Безнадежным снова нужна помощь

Пользователь «Yoongi Min» хочет добавить вас в друзья. Принять заявку? Чимин смотрит на эту запись несколько секунд и после давится газировкой. — Фу, как некультурно, — говорит Чонгук и протягивает ему салфетки со стола. Он сейчас смотрит на Чимина так, будто тот не газировку на стол пролил, а минимум осушил какое-нибудь охраняемое озеро. — На щеке. Чимин вытирает остатки липкой жидкости, кидает использованные салфетки в мусорку и возвращается к телефону, не веря своим глазам. Мин Юнги добавляется к нему? К нему? Спустя почти две недели после их первой встречи? Что-то с этим миром пошло не так, да уж. Он видел Юнги очень часто за это время из-за постоянных баскетбольных тренировок. И можно было бы просто не думать об этом и проходить мимо стадиона каждый раз, только вот… стадион был как раз под окнами аудитории, в которой Чимин обычно занимался каждый день. Что ж, это можно было терпеть, но не когда их взгляды случайно пересекались, и Чимин, словно девочка из средней школы, отводил глаза и пытался сосредоточиться на лекции. М-м, не получалось. И теперь, спустя две недели этих переглядок, Юнги решил, что неплохо бы иметь в друзьях такого парня, как Пак Чимин? Вы приняли заявку. — Все-таки отказываться было бы неприлично… — бормочет парень себе под нос и обреченно вздыхает, откладывая телефон в сторону. Чонгук вопросительно смотрит на него, но Чимин только мотает головой. Рано ему еще такое знать, а то пристанет ведь, потом ничего уже будет не скрыть. — Что у тебя нового? Его друг сейчас выглядит довольно сосредоточенно, пытаясь вставить в иголку нить, чтобы зашить себе дыру на джинсах: — Я лишился своих любимых джинсов в одно мгновение, черт. Я ведь просто присел, а они сразу же треснули! Эти милашки были моими любимыми уже… почти два года. Чонгук расстроен и не скрывает этого, демонстрируя Чимину свою самую грустную рожицу из всех в его арсенале. Но Чимина не провести. — Денег нет. — Ну-у-у… — канючит Чонгук, делает эгье и теребит чиминову руку. — Пожа-а-алуйста, я не могу сейчас обратиться к родителям, я просил у них деньги неделю назад на новый телефон. — И зачем тебе был нужен новый телефон? — Тэхен уронил мой старый в унитаз, — Чонгук тут же мрачнеет на глазах и дуется. — Я сказал ему, что он может почитать мангу на моем телефоне, потому что его был на зарядке в другой комнате, так этот придурок пошел с ним в туалет и жестоко с ним расправился! Чимин качает головой; эти двое, кажется, все еще не вышли из детсадовского возраста. Да и поведение их совсем не отличается от того, как они вели себя в школе. — А еще Намджун-хен зовет всех на свою пра-а-а-аздничн-у-у-ую-ю-ю вечеринку, — добавляет после короткой паузы Чонгук, все еще грустно разглядывая иглу с ниткой в своей руке. — Это было дословно, если что. Обещал, что там будут все ребята со школы, звучит как встреча одноклассников, а? И, наконец-то, он познакомит нас со своей девушкой, которую скрывал почти полгода, разве так делают? И- Что? — Ты, — Чимин долго смотрит на него, прежде чем продолжить, — так много болтаешь. Ты слишком много времени проводишь с Тэхеном. Чонгук немного обиженно на него смотрит: — Конечно, я часто с ним тусуюсь. Мы же встречаемся. Чимин моргает: — Забудь. Их все равно уже ничего не исправит.

#

«12.16 от мститель Чон: не забудь про вечеринку сегодня» «12.23 для мститель Чон: Во сколько?» «12.23 от мститель Чон: чем ты слушал меня с утра? она начнется в восемь в том же клубе, где мы тогда потеряли Тэхена» «12.24 для мститель Чон: Где ТЫ потерял Тэхена» «12.24 от мститель Чон: как скажете, мистер строптивость» Чимин вздыхает. Если это вечеринка со школьными друзьями, то там должен быть и Юнги, верно? А Чимин, немного, но все-таки все еще боится видеться с ним. Он же, ну, был в него влюблен какое-то время? И даже если его чувства остыли (но это не точно), видеть свою безответную любовь снова так часто не казалось для него божьим благословением. Скорее, наказанием за несуществующие грехи. Может, его так кто-то наказывает за вечные подколы Чонгука и Тэхена? В конце концов, они все еще не знают, что всю эту голубую херню с ними начал именно… Чимин? Да ну, это глупости, приходит он к выводу и заканчивает выводить на полях блокнота непонятные узоры. Глупости.

#

— Как оно? Он поворачивает голову на голос и улыбается. Чонын качает головой в такт музыке, доносящийся из колонок в кафе, в котором Чимин сидит последние полчаса из-за сильного дождя. Если так пойдет дальше, на вечеринку он все же опоздает. Он оглядывает девушку, замечая сырые кончики волос и такую же сырую толстовку. Они иногда общаются, встречаясь в коридорах университета, и Чимина всегда смешит ее манера речи — немного пацанская, Сокджин-хен иногда разговаривал так, когда пытался выглядеть крутым. У него это выходило ну очень неловко. — Ты, как вижу, тоже не поверила с утра прогнозу погоды. — А я их обычно не смотрю, — хихикает блондинка и начинает выжимать кончики волос. — Да и зонт такой тяжёлый, чтобы его все время таскать с собой. Чимин прыскает и отпивает свой капучино. — Что нового? Чонын фыркает, когда волосы попадают ей в нос и еле сдерживает себя, чтобы не чихнуть. — Я так загонялась искать занятия танцев в нашем городе, что уже могу наизусть перечислить все знакомые места прямо сейчас! — Ты танцуешь? — удивленно интересуется парень. Кажется, все в его окружении хоть немного, но имеют интерес в танцах. Чонын коротко кивает. — В моей школе в родном городе был замечательный танцевальный кружок, но здесь… — блондинка вздыхает и начинает обмахиваться ладонью. — Я все еще бедный студент, у меня нет денег на все эти навороченные уроки. Чимин думает лишь пять секунд, прежде чем сказать: — Мой друг-танцор ведет занятия. Я могу поговорить с ним насчёт тебя. Конечно, если ты не против… — Серьезно? — восклицает девушка и очень заметно хочет броситься на него с объятьями, но вовремя себя останавливает и только широко улыбается. — Было бы просто шикарно. Он на минуту задумывается и неожиданно предлагает: — Не хочешь пойти сегодня в клуб? Мой знакомый хен устраивает вечеринку и тот друг тоже там будет. Чонын склоняет голову вбок. — Да, почему бы и нет. Отлично, думает Чимин, хоть какое-то спасение.

#

Намджун кривится и тянется рукой за своим слабоалкогольным коктейлем. Рядом сидящий Хосок ржёт над ним, все время надоедая над ухом с «подкаблучник». — Ну чо, мелочь, как в универе? — радостно интересуется он и хохочет, когда Намджун проливает мимо рта. — Немного непривычно, но терпимо. Как будто вторая часть школы с новыми дополнениями. — А ты еще небось опять там самый популярный? Чонгук горделиво вздымает подбородок: — А то. Неужели ты ожидал чего-то другого, хен? Хосок примирительно выставляет ладони вперёд. — Нет-нет, о чем это ты. Ну так, и где твоя девушка, мистер ботан? Намджун сердито пыхтит, когда пытается дозвониться до кого-то, — девушки? — но это не помогает, и парень просто отбрасывает телефон на столик, за которым они все расположились. Чимину его даже жаль, но все равно не так уж и сильно. Намджун собирался познакомить их уже почти два месяца, и это всегда было безрезультатно: то он заболеет, то ногу подвернет, то его девушка внезапно укатит в другой город к больной бабушке… Проще сказать, что все обстоятельства были против этой злополучной встречи. Но, кажется, в этот раз удача на стороне Намджуна, потому что прямо на глазах он светлеет и машет кому-то со стороны барной стойки. Все оборачиваются в ту сторону и, вау, она довольно милая? Чимин не может судить, так как для него милее всех всегда казался один мрачный хен, который, кстати, все еще не вернулся из туалета. Чимин удивленно замечает рядом с намджуновой девушкой знакомую ему Чонын и приподнимается со своего места. — Хэй! — та машет ему и дает пять. Все парни взглядом говорят ему объясниться. Но за него все делает сама Чонын: — Привет, мы с этим красавчиком учимся вместе. Я Ким Чонын, приятно познакомиться. Все ребята оживляются, представляясь поочереди, и когда время доходит до Намджуна, тот кряхит и тянет девушку рядом с Чонын к себе за руку. — Познакомьтесь, это Хасыль, — бормочет он так тихо, что из-за оглушающе громкой музыки им приходится напрячься, чтобы правильно услышать имя девушки. Та, к счастью, понимает их и намного громче добавляет: — Я Хасыль, мне тоже приятно познакомиться, — говорит она и улыбается. — Так необычно было увидеть тут Чонын-и, она мой донсен со школы, удивлена, что смогла встретить ее здесь. Чимин успевает только переводить взгляд с одного конца стола на другой, чтобы ничего не упустить. Внезапно он вспоминает что-то и хлопает в ладоши, привлекая внимание парней. — Хен, — обращается он к Хосоку, — твои занятия по танцам все еще принимают желающих? Чонын бы хотела к ним присоединиться. Хосок удивленно моргает и тут же осматривает немного смущенную Чонын с ног до головы. Наконец, спустя почти две минуты он выдает вердикт: — Если ты покажешь свое мастерство на танцполе, я непременно подумаю. Они сразу же покидают их компанию, забирая с собой только что вернувшихся оттуда Чонгука с Тэхеном, и Чимин провожает их всех взглядом, расслабленно покачивая бутылку пива в руке. Он замечает, что Намджун со своей девушкой о чем-то очень мило беседуют, и начинает чувствовать себя немного лишним. Но это чувство практически сразу испаряется, стоит только Юнги появится рядом со столиком. Тот выглядит немного удивленным новому человеку, знакомится с Хасыль и заваливается на диван на несколько сантиметров дальше Чимина. И тут младший снова ощущает ту самую нервозность. Юнги сидит рядом с ним, на его лице полно недовольства и усталости, и Чимину действительно хочется спросить, что не так, но все-таки, кто он, чтобы делать это? Старший лениво оглядывается по сторонам, осматривая придирчивым взглядом танцующих людей, барменов у стоки и случайно натыкается на пугливый чиминов. Тот вздрагивает и посылает в ответ скромную улыбку, тут же отворачиваясь. Черт, его заметили. Юнги же придвигается ближе для того, чтобы взять с его стороны стола жестяную банку с чем-то алкогольным. — Я, вообще-то, не пью, но сегодня можно. Он говорит это с такой громкостью, с которой услышать его может только рядом сидящий Чимин. Они сидят в тишине, если не брать в расчет орущей на всю катушку музыки, еще около двадцати минут, пока не слышат сквозь биты знакомый голос. У Чимина по спине проходит стая мурашек, когда он будто в замедленной съёмке наблюдает приближение к их столику прекрасного Ким Сокджина. И все было бы нормально, не будь этот парень немного пьян (это заметно по его шатающейся походке и красному лицу с веселой улыбкой на нем), а если Ким Сокджин пьян — жди беды, это безоговорочное правило, которое уже некоторое время не нарушается. — Э-ге-гей, пацаны! — кричит он издалека, все ближе подплывая к ним. Чимин икает от испуга, когда его пихают в бок, буквально выталкивая с дивана. Он в неверии поворачивает голову и смотрит на Юнги, который жестами просит его молчать и просто поскорее двигаться. — Что за фигня, хен? — шепчет Чимина, в надежде на то, что старший его расслышит. Тот недовольно пыхтит и тянется к его уху. Младший на мгновение задерживает дыхание и боится вздохнуть. — Я хочу отсюда свалить, а не то Джин сожрет нас с тобой за то, что мы все еще не пьяные и почему-то не танцуем. Чимин пялится. — А ты в этом знаток. Юнги ухмыляется и еще раз пытается выпихнуть парня с места. Он ведет бровями: — Ты со мной или как? Конечно, черт возьми, он с ним. Это очень странно, но Чимину сейчас совершенно не хочется здесь торчать. Да, только из-за этого он соглашается с немой просьбой Юнги оторвать свою задницу от кожаной поверхности дивана и незаметно пройти препятствие в виде Сокджина, вешающегося сейчас к Намджуну на шею. Вывалившись на улицу, его пробивает смех. Они ведут себя как какие-то подростки, и ему это немного нравится. Хотя кого он обманывает, ему это о-о-очень даже нравится. Юнги рядом с ним засовывает руки в джинсы и роется в своем телефоне, пока младший пытается влезть в свою ветровку второй рукой. — Ну и… — начинает он, но прерывается, потому что запутывается в ногах и чуть не валится с лестницы. Все-таки, он выпил уже достаточно, чтобы немного опьянеть. Юнги фыркает от смеха. — Что мы теперь будем делать? — Наслаждаться вечерним воздухом, конечно, — говорит старший и ногой закрывает за собой дверь, сбегая по лестнице вниз и вопросительно глядя на Чимина. — Идешь? Чимин вопрошает у неба, за что ему все это достается, но покорно шагает вперед, немного шатаясь. Еще бы он не идет.

#

— Так все же, хен, инженерный? Они покупают две банки пива в круглосуточном супермаркете и занимают лавочку в соседнем парке. И хотя Юнги оправдывал себя тем, что вообще-то не пьет, его банка пустеет заметно быстрее, чем чиминова, но Чимин об этом ничего не говорит и прячет улыбку. На его вопрос Юнги снова заметно грустнеет и взмахивает челкой как обычно, когда о чем-то переживает. Эту его привычку Чимин обнаружил уже давно, и будем честны, все влюбленные по уши люди следят за своими возлюбленными, окей? И никто не смеет его обвинять. Но все-таки, старший откидывается на спинку скамейки и некоторое время смотрит в темную даль улицы, прежде чем ответить. — Это было нелегко, — говорит он. — Принять это решение. Я уверенно собирался выбирать музыкальный, но моим родителям удалось меня переубедить. Даже нет, им не стоило большого труда сделать это, вот так… Чимини внимательно на него смотрит, не перебивая и ожидая продолжения. Юнги косит на него взгляд и ухмыляется. — Но не волнуйся, я не забросил музыку, — уверяет он младшего, на что тот не может сдержать радостной улыбки. — Скорее поставил ее на второй план. Но это не страшно, я все еще не могу без нее жить. — Я и не волновался на этот счет, — говорит Чимин, после короткой паузы. — Ты слишком любил ее, хен, чтобы вот так просто от нее отказываться. — Да что ты говоришь, — язвит Юнги и пихает его в плечо. — Ты слишком любишь это, ха? У младшего снова перехватывает дыхание. Что… — Ч-что «это»? — Мою музыку. Ты слишком ее любишь, я знаю. Несмотря на то, что этот ответ, слава богу, не такой, который Чимин ожидал, у него все равно краснеют уши и щеки, и парень просто благодарит небеса, что из-за темноты этого не видно. Он прочищает горло, не в силах что-либо ответить на утверждение, потому что оно, в принципе, ответа и не требует. Он, видимо, слишком плохо скрывал свое восхищение, когда Юнги начинал что-то играть или тихонько напевать себе под нос. — Не обольщайся, хен, — зачем-то бормочет он и делает большой глоток. Юнги неожиданно начинает смеяться, запрокидывая голову назад и разглядывая ночное звездное небо. — Ах, мы так давно не разговаривали. Уже целый год прошел, а ты все такой же неловкий. — Но явно не такой неловкий, как Намджун-хен. — Точно.