Чудесная Ледибаг: Популярность

      — Что? — тихо спросила Маринетт, мысленно повторяя слова Адриана.       — Ты будешь моей девушкой на время фотосессий? Я прошу тебя просто потому что доверяю тебе и мне с тобой комфортно. И я не уверен, что ты чувствуешь ко мне, так что извини, если я тебя прошу об этом. — Адриан почесал затылок.       — ЧТО? Н-нет! Нет! Я больше всего на свете хочу быть твоей девушкой! — пискнула Маринетт, покраснев.       — Отлично! — Адриан улыбнулся. — Конечно, мы не будем встречаться как обычные пары, но, возможно, нам придется обниматься или целоваться на публике и, конечно, на фотографиях. — Адриан сказал это совершенно искренне, без малейшего намека на нервозность в голосе.       Чем больше он говорил, тем больше Маринетт краснела. Даже если это не было официально, она сможет поцеловать Адриана, обнять его и оказаться с ним на обложке журнала.       Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Конечно, она не хотела целовать его без осознания того, что это была настоящая любовь, но он доверял ей, и он сказал, что будет целовать ее на публике, так что это означало, что он поцелует ее, когда наступит подходящий момент.       — Еще одно: мне нужно, чтобы ты пришла в этот ресторан около семи. Мой отец захочет встретиться с тобой, одобрить тебя и все такое.       — Одобрить меня?! Это так серьезно?! — нервно пискнула Маринетт.       Ее прекрасные глаза мгновенно расширились, она сканировала всю комнату, стараясь не смотреть на своего будущего фальшивого бойфренда.       Адриан хихикнул и почесал затылок.       — Ну да. Мой отец придирчив. Он не хочет, чтобы я встречался с «плохой девчонкой». Ты ведь понимаешь это?       Маринетт быстро кивнула.       — Д-да! Я все понимаю.       — Отлично.       — Подожди, что мне надеть?       Адриан прищурился, пытаясь быстрее соображать.       — Ну… все, что тебе удобно. Но одевайся модно, понимаешь? Тебе не нужно так наряжаться, изображать богача и наносить кучу макияжа. Надень просто что-нибудь черное или красное. Мне кажется, это тебе подойдет.       Маринетт мило улыбнулась и кивнула.       — Спасибо.       — За что ты меня благодаришь? — Он улыбнулся. — Я просто говорю тебе, что мне нравится.       Он лукаво улыбнулся Маринетт, и ее лицо мгновенно покраснело.       — Я шучу, — усмехнулся блондин, закрывая глаза. — Но все равно носи черное или красное, мне нравится.       Он отмахнулся от своих слов — как от пустяка, в то время как она отмечала каждую деталь в своем сознании, сохраняя ее как «самое важное».       — Хорошо… Подождите! Где именно?       — Прямо в этом квартале. Это тот самый ресторан с огнями и огромной вывеской. — он сказал это с легкой улыбкой.       Маринетт кивнула.       — Хорошо.       Теперь мне нужно спланировать самый потрясающий наряд на свете…       

***

      — Я ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЮ, ЧТО НАДЕТЬ! — Маринетт в панике расхаживала взад-вперед по своей комнате.       Алья покачала головой, отчего ее кудрявые волосы подпрыгнули, и поправила очки.       — Девочка, тебе нужно остыть. Носи то, что тебе идет. — Алья переместилась на кровать Маринетт. Она сидела на краю кровати, и ее спина начинала болеть оттого, что она сутулилась два часа подряд.       Глаза Маринетт расширились, и она зашагала по комнате все быстрее и быстрее, размахивая руками и делая самые неловкие жесты своей подруге, которой она уже порядком надоела.       — ЕСЛИ Я НАДЕНУ НЕ ТОТ НАРЯД, ОН НИКОГДА НЕ ПОЛЮБИТ МЕНЯ, И МЫ НИКОГДА НЕ ПОЖЕНИМСЯ. И У НАС НЕ БУДЕТ ДЕТЕЙ, И Я БУДУ ВЫНУЖДЕНА ВЫЙТИ ЗАМУЖ ЗА МИМА НА УЛИЦЕ!       — МАРИНЕТТ! — пыталась перекричала Алья, пока Маринетт судорожно кусала ногти, ее узкие глаза переводились с Альи на ее нервное отражение в зеркале.       Голос Маринетт дрогнул, и она продолжила, совершенно не обращая внимания на Алью.       — МАРИНЕТТ! — в последний раз буркнула Алья, наконец вставая и хватаясь за свою встревоженную подругу.       — А? — сказала Маринетт тоненьким голоском.       Она несколько раз моргнула, глядя на подругу.       — Остынь.       Темноволосая девушка медленно кивнула, глядя на Алью. Девушка игриво закатила глаза и, схватив подругу за руку, повела ее к шкафу.       — Посмотри на эти потрясающие платья, которые ты уже сшила! Это черное мини-платье и лиловое, похожее на русалку. Ты действительно талантлива. Тебе не нужно выдумывать что-то эдакое. Ты даже ни разу не надела ни одно из этих платьев, так что можешь надеть их сейчас для своего парня! — Алья поднесла руки к щеке и лукаво улыбнулась подруге.       — АЛЬЯ! Я не могу! Я хочу, чтобы все было по-особенному. Там будет его отец! И это в шикарном ресторане, — возразила Маринетт, снова кусая ноготь на большом пальце и нахмурив брови.       — Ничего особенного. Вы же не собираетесь устроить горячее продолжение свидания после ужина. Ве-е-е-е-рно?!       Маринетт густо покраснела и закатила глаза.       — Да-да… ничего такого не случится. Я и не собираюсь ничего делать, понимаешь? Это всего лишь первое «свидание».       Алья щелкнула пальцами и покачала головой.       — Никогда не знаешь, что произойдет! Может, он прислонится к тебе, когда отец не будет смотреть, нежно и романтично чмокнет в щеку… а потом соблазнит тебя прямо в туалете ресторана! Прямо как в тех самых горячих фанфиках.       Маринетт скрипнула зубами и сделала гримасу отвращения, отступая от своей восторженной лучшей подруги.       — Ты такая противная, Алья! Прекрати читать эти дурацкие фанфики! Моя жизнь не похожа на какую-нибудь историю, придуманную каким-то извращенцем.       Мари надулась, доставая из шкафа черное мини-платье. Опустившись на колени, она открыла серую коробку с обувью и достала пару черных туфель.       — Хотя… было бы неплохо. В них всегда так идеально все подобрано по времени.       Алья с энтузиазмом кивнула.       — Я согласна! Это идеально! И так сексуально, романтично и та-а-а-а-а-а-к плюшево, — взвизгнула Алья, продолжая фантазировать на эту тему.       Маринетт хихикнула над глупостью подруги и взъерошила ей волосы.       — Если бы ты не рассказала мне о своем маленьком хобби — чтении и написании фанфиков, — я бы не поняла, о чем ты сейчас говоришь. Я бы решила, что ты говоришь о лимонном.        Алья пожала плечами, на ее лице сияла улыбка.       — Ну, я тоже об этом подумала бы.       — Маринетт! Ты просто сногсшибательна! — Алья сделала комплимент подруге, которая покачивалась из стороны в сторону в черном мини-платье.       Маринетт покраснела, поправила тонкие бретельки платья и улыбнулась. Ее блестящие губы сложились в самую красивую улыбку, а веснушки, казалось, засверкали еще ярче, когда она улыбнулась.       Подруга постоянно делала ей комплименты, заставляя Маринетт улыбаться еще больше, и она застенчиво опустила взгляд на свои черные туфли с маленькими белыми бантиками с золотыми крапинками на них.       — Спасибо. Я так рада, что вы так думаете, и я очень рада, что увижу Адриана. А еще я очень рада, что сшила это платье давным-давно. Я сшила его себе на день рождения, чтобы надеть, когда пойду на ужин. Я была слишком не уверена в себе, чтобы сделать это. Но посмотри на меня сейчас, — заявила Маринетт, еще раз взглянув на себя в зеркало.       Алья улыбнулась подруге, и Маринетт, увидев ее улыбку, не могла не улыбнуться в ответ.       Алья не могла сдержать своего счастья, и сердце ее прыгало от радости, когда она видела свою неловкую в общении подругу совершенно уверенной в себе, готовой ко всему.       Алья, ее лучшая подруга, считала Маринетт совершенно прекрасной. Ее бледная кожа была совершенно прозрачной, и ее освещал лунный свет, проникающий в окно. Половина лица Маринетт была холодной и голубой от освещения, а другая половина — оранжевой и огненной от света лампы на тумбочке.        Она светилась, и ее темно-синие глаза сияли. Ее густые черные волосы блестели и слегка завивались на концах, а платье, в которое она была одета, демонстрировало ее фигуру.       Она чувствовала себя принцессой. У нее было идеальное лицо принцессы и идеальная небрежная прическа.       Она знала, что не была идеальной. Она была далека от этого, но только сегодня вечером она почувствует, что достаточно хороша для Адриана.       — Развлекайся. О’кей? Я буду здесь, в твоей комнате, и съем всю еду из твоего холодильника. Мне также нужно дочитать свой блог, а делать это дома так утомительно: родители всегда так громко разговаривают, — заявила Алья в маминой манере, хотя в ее словах не было ничего серьезного — как в словах матери.       Маринетт откинула прядь волос за ухо и сцепила руки за спиной, кивнув.       — Да, я понимаю. А теперь пойдем!       Маринетт схватилась за сумочку, которой всегда пользовалась, и быстро открыла дверь-ловушку, даже не услышав скрипа старой вещи.       Она радостно спрыгнула с лестницы и помахала на прощание отцу, который отдыхал в пекарне, поедая все лакомства, которые люди забыли забрать из пекарни.       

***

      Адриан нервно поправил волосы на затылке, глядя на отца. Габриэль взглянул на сына и отвернулся, уставившись в газету.       — Не могу дождаться встречи с этой юной леди, — произнес отец Адриана, положив газету на обеденный стол.       Адриан кивнул и вздохнул с облегчением. Он был благодарен, что взял с собой газету, чтобы занять себя в ожидании Маринетт.       К их столику подошел невысокий плотный мужчина. У него были густые коричневые усы и красный розовый нос. Брови у него были такие же густые, как и усы, и он носил медальон. Он поставил один стакан воды и один несладкого чая, и Адриан с Габриэлем потянулись за напитками.       Адриан вздохнул и сделал большой глоток воды. Он нахмурился, глядя на отца.       Маринетт должна была скоро приехать, но он чувствовал, как его охватывает грусть. Ему было так грустно, что он почти оцепенел от этого чувства, так как не знал — что с ним делать.       Увидев счастливого человека, протягивающего им напитки, он сравнил этого незнакомца с тем, каким был его отец. У его отца не было того веселого сияния, не было усов и круглого лица, которое располагало к себе.       Его отец действительно не был таким уж хорошим. Почти все, казалось, знали об этом или получали эту ауру от них обоих.        Адриан был молодым, обаятельным и красивым молодым человеком. Габриэль был пугающим, высоким, сильным и независимым. Можно было сказать, что эти двое не очень хорошо сочетаются.       Адриану хотелось, чтобы отец поговорил с ним или хотя бы спросил о Маринетт. Ему просто хотелось побыть с ним. Он не хотел, чтобы отец был таким формальным и зажатым.       Габриэль ничего не ответил, сделал небольшой глоток чая и поправил очки, продолжая читать дальше.       — Сынок, не мог бы ты выйти на улицу и посмотреть, пришла ли твоя девушка? — Габриэль скорее приказал, чем попросил.       Адриан кивнул. Он быстро встал и задвинул стул, который плавно заскользил по кафельному полу.       Он прошел мимо столиков, заполненных людьми, и оказался у входа. Протиснувшись сквозь толпу людей, которые просто болтали у двери, он открыл ее и вышел.       Его щеки запылали, когда он уставился на стоящую перед ним темноволосую красавицу.       Маринетт застенчиво помахала рукой и натянула самую милую улыбку. Адриан улыбнулся в ответ и также поприветствовал.       — Я рад, что ты приш…       — АДРИКИНС!       — О нет…