31.
7 сентября 2011 г., 22:49
— Отдай! Ну, Тооом, дай сюда! — сквозь смех требует Марк, щипая меня за бока.
— Зря стараешься, я щекотки не боюсь, — из последних сил притворяюсь, что ничего не чувствую, удерживая пульт от телевизора в вытянутой руке.
Вот уже час как мы, проснувшись, лениво валяемся в постели и смотрим всякую чепуху, которую обычно показывают субботним утром.
— А тогда я по-другому попробую, — Марк хитро подмигивает и ныряет под одеяло.
— Ай! Нет! На, бери свой пульт, оставь мои яйца в покое, — задергавшись, сразу сдаюсь я.
Он принимается щелкать по всем каналам подряд, потом останавливается на каком-то ток-шоу и, довольно улыбаясь, устраивается у меня под боком, кладя голову на плечо.
Немного непривычно, что у него новая стрижка — коротко на затылке, а длинные пряди челки свисают на глаза. Ему очень идет, хотя с косичками было тоже прикольно.
— Том, ты обещал, что сегодня позвонишь отцу, — уже серьезным тоном напоминает Марк.
Тяжело вздыхаю. Знаю, что должен. Мы вот уже две недели как не разговариваем, хотя на днях звонила Джес, говорила, чтобы я не расстраивался, что отец уже немного смягчился и что она еще над ним «поработает».
— Да, помню. Слушай, нам надо куда-нибудь махнуть на пару дней, отдохнуть, а то слишком много неприятного произошло за последнее время. Ты как, на следующих выходных свободен?
Марк явно обрадовался моему предложению, нетерпеливо заерзал.
— Конечно, свободен. Да я и так, можно сказать, у тебя живу последнее время. Поедем в Брайтон, а?
— Нет, только не туда! — настроение резко испортилось, возникла какая-то злость на Марка, за то, что он упомянул это место.
Но я вовремя беру себя в руки. Он ведь не виноват и не знает о том, что я был там с Биллом. Теперь об этом даже вспоминать не хочется.
— Ты чего, Том? — Марк садится, поворачивается и беспокойно вглядывается мне в лицо.
— Нет. Ничего, — смягчаюсь я. — Извини, просто мне там не нравится. Давай любой другой город. Хочешь, поедем в Портсмут, а оттуда переправимся на катамаране на остров. Я сам не был, но, говорят, там красиво, только холодно очень, особенно в это время года.
— А мы тепло оденемся!
— Ага, особенно ты со своими куртками и голым животом, — провожу рукой по его подтянутому прессу, обвожу большим пальцем вокруг пупка, задеваю сверкающий пирсинг в виде большой капли, спускаюсь немного ниже.
— Хочешь сказать, тебе не нравится? — целует меня, так и не дав возможности ответить, запускает язык в рот и крепко прижимает к себе.
В спешке бегаю по квартире, скидывая в сумку необходимые для дороги вещи. Две футболки, теплый свитер, нижнее белье, зарядка для телефона. Кажется, все. О зубной пасте, шампуне и прочих предметах гигиены обещал позаботиться Марк.
Ненавижу опаздывать, когда все в последнюю минуту. Целую неделю говорили об этой поездке, а времени собраться не хватило. Паром отходит через два часа, а нам еще до побережья доехать, полтора часа минимум.
— Марк, ты скоро?
— Одну минуту, — раздается из ванной.
Да, кстати, мне тоже не мешало бы отлить, а то потом времени совсем не будет.
Раздается неприятный звук дверного звонка. Ну кого еще несет? Выхожу в коридор, заодно сразу надеваю теплую куртку с меховой подкладкой.
Это не может быть отец, потому что мне впервые удалость поговорить с ним всего два дня назад. Он так и не понял того, что я пытался ему объяснить и остался непреклонен в своем мнении, но, по крайней мере, не прогнал меня, не кричал и не обзывался. Наверное, я должен сказать огромное спасибо Джес.
Поворачиваю ручку входной двери и… Так и замираю на месте, стоя в одном ботинке.
Билл на несколько секунд буквально впивается в меня взглядом, а потом нагло заявляет:
— Я войду? — На самом деле это не вопрос, он просто ставит меня в известность.
Я совершенно опешил от такой наглости. Не могу ничего сказать или сделать, чтобы остановить его.
Билл бесцеремонно проходит в гостиную, останавливается посреди комнаты и пристально смотрит на меня. А я на него. Это похоже не шок. Как будто меня разбил паралич, и я могу только стоять и смотреть, не имея возможности пошевелить даже пальцем.
«Какой красивый», — проносится в голове. Взглядом окидываю его длинные черные волосы, такие же блестящие, беспорядочно легшие на плечи, и глаза, очень ярко накрашенные, красивые, карие.
— Что… такое? — растерянный голос Марка действует, как холодный душ, внезапно возвращает в реальность, как сильная пощечина, заставляет очнуться.
— Убирайся сейчас же! — подбегаю к Биллу и, хватая за руку, тяну в сторону выхода.
— Пусти, — шипит он, с силой вырываясь. — Я никуда не пойду, пока ты мне все не объяснишь!
Переводит взгляд на совсем растерявшегося Марка. Уверен, он понял, кто это. Какая дерьмовая ситуация! Будь я тут один, выкинул бы этого гаденыша силой за дверь, но при Марке не смею поднять на Билла руку. Блядь! Ну за что мне все это?!
— Говори, что хотел, и проваливай, мы опаздываем, — из последних сил пытаюсь контролировать себя, но чувствую, что вот-вот из ушей пойдет пар.
— Ах, да! Кто это у нас тут? — наконец, переводит испепеляющий взгляд с меня на Марка, потом опять на меня. — Его трахаешь теперь? Мог бы и получше найти.
Хочет зацепить, унизить. Оценивающе изучает Марка, бегая по нему взглядом, а тот, кажется, пытается что-то сказать в ответ, но не находит слов.
— Все лучше, чем трахать такую безмозглую суку, как ты! — Вот, хотел — получай, сам напросился на «комплимент», а Марка в обиду не дам. — Давай, уматывай, мы на отдых собирались. Живее!
Но Билл, кажется, совсем не торопится. Он медленно обходит комнату кругом, как будто высматривая что-то. Потом опять принимает свою любимую позу, подперев рукой худое бедро.
— Ну и как ты… Марк, относишься к странностям Тома? — загадочным тоном начинает Билл.
Я не сразу улавливаю, к чему он клонит, а Марк только пожимает плечами, непонимающе глядя то на меня, то на Билла.
— Так он не знает? — Билл заливается истерическим смехом, а меня мгновенно бросает в холодный пот, потому что я вдруг понимаю, что задумал этот сучонок. — Я — брат Томми. Но это никогда не мешало ему вставлять мне по три раза на день.
В его черных глазах сейчас плясали черти. Он торжествует.
Марк сильно побледнел и с ужасом уставился на меня, потом на Билла, потом опять на меня.
— Марк… Не слушай его, он не в себе, — пытаюсь еще как-то спасти ситуацию, но голос предательски дрожит.
Придурок. Какой же Билл чокнутый придурок! Он хоть понимает, чем нам это грозит, если все узнают?!
— Том… я… мы потом поговорим, х-хорошо? — испуганно лепечет Марк и в ту же секунду убегает прочь из квартиры.
Медленно закрываю оставленную распахнутой дверь — Марка уже и след простыл.
Щелчок. Запираю на замок изнутри. Не спеша возвращаюсь в гостиную.
Билл больше не выглядит таким смелым. С лица пропала наглая ухмылка, а в глазах появился страх.
Правильно, Билли, бойся меня. Потому что я сам себя сейчас боюсь.
