better than that

      — Рик! Ри-ик! Нам надо поговорить!       Звонкий голос Морти разнесся по зданию ранним утром, когда он только вернулся на базу, но ждать пробуждения остальных не было времени – считанные часы до отъезда в особняк Варии, куда нужно было обязательно добираться на самолете, а не порталом.       Взбегая вверх по лестнице, мальчишка врывается в спальню деда без стука.       — У меня есть информация, как нам вернуться в свои тела! — громко-громко заявляет он, и Санчез отчаянно стонет откуда-то из-под одеяла, судя по всему, проклиная внука на всех известных и неизвестных языках. — Давай, Рик! Мы должны вернуть все на круги своя!       — Ты не мог подождать, мелкий пиздюк?       — Это срочно!       Морти слышит, как Рик материт его, садясь на кровати и закутываясь в одеяло, как в кокон. Его каштановая макушка ярко выделяется на фоне белого постельного белья, чего не было бы, если бы это была привычная седая шевелюра.       — Говори, пока я не сверн-нул тебе шею прямо здесь.       — Нужно найти вселенную, у которой такой же типаж, как у этой, но где мы существуем, а мафия – нет. Это должно обратить эффект, — четко, почти заученно заявил Смит.       — И искать эту вселенную должен я, да? — обвиняющее поинтересовался сонный ученый, хотя итак знал ответ.       Мальчишка отвел взгляд:       — Прости.       Он развернулся, чтобы уходить, но Рик окликнул:       — Комары покусали, да, Морти? — ехидно прогоготал он. Мальчишка резко закрыл шею рукой и выскочил за дверь быстрее любой существующей и несуществующей пули.       До отъезда все проходило гладко.       Хранители просыпались, завтракали, болтали обо всем подряд или перепроверяли наличие оружия, чтобы быть собранными к нужному времени. Все уже надели свои кольца, хотя обычно их не носили, что смотрелось по-особенному, солидно, словно они все большая семья. Безусловно, это было не так; не вся семья в сборе и есть лишние составляющие, но скоро все должно было измениться в лучшую сторону.       Рик не появлялся, закрывшись в своей лаборатории, что было вполне обыденно. Вышел он лишь перед отъездом, и на безмолвный вопрос покачал головой – еще не нашел.

***

      Жребий выпадает на Грозу первым делом, однако, Санчез терпеть подобное не намерен и требует боя Неба. Червелло возмущаются столько, сколько могут, настаивая, что это не по правилам, нарушает традиции мафии.       — Я согласен, мусор, — коротко усмехается Занзас, и судьям приходится сдаться.       Им дают время до вечера, потому что сражения проходят после заката, поэтому все время Рик ищет, и ищет, и ищет эту чертову вселенную, которая одна из самых редких, где они живы, а мафия – нет. Он понятия не имеет, как скоро это получится, но чувствует, что уже близок, чертовски близок.       Морти мельтешит вокруг, капая на мозг вопросами о том, как Рик собирается драться, если он не боец. Тот игнорирует, огрызаясь, и продолжает искать.       «До боя Неба десять минут»       Он не прекращает.       «До боя Неба четыре минуты»       Он находит подобную, но нужно убедиться.       «До боя Неба минута»       Координаты точные, и Санчез хватает пушку, вбивая их туда. Собравшиеся вокруг Хранители выглядят напряженными, наблюдая за этим.       — Вы собираетесь уходить, Десятый? — неуверенно спрашивает Хаято.       — Я не твой Десятый, щенок. Он вернется позднее.       — Но вы…       — Не надо соплей, — фыркает Рик, стреляя из пушки в стену. Морти махает всем издалека и ныряет внутрь. — В лаборатории осталась летающая тарелка. Инструкция на столе. Считай это подарком за хорошую службу.       Прежде, чем подрывник начинает благодарить, едва на колени не падая, он уходит.

***

      Стоит сделать шаг наружу, и холодный вечерний воздух бьет в лицо. Санчез делает глубокий вдох, стараясь привыкнуть, за что платит кровавую цену – легкие прошибает болью. Он сгибается пополам и хрипло кашляет. Беда не приходит одна, поэтому движение плохо сказывается на позвоночнике, который явно не привык к такой нагрузке.       Да, настолько измученным может быть только его родное, старое тело, убитое годами пьянок и употребления внеземных наркотиков.       — Мы дома, Рик! — звонко смеется стоящий рядом внук, и его голос звучит по-детски, еще не сломавшимся после пубертатного периода.       — Ага, д-дома, — недовольно ворчит ученый. Он все еще не может полностью разогнуться благодаря защемленному позвоночнику, но доплестись до стола у него получается – там, во втором ящике сверху, есть заначка, припрятанная во всех возможных вселенных.       Горький привкус коньяка приятно ощущается в пересохшем горле.       — Уверен, что это хорошая идея, Рик? Напиваться сразу по возвращению?       — Катись к ч-черту, Морти. Не т-тебе приходится выд-держивать старение, — огрызается тот. — Я собира-э-юсь праздновать всю ночь, М-морти. Всю-ю ночь, слышал?!       — Х-хорошо, но, знаешь, я валю спать. Хватит с меня приключений.       Санчез махает рукой, мол, проваливай, а сам продолжает пьянку, просто потому что он может.

***

      В своей вселенной время тянется медленнее обычного, словно кто-то повредил её. Снова приходится ходить в школу, снова приходится заниматься домашними делами. Кажется, родители подмены не замечают, как и сестра.       — Морти, милый, спустись на минутку, — слышится голос мамы с первого этажа. В этом мире она чуть мягче, но не слишком отличается от прежней.       Младший Смит шустро выбегает из ванной, где возился перед школой, пару раз стучит по двери в гараж и идет в гостиную.       Будить Рика каждое утро стало традицией, ибо тот напивался до состояния невменяемости и по сей день. А если он не станет выходить на завтрак ко всем, то не только отец, но даже мама будет за то, чтобы он съехал в дом престарелых.       Когда Морти подходит ближе, из гостиной доносится веселая болтовня Саммер, очевидно, с кем-то флиртующей. Иначе этот тон голоса не объяснить.       — …Италия? — искренне удивленно восклицает сестра, и мальчишку перекашивает от мерзкого сосущего под ложечкой чувства. — Что же вы тут забыли? Наш городок – та еще дыра, — смеется она, а вторит ей другой смех, более низкого и бархатного тембра.       Смит уже знает, что его ждет.       Он вдыхает глубже и входит в комнату, тут же получая сразу четыре взгляда – три от семьи и один от других, лиловых глаз.       — Давно не виделись, Мор-чан! Я соскучился.       — Ну и пиздец, блять, — отчаянно стонет мальчишка вместо приветствия и сильно стукается лбом об дверной косяк. Ему стоило знать это с самого начала.       Возвращение домой не означало, что мафия резко исчезнет из их жизней, даже если в этом мире её не существует.       Некоторым мудакам никакие параллельные миры не помеха.