Сталь и небо

* * * По мере наступления темноты все явственнее проступали яркие всполохи огня, которыми было усеяно все поле за восточными воротами Дора. Факелы, мелкие горящие лучины и огромные полыхающие костры. Языки пламени поднимались выше человеческого роста, снопы искр летели в небо в память о Мейзе Экварде. Город скорбел. Не было человека, который остался бы равнодушен к этой потере. Генералы в полном составе, все пятеро, стояли на смотровой площадке над Восточными воротами, наблюдая за расцвеченным пока еще слабыми огоньками полем. Сегодня эта площадка была местом проведения Совета. Но вместо обсуждений текущих вопросов они молчали. – Грэм, – вдруг подал голос Тайм, внимательно рассматривающий скопления огней. – Этой ночью как минимум половина армии будет у эйденских ворот. Тот бросил на него удивленный взгляд. – И? – Ты можешь это использовать. Собери команду из капитанов и старших воинов. Человек десять. Только тихо, чтобы никто не заметил. Спрячьтесь где-нибудь в километре от ворот и ждите. Присевший на край ограждения площадки Винд задумчиво покачал ногой. – А ведь правда, многие сорвутся туда. Могу даже перечислить вероятных организаторов. Вот он, – Винд ткнул кулаком в плечо стоящему рядом с ним Эверу, – еще лет пять назад был бы в первых рядах. – Был бы, – подтвердил тот. – Поставить охрану на остальных воротах? – он повернулся к молчавшему до сих пор Найту, безучастно уставившемуся куда-то вдаль, сложив руки на груди. Тот качнул головой: – Пусть идут. Они сами этого хотят – значит у них есть все шансы. * * * Четверо в черных плащах с надвинутыми на лоб капюшонами, державшие в руках по факелу, собрались чуть поодаль от основной массы людей. – Через эти ворота не выбраться, – вздохнул сержант Харпер, самый молодой из всех, но явный лидер в этой группе. – Позже проверим Северные, скорее всего оттуда и пойдем. Снаряжение при себе? – Конечно, – стоящий слева от него похлопал себя по боку, где под плащом угадывались очертания рукояти меча. – Главное, с Эда глаз не спускать, – улыбнулся еще один, высокий и мощный. – Особенно когда его в самое пекло понесет. – Конюшня не охраняется, – к ним присоединилась пятая фигура и не здороваясь дала краткий отчет. – Вряд ли ночью что-то изменится. Харпер довольно усмехнулся, а стоящий с ним плечом к плечу удивленно уставился на новоприбывшего: – Эл? Ты с нами? Толлен нас зароет. Кастер изрешетит. Грэм на мелкие кусочки покрошит... – Заглохни, – огрызнулся тот. – Они сами поступили бы так же. Они же не железные. Собеседник промолчал, но в глубине души был согласен – командование переживало не меньше всех остальных, хотя и обязано было держать лицо. – Джей, серьезно, – поднял на него глаза Эд Харпер, – это мы покрошим эйденцев, иначе и быть не может. А если после этого вернемся – не плевать будет уже, что с нами сделают? – Что значит если? – вызвавшийся быть защитником сержанта Кейн Тамбер положил руку ему на плечо. – Запрещаю умирать. Каждому персонально. Он обвел тяжелым взглядом остальных четырех заговорщиков. В казавшихся в темноте черными глазах отражалось пламя его факела. Когда время перевалило за полночь, люди начали понемногу возвращаться в город, и Эд решил, что пора. Он повел свою группу к главной конюшне обходным путем, по самым темным улочкам, и им повезло – по дороге никто не встретился. – Я приведу лошадей, – одна из фигур отделилась от группы и скрылась за воротами конюшни. – Брайс! – прошипел Эд и выбросил вперед руку, но поймал лишь пустоту. Эл была слишком быстрая. Дочь капитана седьмого отряда, полностью уничтоженного драконами в конце прошлой войны, Элен Брайс, была единственной девушкой в армии. В Академию был записан один ребенок Брайса, но в назначенный день на зачисление вместо Алана явилась Элен. Преподавательский состав, в большинстве своем сослуживцы Брайса, ее узнали, но после пары дней споров решили все же дать шанс. Естественно, не без заступничества Мейза, который доказал, что ни по физическим данным, ни по стремлению учиться она на тот момент ничем не отличалась от всех остальных первокурсников. Да и сейчас, спустя девять лет, она ненамного уступала в мастерстве владения оружием тому же Харперу, с которым вместе заканчивала Академию. Главной мечтой Элен, целью, которой она хотела добиться с самого прибытия в Дор, было восстановить несуществующий уже пятнадцать лет седьмой отряд как боевую единицу в память об отце. – Я ее догоню, – бросил Ларс, младший член их группы, и умчался в конюшню. Эд только вздохнул. – Надеюсь, до пяти досчитать они сумеют, – проворчал Джей Морган. Обычно, когда дежурным по сборам выпадало быть Ларсу, в восьмом отряде почти наверняка кто-то оставался либо без обеда, либо без спальника. На этот раз обошлось, и вскоре Эл и Ларс вывели пятерых лошадей. Восьмерки быстро оседлали их и помчались к Северному въезду, не встретив никаких препятствий на своем пути. – Урааа! – вырвавшись за ворота, заорал Харпер – его наконец отпустило напряжение, беспокойство о том, что им помешают. Все было позади, они смогли. Теперь их ничто не остановит. – Восьмерки, вперед! – поддержал сержанта Ларс, а где-то справа и чуть позади рассмеялась Эл. Переговариваясь, они не сразу заметили, что на дороге не одни. Впереди в том же направлении скакала еще одна группа всадников. Посчитав, что это не враги, а наоборот, единомышленники, Харпер пришпорил лошадь и через несколько минут обогнал отряд. Это оказались стайловцы – чуть ли не половина четвертого отряда и пара примкнувших к ним разведчиков. Эд отсалютовал предводителю – Кори Айвенхарду – и понесся дальше. – Эй! У нас огонь, смотрите в оба! – крикнул Кори, и Харпер обернулся. – Отлично! Парни, все слышали? – обратился он к своим, к этому моменту уже нагнавшим его и скачущим рядом. – Мы их уделаем! Четвертый отряд, известный как Огонь Преисподней, состоял в основном из снайперов-лучников, а еще у них был свой пиротехник, создававший смесь, которой обмазывали наконечники стрел и поджигали перед тем, как выпустить. Стрелять такими стрелами нужно было очень точно, чтобы не попасть даже в радиусе метра от своих, потому что мишень, поймавшая такую стрелу, загоралась моментально. Четверки далеко не всегда использовали свой огонь, но ради такого случая, вероятно, выгребли все запасы. К воротам в Эйден они добрались почти одновременно, но кто-то, похоже, успел раньше. Под стеной шла схватка, и даже на стене что-то происходило, но что именно – разобрать издалека, да еще и в темноте, было невозможно. Зато на земле можно было быстро сориентироваться и присоединиться к своим. Сзади что-то выкрикнул Кори, и сразу четыре стрелы полетели в направлении ворот, и, вонзившись в обшивку, вспыхнули ярким пламенем. Восьмерки не сговариваясь ринулись в гущу сражения. Кто-то карабкался на каменную стену, а у ее основания вновь прибывший отряд – по большей части третий – громил оставшегося в меньшинстве врага. Время слилось в одну сплошную череду ударов, маневров, разворотов, сменяющих друг друга противников... Несколько раз на эрийцев сверху пикировали стаи каких-то мелких летающих животных, которые старались вцепиться в волосы и разодрать лицо острыми когтями, но снайперы сняли направлявших их магов, которые неосмотрительно высунулись из-за укрытия. В конце концов эйденцы вынуждены были приоткрыть ворота, чтобы выпустить отряд всадников на ящерах – свое главное оружие. Но на маленьком пятачке в окружении леса эти неповоротливые звери становились слишком легкой мишенью, если не для лучников – то для троицы быстрых и ловких Синих Кинжалов из второго отряда. Как и у любого зверя, у ящера имелись уязвимые места, только вот подобраться к ним в обычных условиях было практически невозможно. Но только не в темноте, толпе и общей неразберихе. Мелкие и проворные двойки со своими короткими мечами блестяще справились с задачей. В дыму и суматохе Эду показалось, что на стене он видел Грэма – младшего... нет, теперь уже единственного боевого генерала. Часть ворот обрушилась и догорала на земле; несколько человек уже кинулись к образовавшемуся проходу. Эд последовал за ними и успел расправиться с парой эйденцев. Вокруг валялись догорающие обломки ворот и крупные камни от обрушившейся части стены; из двух небольших построек в глубине двора доносились голоса обыскивающих их эрийцев. Живых врагов на базе не осталось, а единственная дорога сквозь лес в глубь Эйдена была слишком темной и незнакомой, чтобы туда соваться. Сзади послышались какие-то звуки, Эд обернулся, выставив меч перед собой, но за его спиной стоял Морган. – Все! – прогремело сверху. Это действительно был Грэм, но что он делал на границе, неужели Эл была права, говоря, что генералы и сами поступили бы так же?.. – Операция закончена! Возвращайтесь в Дор! * * * – Ключ, – Калиена протянула руку ладонью вверх, и Лиер вложил в нее извлеченный из кармана предмет. Пряча его во внутренний карман платья, она выиграла пару дополнительных секунд на обработку полученной только что информации. Табличка связи, парная ее собственной, принадлежала Тайму, и раньше он бы никому ее не доверил. Но письмо было подписано “Харпер” – фамилией, совершенно точно значившейся среди командования. Если верить этому Харперу, то он находился около портала в Эамосе, путь до которого занял бы не меньше суток. И это для привычного к жизни в седле воина, тогда как не любившему лошадей Тайму потребовалось бы раза в два больше времени. Учитывая отсутствие у них этого времени, он не отправился бы в такую дорогу сам, а послал бы того, кого считал самым быстрым и выносливым, и кому доверял. Отсюда следовало несколько выводов: Тайм действительно в порядке, и произошедшие события никак не повлияли на его способность быстро мыслить и принимать эффективные решения. Он послал Харпера, одного из самых важных людей – значит был уверен, что ближайшие пару дней опасность нападения драконов минимальна, но в перспективе им позарез нужна помощь магов. Это письмо, написанное Харпером и адресованное Моргану, в действительности являлось посланием для Калиены от Тайма. И затевая все это, он знал, что она тоже примет верное решение. – Итак, – опустив ключ в карман, она подняла глаза на окруживших ее людей, все еще удивленно молчавших. – Я так понимаю, это ваш младший генерал? – Джей кивнул. – Он находится в Эамосе и предлагает нам к нему присоединиться? Джей снова кивнул, и Калиена обернулась к остальным магам. – Планы не меняются, идете через желтый портал. Оттуда до Ортена дня два пути, аккуратнее в седлах. Джею пришлось лицезреть вытянувшиеся лица Сильвера, Лиера и Рэнди, уже познавших на собственных шкурах радости верховой езды, и удивленный взгляд не понявшего юмора Кавери. Наблюдавший ту же картину Алистер усмехнулся и обратился к Калиене: – Учти, что там у них не будет связи… Либо придется искать фон, а я не помню ни одного подходящего места. – Реджел, я уверена, что такие места есть, мы просто никогда их не искали. Для портала фона может и не хватило бы, но для связи вполне достаточно. Она подошла к растянувшемуся вдоль одной из стен стеллажу, нашла в нем пару табличек вроде той, что хранила в кармане, и одну из них протянула Сильверу: – Пользоваться умеете. Желтый портал располагался по соседству с Ортенским, и Джей первым подошел к нему и приготовился к переходу. За ним встал Лиер, яростным взглядом пресекая любые попытки возразить. Остальные трое решительно заняли места вокруг. Алистер сложил руки на груди и приготовился наблюдать. Его взгляд был совершенно спокойным и где-то даже ироничным – ведь какое для него имело значение, что происходит по ту сторону портала? Его это никоим образом не волновало. Возможно, было немного интересно, чем закончится вся эта возня, но не более. Джей отвернулся от старого мага, положил руку на рукоять меча и шагнул в портал. На этот раз никаких ощущений не было, только воздух вмиг превратился в густое раскаленное желе, которое с непривычки сложно было вдохнуть. Что неудивительно – на юге три четверти года стояла жара, а морской климат по эту сторону горного хребта, отделяющего Эамос от Эри, слишком отличался от Восточного. В глаза ударило солнце, и в первое мгновение помешало рассмотреть окружающее портал пространство. Посреди поляны, на которую попал Джей, расположились на привал четверо путников, хотя лошадей у кромки леса паслось гораздо больше. Ближе всех к порталу сидел прислонившись к стволу дерева рыжеволосый парень в рубашке с закатанными рукавами, нервно крутя в пальцах незажженную сигарету. – Авантюрист! – радостно воскликнул Джей, используя кличку Эда времен службы в Восьмом. Тот поднял голову, а потом вскочил и кинулся ему навстречу. – Логик! Они там с тобой ничего не сделали? – он положил руки Джею на плечи и придирчиво оглядел его. Тот засмеялся и покачал головой, бросив взгляд через плечо на выходящих из портала магов. – Не, они совсем не страшные. Ты как? – Да что со мной будет, – Эд дернул углом рта, словно не желая вдаваться в подробности, а потом отодвинулся. – Вот, работаю! За его спиной стояли улыбающиеся Саламандры. – Я отвоевал их у Найта, – не без самодовольства сообщил Лаки. – Не дал ему назначить другого капитана, пока ты на задании. Джей улыбнулся. Он был благодарен другу – за время путешествия он не раз вспоминал свою команду и гадал, чем они теперь занимаются и кто достался им в капитаны. Все сложилось как нельзя удачно – лучшего предводителя, чем Харпер, для них он и пожелать не мог. – Это Лаки, – представил друга магам Джей. – А это моя команда: Сэм, Даррен, Курт… Эд, где Реми? – В Саррейне, – Лаки поморщился. – У главнокомандующего Юга, объясняет обстановку. Джей кивнул и начал перечислять магов: – А это – Сал, Лиер, Рэнди, Ройс... и Калиена? – удивленно приподнял бровь он при виде выходящей из портала женщины. – Я с вами, – заявила она, смахивая несуществующие пылинки с платья и старательно делая вид, что вдруг передумала. Джей только пожал плечами. Он достаточно успел узнать Калиену, чтобы понимать, что не в ее обычаях так резко менять свое решение. Она должна была с самого начала планировать идти с ними, а значит намеренно задержалась, чтобы сделать что-то, избавившись от лишних глаз. Или ушей. Джей не имел ни малейшего понятия, зачем ей это понадобилось, и не надеялся узнать, но он был не в том положении, чтобы отказываться от лишнего мага в своем отряде. * * * В дальней дороге время имело свойство тянуться очень медленно, Джей заметил это еще во время своей первой длительной поездки – переезда в Дор в глубоком детстве. Многие были с ним солидарны. Но не все. Рэнди ехал с Куртом, и уже, кажется, успел подружиться с самым молодым из Саламандр. Несмотря на довольно большую скорость, они умудрялись переговариваться и даже над чем-то смеяться. Рэнди вообще имел удивительную особенность находить общий язык со всеми – он был очень общительным и с первых слов мог расположить к себе любого. Кавери сидел позади Даррена, держась за него, и крутил головой, восторженно рассматривая все вокруг. Наблюдая за ним и Лиером какое-то время, Джей понял, что эти двое были очень похожи. Если закрыть глаза на то, что один светлый, а другой темный, на разные выражения лиц и характеры, то это становилось очень заметно. Одинаковые черты – вытянутое лицо, прямой аристократический нос, тонкие губы. Длинные волосы, собранные в хвост – у Лиера почти совсем прямые, а у Кавери волнистые – добавляли сходства. Очень возможно, что у них были общие предки, учитывая малочисленность населения магического города. Калиена и Лаки уехали вперед и о чем-то переговаривались. Когда они наконец достигли столицы Юга, был уже поздний вечер. В Саррейн въехали молча. Маги с интересом разглядывали то, что было видно в темноте, а Лаки становился все мрачнее. Это не было связано с нападением драконов, это началось по мере приближения к Саррейну. Словно Эд не желал находиться в этом городе, словно он ненавидел его… или, может быть, боялся? Недалеко от въезда их встретил Реми, молчаливый парень в неизменных перчатках без пальцев из драконьей кожи. Его отец, Рей Сольдо, был героем войны, вице-капитаном первого отряда, помощником Айвардена, и погиб в одном из последних походов. Поприветствовав Лаки, Реми отрапортовал: – В “Сбруе” зарезервировано четыре комнаты. Командующий Тарднир просил зайти и подтвердить то, что я им написал, кого-нибудь из старших офицеров. – Так, ладно, – мгновенно сориентировался Лаки. – Я к командующему, и поделом ему будет если из постели вытащу, а остальные – в трактир, спать! Хотя они и спешили, но Джей одобрял это решение – все-таки члены его команды провели в седлах больше суток почти без перерыва, и отдохнуть им было совершенно необходимо. Магам, впрочем, тоже – на дворе давно уже стояла ночь. Конечно, Саламандры сопротивлялись, но Эд решительно отмел все возражения: – Не хватало еще чтобы вы посреди дороги с лошадей попадали. У вас четыре часа, на рассвете выезжаем. – А ты? – спросил Джей. – Перебьюсь, – отмахнулся Лаки. – Не в первый раз. – Я с тобой, – Джей двинулся за ним. В Саррейне он бывал давно и недолго, поэтому совершенно не ориентировался в городе. Но Лаки уверенно шел по темным, освещенным кое-где факелами улицам. Командующего они действительно подняли с постели, и Лаки заставил его пожалеть о своем требовании, нагрузив кучей тактических подробностей. В результате от господина Тарднира он вышел в приподнятом настроении, но по мере приближения к таверне, где остановились на ночлег их спутники, снова постепенно мрачнел. Наконец он остановился, и, оценивающе глянув на Джея, свернул в приоткрытую дверь какого-то заведения, где до сих пор горел свет. Зайдя вслед за ним в помещение, Джей остановился и поймал Лаки за лямку экипировочного жилета: – Ты с ума сошел? Ты же сам потом с лошади свалишься! – Не свалюсь, – упрямо мотнул головой Лаки. – Пошли! – Что с тобой, Харпер? Ты какой-то странный, – спросил Джей, отхлебнув пахнущего кислятиной эля. – Почему тебе так не нравится Саррейн? – Настолько заметно? – Эд обжег его взглядом зеленых глаз, выражение которых можно было разобрать даже в полумраке. Это была усталость и какая-то неуверенность в себе, что ли… Никогда раньше Джей не видел друга таким потерянным. Лаки вздохнул, машинально потер тянущийся через всю щеку шрам и начал рассказ. – Есть одна вещь, которую я в свое время принял как должное, не задумывался о причинах и мотивах, был молодой, гордый и самоуверенный. А сейчас… – он поежился и плотнее обхватил пальцами кружку, – сейчас, видимо, повзрослел. Чем дальше – тем чаще я об этом думаю. Помнишь, как я стал генералом? После разгрома лагеря эйденцев, на который я потащил вас без разрешения, просто потому, что мне в голову стукнуло: вот, сейчас именно тот момент, надо идти! У нас получилось. И вместо наказания они закрыли глаза на то, что это было самовольное предприятие. Никто не вспоминал об этом. А дальше… Я был нужен им, и они просто выдали мне карт-бланш, чтобы я продолжал делать то, что делал, но уже официально. Джею все это было прекрасно известно, но он не перебивал, давая другу возможность выговориться. Сейчас, в этом кабаке, они были вдвоем, и никто не мог подслушать и понять, что у железного Лаки, несгибаемого и неунывающего, тоже есть уязвимые места. Да, он помнил. Помнил всю историю Эда Харпера с самого начала, он помнил даже то, чего кроме него больше никто не знал. Это случилось одним осенним утром, когда Джей уже официально закончил Академию и служил в восьмом отряде регулярной армии, но решил взять курс повышения квалификации – бывший третий, а теперь высший необязательный. В здании появился рыжий паренек с одной небольшой сумкой на плече, которого до того дня никто в городе не видел. Он узнал у встретившихся в коридоре курсантов местонахождение кабинета ректора и скрылся в нем. Через несколько дней выяснилось, что по результатам экзаменов по владению оружием, истории и грамотности его приняли на старший курс. Ученикам объявили, что Эд приехал из Эамоса, где учился в местном военном училище. Родители готовили его к военной карьере и посчитали, что Академия Дора дает гораздо лучшее образование, чем Корпус Рекрутов. Уже потом, когда Харпера распределили в тот же отряд и они вдвоем дежурили на периметре базы на границе Эйдена темной холодной ночью, Джей узнал правду. Ни в каком Эамосе Эд не учился и даже никогда не был. Он вырос в Южном Регионе, граничащем с Эамосом, в семье торговца, который хотел сделать из Эда достойного преемника и категорически запретил ему поступать в местное военное училище. И тогда Эд решил сбежать на Восток. А идея попасть сразу на второй курс пришла ему уже по дороге – какого черта, друзья-курсанты ведь научили его сносно владеть мечом и стрелять из лука; читать и писать благодаря отцу он умел в совершенстве, а историю можно проштудировать по дороге, благо память тоже была отличная. Вышло так, что на момент появления в Академии ему было всего четырнадцать, хотя из-за высокого роста подозрений ни у кого не возникло. Это тогда, сидя на покрытом инеем поваленном дереве и греясь спиртовой настойкой из одной фляжки, Джей в первый раз назвал его Авантюристом. Так и повелось, кличка надолго пристала к рыжему сержанту. А через год, такой же холодной и темной ночью, Харпер повел свой отряд на лагерь эйденцев. Где ему почти отрезали голову, но исход был уже предрешен – лагерь, над ликвидацией которого бились уже очень, очень давно, сгорел дотла за одну ночь. Эд оказался слишком живучим, чтобы такой пустяк убил его. И не успел он, похудевший и с трудом передвигающийся, но полный энтузиазма и настроенный на новые подвиги, вновь появиться на пороге казармы восьмого отряда, как в тот же день получил вызов в Совет. – Так и было, – продолжил Лаки, грохнув пустым стаканом об стойку. – Найт сказал тогда: “Если нужный человек не желает играть по твоим правилам – дай ему играть по своим, только направив в нужное тебе русло”. И с тех пор я играю. Ту роль, которую они мне выделили – роль символа на передовой. Они знают, что куда они меня направят – туда и пойдут люди. Меня не воспринимают серьезно, как равного, я для них просто знамя. И вот я думаю – а этого ли добивался, сбежав из дома и приехав в Академию? Или с самого начала выбрал неправильную дорогу? Стать знаменем, знаешь ли, никогда не было пределом моих мечтаний. – Охренеть, Харпер! – Джей спрятал смешок за стаканом. – Знаешь, сколько людей хотели бы быть таким знаменем? Не побоюсь сказать – вся армия и еще немного. Тебя не воспринимают всерьез? Найт отдал тебе Саламандр – ты думаешь, он сделал бы это для первого встречного? А кого Тайм попросил поехать за нами? Они доверяют тебе, уважают твои решения. Думаешь, меня кто-то спрашивал, хочу ли я возиться с магами? Меня поставили перед фактом. Мы все пешки, Эд. Всеми нами управляют обстоятельства. Даже Найтом. У него ко всему прочему еще куча обязанностей и колоссальная гора ответственности, так что я бы не сказал, что ему живется легче. Но даже у пешек есть мозги. Там, где пересекаются “должен”, “могу” и “хочу”, мы можем взвесить все за и против и выбрать свой путь. – Ты говоришь прямо как Кин... или Найт. Пафос и философия. Отстой. – Не знаю, как они, а я говорю то, что думаю, – пожал плечами Джей. – Хотя по идее это ты должен становиться похожим на них, а не я. – О да, спасибо, друг, что напомнил! – хмыкнул Эд. – Туда мне и дорога, поздно рыпаться. Я по уши в это влип. – Чушь. Ты мой друг, кем бы ты ни стал. И я лучше всех знаю, что ты всегда делаешь то, что хочешь сам, ты живешь так, как выбираешь сам, а не как тебе скажут. Тебе удалось сделать их всех и остаться собой, и это… достойно уважения как минимум. И вообще, восьмерки – лучшие во всем, ты что, забыл? Эд сидел, опустив голову на руки, и Джей не видел выражения его лица, но после этих слов заметил, как обращенный к нему угол губ генерала приподнялся. – Неее, – пробормотал он. – Это разве забудешь! – Я одно не понял: почему мы начали про Саррейн и пришли вот к этому? Джей поболтал своей кружкой, на дне которой плескались остатки не самого лучшего в его жизни пойла, и решительно отставил ее. – Пошли! – сказал вдруг Эд, резко отодвинул стул и встал на ноги, слегка покачнувшись. – Покажу. Кажется, я достаточно выпил, чтобы это сделать. Он кинул на стол несколько монет и направился к выходу, уже более твердым шагом. Джей последовал за ним назад по едва освещенной улице, но вместо того, чтобы повернуть к постоялому двору, где спали их спутники, Харпер направился в другую сторону. Минут десять он уверенно петлял между домами, которые с каждым кварталом становились все больше и выглядели богаче, а потом остановился перед одним из них. Улица здесь была освещена в разы лучше, чем около таверны, но все равно половина ее оставалась в тени. В одном из таких затененных переулков и остановился Харпер. – Вот, – выдохнул Эд. – Сколько раз я был в Саррейне, но прийти сюда так и не решился. Смотри. Джей окинул взглядом оказавшееся напротив них здание и с удивлением отметил, что красочная вывеска над витриной гласила “Харперс лотс”. – Ого… – уважительно глядя на Эда, протянул он. – А я почему-то думал, что ты изменил фамилию… – А смысл? – пожал плечами тот. – Меня не стали бы искать. Отец самолично велел катиться на все четыре стороны, когда я в сотый раз заикнулся про Школу Армии Юга. Тем более кроме меня у него было шестеро детей, долго переживать он бы не стал, сразу взялся бы за следующего. Джей, будучи единственным ребенком у своих родителей, всегда мечтал о братьях и сестрах, поэтому не мог понять такого отношения к родственникам. Иметь целых шестерых, а потом взять и бросить, чтобы не видеть много лет… Да и отец, который выгнал четырнадцатилетнего сына из дома, был выше его понимания. Вдруг окно второго этажа совершенно бесшумно отворилось, и в нем показался силуэт. Человек сначала сел на подоконник, а потом перекинул через него ноги и вылез на опоясывающий дом над первым этажом карниз. Это определенно была девушка, хотя Джей сначала решил, что на ней мужская одежда. Но потом он разглядел, что поверх простых прямых штанов надета юбка, просто она подвернута и заткнута за пояс, чтобы не мешала лазать по фасадам зданий. Рубашка тоже была простой, без всяких кружев или другой отделки, какую обычно любят женщины. Пройдя по карнизу под окнами, девушка перешагнула на край выступающей из стены вывески над магазином и аккуратно продолжила путь по ней. Так же бесшумно она спрыгнула на мостовую, чуть коснувшись пальцами камней, выпрямилась, одним привычным движением поправила юбку и зашагала по направлению к выходу из переулка. Она была совсем молодая, и такая же ярко-рыжая, как и Лаки – это не скрывало ни скудное освещение, ни накинутый на голову платок, из-под которого уже выбилась половина волос. Миновать стоящих в тени мужчин, не заметив их, было невозможно, да и разговаривали они не очень тихо, полагаясь на то, что в такое время вся улица видит десятый сон. Однако девушка быстро шла прямо на них, явно разглядывая их в тусклых бликах от факела на противоположной стороне переулка, но, видимо не сочтя ни опасными, ни интересными, просто прошла мимо. – У вас в семье все такие рыжие? – прошептал Джей, едва посчитал, что она покинула зону слышимости. – Нет, – мотнул головой тот. – Такие – только я и Леони. – Она тебя не узнала, – заметил Джей. – Она меня не помнит – слишком маленькая была, когда я ушел. И куда это она пошла в такое время? – нахмурился Лаки. – На свидание наверное, – пожал плечами Джей. – Куда ходят ночами все девушки? – Какое еще свидание? – вскинулся генерал. – Ей семнадцать! – Самое время, – попытался убедить его Джей, но Лаки уже не слушал – он кинулся в ту сторону, где за углом исчезла его сестра. К счастью, из переулка был только один путь, и пройдя его до конца, они услышали приглушенные голоса. Один из собеседников что-то эмоционально прошипел, но слов было не разобрать, а второй голос был определенно мужским, под конец фразы тон повысился: – ...и так слишком много! – Мало, Чембер! – возмущенно, но твердо воскликнула девушка. – Он это предвидел и за следующий раз потребовал деньги вперед, иначе ничего не получишь! – Да пошел этот Лерой нахрен! И ты вместе с ним, Харпер! Деньги за товар, или я ищу других поставщиков! К этому моменту Лаки и Джей уже достигли их и встали за спиной девушки. – Леди, этот человек вам угрожает? Невысокий мужчина, напоследок одарив свою собеседницу злым взглядом, крутнулся на каблуках и скрылся в сумраке. – Я сказала! – крикнула ему вслед девушка и обернулась. – Вы еще кто такие и почему вмешиваетесь не в свое дело? – спросила она, уперев руки в бока. – Лаки, генерал Востока. А это Хелл, капитан разведки. Девушка внимательно оглядела Лаки с головы до ног, при этом едва удостоив взглядом Джея. – Леони Харпер, – наконец представилась она. – Что-то слишком молод ты для генерала. Тебе сколько лет? – Ээ… – Лаки растерялся – это был совсем не тот вопрос, который ожидаешь услышать от воспитанной девушки в первые минуты знакомства. – Двадцать восемь. – Хм… – протянула девушка, что-то подсчитывая в уме. – Ну, приятно познакомиться, а теперь позвольте попрощаться. Она развернулась в сторону дома. – Мы проводим, – мгновенно среагировал Лаки. – Мало ли какие тут субъекты ходят, – он выразительно покосился в темноту переулка, где растворился ее недавний собеседник. – Если бы я боялась “субъектов” – меня бы здесь не было, – заметила девушка, уже вполне миролюбиво глянув на Харпера, подстроившегося под ее шаг. – А почему, кстати, вы здесь? – рискнул поинтересоваться тот. – Бизнес, – как будто это слово что-то объясняло. – Ну, торговля. Привозим товар, продаем товар, получаем деньги и снова едем за товаром. – Но почему одна и ночью? – Это мой личный клиент. Прибыльно. Перспективно. Конкуренции нет. – Что-то мне подсказывает, что еще одним пунктом тут должно стоять опасно. Или незаконно. И вообще, не пристало девушке из такого, – он оглядел представительное двухэтажное здание, – приличного дома бродить по улице посреди ночи. Разве это разумно? Взгляд Леони мгновенно стал твердым. – А вот это не ваше дело, – отрезала она, отвернулась и бесшумно зашагала к боковому крыльцу. На половине пути она остановилась и оглянулась через плечо: – И не вам, господин генерал, – она подчеркнула обращение, – говорить мне о разумности нахождения в этом доме в какое бы то ни было время суток. Джей зажал рукой рот, чтобы не засмеяться, пока Лаки ошеломленно таращился в спину удаляющейся сестре. – Эй! Я не закончил! – крикнул он, сбросив оцепенение. – Мы с тобой еще поговорим! Леони подпрыгнула, подтянулась на руках и забралась сначала на вывеску, с нее – на карниз; пройдя пару шагов села на подоконник и втянула ноги в комнату. В этот момент в окне с другой стороны дома зажегся свет – видимо, крики разбудили других его обитателей. Леони помахала новым знакомым рукой и закрыла окно.