Глава последняя.
31 декабря 2017 г., 10:00
За окном крупными хлопьями валит снег, Москву снова завалило сугробами. Из окна видно, как мерцают гирлянды в других квартирах. Кругом царит та самая новогодняя атмосфера из детства. Даже не смотря на то, что воспитана я в детском доме, Новый год всегда был для меня настоящим, самым любимым праздником. По телевизору идёт один из советских фильмов, под который я привыкла резать салаты, стол уже ломится от большого количества закусок, а лоб давно покрылся испариной от усталости.
— Мам, идём ёлку наряжать? — на кухню забегает малышка Мия и тут же стаскивает с тарелки конфету.
— Идём, — беру дочку за руку и мы вместе идём в зал, где Максим уже перебирает руками игрушки. Наряжать ёлку тридцать первого декабря было нашей новогодней традицией, на которой так настаивал Егор, хотя я привыкла ставить ее куда раньше.
— Жалко, папы с нами не будет, — вздыхает Мия и Максим тут же кивает в поддержку сестры. Внутри все болезненно сжимается от того, что вижу детей такими расстроенными, но стараюсь держать улыбку, чтобы не огорчать малышей ещё больше тем, что мне самой плохо без Егора.
— Вы же знаете, папа очень вас любит, но у него никак не получается приехать. Завтра он постарается быть дома, — мои слова немного ободряют малышей и уже в более хорошем настроении мы продолжаем вешать игрушки на нашу живую ёлочку. Чередуя красные и золотые шары и таких же цветов мишуру мы доходим до самой верхушки, смеясь над дурачившимся сынишкой.
— Кто хочет повесить звезду на самый верх? — вижу, как глаза обоих загораются, но спустя немую паузу, первым говорит Максим.
— Пусть Мия повесит.
С гордой улыбкой за то, что мой сынишка вырос настоящим мужчиной, ерошу рукой его волосы, которые один в один напоминают Егора и поцеловав Макса в щеку, поднимаю Мию наверх. Со счастливой улыбкой дочка закрепляет звезду на макушке ёлки, после чего обнимает брата за предоставленную возможность.
— Вот и всё. А теперь идите переодеваться, скоро будем садиться за стол.
Малыши быстро убегают в свои комнаты, а я тяжело вздыхаю, откидывая волосы назад. Праздновать новый год без Егора казалось мне чем-то немыслимым. С одной стороны я понимала, что его работа — часть нашей жизни и так или иначе, придется смириться с тем, что нам приходится делить его с поклонниками, но сам факт того, что в такой волшебный семейный праздник его не будет рядом, заставлял чувствовать внутри меня пустоту. Мы женаты уже пять лет, но не смотря на это, мне всегда было мало его. Мало его глаз, в которые я влюбилась будучи ещё такой юной, мало его поцелуев, мало его в целом. Мне было плохо без него. А сегодня он даже не звонил. Не спросил о детях, как делал это обычно, не поинтересовался о моем состоянии, хотя знал, что в последнюю неделю мне не здоровилось. Это напрягало. В голове уже выстроился ряд подозрений, и как бы я не пыталась его игнорировать, сердце сжималось от мысли, что сейчас он может быть с другой. Вздрогнув, поправляю горловину свитера, касаясь холодными руками шеи и сглатываю. Снова подкатывает тошнота, с которой я безуспешно борюсь уже несколько дней. Неожиданно раздается телефонный звонок, заставивший меня вернуться обратно на кухню.
— Здравствуйте Марина Петровна, с наступающим вас, — здороваюсь со свекровью с лёгкой полуулыбкой. После того, как она узнала, что я сменила розовый цвет волос, то сама покрасилась тоником в него, сказав, что ей очень нравилось, но сама она не решалась.
— Спасибо Катюша, тебя тоже с наступающим! Как у вас дела? Как мои внуки?
— У нас всё хорошо, — не совсем честно отвечаю женщине. — Собираемся за стол садится.
— Мы тоже. Вот недавно Полинка со своими прилетела. Ариана уже так выросла, настоящая принцесса, — с нежностью в голосе произносит Марина Петровна, рассказывая мне о дочери Полины и ее мужа. — Слушай, Катрин, тебе Егор не звонил сегодня? Я никак не могу ему дозвониться…
— Не звонил, — тихо произношу я, чувствуя страх на кончиках пальцев. С каждой минутой это ожидание звонка меня по-настоящему пугает. Слышу вздох Марины Петровны, наполненный переживаниями.
— Ты только сильно не переживай, хорошо? — пытается ободрить меня женщина, хотя в ее голосе я слышу волнение за сына. Как я ее понимаю.
— Постараюсь, Марина Петровна.
— Если он позвонит, сообщи пожалуйста мне.
— Конечно, досвидания.
Попрощавшись со свекровью, отключаю звонок, устало зарываясь в свои слегка завитые волосы вишнёвого оттенка. Что, Ярославцева, снова не можешь жить без переживаний? Но как бы плохо сейчас мне не было, я не должна расстраивать детей. Поэтому закидываю в рот два мятных леденца от тошноты и начинаю сервировать стол, выставляя друг за другом блюда и напитки. Заканчиваю только спустя тридцать минут. Едва успеваю сесть на диван, чтобы отдохнуть и в очередной раз набрать номер моего непутёвого мужа как тут же пробегает Мия в пышном лиловом платье, которое ей подарил ее же крёстный — Натан. Кажется, Миров чаще Егора проводит время с моей малышкой, но меня это устраивает. Так она не чувствует отсутствие отца.
— Мама, сделай мне причёску, — дочка вручает мне маленькую расчёску и садится на пол, давая делать с ее волосами все, что мне захочется. Расчесав медовые волосы Ми, решаю заплести ей водопад, рассудив, что на ее уже достаточно длинных волосах это будет смотреться красиво. Перебирая прядку за прядкой, немного успокаиваюсь и чувствую что-то, что можно назвать счастьем.
— Спасибо, — чмокнув меня в щёку, девочка стремительно убегает обратно. Выключив свет, оставляю комнату освещаемой только гирляндами и светом от телевизора, где идёт один из музыкальных концертов. Переодеваться не хочется, но и праздновать в старых джинсах и безразмерном белом свитере тоже, поэтому решаю немного полежать, чтобы головокружение прошло и после этого уже пойти переодеться. Кажется, прочитав мои мысли, ко мне прибегают дети, и тут же ложатся по обе стороны от меня. Обнимаю их за плечи и целую каждого в макушку.
Могла ли я представить, что моя встреча с Егором Булаткиным перерастет в такое большое чувство с появлением таких родных и любимых белокурых ангелочков? Знала ли я, что парень, которого я отчаянно ненавидела, потому что любила, сможет засесть так глубоко в моем сердце, что теперь его оттуда не выгнать не какими угрозами. Если бы мне кто-то сказал, что тот самый Егор, который придирался во мне к каждой мелочи сможет разбить все мои стереотипы о любви и людях, просто влюбив в себя, то скорее всего, я бы посчитала его сумасшедшим. Но сумасшедшей оказалась я.
В одиннадцать часов мы наконец сели за стол. Голодные дети за обе щеки уплетали любимое картофельное пюре смешивая его со всевозможными салатами. Я же ограничилась лишь апельсиновым соком и салатом, потому что на большее мой организм был не готов. На экране мелькали звёзды русской эстрады, среди которых был и Егор, который так и не соизволил нам позвонить. От бессилия выкидываю телефон куда-то в сторону, наплевав на то, что он пропадает в подушках дивана. Раздается дверной звонок, заставляя нас оторваться от еды. Перебираю в голове варианты того, кто же это мог быть, но прихожу к выводу, что вариантов нет. Даже для заказного Деда Мороза ещё слишком рано. Не дождавшись меня, дети выбегают в коридор, чтобы первыми узнать непрошенного гостя.
— Не открывайте без меня! — кричу им в след, но естественно, меня уже никто не слышит. Услышав резкий крик Мии, выбегаю в коридор, но останавливаюсь уже на половине пути. На пороге стоит уставший Егор, с отросшей бородой и широкой улыбкой, держащий в руках сразу двоих детей. Заметив меня, Булаткин пристально разглядывает каждый миллиметр моего тела и отпускает близнецов на пол, ожидая, что я так же кинусь к нему в объятия. Но вопреки его ожиданиям, разворачиваюсь спиной к артисту и ухожу на кухню.
— Кат, что опять случилось? — вижу в окне, как Егор заходит на кухню и пытается обнять меня со спины, но не даю ему этого сделать, дёрнув плечом.
— Ты серьезно не понимаешь, что случилось? — не поворачиваюсь к нему лицом, потому что знаю: едва я загляну в его глаза цвета бурного океана, то сразу же прощу.
— Не понимаю. Я блять вырываюсь из гастролей, чтобы сделать тебе сюрприз, а в итоге получаю полное равнодушие и оказываюсь виноватым. Ярославцева, тебе не кажется, что это уже перебор? — раздражённо произносит блондин, чем вынуждает меня всё-таки повернуться к нему.
— Хреновые у тебя сюрпризы, Булаткин! — ударяю кулаком его в грудь, но тут же болезненно ойкаю, почувствовав сильную боль в ладони. — Ты не берешь трубку целый день, говоришь, что не приедешь домой. Откуда я знаю, может ты там с какой-то поклонницей развлекаешься?!
Продолжаю тыкать пальцем его в грудь, но Булаткин перехватывает мои запястья и притягивает к себе.
— Ты совсем из ума выжила? Зачем мне другая девушка, когда дома ждёт такая взбалмошная идиотка, которую к моему невезению, я люблю?!
— Отпусти меня, придурок!
Но он как всегда поступает по-своему и просто касается своими губами моих. Пытаюсь ударить его, но заводит руки мне за спину. Больше сопротивляться мне не удается поэтому позволяю его языку скользнуть ко мне в рот. Прижимаюсь к нему ещё сильнее, без возможности надышаться им. Как бы я не пыталась, мне все время было мало его. Потому что он нужен мне как кислород. Да что там. Егор и есть мой кислород.
***
Рассмотрев подарки, которые привез папа, дети уже приготовились к приходу дедушки мороза и многочасовому просмотру салютов. Часы показали без пяти двенадцать и все каналы в раз переключились на новогоднее обращение президента. Пока Мия и Максимка рисовали на своих бумажках желания, я лежала головой на плече Булаткина и думала о том, что у меня есть абсолютно все, что нужно для счастья. Но не изменяя новогодней традиции, пишу на бумажке свое пожелание на предстоящий год, после чего мы всей семьёй поджигаем наши бумажки и высыпаем их в бокалы. Начинают бить куранты, которые мы отсчитываем вслух. — Егор, — зову мужа, пока дети продолжают считать. — Да, малыш, — он заглядывает в мои глаза, пока я собираюсь с мыслями и на одном дыхании выпаливаю то, что узнала совсем недавно. — А я беременна… Ловлю его удивлённый взгляд, который наполняется нежностью и любовью, а потом он поднимает меня за талию, сияя, как новый гранненый бриллиант. Он подкидывает меня вверх, отчего я вскрикиваю, после чего заливисто смеюсь. — Я счастлив, — не переставая улыбаться говорит блондин и целует меня со всей нежностью. Обнимаю его как можно крепче, расслабляя напряжённое тело. Это по истине лучшее начало года, и я надеюсь, так будет всегда...
