Я ждал тебя на другом конце света

Войны — явление не редкое. Стив, конечно, не был историком, но был одним из тех, кто считал, что человечество — довольно развитый вид, который мог бы решать конфликты иначе. Но сидя на неудобном металлическом стуле с мягкой сидушкой, вспоминал быструю битву с монстрами и понимал, что она не сравнима с теми битвами, в которых он участвовал. Монстры были упрямыми, и Стив не сомневался, что гнев, жажда к убийствам и враждебность были заложены в них их природой. В «людской» их половине кипело желание власти, в животной — необходимость выжить. — Не все такие, — прервал его раздумья Тор, — как мой брат и отец. Уверен, ты понравишься моей матушке. Комната, в которой они находились, была маленькой, квадратной и имела аж два выхода в коридоры. Стены были вытесаны из черного камня, и, похоже, это была единственная комната во всем дворце, которая не блестела золотом. Стив не знал, почему они остановились именно здесь. Наверняка в этом огромном дворце есть места красивее и уютнее, чем это. Даже картины на стенах не придавали комнате тепла, скорее, наоборот, они дополняли ее мрачный образ. — Мидгардец, — сказал Стив вслух и поднял взгляд на Тора, — что это значит? — Мидгард — это мир людей, мир смертных. Твой мир. — А сейчас мы где? — В Асгарде. Сильнейшем царстве из всех девяти миров. — Все-таки, я погиб, да? — досадливо усмехнулся Стив. — Даже обидно. Чувствую себя вполне живым, а на деле уже давно служу кормом для рыб на дне океана. — Ты живее некуда, — твердо ответил Тор. — Вероятно, попал к нам через портал. И хорошо, что я и ребята были там, иначе ты точно послужил бы обедом для тамошних тварей. Только щитом отбиться было бы сложно. — Где мой щит? — вдруг сообразил Стив и завертел головой. — Ох, мидгардцы, — рассмеялся Тор. — Спаслись от смерти, а думают только о своих вещах. Не в них ценность, Стивен. — Он дорог мне, как память о… Мидгарде. Мидгард. На его вкус звучало ужасно глупо и неправильно. Слово казалось таким неприятным, некрасивым, что попробовав его произнести, Стив решил, что больше так делать не стоит. — Завтра получишь его в целости и сохранности. — Спасибо, — Стив улыбнулся. — Расскажешь о молоте? Хмыкнув, Тор опустил взгляд на собственную руку, крепко сжимающую молот. Забавная была вещица. Теперь Стив присматривался к молоту с особым любопытством, заметив необычные символы на рукоятке. Символы были похожи на руны, Стив видел такие в каких-то старых книгах. Похожие руны были на круглой части молота. Стив усмехнулся. Тор крутил молот в руках точно жонглер, его лицо было довольным, даже добрым. Сейчас он был совсем не похож на того разъяренного война, который услышал короткий рассказ Стива о молоте. Тогда он был в гневе, в растерянности, а сейчас от той злости не осталось и следа. Если бы Стив не видел все своими глазами, никогда бы не поверил, что такой, как Тор, может злиться. Хотя, признаться, доспехи придавали ему грозности. — Подарок отца на восьмой день рождения, — ответил Тор, посмотрев на молот. — И еще восемь лет мне пришлось потратить на то, чтобы стать достойным. — Что значит достойным? — не понял Стив. — Я не знаю, — пожал плечами Тор. — Я — достойный. — И кто это решил? — Молот решил. — Хочешь сказать, что молот сам решает достоин ты или нет? — Да, молот решает, — серьезно сказал Тор. — Это ведь такая шутка? — Мидгардцы... — пробормотал про себя Тор, но Стив все равно его слышал. — Это Мьёльнир, — Тор вытянул молот вперед, — он зачарован особой магией моего отца. До того, как ты появился в наших землях, только я и он были единственными существами во всей Вселенной, способными сделать это. — Он просто слишком тяжелый, да? — смекнул Стив. В ответ Тор рассмеялся, да так громко, что Стиву стало неловко. Смех служил доказательством его неправоты и глупости и заставил Стива отпустить голову, убирая дурацкую улыбку с лица. Тор подошел ближе, поставил молот на пол и крикнул. На зов вошел мужчина — высокий, светловолосый, со столь мощной мускулатурой, что даже Стив — суперсолдат — позавидовал. Тор молча указал ему на молот. Воин замялся. Он с минуту смотрел на Тора, в глазах которого играла детская наивность. — Слушай, обычно я это делаю, когда ты хочешь похвастаться перед девицами, — недовольно огрызнулся мужчина, но Тор лишь рассмеялся ему в лицо. — Не вижу ни одной причины, по которой сейчас я должен сделать это. Все равно не подниму твой чертов Мьёльнир. — А вдруг теперь ты сможешь его поднять? — спросил Тор, вскинув бровь. Стив чувствовал, что это была чистой воды провокация. — Я не куплюсь на это снова, — помотал головой мужчина. — Даже не пытайся. — Наш друг из далеких земель нуждается в маленькой демонстрации, — громко продолжил Тор, — сделай милость. — Опять устроили соревнование? — в комнату заглянула женщина, Стив помнил ее. Она была одним из воинов, спасших его от монстров. Повернувшись к Стиву, она улыбнулась. — Знаешь, Тор, это нечестно. Сразу два победителя в одной комнате. — Наш Бальдер Храбрый все равно не хочет в этом участвовать. — А я хочу. — Если поднимешь, обещаю использовать твое имя только с приставкой «храбрая». Стив с интересом наблюдал, как женщина подошла к молоту, осмотрела его со всех сторон, а потом, с улыбкой обернулась к Тору: — Я тебя сделаю. — Вперед, Сиф! Я очень хочу на это посмотреть. Сиф схватилась за рукоять и уперлась ногой в пол. Стив видел, как напряглись мышцы на ее руках, не закрытых броней. Она дернула молот на себя, сильно и резко, словно надеясь застать врасплох, но тот не сдвинулся с места. Сжав губы, она напряглась еще сильнее и снова потянула молот на себя, упираясь уже обеими ногами в пол. Но опять ничего не произошло. Отпустив рукоять, она перевела дыхание и взглянула на Тора, усмехаясь. К удивлению Стива, несмотря на неудачные попытки, Сиф оставалась бодрой и верила в свои силы, как настоящий солдат. Это не могло не восхищать. Когда она попыталась в третий раз поднять молот, Бальдер решил присоединится к ней. Он сжимал рукоять чуть ниже, не касаясь своей рукой ладони Сиф, и тянул так же отчаянно. Стив понимал, что они прикладывают к молоту всю силу, какая только у них есть. Вдруг Тор подошел к ним и коснулся рукой кожаного ремешка, закрепленного на рукоятке, и в этот самый миг молот сдвинулся, а Сиф и Бальдер чуть не упали на пол. Что ж, это было зрелищно, признал Стив. — Стивен, — Сиф улыбнулась, — может быть попробуешь? У Стива зачесались руки. Он не понимал, что происходит, и, конечно, не верил в магию, так что хотел докопаться до истины. Как молот, вообще, может решать? Любопытство взяло вверх. Стив поднялся с насиженного места, подошел к молоту и осмотрел его со всех сторон, как это делала Сиф. Схватившись за рукоять, он даже не попытался приложить силу, но молот подчинился его воле. Суперсолдат поднял орудие без труда. Сиф пожала плечами. — Теперь можешь его имя произносить с приставкой «храбрый», — улыбнулась Сиф, хлопнув Тора по плечу. Бальдер ее восторга не разделял. Закатив глаза, он вышел из комнаты, а Сиф почти сразу же последовала за ним. Стив вернул Тору молот и озадаченно покачал головой. — Они притворяются? — спросил Стив изумленно. — Просто они недостойны, — спокойно ответил Тор. — Ты не веришь собственным глазам? — Верю, но это не значит, что мои глаза мне не врут. — Ну, как только встречу другого мидгардца, который не слышал о Мьёльнире, попрошу его поднять молот. Тогда ты поверишь? — Может быть. Тор широко улыбнулся. — Тогда в путь, будем искать мидгардцев. — Они часто падают к вам с неба? — Ты первый, кто удостоился такой чести. Как знать, может судьба помилует еще кого-нибудь. С улыбкой Стив кинул беглый взгляд на молот, снова пытаясь понять, что значат руны, изображенные на его поверхности, а потом перевел взгляд на лицо Тора. Тор — все равно что бог. Не тот, в которого верил Стив, а тот, который когда-то помогал викингам. — И все же, что значит «достоин»? — спросил Стив, усмехаясь самому себе. — Что я ему нравлюсь? — Ну, если так, то у него хороший вкус, — рассмеялся Тор.

***

После ужина Стив наконец остался один. Его не напрягало присутствие кого-либо рядом с ним. Тор казался вполне добродушным, Сиф милой, а вот Бальдер много ворчал. Несмотря на это, ему хотелось просто побыть одному и подумать над тем, что с ним случилось. Он был в шаге от смерти, а потом оказался в Асгарде. И этот новый удивительный мир... Он продолжал сомневаться, что все это реальность. У него было слишком много вопросов, так что Тору он задал всего один. Стив спросил про молот и получил весьма странный ответ. Достоин. Что это все-таки значит? И почему это так важно для Тора и Все-отца? Стив лег на кровать, не раздеваясь, только скинул ботинки. Положив руки под голову, Стив смотрел на золотой потолок, вспоминал Бруклин и все те истории, которые любил рассказывать Баки, и думал о словах, которые сказал ему Локи, прежде чем таинственно исчезнуть. «Тор теперь тебя не отпустит». Эта фраза крутилась в голове, и раз за разом Стив пытался не придавать ей значения. Он старался убедить себя, что его не взяли в плен, и, если захочет, он сможет уйти в любой день и в любое время. Или нет? И есть ли путь на Землю из этого царства? Если он жив, то просто обязан вернуться домой. Он должен узнать исход войны, должен убедиться, что выполнил свой долг. Только сейчас Стив осознал, как хочет поскорее увидеть Говарда и поблагодарить его за все; как он хочет обнять Пегги и получить поцелуй в благодарность. Он лишь теперь понял, что не был готов к смерти, не был готов потерять все, и как никогда хотел вернуть все, что у него было. Если он жив, значит так положено ему по праву. У него есть дом, есть близкие люди, он должен позаботиться о многом, в том числе и о мире. И Баки, и Пегги говорили ему, что у него привычка брать на себя слишком много, но Стив всегда задавался вопросом: кто тогда, если не он? — Тор так ничего тебе и не рассказал? Голос Локи нарушил тишину комнаты слишком неожиданно, Стив вздрогнул, но поднял голову. Тот стоял у двери, улыбаясь. — Что ты хочешь? — спросил он. — Тор не любит делиться, — весело сказал Локи, а потом поднял взгляд к потолку. — И не любит, когда что-то идет не так, как он запланировал. Понимаешь? Ты все еще пленник и останешься им навсегда. Но я могу тебе помочь. — Зачем тебе это надо? — Не люблю, когда люди страдают. Разлука с семьей есть великое горе, приносящее много страданий и тебе, и тем, кто остался в Мидгарде. Тем, у кого болит за тебя сердце. — Ты сказал, что Тор меня никуда не отпустит, — снова вспомнил Стив. Он уже сидел на кровати, свесив ноги на пол, и искал ботинки. — Почему? — Может, стоило задать этот вопрос ему? — Локи улыбнулся и взглянул на собеседника. Стив снова почувствовал холодок, ползущий по спине при взгляде на эту змеящуюся улыбку. Улыбка говорила о Локи куда больше, чем его осанка и стеклянный взгляд. Стив не умел читать людей, но никогда не сомневался в собственной интуиции, всегда прислушивался к своему внутреннему голосу. Рядом с Сиф, Тором и Бальдером этот голос молчал. Рядом с Локи — выл как сирена, не давая сосредоточиться, и вот об этом, наверное, стоило спросить у Тора. — В тебе слишком много сомнений, — продолжил ухмыляться Локи. — И страха. Страха неизвестности и непонимания. — Просто скажи, чего ты хочешь, — не выдержал Стив. Он поднялся с кровати, голыми ногами ступив на холодный пол. Развернувшись, Локи большими шагами двинулся навстречу Стиву. Они почти столкнулись, когда Локи остановился, задрав подбородок и презренно посмотрев на Стива. Пожалуй, Стив никогда не был таким дерзким, как сейчас. Он одарил Локи твердым взглядом, плотно сжатые губы показывали, что он ничего не боится. Неизвестность и непонимание происходящего — два фактора, которые заставляли его думать слишком много за такой маленький промежуток времени, но Стив знал, что эти проблемы разрешимы, и у него есть время во всем разобраться. — Нахальный невоспитанный, — с презрением выдавил Локи, — смертный. Жалкий. А Тор почему-то видит в тебе свое спасение. — Договаривай, раз начал. — Для этого я и пришел к тебе, — Локи сделал шаг назад. — Тор тебя использует. А я хочу помочь тебе вернуться домой. На словах о возвращении Стив растерялся и сглотнул. Его холодная маска исчезла, сердце застучало громко, и вместо эмоций, которых Стив ожидал, образовалась тягучая пустота. Домой. К Пегги, к Говарду, к Ревущим Командос. Домой. К будущему. К светлому будущему. — Понимаешь, — не дожидаясь реакции Стива, продолжил Локи, — моему брату важно, чтобы ты стал частью его армии. Когда-то давно одна из Верховных предсказала ему место на троне. Она сказала: «Ты получишь трон, если рядом с тобой будет тот, кто будет достоин обладать Мьёльниром». Я помню те времена, когда он повторяя эти слова, заставлял всех воинов поднимать молот, надеялся, что среди них найдется тот, кто будет достоин. Он почти потерял эту надежду, и тут появился ты. Тор теперь тебя никогда не отпустит. Я же хочу помочь, хочу вернуть тебя на Землю. — И почему я должен тебе верить? — Я сказал тебе правду, несмотря на то, что ты ее не просил. — Когда я могу вернуться? — после небольшой паузы спросил Стив. Потому что его мучил этот вопрос с самой первой минуты, как только он понял, что жив; потому что дом — это место, где его ждут. Там привычный город с каменными домами, узкие улочки Бруклина и люди, празднующие победу (он очень надеялся, что это была победа). Когда Тор уговаривал отца позволить Стиву остаться, он ни на секунду не задумывался о том, что будет дальше; но теперь, когда Локи сказал, что путь домой существует, все, чего хотел Стив — поскорее покинуть вычурный дворец и оказаться в одном из военных лагерей. Это было бы правильно. — Не торопись, солдат, — ухмыльнулся Локи. — Легок только тот путь, который лежит через Радужный мост. Тебе придется бежать, не оглядываясь. Мы снова отправимся в Ванахейм, и там… — Мне нужен щит, — перебил его Стив. — Я пойду с тобой куда скажешь, но мне нужен мой щит. Закатив глаза, Локи помотал головой. Щит не входил в его планы, тратить время на него не хотелось, но теперь было необходимо. Радовало, что хотя бы свое тряпье Стив не требовал. — Я знаю, где хранится твой щит. Заберем его, а затем вон из дворца. Еще около часа Стив и Локи просидели в комнате. Они ждали, когда погаснут все огни. Первым в коридор вышел Локи. Он осмотрелся и только тогда позвал Стива. — Кого бы мы не встретили в коридоре, молчи, — предупредил он, и Стив кивнул. Ведь говорить уже не разрешалось. Им навстречу попадались слуги, которые при виде Локи склоняли головы. Стив больше всего боялся встретить Тора, потому что не представлял, на что тот способен. К счастью, до оружейной — так называл эту комнату Локи — они добрались без происшествий. Локи несколько раз предупредил, что они должны быть осторожными, если хотят выбраться отсюда живыми. Стив понимал, что эти слова касались только его. Он не так много знал о Локи, по правде говоря, он не о нем знал вообще ничего, впрочем, как и о Торе, и об этом дворце, но ни на секунду не сомневался в его словах. Дверь открылась словно по щелчку пальцев. Стив, недоумевая, зашел в оружейную, но замер на пороге. В темноте было мало что видно, даже с его суперзрением. Он услышал тихие шаги Локи позади себя. Дверь закрылась внезапно, зажегся свет. Потолок был украшен сотнями горящих свечей, и как они так быстро вспыхнули, Стив даже представить не мог. Увидев перед собой Тора, сжимающего его щит, Стив широко раскрыл рот, не зная как дальше быть. В глазах Тора пылал гнев. Тот самый, о котором потом жалеешь, пытаясь представить, что было бы, если бы в своё время с этим гневом удалось бы справиться. — Я думал, ты мне брат, — рявкнул Тор, — думал, ты поддерживаешь меня, а не устраиваешь козни за спиной! — О, братец, дорогой мой, я поддерживаю тебя, — спокойно ответил Локи, — и хочу показать, что тебе не нужен какой-то смертный, чтобы осознать и принять свое величие. — Замолчи! Ты предал меня, когда решил, что сможешь украсть Стивена, — еще громче заговорил Тор. — Тебе претит сама мысль о том, что я могу стать владыкой Асгарда! Это мое будущее, которое ты хочешь разрушить из-за своей братской ревности! — Владыке Асгарда не нужен смертный! — теперь и Локи повысил голос. — Пойми ты уже, что все предсказания — ложь. Тебя хотят запутать, сбить с истинного пути. Ты избираешь тот путь, который потом станет гибелью Асгарда! — Стивен остается здесь и точка! Я умолял отца, просил его не для того, чтобы ты вышвырнул мою гарантию на улицу. — У него есть дом, а здесь он — чужак, с опаской оглядывающийся по сторонам. — Вселенная привела его сюда неспроста! Ничего не случается просто так, и ты, братец, знаешь это не понаслышке! — Перестань на меня кричать, выслушай. Выслушай самого Стива, узнай о тех, кто ждет его на Земле. Узнай о будущем, о котором он мечтал. О его семье, небольшом доме и доброй собаке… — Замолчи! Его будущее здесь, рядом со мной, в рядах моих воинов. — Но он не выбирал такую жизнь! — голос Локи сорвался. — Мьёльнир выбрал его жизнь! Стив стоял, хлопал глазами и слушал перебранку братьев, но почему-то не влезал в спор. Он анализировал все, что говорили Тор и Локи, и, наконец, понял, что имел в виду Локи, когда говорил, что Тор его не отпустит. Сейчас он убедился в этом окончательно. Его жизнь — пустое место, и все, что он делал для людей, никак не сказалось на его «карме». Этот мир — Асгард — просто сведет его с ума. Уже сводит. И Стив снова подумал о том, что давно умер или, что тяжело болен, а, может, ранен так, что мозг подкидывает ему такой вот букет фантазий. Дверь, как назло, не открывалась. Но Стив продолжал дергать, надеясь, что та уступит его силе. Но она не поддавалась, как бы сильно Стив не давил на нее. Пожалуй, быть избитым в подворотне в Бруклине ему и то было бы больше по душе, чем то, что происходило сейчас. Тор даже не пытался спрятать свой гнев, в отличие от Локи, который выглядел невероятно спокойным. Это была не война, конечно. Всего лишь спор между братьями, напряженный и с неопределенными последствиями. Стив не хотел в этом участвовать, но у него не было права выбирать. Кажется, он лишился этого права навсегда. — Он не будет делать то, что ты хочешь, — слишком спокойно сказал Локи в ответ на длинные разглагольствования Тора. Тот замер, прищурившись. Гнев еще пылал в его глазах. — Все, что нужно Стивену — попасть домой, а не служить тебе. Никто не хочет служить тебе, иначе отец бы давно пустил тебя на трон. Он устал от власти, но не доверяет тебе настолько, что не хочет признавать это. — Стивен останется, — продолжил Тор, — и не вспомнит о своем доме. Ничего. На этих словах Стив повернулся. Не вспомнит? Забудет? Он не хочет забывать! Ни Пегги, ни Говарда, ни победу, которая далась ему так тяжело… Расстояние до Стива Тор преодолел за секунды. А после наступила темнота, но ее Стив уже не видел.

***

Земля где-то в Нью-Ме́ксико, 2011 г.

— Как не рекомендуется? Это же бессмыслица! — воскликнул Тони. — Как можно пригласить меня, и меня же отвергнуть? — Тони, — притормозил его Фьюри, но тот явно был не в настроении выслушивать оправдания. Старк тащился сюда не для того, чтобы выслушивать оскорбления (некоторые из них, конечно, были в точку) от одноглазого афроамериканца и русской, которая всё это написала. У него полно дел. В конце концов, он же Железный Человек, вдруг прямо сейчас кому-то нужна посильная помощь? Выпить коктейль у бассейна или составить компанию на сеанс тайского массажа. Хмыкнув, Тони поджал губы и встал со стула. Голограммы, что «висели» вокруг него, даже не сдвинулись с места. — У меня, между прочим, новый мотор, и… — Старк, послушай, — перебил его Фьюри, — мы бы хотели использовать тебя только в качестве консультанта. Тони закатил глаза. Он это серьёзно? Похоже на то. Пожав руку Фьюри, Тони покачал головой. — Денег не хватит. Уйти хотелось демонстративно, чтобы Фьюри надолго запомнил его задницу, завёрнутую в самый дорогой спортивный костюм в мире, и пока он деловито вышагивал к двери, агент, стоявший всё это время рядом с Фьюри, вдруг нагнулся и стал шептать что-то ему на ухо. Видимо, очередная секретная информация. Тони видел их отражение в стеклянной двери, и ему стало так любопытно, что он смерил пыл и шёл самым медленным шагом в мире. Какие же нерасторопные эти секретные агенты. Он, что, ему «Войну и мир» наизусть рассказывает? — Тони, — окликнул его Фьюри. Тот был уже у самой двери. С облегчением вздохнул и неторопливо повернулся, подняв брови в своей нахальной манере. — Передумали? — спросил он ехидно. — Насчёт «не рекомендуется»? — У тебя же есть сын, верно? — Да, маленький мальчик тринадцати лет. Очень смышленый. Весь в меня. — Тогда, пожалуй, для тебя найдётся задание. Если ты всё ещё готов играть с нами в эту игру, конечно. — Задание? Звучит интересно. Тони подошёл ближе. Фьюри забрал у агента планшет и продемонстрировал Старку несколько фотографий. Первые фотографии не вызывали у него абсолютно никакого интереса, он даже готов был порвать с этим и вернуться уже домой. Но вдруг на глаза попался круглый щит со звездой по центру. Старк выхватил планшет и принялся рассматривать, приближая картинку. — Это он? — нахмурившись, спросил он. — Экспертизу ДНК не делали, — ухмыльнулся Фьюри, увидев сомнение на лице Старка. — Но щит из вибраниума. — А он? — спросил Старк, указывая на мужчину на фотографии. — Капитан Америка, верно, — кивнул Фьюри. — Наши компьютерные системы это подтвердили. Сам Капитан Роджерс ничего не помнит. Только то, что мы с вами и так знаем. — И что вы хотите, чтобы я сделал? — нахмурился Тони, наконец начав искать подвох во всём этом. — Капитану Роджерсу, — посмел вмешаться агент, — и его дочери необходима социальная среда обитания без привлечения лишнего внимания к их личностям. Тони удивился ещё сильнее. Кажется, такой откровенной глупости он не слышал уже давно. Чья-чья дочь? Ещё раз пролистав фотографии, Старк поднял взгляд на Фьюри. Тот улыбался, на его памяти это было впервые, Старк был склонен думать, что этому вояке чужды любые чувства. Он думал. Заполучить Капитана Америку было, конечно, невероятно круто. Папочка бы им гордился, но с какой стати он должен помогать этому? Только потому что он и Говард были хорошими друзьями? — Я согласен, — отдав планшет, ответил Старк. — Питер будет самым счастливым ребёнком на свете. — И самым молчаливым, — добавил агент. — Так где больной? — Тони спрятал руки в карманы. Он нервничал и от волнения потирал пальцы. Это было слишком очевидно, поэтому чем меньше человек видит его реакцию, тем лучше. — Агент Коулсон, проводите мистера Старка. На улице было душно и дул сильный ветер. Старк шёл за Коулсоном по пятам, предвкушая встречу. Отец отзывался о Роджерсе исключительно в положительном русле, в то время как Тони испытывал смешанные чувства в отношении его персоны. Отец потратил слишком много времени на поиски Стива и слишком мало на воспитание сына, Тони до сих пор пытался подавить в себе ревность при любом упоминании об этом герое. Они остановились у старого фургона. Он отличался от остального оборудования "Щ.И.Т.", которое было расставлено по периметру. Двери фургона были изрисованы устаревшими граффити, окна затонированы, а из салона доносилась музыка, которую Тони помнил по тем временам, когда Говард устраивал вечеринки для своих старых армейских друзей. Просто адская смесь. Первым в фургон зашёл Коулсон. Старк стоял возле, рассматривал рисунки и пытался придумать, что сказать при встрече парню, за которым его отец носился всю свою жизнь. Он не хотел ударить в грязь лицом, как и не мог быть с ним слишком любезным. Он знал, что отец любил его, но детские обиды не искореняются просмотром одного видеоролика. Не зависимо от того, сколько раз Старк пересматривал его. — Прошу, — Коулсон пригласил его войти. Поднимаясь по старым ступенькам, Старк не ожидал увидеть внутри то, что открылось ему. Маленький фургон был оборудован всем необходимым для жизни. Холодильник, телевизор, длинный диван и кровать. Была даже крохотная кухня цвета тыквы. На диване сидел Капитан Америка вместе с девочкой, которая держала его за руку. Она выглядела смелой, и когда Тони столкнулся с ней взглядом, почувствовал всю уверенность и мощь этого ребёнка. Да, Питеру до такого ещё далеко. Заметив гостя, Капитан Америка встал. Фургон был для него мал. Он почти упирался головой в потолок машины, подходя к нему. Широкие плечи, сильная линия челюсти. Старк смотрел и не мог оторвать глаз. Господи, кто дал ему эту футболку, она же на пару размеров меньше, чем нужно. А потом он встретился взглядом с голубыми глазами напротив. Вздохнув, Тони протянул руку в знак приветствия. Он, конечно, никогда так не делал, но вот эти руки уж очень хотелось потрогать. — Тони Старк, — представился он. — Откуда ты только взялся, а? — Ну, судя по всему, упал с неба, — ответил Капитан, сжимая руку Старка в ответ. Послышался детский смех позади Капитана и тот обернулся, шикнув. Подобный же смех Тони услышал у себя за спиной. Да будь проклят, этот агент.