better than that

      — Чертовски вкусные такояки, ма, у тебя талант, — слащаво потянул Рик, отчего даже у самого наивного человека засосало бы под ребрами. Он, очевидно, пытался подлизаться, и это было самое глупое, что он только мог сделать. — Я пойду в школу, чтобы не опоздать, хорошо?       Нана скептически взглянула на сына, но ничего не сказала.       Она понимала, что он делал, но сама была непреклонна. Это очевидно, элементарно, но неизменяемо – договоренность есть, и у мальчишки нет выбора.       — Я соберу тебе ланч, милый.       — Спасибо!       Савада побежал в комнату, за сумкой, а женщина поставила на стол бумажный пакет. Стрелка часов медленно, но верно двигалась в сторону восьми утра, а значит…       Тсунаеши проскочил мимо, схватив пакет, буркнул слова благодарности и шустро натянул ботинки. Впереди была только дверь, которую он моментально распахнул, нос-с-носом сталкиваясь с новой личностью в доме.       — Савада Тсунаеши?       Мальчишка замер на пороге.       — А?       — Я – твой новый репетитор. Меня зовут Реборн.       Отлично, теперь его будет учить ребенок младше, чем собственный внук. Ахуенно. А-ху-ен-но.       Санчез фыркнул, обходя препятствие стороной, и продолжил путь в школу. Он знал, что за ним проследуют, поэтому даже не надеялся на иной исход. Как всегда, он оказался прав.       Малыш, ростом едва достающий ему по колено, удобно устроился на голове.       — Не смей сбегать от меня, Савада Тсунаеши.       — Захочу – сбегу, и никто не остановит, — огрызнулся шатен. — Ты мешаешь мне.       Новоявленный репетитор не обратил внимания на нытье подростка. Он умел лучше, чем большинство, абстрагироваться от подобного. Если бы Рик его так не ненавидел, он бы даже одобрил. Не похвалил, но хотя бы одобрил.       — Тебе стоит знать, что я здесь не ради того, чтобы учить тебя математике. — Реборн проигнорировал раздраженное бурчание, мол, «я знаю ее лучше, чем кто-либо; еще бы». — На твоих плечах ответственность Десятого босса мафиозной семьи Вонгола, и мое дело – сделать тебя лучшим боссом.       Впереди показалось здание школы, что ознаменовало временную победу.       — Сомневаюсь, что вашей семейке требуется межгалактический преступник в качестве босса, — фыркнул Рик и тряхнул головой, заставляя репетитора перепрыгнуть на ближайший забор. — А теперь мне надо в школу.

***

      Учитель представлял нового ученика, пока Санчез напряженно ковырялся в собственных часах, переделывая их систему на корню. В лаборатории удавалось работать над большими проектами, а вот что-то кропотливое было проще делать в тишине класса, под монотонное бормотание окружающих. Особенно нервному пареньку, что никогда не может полноценно сосредоточиться из-за кучи мыслей на абсолютно разные темы.       И он работал, игнорируя происходящее вокруг, когда новенький – итальянец, хмурый и без какого-либо намека на разум – прошел мимо, с силой пнув его стул. Мебель дернулась, и отвертка с грохотом упала на пол.       — Блять.       Рик нервно поджал губы, уставившись на мерзкого нарушителя покоя:       — Ты, кусок дерьма, какого хера ты творишь? Эта штука могла оторвать мне руку сейчас!       Пепельноволосый придурок едко усмехнулся – «как будто мне есть какое-то дело» – и двинул в сторону свободной парты, на последнем ряду. Одноклассники увлеченно ожидали, что будет дальше, зная вспыльчивость юного гения.       И тот не разочаровал их.       Почти незаметное движение, когда он вынимает вещицу из-за пояса, и мгновение на прицеливание. Нарастающий писк снятого предохранителя и бум.       Девчонки и мальчишки, что в жизни не видели так много крови, визжат, не успев толком разглядеть, что произошло, а европейский ублюдок падает на пол с дырой в груди. Санчез раздраженно проверяет количество зарядов в бластере – осталось только три, и это крайне дорогой ресурс.       Херово, что пришлось тратить его на идиота.       Учитель начинает вопить что-то про полицию, и Рик знает, что скоро сюда сбежится крайне много людей. Он, конечно, прав. Опять.       И первыми успевают два самых раздражительных человека в городе, не считая самого гения.       — Савада Тсунаеши, что. Ты. Творишь?       — Довольно меткий выстрел для никчемного, — перебивает Кёю Реборн, наступая на лужу липкой крови, но не выглядит особо впечатленным. — Он был здесь, чтобы занять твой пост, убить тебя, так что все честно.       — Убийства на территории школы запрещены, — подает голос Хибари вновь, и от любого его высказывания школьники дергаются, словно это угрозы убить их. Санчезу, в общем-то, плевать, хотя он признает, что это было опрометчиво и импульсивно, ибо в этом мире убийства – что-то запредельно плохое.       Ему приходится принять тяжелое решение.       — Окей, придурки. Вы победили.       Крохотная штука в руке Рика – неприметная, совсем примитивная вещица – оказывается на шее трупа, и ей требуется считанная секунда, чтобы повернуть время вспять. Нелепая, да, банальная штука, сделанная пару недель назад ради глупости вроде пролитого на ковер кофе, а теперь спасает жизни – кто бы мог подумать?       Шатен знает, что этот итальянец очухается через пару минут. Знает, что люди начнут заваливать его вопросами, а потому выходит кабинета, бросив «буду в лаборатории» через плечо.

***

      — Это правда? — стоит Рику переступить порог, требует мать. Он закатывает глаза, как и всегда на ее упреки, проходя наверх, в свою комнату, где его уже ждет Реборн. А с ним – тот глупый итальянец, чтоб его черт побрал.       Парень бросает сумку в угол и плюхается на кровать.       — Что этот зомбарь здесь делает?       Вместо репетитора голос подает восставший из мертвых.       — Меня зовут Гокудера Хаято, Десятый, — серьезно заявляет он, словно ему лет тридцать, а не пятнадцать. — В семье, где я вырос, есть закон – когда кого-то из нас побеждают, мы служим сильнейшему.       — Примитивно.       — И после всего, что произошло, я здесь, чтобы просить у вас разрешения служить вам, босс.       Санчез лениво приоткрывает глаз, разглядывая этого Хаято.       — Ты думаешь, что мне нужен такой бесполезный щенок?       — Я сделаю всё, что вы пожелаете, Десятый. Моя жизнь в ваших руках, — уверенно, словно это единственная правда в его жизни, отчеканил пепельноволосый. Идиот. Но даже ведомые люди бывают полезны, как пушечное мясо или дети на побегушках.       К тому же, у него есть дело, которое нужно закончить, а времени на него абсолютно нет.       Санчез резко садится на кровати, и его голова начинает кружиться от такого движения.       — Хорошо. Во-первых, я составлю список вещей, которые ты должен достать мне в ближайшее время. Все. А во-вторых, найди одного человека. Морти Смит. Понятия не имею, как он сейчас выглядит и где находится, но я вернул тебе жизнь, и я могу снова ее отобрать, если станешь бесполезен.       Всё, что сделал Гокудера в ответ – кивнул и вышел из комнаты.       Хорошая временная замена Морти.

***

      Весь первый заказ был исполнен в течение трех дней.       А на четвертый Реборн решил начать тренировки.

***

      — Это пули Посмертной Воли. Разработка Вонголы. Прибавляют силы и решительности, — меланхолично объяснял репетитор, наблюдая за занятым учеником. — Если ты сейчас не отвлечешься от своего занятия, то я выстрелю прямо здесь.       — Дерзай. Я знаю, что это, и у тебя не выйдет.       — Почему это?       Тяжелый вздох, наверняка, слышала вся школа.       — Элементарно – эта пуля действует на тело, но мой разум не подходит этому телу, поэтому он вне влияния. У меня появится сила, но толку от нее ноль без решимости.       Реборн затих на какое-то время, обдумывая эти слова. Он пытался сложить два плюс два, и у него это с трудом получилось. Он вспоминал, вспоминал и вспоминал, а после – усмехнулся. Понимающе, словно знает всё.       Или пытался убедить, что знает всё. Бессмысленно.       — Что ты сейчас собираешь?       Голос раздался прямо за плечом, и Санчез едва не сломал кнопку, которую пытался присобачить к пушке.       — У вас, уебков, какой-то бзик на вопросы о моей работе, пока я занят важным делом? — огрызнулся он. — Это – мой пропуск в нормальную жизнь. Я слишком долго живу без путешествий по галактике, и этот мир в конец заебал.       — Я знаю ученого, который заинтересовался бы этой работой.       — Плевать.       Рик осторожно, словно занимается сексом, а не механикой, собрал обе части корпуса в один. Раздался громкий щелчок. Лампочка на основной панели призывно засветилась зеленым. Рукоять чертовски приятно устроилась в руке, как часть собственного тела.       Если бы он сейчас был в себе, то однозначно прикрикнул бы от восторга, но он в другом человеке.       И в этом случае первой мыслью стала набрать телефонный номер.       — Да, Десятый?       — Через десять минут буду дома. Сделай так, чтобы в моей комнате было столько алкоголя, чтобы от передозировки могла сдохнуть вся Япония, щенок. Вся Япония, ясно? Быстро!