dollhouse

Завтра. Наверное, мое сердце так сильно бьется в предвкушении с самого утра, стоило мне только раскрыть глаза. Самолет, который унесет меня за тысячи километров от этого места, совсем скоро оторвется от земли. Осталось лишь немного подождать - один вечер и ночь больше ничего не смогут решить, ведь чемоданы давно собраны и стоят у входной двери. Остался лишь рюкзак с самым необходимым, который я соберу прямо перед вылетом, чтобы еще раз все проверить. - Кажется, сегодня должен был быть прощальный ужин, - говорю я, еще раз осматривая пустующую кухню. - Ну и не страшно, не многое потеряла. На самом деле где-то в горле застревает предательский ком слез обиды, который я усилием воли сдерживаю, но он то и дело напоминает о себе. Думала, что хоть это будет устроено по-нормальному? Дурочка. Ты можешь до последнего надеяться, что это какой-то странный розыгрыш или сюрприз, но от факта не убежать. Семья просто забыла или предпочла не вспоминать о данных несколько месяцев назад обещаниях. Но даже Чонгук? Словно в ответ на мои мысли хлопает входная дверь. Быстрые шаги направляются прямо к залу, где, замерев, стою я. И вот из-за угла появляется слегка растрепанная темная голова брата, который, увидев меня, тут же снижает темп и останавливается. Мы ничего не говорим друг другу, потому что в приветствиях смысла нет. Склонив голову набок, Чонгук рассматривает меня настолько пристально, что хочется спрятаться, скрыться, пока по моей позе, глазам, выражению лица он не прочитал то, что ему не предназначается. - Чего замер? - голос звучит немного надрывисто и резко от неожиданности. - Не ожидал, что ты будешь здесь, - спокойно отвечает брат, обводя глазами комнату. - Ты же сегодня уже никуда не спешишь, верно? Киваю в ответ. - Тогда давай спокойно посидим за бокалом вина. Я и закуски прихватил, - Чонгук указывает на пакет, который держал до этого времени в руках. Ответ приходит мгновенно, ведь я действительно не имею ничего против такой затеи. - Идет. Когда наш маленький незапланированный фуршет готов, мы не садимся за стол, отдавая предпочтение стульям у маленькой барной стойки. У Чонгука непревзойденная интуиция на хороший алкоголь, так что я действительно наслаждаюсь густой бордовой жидкостью в бокалах, изредка заедая ее кусочками нарезанного сыра или фруктами, разложенными на тарелках перед нами. Мы сидим в молчании, абсолютно не угнетающем, а скорее естественным, пока брюнет не решает его нарушить. - Теперь, наконец, ты будешь счастлива? Вопросительно смотрю на него, ожидая пояснений, но брат всем видом показывает, что продолжения мне не дождаться. - Надеюсь, что да. Как бы то не было, у меня больше нет сил оставаться здесь, - откровенно отвечаю я. Чонгук еще какое-то время молчит, пристально разглядывая блики единственного включенного настенного светильники на бокале и иногда к нему прикладываясь. - Ты считаешь, что правда на твоей стороне? Думаешь, что единственная в этом доме, кто еще находится в ясном сознании? - в его вопросах не было ни капли упрека, словно ему действительно просто было интересно мои мысли. - Не знаю ничего насчет правды. Но, если говорить честно, то я не хочу уподобиться остальным, поэтому я хочу уехать как можно раньше. Бокал со звоном опускается на столешницу. - Остальным? - сузив глаза, Чонгук сначала смотрит на наполовину пустую бутылку, а после переводит взгляд на меня. - Говори яснее. Кто эти остальные? Я слышу, как меняется тон его голоса, понижаясь до злых угрожающих нот, и это выводит меня из себя. Какое право он имеет злиться на меня? - Яснее? Хорошо, - делаю глубокий вздох и медленно начинаю перечислять, глядя прямо на него. - Мама, отец, Намджун… Ты. Чонгук замирает, сверля во мне дырку своим взглядом, а после, резко отодвигает стул, отчего по залу разносится противный скрип. - А похер, знаешь? Я устал. Если хочешь жить в своем иллюзорном мирке, продолжай. Мне больше нет дела до всего этого, - брат быстро удаляется из комнаты. Я слышу, как хлопает входная дверь, знаменуя окончание этого странного дикого вечера. На столе остается раскрытая бутылка вина, остатки которой я, не церемонясь, переливаю в бокал. Щелкаю выключателем, чтобы остаться в полной темноте, и открываю окно. Только так можно увидеть звездное небо, раскинувшееся над домом в самую бесконечность. Тихо попиваю напиток, считая яркие точки звезд. Это будет моим своеобразным ритуалом прощания. Вдруг ощущаю теплые прикосновения рук в районе талии. Горячее дыхание обжигает шею, создавая контраст с холодным воздухом из окна, и я расслабляюсь, откидывая голову на чужое плечо. - Теперь ты успокоился? - шепчу с полузакрытыми глазами, ведь такие неторопливые ласки действительно доставляют удовольствие. Мужская ладонь крепко сжимает мою грудь поверх одежды и слегка мнет ее, и я, расслабленная от алкоголя, тихонько постанываю, поощряя брата. - Сомневаюсь, что Чонгук сегодня вообще вернется, - неожиданный низкий голос со смешком раздается прямо над ухом. Резко разворачиваюсь, ощущая как холодный липкий пот течет по спине. - Что ты здесь делаешь, Намджун? - пячусь к подоконнику, пока не вжимаюсь в него полностью. Мужчина медленно и неотвратимо приближается расслабленной кошачьей походкой. Его явно забавляет мое состояние, судя по удовлетворенной ухмылке, сияющей на лице. - Я тут случайно подслушал один короткий, но весьма занимательный разговор, - его руки оказываются по обе стороны от меня, заключая в ловушку. - Чего ты хочешь? - решаю, что показывать страх - не лучшее решение, поэтому начинаю действовать прямо и нахально. Вдруг цепкие руки хватают меня за запястье и подносят мою ладонь к паху мужчины. Глаза в страхе расширяются, когда я чувствую его возбуждение сквозь ткань деловых брюк. - Что.. - Ты спросила у меня, чего я хочу. Это мой ответ, - Намджун хищно облизывается и тут же резко сводит оба моих запястья за спиной, из-за чего я оказываюсь полностью беззащитной. - Не говори чушь и умерь свои гормоны. Я ничего не позволю с собой делать. Длинные пальцы тем временем проникают под платье и сдвигают в сторону ткань трусиков. Они проходятся по половым губам, слегка раздвигая их, чтобы проникнуть внутрь. -Ты можешь не позволять что угодно. Но вот твое тело говорит мне совершенно обратное. Пальцы резко покидают мою промежность и оказываются прямо перед лицом. К своему изумлению я замечаю, что они блестят от моей собственной смазки, и в смущении свожу колени. - Из тебя же прямо бегут соки. Скажешь нет? - Намджун резко приникает к моим губам, целуя страстно и беспощадно. Я пытаюсь выбраться из цепких оков, то и дело брыкаясь и отбиваясь, пока тело не расслабляется от вина и тепла. Мозг словно отказывается сопротивляться и дальше, а просто дает мне насладиться присутствием рядом умелого мужчины. Пальцы Намджуна вновь возвращаются в прежнее положение. Он слегка потирает клитор, пока со всхлипами жмусь к нему, умоляя не останавливаться. Длинные пальцы движутся все дальше, пока наконец один из них не оказывается внутри. Я охаю от неожиданности и ощущаю, как ноги вот-вот готовы меня подвести. - Тихо, тихо, - Намджун подсаживает меня на подоконник, где я полностью отдаюсь во власть ощущений. Мужчина добавляет еще один палец, а после и третий, растягивая меня до предела. Я чувствую, как стенки неконтролируемо сжимаются от поступающего удовольствия. Я опираюсь на плечи Намджуна, чтоб не завалиться назад, и еще шире призывно развожу ноги. Представляю обнаженное тело своего брата и то, как властно и сильно будет врываться в мои бедра через несколько мгновений. От этих мыслей я громко вскрикиваю, чувствуя приближение оргазма. Опора резко исчезает из-под рук, и я от неожиданности падаю прямо на пол, больно ушибая колени. Ошеломленно смотрю на мужчину, отошедшего от меня на пару шагов, который изучающе рассматривает мою съежившуюся от боли фигурку на полу. После этого открывает ближайший шкафчик, достает салфетки и насухо вытирает свои пальцы. - А теперь запомни, - Намджун приседает прямо передо мной, чтобы наши лица были на одном уровне, - ты такая же. Можешь пытаться бегать и отворачиваться, но ты сделана из того же теста. А если вдруг ты об этом забудешь, то вспомни, как текла как сука, пока тебя трахал пальцами твой собственный брат, пока другой, влюбленный в тебя, бродил около дома после того, как ты назвала его низким сортом. Ты не хорошая девочка, а хорошенькая куколка. Резко поднявшись, Намджун выходит из комнаты, оставляя меня в одиночестве. Одна предательская слеза стекает по правой щеке, падая прямо на оставленные рядом со мной салфетки.