Пленница

      Зуко как и обещал, ушел утром. Малика достала из сумки вещи, еще один комплект одежды, мужской. Она измученно вздохнула, и стала стягивать темную кофту. В глазах почти темнело, острая боль пронзила ребра, дыхание перехватило, она хватала воздух ртом, будто рыба. Наконец она стянула с плеча кофту, обняла себя руками, надевать чистую одежду не хотелось, не хотелось проходить через это еще раз. Тем более на повязке появилось маленькое кровавое пятно, кровь не сочилась, как вчера. Как можно медленней натягивает рукава бордовой кофты, с тяжелым стоном просовывая голову в вырез. Ткань царапает кожу на груди, Малика инстинктивно передергивает плечами, о чем тут же жалеет. От остатков штанов избавляется довольно быстро. Новые штаны болтаются, их приходится подвязывать.       Малика кутается в одеяло и подкладывает исхудавшую сумку под голову и только сейчас замечает аккуратно сложенные фрукты на платке, рядом с ней. Яблоки, персики, какие-то ягоды. Она берет самое большое зеленое яблоко и вгрязается в него зубами. Такое сладкое, сочное, его сок стекает по губам и приятно щиплет запекшуюся рану. Еще раз откусывает большой кусок. Но трапезу прерывает взгляд на щеке. Поворачивает голову и встречается с меланхоличным взглядом знакомой лягушки.       - Привет, подруга, - говорит Малика.       Лягушка квакнула и прыгнула ближе к лицу девушки. Малика откусила еще яблоко, вытащила кусок изо рта и дала лягушке. Та лениво пережевывает его и затем глотает, и опять квакает.       - Тебе понравилось? - чуть смеется она - Ладно.       Малика опять откусывает и дает ей. Та так же лениво пережевывает.       - Как тебя зовут? - спрашивает северянка, смотря на то, как кусочки яблока выпадают из пасти лягушки - Каппа. Будешь Каппа. Каппа квакает, просит еще яблока, Малика вновь дает его.       - Нужно привыкнуть друг к другу, Каппа, - продолжает Малика - Неизвестно, сколько мы тут вместе пробудим.       Каппа съела почти все яблоко, Малика откусила лишь пару раз, затем Каппа съела и огрызок. Малика уставилась в кроны деревьев, спать не хотелось, а чтобы подняться не хватало сил. Это плохо. Ведь еще вчера сил было меньше и она засыпала без одной лишней мысли. А сейчас картинка деревьев настойчиво сменялась видом камеры, а стертые запястья вновь ныли, будто кандалы снова там. Не одно воспоминание не могло это скрыть. Перебирает мысли в голове, но пытки Азулы настойчиво лезут в голову. Она жмурится и на ресницах появляются слезы. Грудь сдавило из-за сдерживаемых слез, скулы сводит и вырывается тихий стон. Громко всхлипывает и пытается остановить слезы.       - Вот так, Каппа, - неровным голосом говорит она - Я сломана. Она сломала меня.       Повязка на глазу впитывает слезы.       - Теперь я бесполезна. Что я могу сделать в таком состоянии?       Каппа смотрит на нее, чуть повернув на бок голову.       - Я тут, свободна, - она убирает слезы, попавшие в ухо - Но я все еще хочу умереть. Думаю, что лучше было бы, умерев я там, в той камере.       Каппа громко квакает ей в ухо, девушка вздрагивает. Она поворачивается к ней, та все смотрит на нее.       - Ты ведь даже не понимаешь меня, - улыбается она - Ты хочешь яблоко и все.       Малика покатывает к ней пару ягод, это не яблоко, но Каппа с большим аппетитом ест их. Северянка вытирает лицо, и смахивает свежие слезы. Вдали слышатся шаги и голос, чем-то раздосадованный и недовольный. Он постепенно затихал, потом Малика услышала шлепок, она даже испугалась, что там кто-то кого-то ударил. Но на поляну вышел Зуко, это он стукнул себя, заметно по руке приложенной ко лбу. И он был мокрый.       - Сходил? - спрашивает Малика, чуть поднимаясь и опираясь на руку - Где мои друзья? Где Катара?       - Все прошло не очень хорошо, - смущенно отвечает.       - Ты просто должен был сказать, что я тут и привести их сюда, - уже почти кричит от возмущения Малика.       - Я не успел, - пожимает плечами принц - Они ясно дали понять, что не хотят меня видеть и слышать.       - Это всего три слова! - на повышенном тоне говорит девушка.       - Я же сказал, что не успел, - подхватывает ее тон принц, - Не кричи на меня.       Малика поднимается выше, старается подняться на ноги.       - Не надо, - останавливает ее Зуко - Тебе нельзя вставать.       - Вот именно! - вскрикивает она- У меня сломана нога, куча ожогов и порезов. Рана на боку, которая не заживает. Глаз опух и не видит. А ты не можешь сказать три слова.       Зуко мнется.       - Если ты думаешь, что раз спас меня, то ты вдруг стал героем на белом коне. И что пока я тут с тобой, мы станем лучшими друзьями? - Малика ухмыляется - Нет. Мы не станем лучшими друзьями, мы не станем просто друзьями, потому что у тебя родство с той ненормальной.       - Я не виноват в этом.       - Мне плевать. В твоих интересах от меня избавиться быстрей. Потому что я чувствую, что совсем скоро дойду до точки. И на коленях доползу, но придушу тебя в одну ночь.       - Хорошо! - взорвался Зуко - Я избавлюсь от тебя. С первыми лучами солнца. Потому что сейчас я пойду сушить свои вещи.       - Вот и иди, - девушка легла на место и повернулась к нему спиной.       - Уже жалею, что спас тебя, - бурчит он.       Малика поворачивает на него голову и сверлет взбешенным взглядом.       - Пожалеешь еще сильнее, если я завтра не увижу Катару. Он закатил глаза и зло рыча, пошел вглубь леса. На секунду наступила тишина, которую Каппа прервала протяжным кваканьем.