Зарисовки. Тёмный и Свон

Медленные ласки буквально сводили с ума. Ловкие пальцы касались едва ощутимо, тогда как тело просило больше. Куда больше… Он оставлял на коже поцелуи, словно клеймил. Словно забирал себе не только ее тело, но и душу… Эмма понимала, что это неправильно, но они зашли уже слишком далеко, чтобы останавливаться. Очередной поцелуй, и она уже не могла сдержать стон. Свон резко открыла глаза, испуганно зажав рукой рот. Она опасливо скосила глаза, но ее страхи оказались напрасными — Киллиан мирно спал рядом, по-хозяйски положив на нее руку. Шериф облегченно выдохнула и попыталась осторожно выбраться из крепкой мужской хватки. — Эмма, ты куда? — сонно спросил пират, нехотя выпуская девушку. — Все в порядке. Мне надо в ванну, — постаралась улыбнуться та. Почти бегом она покинула спальню, закрывшись спасительной дверью. Свон открыла кран и умыла лицо холодной водой. Определенно с этими снами нужно было что-то делать. Когда ей впервые приснился Голд, шериф была обескуражена. Она не понимала почему ее подсознание подкинуло ей подобный сюжет. Однако придавать значения этому происшествию не стала. Вскоре сон вновь повторился. Вот только уже в более откровенном варианте — Голд поцеловал ее. В тот раз Спасительница настолько опешила, что даже не сопротивлялась. Сны стали развиваться. Стоило бы разобраться с ростовщиком. И Эмма честно обещала себе, что сделает это. Но каждый раз, когда она пыталась поговорить с мужчиной, его ироничный взгляд лишал ее смелости, и она находила тысячу причин, чтобы отложить этот непростой разговор. В последнюю неделю сны перешли в более активную фазу, если можно так выразиться. Теперь помимо неясного чувства вины примешивался еще и вполне ощутимый дискомфорт от неудовоетворенности. Нередко после очередного кошмара Свон чуть не набрасывалась на Джонса. Тот поначалу недоумевал, но постепенно привык к такому положению дел. Но сегодня Голд перешел все границы, завершив сон за мгновение до того, как Эмма могла бы кончить. И тогда она поняла, что нужно что-то делать. Наскоро собравшись, блондинка спешно покинула квартиру. До особняка Темного она добралась быстро. Выйдя из машины, Спасительница решительно направилась к двери. Не утруждая себя стуком, шериф просто вышибла дверь ногой и вошла. — Мисс Свон, — все тем же ироничным голосом произнес хозяин дома. Он стоял в прихожей, будто зная, что она придет. — Вы! Влезли! В мои! Сны! — отчеканила та. Они стояли напротив друг друга, испепеляя взглядом. И если глаза Спасительницы выражали крайнюю степень злости, то у Румпельтильцхена наоборот было весьма довольное выражение лица. — У вас есть доказательства? — поинтересовался он. — Или Вы наконец решились поговорить об этом? Свон возмущенно открыла рот. Он даже не отпирался! Впрочем чего она ждала — это же Темный! — Оставьте меня в покое, Голд! — почти прошипела девушка. — Уверены? — невинно переспросил мужчина, медленно подходя к незванной гостье. Его кошачья грация завораживала, а взгляд… Он заставлял думать о самом сокровенном. О том, в чем Эмма боялась себе признаться. — Вполне, — попыталась придать себе уверенности девушка. — Значит, если я сделаю так, — и Голд нежно провел пальцем по ее нижней губе, — или так, — вторая рука стала ласкать шею, — это не изменит Вашего решения, мисс Свон? Она лишь судорожно сглотнула. Где-то на задворках сознания билась мысль, что нужно остановить это безумие. Но тело… Оно предало ее. — Да, — едва слышно выдохнула она, не отрывая взгляда от искусителя. Это прозвучало, как капитуляция. — Думаю, нам есть что обсудить, — довольно ухмыльнулся он. — Наяву. Румпельштильцхен резко поцеловал девушку, прижимаясь к ней ближе. Ему потребовалось немало времени, чтобы проникнуть в сны Спасительницы. Еще столько же, чтобы научиться в них задерживаться. Но оно определенно того стоило — ни одна женщина не привлекала его столь сильно, как Эмма. Особенно после того, как ее Темное воплощение оказалось в нем… Первый шаг был сделан.