Dein Schlüssel zum Glück/ Твой ключ к счастью

Пока Билл принимает душ и приводит себя в порядок, я курю, не включая света, любуясь на ночной город. Такое ощущение, что больше не осталось мыслей. Пустота. Это даже в какой-то степени приятно. Я, наверно, чувствовал бы себя очень счастливым, если бы ни это не покидающее меня ощущение тревоги. И еще. Страха за брата. Потому что то, что он мне сегодня сказал, просто не укладывается в голове. Это же надо! Придумать такое, решиться на первый в жизни секс с собственным братом из-за интереса или глупого принципа. О чем он вообще думал? И как такое может прийти в голову, мне, наверно, никогда не понять. Но что он чувствовал потом? Как понял, что хочет еще? И когда понял, что все стало серьезнее, чем казалось сначала? Еще столько всего надо от него узнать. Это не дает покоя. Я спрошу потом. Сейчас почему-то не хочется копаться в прошлом, искать причины и объяснения. Меня больше волнует настоящее, точнее, будущее. Слышу, как открывается дверь ванной. Тихие шаги сзади, и сердце начинает биться быстрее. — Скучал? — нежно шепчет мне на ухо, и тонкие руки обнимают за плечи. — А ты как думаешь? — улыбаюсь, тушу сигарету в пепельнице и поворачиваюсь к нему лицом. Билл стоит передо мной в одном полотенце, повязанном вокруг бедер. Тело покрыто каплями воды. Они сверкают, отражая огни улицы и зданий напротив. — Том, поцелуй, — шепчут влажные губы, от которых пахнет мятой. Убираю назад мокрые черные пряди его волос. Провожу большим пальцем по нижней губе. Она мягкая и горячая. Прикасаюсь губами, слегка прикусываю, и Билл выдыхает мне в рот, прижимаясь крепче. Целую его нежно, лаская губы языком. Кажется, что за прошедший день я узнал каждый сантиметр его тела. Нет такого участка на его коже, который бы я не целовал. Я знаю, как хрипловато звучит его голос, когда он стонет, знаю, что вырывается у него в момент оргазма. Я знаю о нем все, и не знаю ничего. — Билл, — у меня все-таки хватает сил оторваться. — Мама будет волноваться, к тому же, чем быстрее ты съездишь, тем быстрее вернешься. — Да, у нас еще вся ночь впереди, — тихо говорит он, при этом темные глаза блестят, на губах играет счастливая улыбка. — Я вернусь через два часа, ты же будешь тут? — Конечно. Не задерживайся. Я буду ждать. Подаю Биллу вещи, которые он в спешке натягивает на влажное тело. Снова хочу его. Даже не самого секса, а просто прикасаться, чувствовать горячее тело рядом со своим. Но мы договорились, что Билл поедет домой, переоденется, привезет сюда самое необходимое, чтобы мы могли провести день или два вместе. Не знаю, что он скажет маме, но надеюсь, что это не создаст лишних проблем. Мне бы этого не хотелось. Когда Билл уходит, сразу же ощущаю тянущую ноющую боль, пустоту, которую может заполнить только он. С ужасом представляю себе как тяжело будет уезжать обратно в Лондон, но тут же гоню от себя эти мысли. Знаю, что потом будет больно. Потом. Но не сейчас. Сейчас я хочу насладиться этим маленьким сумасшедшим раем, возможно существующим только здесь в этой комнате, или только в моем воображении. Но и это сейчас не важно. Пробежавшись по всем телевизионным каналам и не найдя ничего, что бы привлекло мое внимание, решаю подождать Билла внизу, выпить и отвлечься. Ждать в номере кажется мучительно долгим. Одеваюсь и спускаюсь в бар отеля. Здесь шумно и людно, а яркий свет немного режет глаза. Вдруг меня окликает малознакомый голос, но все-таки, где-то я его уже слышал. Оборачиваюсь, ища глазами того, кому он мог принадлежать. — Том, не узнаешь? Дэн? Какого черта он тут делает? Откуда знает, что я здесь? Он что, следил за Биллом? — Я поговорить с тобой пришел, — подходит ближе, смотря прямо в глаза, не скрывая неприязни и раздражения. Ну что ж, можно и поговорить. Так даже лучше, выясню все прямо сейчас. — Может, присядем? Я как раз выпить собирался, — пытаюсь говорить как можно спокойнее, жестом показывая на свободный столик у бара. Дэн ничуть не изменился. Странно, что я его не узнал, возможно, это от того, что меньше всего ожидал увидеть здесь. — Слушаю тебя, — говорю я, когда мы присаживаемся и заказываем виски. Мне не терпится узнать, зачем он приперся. Дэн вертит в руке стакан, потом залпом выпивает содержимое. — Я все знаю, — решительно произносит он, и у меня внутри все замирает от ужаса. Как?! Как он может знать?! Неужели Билл ему рассказал?! — В-все? — единственное, что могу сейчас из себя выдавить. Мой голос дрожит, и кажется, выдает меня еще больше. — Да. Оставь Билла в покое. Ты приехал, чтобы промыть ему мозги, не так ли? Трудно понять, что он не натурал, никогда им не был и не будет, — зло продолжает Дэн, а я с облегчением выдыхаю, стараясь, чтобы он этого не заметил. — С чего ты взял, что я ему промываю мозги? — Что, я не вижу, стоит заговорить о тебе, как он в лице меняется. Мало того, что его отец недолюбливает, так еще и ты! — Что я? — страх мгновенно улетучивается, как только я понимаю, что он ничего не знает, и на смену приходит ярость. Да кто он такой, чтобы мне тут вот так предъявлять?! — Не пытайся его переделать или давить. — Это мое с Биллом дело, мы как-то сами разберемся, тебя не касается, — еще одно слово и я пошлю его куда подальше, становится просто не выносимо находиться в одном помещении. — Касается, — неожиданно тихо и спокойно произносит Дэн. — Я люблю твоего брата, нравится тебе или нет, и не позволю отравлять ему жизнь. — Дэн, я ничего не имею против тебя лично, но мне кажется, что Биллу сейчас не нужны отношения… Ну ты понимаешь о чем я? — Да что ты знаешь о брате?! — взбешенно выкрикивает он. — Ровным счетом ничего! — А ты знаешь? — вопрос просто сорвался с моих губ, и я тут же пожалел, что задал его, потому что не хочу слышать ответа. — Знаю. Побольше, чем ты. Я знаю, что он любит. И как любит. — Хватит! — ору я, потому что слышать это становится невыносимо. Но Дэн похоже решил окончательно добить меня: — Я тот, кто может сделать его счастливым, я могу о нем позаботиться. — Я сказал, хватит! — вскакиваю с места и крепко хватаю этого ненавистного человека за ворот рубашки. Даю понять, что не шучу. Еще одно слово, и он у меня получит. — Ладно, успокойся, — уже тише произносит Дэн, потому что на нас испуганно смотрят окружающие. — Я просто хотел попросить, чтобы ты не лез в его жизнь и не настраивал против меня. — Как будто мне больше нечем заняться, — пытаюсь уколоть его, приходя в себя и опускаясь обратно за столик. — Потому что Билл весь на нервах последние несколько дней. А он такой всегда до и после встреч с тобой. Ты, наверно, так стараешься наставить его на путь истинный, что он от тебя шарахается. Нервы не выдерживают, и я начинаю ржать как ненормальный. Если бы этот идиот только знал, как я ему «промывал мозги» сегодня весь день и как он от меня «шарахался». Дэн настороженно наблюдает за мной. Наконец я успокаиваюсь и, все еще улыбаясь, говорю: — Видишь ли, у нас в семье все с приветом, так что лучше тебе держаться подальше. — Еще увидимся, — злобно бросает он, резко встает и уходит, оставляя меня переваривать вышесказанное. Меня одолевает чувство обиды. Не будь я Биллу братом, я бы прямым текстом объяснил Дэну, что к чему. Сказал бы, что это я его люблю, я хочу сделать его счастливым, а так... Имею ли право претендовать на что-либо? Билл возвращается примерно через час, тихо открывает дверь. Его лицо озаряет улыбка, когда он видит меня лежащим на кровати. Опускает сумку на пол и садится рядом, кладя руки на мой живот, и принимаясь теребить пуговицу на рубашке. На нем чистая футболка и свежий макияж. Интересно, когда он все это успевает? Провожу рукой по запястью. Кожа нежная и гладкая. Люблю его красивые руки. — Том, все нормально? — видимо, заметив мой поникший вид, спрашивает Билл. — Тут был Дэн. — Дэн? — испуганно переспрашивает он. Значит, ничего об этом не знал. — Да, твой Дэн, — произношу, пересилив себя. — Том, я… — как-то жалобно и испуганно начинает брат. — Что он сказал? — Он думает, что я против того, чтобы вы… — я запинаюсь на последнем слове. — Встречались. — Том, пожалуйста. Я его не люблю, это ничего не значит, клянусь. Это совсем не то… Совсем не то, что с тобой, ты понимаешь? — отчаянно начинает оправдываться Билл. — Все хорошо. Иди сюда, малыш, — притягиваю его к себе, обнимая хрупкие плечи. Почему-то сейчас стало жалко его, жалко нас обоих. Неужели это то, что нас теперь ждет? Редкие встречи и ощущение счастья на часы или максимум дни. А остаток времени проводить с теми, кого не любим, просто чтобы не чувствовать себя так одиноко. Чтобы можно было закрыть глаза и представить, что это мы занимаемся любовью. — Том, я брошу... Мне он не нужен совсем, — дрожащим голосом продолжает Билл, уткнувшись лицом мне в плечо. Я сейчас совсем на него не злюсь. Да, больно знать, что кто-то еще кроме меня прикасается к нему, ласкает, проникает внутрь. Еще больнее от мысли о том, что это может доставлять ему удовольствие. Но как я могу сейчас винить Билла? Разве я могу дать то, что дает ему Дэн? — Не надо об этом, малыш, иди сюда, — целую в губы, затем переворачиваю так, что Билл оказывается снизу, прижимаюсь к нему всем телом, коленом разводя ноги шире. — Том, возьми меня, не отпускай, никогда, слышишь? — шепчет Билл, обвивая меня руками. Ему страшно. И мне тоже. Кажется, мы оба прыгнули с парашютом, заранее зная, что он не раскроется. Остается только со свистом лететь вниз и надеяться, что каким-то чудом мы все-таки останемся в живых.