Мы справимся вместе.

По приказу Икка парня сразу же доставляют к пожилой, но очень смыслящей местной целительнице Готти, орудовавшей в лазарете. На неопределённое время лазарет размещают в Большом зале, а не на его законном месте, так как к вечеру льёт дождь, а застраивать сгоревшее здание лазарета крышей у викингов уже никаких сил нет. Дождь льёт как из ведра, и всадники могут только обречённо сидеть в стойле с драконами. Иккинг отстраняется от команды, угрюмо сидя у выхода из стойла, облокотившись на стену. Он что-то задумчиво выводит веткой на сырой земле, находившейся на границе с выходом. Нельзя даже жуткой жути отправить на Драконий Край и узнать как там дела у Рыбьенога и Хедер. Это сильно волнует Хедока, он убеждён, что не зря Вигго напал на Олух, при чём так неожиданно, что никто даже предположить не мог такого поворота событий. А последствие нападения, по правде говоря, были катастрофические, ведь даже драконьи налёты много лет назад не приносили такого ущерба жителям Олуха. Сейчас на острове не осталось ни одного здания полностью уцелевшего от пожара; жители остались без жилья и пристанища; весь скот убит или украден; поля, леса полностью выжжены. Уже в сотый раз приходит к шатену в голову мысль о том, что ошибочным было лететь на Олух в таком большом составе. Да, он понимает, что он никак не смог бы остаться на Драконьем Крае, ведь он — сын вождя, к его мнению прислушиваются и за ним идут… Но чёрт с этим, пусть хоть Астрид бы там осталась; да, он жутко бы за неё переживал, но она, как никак, прекрасный воин, и в своих манёврах на драконе почти не уступает ему; она смогла бы дать достойный отпор, в этом он был уверен. Но там Рыбьеног, которого никто не уделает в теории, но на практике он никогда не показывал высоких результатов. А Хедер, она отличный боец, но она же ногу вывихнула прямо перед их вылетом, ей было сложно передвигаться, не то что летать. И он дурак оставил подругу защищать остров в таком состоянии. Да… Иккинг только сейчас осознаёт какой же он дурак. Тут он вспоминает о Шуне и прикидывает, на сколько хорошо тот бы смог защитить остров, если бы его попросили. Но тут он осёкся и вспомнив, что Шун это уже не вымышленный герой, перерисованный его воображением из мальчика в юношу: который старше его на год, которого он превозносил, чьими мыслями восхищался, на которого ровнялся. Для Хэддока всегда было важно видеть идеал, к которому нужно стремиться, и чтобы он был более менее реальным; и вот именно Шун стал для Иккинга прототипом идеального друга и командира. Однако Шун на Олухе, он сильно ранен. Будущий вождь наверное и дальше повёл бы длинную нить своих размышлений и самокопаний, но тут перед глазами предстаёт ясный силуэт Астрид: — Э-э-э-й, Иккинг, — машет ему перед носом девушка уже в течение нескольких минут, стараясь привлечь внимание. Дело в том, что когда дождь чуть успокоится, они решили сходить в Большой зал, чтобы узнать точное количество пострадавших, кто в каком состоянии, узнать точный размер ущерба и придумать оптимальный план для быстрого восстановления Олуха. Не могу не заметить, что каждый из всадников также надеялся из этого похода узнать о взаимоотношениях между Иккингом и незнакомцем. — Статуя, мы идём? — вскинул бровь Сморкала, которого изрядно напрягало ожидание, дождь затих, даже кончился уже пять минут назад, и для брюнета каждая минута ожидания тянулась как день. — А, дождь кончился? — поднимает глаза Икк. — Он, очнулся, — хихикает Задирака. — Точно, от вечных снов, — поддакивает сестра. — Мы идём?! — вырывается у Астрид и Иккинга, поскольку двое из их друзей опять начинают писать «роман» о приведениях, а Сморкала, съежившись стоит в углу стойла, спрятавшись за Кривоклыка. Не любит мальчик приведений и всё, что с ними связано, ну, что с него взять? — Не, не, не мы лучше тут, — переглянулись близнецы, которые громче всех кричали, что хотели проверить работу. — Я с вами, а то не оставишь же вас вдвоём! — улыбнулся черноволосый, и трое викингов выходят из их укрытия. Ребята выходят в зал. Там как обычно стоит гомон — Стоик проводит собрание. Подальше от сборища находятся пострадавшие викинги (их было очень много), куда друзья и пробираются, поскольку лезть к вождю с вопросами во время собрания — гиблое дело. Поздоровавшись с Готти, они подходят к незнакомцу. Иккинг делает это первым, улыбается и протягивает руку со словами: — Шун! Сколько лет, сколько зим! Ты как? — Привет, взаимно, давно не виделись, Икк, нормально, — отвечает Шун на рукопожатие и, притянув старого друга ближе, хлопает того по спине. — Каким ветром тебя на Олух-то занесло? Я думал, что наши дорожки разошлись навсегда. — Да так. Вигго наносит большие ущербы драконьим наездникам, решил помочь, — вяло отзывается парень, у него совсем нет настроения обсуждать с другом свои путешествия в таком гамме. Да и, по-видимому, тут находятся лишние уши в виде друзей Хэддока. — Помощь нам совсем не помешает, — улыбается шатен, понимая его тон. — Ему можно доверять? — в один голос спрашивают Астрид и Сморкала, приближаясь к ним. — Конечно можно! Он был моим лучшим другом, да и остался им, — с уверенностью отвечает зеленоглазый. — Смотрю, ты сильно изменился за эти одиннадцать лет, — невольно ухмыляется Шун. — Одиннадцать лет! Вы не виделись одиннадцать лет?! — переспрашивает Астрид. — Да. Мадам, а вы кто? — выдаёт Казами ледяным голосом. — Ах, да, извиняюсь. Ребята — это Шун Казами — мой друг детства… — не оканчивает Иккинг. — Икк, у тебя тогда друзья были? — изумиляется голубоглазый, почти искренне. — Представляешь! — тоном Сморкалы отвечает тот. — Так, я — Астрид Хофферсон, это — Сморкала Йоргенсон, ещё в нашей команде есть близнецы Торстоны Забияка и Задирака, мы все сейчас на Олухе. Ещё пару человек в другом месте — Хедер Вереск и Рыбьеног Ингерман, — произносит Астрид фразу на одном дыхании, как заученную. Она ещё не решает стоит ли доверять этому типу с приятной внешностью, который не видел Иккинга без малого одиннадцать лет, она решает не сильно это показывать и присмотреться к «другому» другу Иккинга по ходу дела. «Другому другу» — так странно звучит. — Приятно познакомиться, — отвечает Шун. — Ага, ещё один дамский угодник нашёлся! Приятно познакомится, приятно познакомиться, — фыркает Сморкала, вот здесь Астрид с ним полностью солидарна. Однако она упорно не подаёт виду и спрашивает: — Шун, а ты откуда? — С Перуна — не дав слово Шуну, вставляет Иккинг. — На самом деле, ты не совсем прав, — отмечает Казами, — я и правда родился на острове Перун, и улетая с Олуха намеревался жить там, но прожил там только два года, а после четыре года на острове Нифия, после же лет пять просто скитался по свету, не имея постоянной точки обитания и не сходясь с людьми, — заключает брюнет. — Пять лет отшельничества это сильно! — откуда не возьмись появляется Задирака. — Ты будешь обязан посвятить нас во все детали! Будет лучший сюжет! — возникает рядом сестра. Шун обводит их растерянным взглядом. — Они всегда такие, — упавшим голосом сообщают Астрид и Иккинг в унисон. Ас удивляется его сдержанности, если бы она познакомилась с близнецами таким образом, то точно врезала бы им, пусть даже и была бы парализована. — Не обращай внимания, — улыбается голубоглазая, Шун в ответ ухмыляется и кивает. — Вы же не собирались приходить? — поднимает бровь Хэддок, обращаясь к близнецам. Те переглядываются: — Ну мы же не могли пропустить знакомство с нашим новым членом. — Неа, никак — А кто решил, что он точно будет в команде, — осведомляется Астрид. Слишком громко и явно забыв, что Шун находится в полуметре от неё. Все оборачиваются на неё и возникает неловкая пауза. — Думаю нам стоит это обсудить позже, — цедит Икк. Шун решает сделать вид, что не понимает сути заминки и спрашивает у друга: — А где Хактор? — Если ты о шипорезе, который был рядом с тобой, то мы его поставили в стойло с другими драконами. — Он послушался? — поднимает брови брюнет. — Ещё бы, Икка да не послушался! — усмехается Ас, на манер спросившего. — Может, он и великий укротитель драконов, но всё же запирать он их не умеет — Ты чего из себя крутого строишь? — возмущается Йоргенсон. В ответ Казами делает какой-то знак в воздухе, и через зал стремительно несётся шипорез и демонстративно садится рядом с хозяином, уставившись на Сморкалу, тот вздрагивает и отводит взгляд. Хозяин одобрительно наблюдает за действиями своего дракона. — Иккинг! Что тут делает дракон?! — кричит вождь. — Сейчас уберу, пап, — смирительно поднимает руки шатен. — А ваши отношения с отцом так и не изменились, — делает ещё один вывод Казами. — Шун, нам пора, мы завтра зайдём. Не играй на нервах моего отца, пожалуйста, — говорит шатен на прощанье. — Хорошо, — мягко улыбается брюнет другу и добавдяет уже с серьёзным лицом, — меня завтра выпишут, утром на работу забирайте. — Ну хорошо, — немного колеблясь, отвечает Иккинг, — ты уверен, что сможешь? Раны-то не слабые, я сам видел, — добавляет зеленоглазый, в ответ брюнет хмыкает, мол: «Ты что меня не знаешь?», и откидывается на подушку, показывая Хактору на выход. Уже погружаясь в свои мысли, брюнет слышит командный голос лучшего друга, который перебранивался о чём-то со Сморкалой, детально разъясняет близнецам, что надо узнать о состоянии больных, пытается доказать свою позицию отцу, обрисовывая план действий.

POV Шун

Ну что, начинаю новую жизнь во второй раз. Уже познакомился с частью его команды, а фамилии все знакомые, ну почти. Они тогда составляли компашку самых лучших «убийц драконов», как они себя называли, и вообще не обращали на него никакого внимания, некоторые правда, часто издевались и били, тогда я его из-под кулаков вытаскивал. Сколько не говори, что ничего не изменилось. Не правда. Всё уже совсем по-другому. Иккинг уже чуть ли не вождь — все совета спрашивают, в рот смотрят. Походу и девушка есть, эта Астрид Хофферсон, нет я не помню её внешность, но имя до боли знакомое. Икк из-за неё часто изводил себя: то не ел по суткам, размышляя как привлечь внимание, то до ночи рисовал её по памяти и мне покоя не давал. Мы с ним даже ссорились пару раз из-за его нелепых идей. А ведь просто надо было быть собой, как я и говорил. Сморкалу я с детства хорошо помню, он постоянно около Иккинга увивался, так и норовил задеть, ударить. Мне с ним пару раз понадобилось хорошенько подраться, после чего он наконец отстал от Иккинга, но пошёл донимать других. По-моему он до сих пор очень активный и не прочь кому-нибудь набить морду при случае. Типичные викинг, что сказать. Забияка и Задирака именам своим, наверно, обязаны характером, если ничего не поменялось, они ещё теми задирами были, но каким-то чудом никогда не ввязывались в крупные драки и выходили сухими из воды, хотя им поделом бы было. Рыбьеног, наверно, умник какой-нибудь, должен же он хоть один быть в команде, а то как бы Иккинг с такими воинственными всеми напарниками справился бы… Стоп. Ещё Хедер, вот у неё ни имени, ни фамилии точно не помню, странно, в то время я всех знал на Олухе поимённо, хоть и лично с выборочными знаком. Склерозом это никак не может быть, значит разберусь, когда поближе познакомлюсь с полным составом команды. Мне сейчас главное подробнее узнать обо всех членах команды, и с помощью полученной информации защитить их от Вигго и его приспешников. Я должен наконец-то победить его, чтобы никто больше не пострадал, ни у кого больше не умерли близкие люди из-за него. Если я хочу остаться в команде Иккинга, я должен защитить их всех. Не хочу, чтобы Вигго снова мешал мне спокойно жить, не хочу терять близкого друга из-за этого сумасшедшего.

Конец POV Шун