с легким недовольством отметил Алекс, внезапно посмотрев всё еще задумчиво разглядывающему его Гарри прямо в глаза и быстро подмигнув. Гарри, не задумываясь, подмигнул в ответ, слегка растянув уголки губ в приветливой улыбке, и Кинг спешно отвел глаза, зардевшись. Часть учеников после упоминания его имени тут же начала искать Поттера среди его однокурсников. Несколько хаффлпаффцев, переговариваясь с соседями, ткнули пальцами в его сторону. Но тут на поле появился снитч, Джинни с Харпером наперегонки рванули за ним, и все напрочь забыли о Поттере. Почти все. Поворачиваясь к Гермионе, чтобы наконец обсудить с ней то, ради чего он вообще пошел на матч, Гарри пробежал глазами по черно-зеленой толпе слизеринцев и заметил направленный на него пристальный взгляд. Драко Малфой со смесью злобы и возмущения упорно пытался прожечь в Гарри дыру. Поняв, что Гарри таки соизволил обратить на него свое внимание, слизеринец стрельнул глазами в сторону комментатора и вопросительно уставился на Гарри. «Что это были за перемигивания, Поттер? Снова взялся за старое?» — раздался в его голове тихий вкрадчивый голос беспардонно вторгнувшегося в его голову Малфоя. «А тебе какое дело, Дра-ко?» — похотливо облизнув губы, растягивая его имя, ответил вопросом на вопрос Поттер. К сожалению, слизеринец не отвернулся: хотя от смущения на его щеках выступили красные пятна, он продолжил донимать Гарри, упорно вглядываясь в его лицо и пытаясь прочесть его мысли, к счастью, безрезультатно. — «Может... замуж хочу. А что, вполне себе выгодная партия: довольно красив, умен и влюблен в меня. К тому же... от меня наконец отвяжутся толпы надоедливых поклонников...» — ледяным тоном продолжил он, многозначительно кивнув в сторону Малфоя на последнем слове. Драко резко дернулся, будто от боли, его лицо перекосило от гнева, и он, вскочив, поспешил скрыться с трибуны под недоуменные взгляды Панси и Блейза. Ядовито ухмыльнувшись, внутренне порадовавшись польстившей ему реакции Малфоя, он переглянулся с Блейзом, недоуменно пожав плечами, мол, он тут не причем, оглядел поле и табло с очками (40:20, в пользу Слизерина), и дотронулся рукой до плеча Гермионы. Она повернулась, вздернув одну бровь в молчаливом вопросе. — Я бы хотел обсудить с тобой кое-какие изменения в моем плане очищения магического мира. Хотя если тебе намного интереснее наблюдать за одним безумно сексуальным рыжим вратарем, с отличительным усердием пропускающим гол за голом, то я, конечно, могу подождать до конца матча. — Я пришла сюда болеть за свою команду, в том числе и за Рона тоже. То, что мы с ним расстались, не значит, что я обязана его презирать. Он хорошо играет, просто новые охотники Слизерина очень сильны... А еще его вчера отшила Лаванда Браун, заявив, что не хочет чувствовать себя "запасным вариантом". Так что не надо так на него накидываться, — тяжело вздохнув, отчитала Гарри Грейнджер, на минуту став той самой Гермионой, которой она была до войны. — Конечно, я готова выслушать тебя прямо сейчас. — Отлично. Я займу тебя совсем ненадолго. Просто я думал о том, не стоит ли ввести три года в Азкабане как меру наказания за вступление в противозаконный брак с магглами и для чистокровных волшебников? Если я хочу добиться ощутимых результатов, мне нужно действовать жёстко. Согласись, многие из чистокровных — дети бывших Пожирателей смерти, а потому прекрасно представляют, что значит три года в этой тюрьме. Кстати, я собираюсь увеличить наказание за аналогичное преступление для не чистокровных до пяти лет, — было все еще немного непривычно обсуждать это с магглорожденной Гермионой, однако почему-то Поттер твердо знал, что никто иной не поймет его так хорошо. Хотя, возможно, именно потому, что Грейнджер сама выросла в мире магглов, она действительно понимала и принимала его идею. В некоторой мере. — Гарри, я не думаю, что столь суровое наказание было бы вполне справедливым. На твоем месте, я бы, если бы и решилась ввести подобную меру, то, во всяком случае, сократила бы срок заключения до 1 года для чистокровных и 3-х лет для... не чистокровных. К тому же, — она помолчала, рассеянно вперившись глазами в потерявших снитч ловцов, решая, стоит ли заканчивать мысль, — для начала тебе... Думаю, ты должен продумать, как ты собираешься осуществлять эти преобразования. Я имею ввиду, что для начала тебе нужно еще занять высокий пост, дабы иметь возможность влиять на магический мир. Я не сомневаюсь в твоих способностях, но с некоторых пор... — Грейнджер неловко замялась, не зная, как выразиться деликатнее. — Ты правда считаешь, будто я не понимаю, что для осуществления плана мне нужно занять пост Министра Магии? — холодно прервал Гарри её размышления. — Или что я не понимаю, что после того, как я выполнил свою роль героя слишком прямолинейно, убив этого зазнавшегося полукровку, Волдеморта, я пользуюсь весьма дурной славой хладнокровного убийцы и теперь могу даже не мечтать о том, что в Министерстве меня встретят с распростертыми руками? Тем не менее, — продолжил он чуть мягче, видя, что Гермиона смотрит на него со смесью сожаления и легкого страха, — я рассчитываю на то, что, когда я сумею доказать, что я достоин занять этот пост в силу накопленных знаний и опыта, они будут достаточно сообразительны, любезны и честны и не вышвырнут меня вопреки здравому смыслу. — Они не имеют права так поступить, — она твердо посмотрела ему в глаза, — не имеют, но могут, если ты вломишься к ним наперевес с "прогрессивными идеями" и рассуждениями о том, как им правильнее жить. — Если у тебя есть сомнения в моих идеях или рассуждениях, то, поверь, тебе вовсе не обязательно делать вид, будто ты действительно меня поддерживаешь. Мне вообще не нужны поддержка или советы. Я волен поступать так, как считаю нужным, — четко проговаривая каждое слово, выплюнул он ей в лицо, смутно ощущая неприятное жжение в районе груди. На самом деле ему нужны были именно ее советы, поскольку... она была довольно умна и начитанна, конечно. Ну и потому, что она была его хорошей знакомой. Гермиона плотно сжала губы и пару раз шумно вдохнула, пытаясь не сорваться на крик. Она понимала, что Гарри на самом деле не пытается специально вывести ее из себя. Что бы он там ни считал, она была его лучшей подругой и понимала его лучше, чем кто-либо другой. — Пока что ты для них чужой. Сейчас, когда с их глаз спали шоры слепого обожания перед Мальчиком-Который-Выжил, они понимают это. По их мнению, ты — лишь мальчишка, выросший в семье магглов, не особо хорошо учившийся на протяжении почти 7 лет, постоянно лезущий в самую гущу событий, самоуверенный, наглый мальчишка. И тебе придется заставить их выслушать себя, но для этого ты должен перестать общаться с людьми так, будто они тебе должны. Если люди обращают на тебя внимание, то делают они это по собственному желанию. Например, потому, что хотят этого. Хотят выслушать и понять тебя, — мягко закончила она, приобняв его за плечи. Гарри задумчиво кивнул и чуть отвернулся, но не отстранился, показывая, что разговор окончен, но он не обижен на её слова. Просидев так пару минут, он собрался было встать и уйти, аккуратно высвободившись из рук Грейнджер, но тут пространство вокруг разразилось оглушающими, перекрывающими иные звуки и даже собственные мысли радостными криками. Джинни Уизли с развевающимися на ветру, закрывающими счастливое лицо рыжими локонами, изящно распрямившись на метле, подлетела к трибуне Гриффиндора, гордо сжимая в вытянутой перед собой правой руке крохотный золотой мяч. Сзади на землю слетел, тут же начиная отчитывать свою команду, недовольный Ургхарт. — Несравненная Джинни Уизли, совершила ловкий отвлекающий маневр и поймала снитч! Гарри Поттеру нашлась достойная замена! И даже старательные попытки Рона Уизли проиграть не принесли должного успеха! Первый матч между Гриффиндором и Слизерином закончился с результатом 190-70 победой гриффиндорцев, — чересчур радостно для слизеринца закричал Алекс, с восхищением глядя на уже опустившуюся на землю, обнимаемую сокомандниками счастливую гриффиндорку. Гарри закатил глаза и поспешил покинуть трибуну, пока Гермиона, крича вместе со всеми, обнималась с Полумной, а остальные болельщиками аплодировали все еще сжимающей в руке снитч Джинни.