Забвение

Главы появляются не так, как мне того хотелось бы в связи с моими разъездами. Но я стараюсь что-то придумать. Очень хочется узнать мнение насчет этой главы. Тут я делала уклон на эмоциональный посыл. Глава писалась под композицию M83 — Wait

— Ты напала на Женевьеву! — прорычал Клаус, сжимая мои плечи. Я поморщилась от боли, но держалась стойко. — Не напала, — смело возразила я, — просто позаимствовала одно заклинание. Просто так она бы мне его не сказала, а быть вовлеченной в чьи-то интриги мне не хочется. — И ты решила создать собственную интригу! — прорычал гибрид, сильнее сдавливая мои плечи. Я скривилась, в глазах появились слезы от давления и боли. — Никлаус, отпусти ее, — спокойно обратился к нему Элайджа. — Я создаю альянсы, опускаюсь до того, что соглашаюсь с другими фракциями, а ты в один момент все рушишь. Думаешь, ведьмы будут благодарны мне после твоей маленькой кражи? И ради чего? — Никлаус, ты делаешь ей больно. Отпусти сейчас же! Я на удивление молчала. Спустя мгновение давление на мои плечи исчезло. Клаус презрительно посмотрел на меня, а потом отошел в сторону, беря в руки стакан с бурбоном. Я нервно передернула плечами, все еще морщась от боли, после чего уставилась на Клауса. Тот, казалось, не замечал моего открытого и полного ненависти взгляда. — Между прочим, я предотвратила кражу гримуара вашей матери, — обратилась я к обоим братьям. — Просто в процессе решила позаимствовать кое-что для себя. Что тут такого? — Она на удивление похожа на тебя, брат, — без улыбки проговорил Элайджа, глядя на меня. Наверняка ему не нравилось проявление моего характера. А намерение оживить Кола не придавало счастья. Клаус фыркнул, услышав слова брата, но оспаривать не стал. Я тоже не удивилась такому комментарию от Элайджи. Я и Клаус… Мы действительно были похожи. Оба вспыльчивые, резкие, целеустремленные и очень обидчивые. Правда, у нас были различия. Я не страдала маниакальным психозом* и приступами страха остаться в одиночестве, или быть преданной. — Твои усилия были напрасны, — проговорил Клаус, смотря на большую картину в золотой рамке. — Я заключил с Женевьевой сделку, благодаря которой она наложит заклинания на кольца, а я отдам ей гримуар. — ЧТО? Прокричали я и Элайджа одновременно. Даже переглянулись после украдкой. Меня переполняли сплошные негативные эмоции. Я просила и его, и Элайджу дать мне взглянуть на гримуар полностью. Ведь я знаю, что там есть нормальное заклинание по возвращению мертвецов с той стороны. Да, это черная магия, но мне было все равно. Цель вернуть Кола стала для меня буквально манией. Элайджа сказал, что подумает о моей просьбе, а Клаус отказал категорично. Мол, не хватает ему тут еще нестабильной магии ведьмы-недоучки. Я смирилась. Хотя именно его слова стали для меня катализатором действовать напролом. И я напала на Женевьеву. Ну, как напала… Просто случайно встретились, после я отбивалась от нее, в итоге чего случился несчастный случай в мою пользу. Ничего личного ведь. Семья древних так поступает каждый день, то почему мне нельзя?! — Ты согласился отдать ей гримуар? — Это всего лишь старые записи обезумившей ведьмы. Мне нужна поддержка. Нужна охрана для защиты ребенка. — Клаус, ты совсем спятил! Гримуар — это не какие-то старые записи, — эмоционально выпалила я, продолжая злиться на Клауса. И с каждой секундой моя злость возрастала. — Это как… Как твоя кровь, например. В очень неумелых руках ситуация может выйти из-под контроля. — А в твоих умелых ручках она будет под контролем? — ехидно поинтересовался гибрид. Я раздраженно фыркнула, но сдержала свой порыв наброситься на Клауса. Еще не время. Сейчас не место. — Я полностью согласен с Арией, брат. Ты не можешь отдать гримуар нашей матери ведьмам. Это недопустимо. Кольца может заколдовать и другая ведьма. — О, правда? И кто же? — Клаус кинул стакан с бурбоном в стенку, а после на скорости подлетел к Элайдже, хватая его за воротник. — Кто, Элайджа? Ведьма Беннет ни за что не согласиться. А вмешиваться в отношения группы спасителей Елены Гилберт я больше не намерен. Ах, да, чтобы встретиться с другими ведьмами, которые могли бы нам помочь, нужно время на их согласие, приезд, заклинание. А у меня нет времени! Нет его! Я вздрогнула, слушая эмоциональную речь Клауса. Он хочет… Чего на самом деле Клаус хочет? Защитить своего ребенка? Вполне вероятно. Вот только создавать армию оборотней, переманивать на свою сторону все фракции города не очень умно. И Клаус должен был это понимать. Ни одна из них не согласиться подчиняться. Все хотят власти. Властвовать. Крушить. Подавлять. Такова природа всего сверхъестественного. Природа человеческого сердца, прежде всего. — Или, брат, — Клаус развернулся ко мне, а через мгновение оказался почти вплотную, — с кольцами справиться наша дорогая гостья? Ария. Ее почти одержимая цель вернуть нашего брата меня настораживает. Правильно, дорогая, я все еще не доверяю тебе. Быть может, ты что-то задумала. Клаус сжал пальцами мой подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть в его сузившиеся глаза. — Или что-то задумал Кол. А мой брат, кроме как о месте, ни о чем другом думать не может. Так что это? В чем ваш план? Я задыхалась. Но не от прикосновений Клауса. Не от того, что нижнюю часть лица обдало болью, а на глаза начали наступать слезы. Он имел права не доверять мне. Он мог не верить мне. Или Колу. Но нападать на меня, когда сам виноват — очень низко. И мне вдруг стало до того обидно и больно, что я резко вскинула руку и оттолкнула Клауса от себя. На удивление, гибрид поддался и отошел на два шага назад. — Ты имеешь полное право не доверять мне. — Мой голос дрожал, как и тело. Чтобы не упасть, я обняла дрожащими руками себя за талию и невидимым взглядом уставилась на Клауса. Тот, казалось, ждал от меня таких слов меньше всего. — Ты даже можешь подозревать меня во всех грехах и замыслах против тебя. Но у меня тоже есть сомнения. В первую очередь, насчет твоего доверия. — Я никогда не говорил тебе, что доверяю, — проговорил Клаус. Я застыла на мгновение. Правильно, не говорил. — Не говорил. Но я никогда не верила словам. А тут оказалось все намного прозаичнее. Ты даже не способен на доверие. — Много слов для ведьмы-недоучки, которая своих возможностей до конца не знает. — Мало действий для гибрида, который за тысячу лет не научился доверять не то что бы людям, а своей семье, — ответила я ему колкостью. — Твоя проблема в том, что ты бьешь первым. Всегда. — И где я на этот раз виноват? — прокричал Клаус. — Брат, может быть, ты мне скажешь? Но Элайджа молчал. Почему-то он напряженно смотрел на меня. Как на диковинку. Или нечто экзотическое. — Сомнение — первый удар. Ты как-то повторил слова Кола, что медиумы многое видят. Ты не выиграешь в этой сделке. Просто не сможешь. — Медиумы не способны на видение будущего, — наконец проговорил Элайджа. Я горько улыбнулась. — Я не могу видеть будущее, — сказала я, качая головой. — На самом деле никто не может. Но я вижу… Это сложно объяснить. И долго. А как сказал Клаус — времени у нас нет. Я не лукавила и не врала. Я действительно стала видеть кое-что странное. У меня срабатывало предчувствие к определенным событиям. Как тогда, когда я позаимствовала у Женевьевы заклинание. Внутри все закипало и кричало о том, что план Клауса не сработает. А последствия будут катастрофичны. — Похоже, тебе слишком многое было позволено, ведьма-недоучка. — Да, — согласилась я, кивнув головой, — многое. Но когда твой план провалится, а ситуация выйдет из-под контроля, не вспоминай о моих словах. Ты не сможешь этого обратить. — Все произойдет так, как задумано! — уверено произнес Клаус. Я кивнула, соглашаясь с ним. На спор у меня не осталось сил. Все произойдет так, как и должно быть. За исключением небольшой детали. — Мне все еще жаль тебя, Клаус, — шепотом произнесла я, покидая комнату. Не знаю, услышал ли это Клаус с Элайджей, но вампирский слух может делать невозможное. У Клауса война. Постоянные интриги, ложь, недоверие и предательства. Глупо было думать, что тысячелетний гибрид будет доверять мне. Хотя бы чуточку. Единственный, кто доверял мне, кто не усомнился во мне был Кол. И я верну его. Чего бы мне этого не стоило. Даже если придется заручиться помощью странных родственников. К нужному месту я прибываю только через час. Понимаю, что узнавать что-то про родственников не странно, но следить за ними… похоже на паранойю. Но у меня есть причины. Да, они схожи с подобным чувством, но выбора у меня нет. Родственники Кола безразлично относятся к нему: живой он, или нет. А для меня есть разница. Даже если в облике призрака, даже пусть я не буду видеть его, а только чувствовать. Или видеть во снах. Я нуждаюсь в нем. С его исчезновением у меня словно часть души отобрали. — Здравствуй, — нерешительно произношу я, стоя напротив высоко парня. Дин неуверенно что-то промычал, ковырнул носком ботинка землю, а после шумно выдохнул. Для него так же неловко, как и для меня. Дин высокий, худощавый, с ярко выраженными скулами и серыми глазами. Мне даже кажется, что мы похожи. — Здравствуй, — грубым шепотом отвечает мне брат. Не смотря на достаточно миловидную внешность, у Дина низкий и слегка грубый голос. — Спасибо, что согласился встретиться. И за дневник, конечно же. — Ты сумела его открыть? — спроси лон меня. Я кивнула, на что Дин как-то обреченно выдохнул. — Он действительно был зачарован. Моей силы мага не хватило. — Там нужно было прикосновение… — Медиума, — перебил он меня. — Я знаю. Хотя это раздражает. Я так долго ждал возвращение мамы, а теперь, зная, что она умерла уже давно, даже не знаю как себя вести. И что у меня есть сестра. А отец знал. Как сумасшествие какое-то. Дин тихо выругался, бормоча что-то свое, а после опустился на землю. Я села рядом с ним. Мы сидели на небольшой холме в лесу, наблюдая как солнечные лучи играют с листвой деревьев. — Она любила быть в лесу. А когда я просился пойти вместе с ней, мама всегда отказывала. Словно боялась чего-то. — Ты хотя бы знаешь, что маг. На меня все это свалилось совсем недавно. — Кстати, как это произошло? — поинтересовался брат у меня. — Просто однажды, — со смесью раздражения выдохнула я, — посмотрев в зеркале, вместо своего отражения, я увидела парня, донимающего меня ранее во сне. Так и получилось, что я оказалась связанной с призраком древнего вампира, который сначала хотел мести, потом стать живым, а сейчас… Сейчас я не знаю, чего он хочет. — Привязка разорвалась? — удивленно спросил меня Дин. Я отрицательно покачала головой. — Нет. Кое-что произошло, и наша связь оборвалась. Хотя я могу общаться с ним с помощью спиритической доски. — А, старый трюк, — усмехнулся Дин, откидываясь на спину. — Я тоже как-то пробовал это сделать. С ее помощью не то чтобы маги, люди могут общаться с призраками. — Наверное, — промычала я, косясь на Дина. — Но это половина сути моей просьбы. — О чем ты? — Я хочу вернуть его. — Ты что? — Неважно в каком виде. Даже если он снова станет призраком. Мне просто надо его вернуть. — Ты соображаешь о чем просишь? Это… безумие! — Я понимаю! — проговорила я. — Но я пообещала. Он спас меня, Дин. Он спас, когда я была уже на той стороне. Пожертвовал собой. Я должна отплатить ему. — Ты его любишь? — вдруг спросил Дин меня. Я оцепенела. — Что? — Любишь своего призрака? Я не могла дать точный ответ. Люблю ли я Кола? Нет. Наверное… Не знаю. Всегда была я, как тело, и Кол — призрак. Хотя между нами и есть прочная связь, я могу назвать мои чувства к Колу любовью. Я беспокоилась за него, боялась, злилась. Он вызывает у меня умиление и смех, потому что не знает кто такой Бэтмен, и в то же время раздражение, так как действует по своему собственному кодексу, не советуясь со мной. Но любовь ли это? — Не думаю, что у меня такие высокие чувства к нему, — спустя какое-то время ответила я. Дин задумчиво посмотрел на меня, а потом фыркнул. — Любовь совсем не высокое чувство, — произнес Дин. — Любя, люди предают, причиняют боль, скрывают, лгут. Любовь не всегда ассоциируется со счастьем. Счастье можно найти в чем угодно. Но не любовь. — Ты красиво говоришь. — Учился на факультете философии, — усмехнулся Дин. — Но суть в том, что все чего-то ждут великого от такого простого чувства. Мне кажется, что главное в любви между двумя людьми — это покой. Общее спокойствие. Если задуматься об этом в таком ключе… Я не чувствовала к Колу любви. Но привязана к нему. Быть может, мои действия можно охарактеризовать как благодарность. Или чувство долга. Но мне понравилось сравнение Дина любви со спокойствием. Ведь рядом с Колом я чувствовала покой. Безопасность. — Мне нравится, — улыбнулась я. — Так ты поможешь? — С чем? — С возвращением моего спокойствия, — ответила я, смотря брату в глаза. — Не думаю, что тут я что-то могу. Я не настолько сильный маг. — Но я пробовала уже. У меня ничего не вышло. Лишь какой-то ветер и все. Прошу тебя! — Ария, — обратился ко мне Дин. — Дело не в силе мага, или заклинания. А в силе слова. — Слова? — удивилась я, мимолетно вспоминая слова Аллистера. Ведь он тоже говорил о подобном. — Верно. Понимаешь, магия — это подручный инструмент. Как пистолет в руках стрелка. Только в том случае орудием управляют действия человека, а в нашем главной составляющей выступают слова. Заклинания. Ты должна не просто произнести набор странных слов, зачитанных со старинных страниц. Ты должна почувствовать магию внутри себя. Потянуться за ней и ощутить ответный толчок. Тогда все вполне может получиться. Почувствовать магию. Ощутить толчок. Заклинание. Ну не может же быть все так просто? Словно прочитав мои мысли, Дин усмехнулся и сказал: — Чем проще смотреть на вещи, тем больше вероятности, что получится результат. — Наверное. Тебе виднее. — Вот именно. Ну… мне пора. Дин поднялся, отряхивая штаны. Я тоже встала, нерешительно смотря на брата. На семью, которой меня лишили. Поддавшись какому-то порыву, я подошла у Дину и крепко обняла его. Он замер. Его тело вздрогнуло, а я только сильнее сжала руки, обнимая его. — Спасибо, — тихо проговорила я. Спустя пару секунд Дин расслабился и обнял меня в ответ. Но момент сентиментальности закончился быстро. Будучи не привыкшей к объятиям, я резко отошла на пару шагов назад. Но Дин только понятливо усмехнулся. Подойдя ко мне, он пожелал мне удачи. — Ты заслуживаешь своего спокойствия, сестренка. Я вздрогнула, как только Дин склонился и поцеловал меня в лоб. Наверное, даже не от поцелуя, а от обращения. Он назвал меня сестренкой. Пусть я называю его братом в своих мыслях, но не говорила ему вслух. Только про себя. Кивнув, я пустилась в бега. Трусливые бега, уходя от брата, от тех чувств и эмоций, нахлынувших воедино. В глазах стояли непролитые слезы, руки тряслись, тело подрагивало. А внутри меня чувствовалась странная энергия. И она росла. Я чувствовала магию внутри себя. Дин помог пробудить меня. Своей философией он специально заставил меня покопаться в своих чувствах, чтобы я смогла ощутить нашу с Колом связь. Мои чувства к нему. Дин по-настоящему помог мне. Как можно быстрее добравшись до особняка Майклсонов, я поднялась в свою комнату и закрыла дверь. Опустившись на колени посреди комнаты, я достала тетрадь мамы, страницы из гримуара Эстер, которые у меня были, и кинжал. В последнее время я все чаще ношу его с собой. Дин говорил, что любовь — это спокойствие. Кол был моим спокойствием. Не знаю, виновата ли связь между нами, или то, что как-то душа Кола привязалась ко мне. Да и не важно. Именно сейчас, в этот момент я осознала, что наша встреча с ним была предопределена. Мы родственные души. — Слова имеют значение, — проговорила я. Покрутив острием кинжала по ладони руки, я надавила кончиком на кожу, а после провела по всей ладони. Красная полоса тут же расползлась по всей ладони, а капли крови падали на пол, на дневник и страницы гримуара. Это сильные предметы. Они непременно помогут. А потом я заговорила. Странные слова, значения которых я не знала, лились будто изнутри меня. Я чувствовала, как внутри меня что-то растет, а потом вырывается и соединяется с чем-то. Я ощущала это на ментальном уровне. Мои слова. Моя связь. Моя магия. Все стало единым. Странный порыв ветра, взявшийся из ниоткуда колыхнул мое тело, отчего я упала на спину. Все закончилось. Должно было закончиться. Я сделала все, как говорилось: почувствовала свою магию, доверилась словам, дала жертву в виде своей крови. Ведь должно было получиться. Ведь должно, правда? — Кол? — неуверенно произнесла я. Но никто не ответил. Раздраженно выругавшись, я села на пол. Рука до сих пор кровоточила, но я даже не думала о том, чтобы сделать перевязку. Стало так досадно. И так пусто внутри. — Твой нрав так и не изменился, как я вижу. Резко повернув голову, я увидела Кола, стоящего возле моей кровати. Его глаза были чуть сужены, как обычно, когда он усмехался, а губы в полуулыбке. Он был здесь. Стоял здесь, в моей комнате. — Живой, — выдохнула я, пораженно смотря на ухмыляющегося Кола. — Не совсем, милая. Я все еще призрак. Но с дополнениями. — Получилось, — не слыша слов Кола, я медленно поднялась. А потом рванула к нему, тут же обхватив руками его шею, отчего мы повалились на кровать. Пораженно смотря в его карие глаза, я потеряла дар речи. Это… — Я могу… прикасаться. — Это и есть дополнение, — усмехнулся Кол, обнимая меня за талию. Я рассмеялась. Правда, рассмеялась. Уткнувшись древнему в грудь, я смеялась, продолжая держаться за него руками. — Так рада видеть меня. Мое эго возвысилось за пределы допустимого. — Признайся: скучал по мне? — отсмеявшись, спросила я его. — Ну, как тебе сказать. Мне не хватало твоего колкого язычка. И власти над твоим телом, разумеется. — Ты же понимаешь, что это звучит двусмысленно, — сказала я, ударив его в грудь. Кол рассмеялся. — Я надеюсь на это. — Кол, я же серьезно. — Скучал, — внезапно произнес Кол, сильнее сжимая руками мою талию. — Очень скучал. Быть призраком на этой стороне веселее. Особый плюс в исчезновении. — Ты такой врун, — проворчала я, снова утыкаясь лицом в его грудь. Кол разразился смехом, отчего его грудь начала вибрировать. А мне было ровным счетом все равно. На ситуацию. На то, что я могу каким-то образом касаться Кола. И что моя рука до сих пор кровоточит. Плевать на все. Я вернула себе свое Спокойствие.