Цена вопроса

      Всему есть цена. В конечном счете продается все и вся — таковы реалии сегодняшней жизни, где все продается и все покупается, нужно лишь знать цену.       Вечеринка у друзей, на которую так спешил темноволосый мужчина, что сейчас бредет по обочине трассы, закончилась тем, что его женщина ушла к тому, кто оказался круче, и у кого кошелёк толще, а сделка, которую он пытался провернуть больше года, досталась другому, потому что заплатили больше и перекупили. Кажется, это стало последней каплей, и Арсений попросту свалил из этого рассадника лжи и порока, несмотря на то, что на часах был первый час ночи, и теперь направлялся в сторону Санкт-Петербурга абсолютно ни с чем.       Пиджак он в спешке оставил в особняке вместе с кошельком; телефон почти сел. Хорошо, что ночи белые, и не нужно на ощупь прокладывать себе маршрут. Правда, прохладно, хоть на дворе и лето, но это уже мелочи: бутылка хорошего мартини, которую он прихватил с собой, отлично согревала душу. Главное — вовремя свалить от тех, кто продолжал мериться кошельками и длиной ног своих спутниц, притворяясь его друзьями.       Друг у него был только один — Серега Матвиенко, да и тот забрал его машину покататься, и, как итог, пробил колесо, и теперь Арсению Попову приходилось шагать на своих двоих по трассе, ежиться от ветра, прикладываясь к бутылке, и поглядывать назад в поисках хотя бы такси. Впрочем, таксисты по этой дороге ездили редко, поэтому оставалось надеяться лишь на удачу.       Маленькое придорожное кафе, освещённое единственным фонарем; фура дальнобойщиков и несколько девичьих голосов, вероятно, так же как и Арсений ловили попутку, а может, просто остановились перекусить в забегаловке. Занятый своими мыслями, темноволосый мужчина в белой рубахе и темных брюках мало на кого обращал внимания.       Внезапно из-за поворота послышался звук мотора приближающейся машины, блеснул свет фар, и Арсений обернулся. Кажется, девушки, стоявшие невдалеке, также встрепенулись. Темная иномарка затормозила у знака, поехала медленнее, возле девушек слегка притормозила, но, видимо, водитель на попутчиц был не настроен, а может, просто искал в этом богом забытом месте что-то известное только ему одному. Машина покатилась дальше и поравнялась с одинокой фигурой темноволосого мужчины. Арсений, улыбнувшись, отхлебнул из бутылки и подошел ближе, в мыслях уже заваливаясь в мягкую постель у себя дома.       Стекло медленно едет вниз, и он наклоняется, улыбаясь высокому светловолосому парню, сидящему за рулем. — Двести, — развязно произносит водитель, и брови мужчины ползут вверх. Он, кажется, еще не назвал адреса, а водитель уже назначает цену. — Поехали, договоримся, — Арсений улыбается, и водитель иномарки приоткрывает дверь. — Зачем куда-то ехать? Тут соси, или ты в машине не приучен? Тогда двести пятьдесят, — фыркает парень, и Арсений от такого заявления слегка офигевает. — Ты че, охренел? За двести пятьдесят сам у себя отсоси, ага? — А ты умеешь интриговать. Триста, — парень бьет рукой по рулю, и попутчик хмурится.  — Ты вообще меня за кого принимаешь, а? — Слушай, ну ты даешь. За четыреста ты должен вытворять невероятное, — восхитился парень. — Знаешь себе цену и пользуешься спросом, да? — Иди в жопу, — шипит темноволосый мужчина и оборачивается, чтобы отойти от полуночного идиота. Несколько пар злых встревоженных глаз устремлены на него, и Арсений хмурится, щурясь, кусает губы. До него, кажется, начинает доходить: то, как одеты девушки, и то, что дальнобойщик, кажется, вовсе не дальнобойщик, да и место что-то очень странное, и, видно, приняли его не за того. Но сейчас главное — целым остаться.       Несколько шагов назад — и он буквально падает на переднее сиденье в открывшиеся двери машины. — Поехали, — Арсений с силой хлопает дверцей и, оборачиваясь на светловолосого парня, почти кричит: — Поехали! — Новая услуга — минет на ходу, — хихикает водитель-извращенец и вжимает педаль газа, оставляя ночных бабочек далеко на обочине.       Арсений, несколько раз обернувшись, облегченно выдыхает, вновь прикладываясь к горлышку почти пустой бутылки. Кажется, пронесло, но теперь проблема другая. У небольшого лесочка светловолосый парень притормаживает и расстегивает на джинсах ремень. — Ну что, приступим. Что смотришь? Соси давай. — Послушай… — Работай давай! Я тебе четыреста баксов даю, — парень ухмыляется, блокирует двери, оборачивается с зажатыми купюрами в руке, засовывает их в карман рубашки, а затем его ладонь ложится на пах темноволосого мужчины и легонько сжимает. — Или тебе цветов подарить? Кстати, я Антон. — Бля, — Арсений шипит, пытается отстраниться, но длинные руки хватают его за ворот рубашки, тянут ближе. Острые зубы впиваются в шею, а руки грубо скользят под одежду.       При любом другом случае Арсений с уверенностью натурала прописал бы парню по морде, но то количество алкоголя, которое сейчас бушевало в его организме, отклонило предложение о рукоприкладстве и с хихиканьем приняло правила чужой игры, которая и без того уже зашла слишком далеко, как и рука светловолосого парня, что уверенно хозяйничала под ремнем чужих штанов. Поцелуи мокрые, пьянящие разум, невероятные ощущения мужских губ на его губах, колючая щетина, грубость рук. Арсений выгибается, его руку настойчиво тянут вниз, и его пальцы сжимают выпирающую ткань на джинсах парня. — Смелее, ну, — шепчут чужие губы, и Попов отдается — рукам, губам, обстоятельствам, но не за деньги, нет, о них он не думает вообще, полностью растворяясь в ощущениях.       Оргазм яркой вспышкой ударил в голову вместе с подкатившей тошнотой.       Дверь щелкает, и мужчину с характерным звуком выворачивает наизнанку прямо на обочину. Ночной воздух освежает задурманенную алкоголем и страстью голову, и Арсений выдыхает носом, выползает из машины и приваливается к дверям. — Черт, — шепчет тихо, унимая колотящееся сердце. — Держи, — парень, который уже успел выйти из машины, протягивает ему бутылку воды. — Спасибо, — Арсений порывисто кивает, жадно прикладывать к спасительной влаге. — Извини, я… короче… В общем, ты неправильно меня понял. Я не торгую собой, не надо денег, — Арсений кусает губы, протягивая деньги стоящему напротив парню. — А я знаю. Я поехал за тобой, как только ты свалил из особняка. Не помнишь меня? Ещё бы! Ты, похоже, никого не замечал, мечтая поскорее свалить оттуда. А этот твой гневный спич о том, что ты не продаешься, и фирма твоя в том числе, поразил меня в самое сердце, — Антон ухмыльнулся и закурил, глядя на ошарашенные глаза мужчины. — Что?! — Ну что смотришь? Я всего лишь показал тебе, что все можно купить, нужно лишь знать цену и правильный подход. Ну, и ещё ты мне понравился. — Дерьмо, — рыкнул мужчина и отступил в сторону. — Да как ты… — Ещё скажи, что тебе не понравилось. Ты так стонал, — парень улыбался все нахальнее, и Арсения затошнило вновь. — Пошел к черту. — Эй, ты куда? — Антон обернулся, глядя на то, как мужчина, обогнув его, слегка пошатываясь пошел по обочине дороги… — Арс, прекрати пыжиться. Ты ведёшь себя так, будто я тебя трахнул, обещал жениться и бросил. — Крутая иномарка поравнялась с идущим мужчиной и медленно поехала рядом. Антон крутил руль, не забывая поглядывать на идущего. — Иди в задницу, — Арсений поежился и прибавил шагу. — Ну ты и придурок. Ты сам уже в заднице полной. Вернее, фирма твоя. Серега мне все рассказал. — Матвиенко, сука! Сговорились, гады? — пробубнил Попов, сунул руки в карманы брюк, а затем обернулся. — Чего тебе надо?! — Я готов вложиться в вашу продукцию, вам же нужна поддержка. — Цена вопроса? — Арсений даже остановился и подошёл ближе к притормозившей машине. — Договоримся, — Антон улыбнулся и толкнул дверцу. — Садись, довезу. Поговорим о… тесном сотрудничестве. — Пятьдесят на пятьдесят. — Арсений присаживается на пассажирское, ловя на себе ироничный взгляд зелёных глаз. — А ты умеешь интриговать. — Главное — знать себе цену, — Арсений улыбается, отводит взгляд, отворачиваясь к окну, за которым сереет рассвет — а это значит, что грядет новый день, наполненный планами и безумными интригующими предложениями…