Бороздя бескрайний космос...

Человеку свойственно бояться. Бояться неизвестного, бояться того, чего ты не понимаешь. Кошмары — квинтэссенция, воплощение наших сознательных и подсознательных страхов. Они — наша кара и благодать, заставляющая нас ощущать жизнь как никогда ярче, под стук обезумевшего от ужаса сердца и под собственное хриплое, прерывистое дыхание, когда ты не можешь поверить самому себе, что ты жив. Но это так. Мы все — воплощение нашего разума. Хитрые, подлые, коварные, честные, гордые, самовлюблённые. Мы те, кем мы себя видим — в большей мере. А ещё те, кем видят нас другие. Кем себя вижу я? Трудно сказать. Но тогда, при встрече с той демоницей… мне было страшно. Как никогда раньше. Ощущение приближающейся смерти лучше всего доказывает, что ты смертен. Именно ощущение, не осознание или понимание. Проснулся ли я от кошмара? Или же я снова там, в объятиях искорёженного металла, истекающий кровью? — Фред, доклад, — провёл я рукой по глазам, направляясь в сторону выхода с корабля. — Большая часть внутренних защитных систем повреждена, ремонту не подлежит. Также корабль некоторое время был подвержен пси-излучению неизвестного класса… не возьмусь утверждать, что знаю, чем это закончится, но крайне рекомендую не посещать места, где присутствуют остатки излучения. — Хм. Ясно. Ты можешь очистить корабль от этого? — Могу, сэр, но повреждённый излучением металл придётся заменить: его внутренняя структура словно… пережёвана. Закручена и испорчена. Он стал идеально проводить пси-энергию, но его физические качества… В общем, разобрав большую часть необходимых только в космосе систем, я смог повысить производство минералов на восемьсот процентов и уже веду восстановительные работы. Неплохая инвестиция, не так ли? — хмыкнул он, а я безразлично пожал плечами. За мной шёл комиссар, который до сих пор мрачно хмурился. — Что мне говорить гвардейцам в случае чего? — спросил я. — Что и всегда? — задумчиво ответил вопросом на вопрос он. — Наверное, нужно толкнуть пафосную речь, сказать, мол, отбились от демонов во имя человечества и Императора, или что там у них… Знаете, сэр, я до сих пор не понимаю, как этот Империум не распался, с такими-то проблемами. Вечная внутренняя грызня, ненависть и страх по отношению к собственным псионикам, хоть мы и увидели причину этого страха и ненависти буквально недавно, абсолютно хреново налаженная коммуникация с Адептус Механикус… но каким-то образом человечество продолжает существовать. Не понимаю… — И не пытайся, — хмыкнул я. — Келдарианцы тоже прошли через это. У нас тоже была своя «Эпоха Раздора», но последствия были прямо противоположные. Когда мы вышли в космос? Больше двух тысяч лет назад? И у нас под контролем до нашего сюда «попадания» было более двухсот систем, в то время как у различных спиритуалистов они доходили до пятисот и более. И чем это закончилось? Молниеносные рейды по тылам, уничтожение космопортов дальних регионов, неуловимые группы «призраков», которые попортили врагам крови на своих лёгких крейсерах больше, чем наш флагман… А что они? Они даже реагировать не успевали, застряв на одном месте в плане технического прогресса и иногда побеждая исключительно из-за своих псионных способностей. Наши же технологии рвались вперёд. Одно «Копьё Лонгина» чего стоит. Помню, как-то раз пришлось участвовать в осаде планеты в флотилии, где присутствовал титан… и потом, когда вражеская армада появилась в системе, мы вынуждены были отступать. Казалось бы, миссия провалена, но… они приказали применить «Копьё». Титан на считанные минуты спустился на низкую орбиту, а затем пламенный луч оранжевого цвета пронзил атмосферу и за секунду дорвался до ядра, разбрасывая вокруг себя гигантские куски коры и литосферы планеты. А потом… потом планета утонула в огне. Буйство пламени, которое показывали наши сканеры, вызывало у меня рвотный рефлекс. Столько жизней… столько живых людей, хоть и желающих нам смерти… даже орбитальная бомбардировка класса Армагеддон была бы гуманнее, чем это. — Сэр, что вы хотите этим мне доказать? — несколько недоуменно спросил ИИ. Я снова провёл рукой по глазам, а потом потёр переносицу. — Не знаю. Просто не знаю. Я тоже не понимаю, почему человечество в этой галактике пошло по тёмной тропе. Виной тому другие расы, или же внутренние распри, а может и всё вместе… это не наша история. Это их история, и я НЕ ХОЧУ знать, что с ними случилось. Мне и текущих проблем хватает. — Как скажете, командир, — ответил Фред. — Но зная их историю, мы можем избежать повторения их ошибок. — Я уверен, что мы не повторим их ошибки, — мрачно заметил я. — Просто потому, что у нас нет возможностей их повторить. Комиссар, когда мы вышли в ангар, всё так же молчал. Сновали роботы, иногда мимо пролетали ремонтные дроны, унося металлический мусор или же принося вполне высококачественные детали для ремонта из сборочного цеха корабля. Большая часть машин повреждена не была, разве что малые бронекостюмы чутка поцарапали в ближнем бою. Мехи так вообще чихать хотели на этих демонеток (это их официальное название) с башни гиперсвязи, их броня и не такое выдержит. Андроиды под прямым управлением многопоточного сознания Фреда управляли напрямую многими системами, а сам ИИ был жутко рад тому, что я, наконец, очнулся, и потому заваливал меня отчётами и собственными впечатлениями. А так же заметил, что мне нужно найти себе пассию. — У тебя странный юмор, Фред, — хмыкнул я, подходя к воротам. Те начали с несколько более громким грохотом открываться. Три боевых робота поменьше калибром, чем мой мех, встали рядом, а из нескольких ниш вышли автономные боевые костюмы. Они встали передо мной, готовые принять на себя любой удар. — Юмор? С чего бы? — удивился он. — Я вполне серьёзен. Ваши психические показатели не в норме, командир. Ингибиторы, конечно, эффективное средство, но… не панацея. Если будете периодически подвергаться такому стрессу, то либо сойдёте с ума, либо перегорите. — И где ты мне такую найдёшь тогда? — усмехнувшись, спросил я, смотря на ощерившийся орудиями строй гвардейцев. Что самое смешное, держали на прицеле они именно машины, а не меня. ИИ на пару секунд задумался, что означало крайне серьёзную мозговую деятельность (образно говоря конечно, ха-ха). После этого вспыхнули щиты, полностью закрывая проход. — Не знаю. Но найду, если смогу. Хотя… есть у меня одна идейка… — хитро хихикнул он, а я насторожился. — Так. Что-то мне не нравится то, как ты об этом говоришь. — Да нет же, командир, вам понравится! Поверьте! — заговорщически добавил искин и замолк. — Так. Та-а-ак! Фред, ну-ка выкладывай! — возмущённо потребовал я. — Не-а. Это будет сюрпризом. — Ладно, делай что хочешь, — вздохнул я. — Только в пределах дозволенного. — Обижаете, сэр, — хмыкнул ИИ. — Но потом вы увидите, обещаю. Я вздохнул снова и уставился на комиссара, который стоял рядом и смотрел на вышедших вперёд командиров гвардии, а также на человека, чья профессия была непонятна мне. Неброский костюм, короткий клинок на поясе и цепкий, буквально стальной взгляд, который он перевёл на меня. Впрочем, показатели человека говорили о том, что ему некомфортно. С чего бы? — Комиссар, тебя что-то тревожит? — спросил я Равейна. Тот покачал головой. — Ничего, кроме, разве что, одного… Сейчас вам, капитан, придётся быть очень убедительным. Потому что к нам пожаловал инквизитор. Мужчина сжал кулак и выдохнул. Да. Инквизиция в этом мире — страшная штука. Три ордоса — Ордо Ксенос, Ордо Маллеус и Ордо Еретикус, одно имя которых может вогнать в священный ужас любого гвардейца. — Ты… опасаешься его, — заметил я. — Надеюсь, это не вражда или что-то такое? — Они опасны. Все до единого. К счастью, Леонид не из консерваторов. Иначе нас бы встречала не тысяча гвардейцев, а орудийные залпы. И слава Императору, что он единственный выживший инквизитор на этой планете. У него достаточно власти чтобы ограничить враждебность командиров, и в то же время её недостаточно чтобы командовать единолично. — Чего мне не стоит говорить? — Не стоит говорить ничего, что может хоть как-то быть отнесено к ереси или нарушению устава. В общем, будьте предельно осторожны и молчите тогда, когда не уверены, что не ляпнете то, что подпишет нам всем приговор. — Ладно, я понял. Фред, отключай щит, — сказал я. Прошло десять секунд, но щит так и продолжал гореть. Я нахмурился. — Фред? — Да, сэр, подождите минуту, — ответил он, с явным напряжением в голосе. — Я провожу сканирование и активирую модулятор направленного поля пси-подавления. — Ты об этом сразу говори, — заметил я. — И что это за самодеятельность? — Я беспокоюсь о вас, командир, и подвергать лишней опасности не хочу, — пробурчал он. Я удивлённо хмыкнул. — Ну ладно… Силовое поле перед начинающим раздражаться инквизитором потухло. Я сделал отмашку рукой и роботы опустили оружие, но отходить всё так же не собирались, прикрывая меня телами. Механикусы с благоговением смотрели на внутренности ангара, гвардейцы нервничали (как они успели за шесть часов их всех сюда переправить?..), а сам инквизитор и целых два майора и знакомый мне полковник стояли почти перед самой дверью, ну, то есть перед пространством, где дверь должна находиться в закрытом состоянии. Он подошёл ближе, абсолютно не боясь, а я тем временем поморщился, ощущая расползающуюся по мышцам боль, похожую на острые уколы иглами. Подняв правую руку, я заметил, что по венам «плывёт» серебро, заменяя собой кровь. Раньше светло-сизые жгуты вен стали серебряно-стальными и пульсировали в такт сердцебиению. Сжав кулак, я убрал его за спину и улыбнулся, прогоняя ненужные мысли. — День добрый, капитан, — кивнул мне инквизитор. Я кивнул в ответ. — Добрый, Леонид. Я так вижу, что нас не очень рады видеть тут, не так ли? — кивнул я в сторону гвардейцев. Мужчина пожал плечами, хоть его показатели и подскочили на секунду, когда я назвал его имя. — Работа у них такая. И всё же, капитан… Хотелось бы узнать подробности вашего… мм… прибытия, — неопределённо махнул он рукой. Поймав его взгляд, я тут же ощутил себя так, словно я на прицеле у как минимум гаусс-батареи. Ясно. С этим стоит быть настороже постоянно. — Это было чистой случайностью, — начал было я, но меня прервал щелчок пси-подавителя и небольшое окошко с отчётом. На периферии насмешливо хмыкнул Фред, который, видимо, предвидел что-то эдакое. Я нахмурился и неприязненно уставился на инквизитора. — Уважаемый Леонид, давайте вы оставите свои псайкерские штуки для еретиков и глупых бойцов из своего окружения, — сузил я глаза и снова вскинул руку, когда один из роботов было направил своё орудие на него. Тот и ухом не повёл. Разве что мазнул взглядом по отливающей серебром руке. Боль уже ушла, а я тем временем хмурился. — О чём вы, капитан? — спокойно поинтересовался он. — И в мыслях не было использовать свой дар. — Надеюсь, так оно и есть, — ответил я. — Думаю, удобнее всего будет поговорить в кают-компании, не так ли? — А вот я так не думаю, — качнул головой Леонид, после чего махнул рукой в сторону лагеря. — Вас не затруднит поговорить там? Тем более, какую опасность могут представлять для вас бойцы Гвардии? Я усмехнулся, а затем мысленно обратился к Фреду: — Фре-ед. А давай-ка слегка припугнём их, чтобы я не опасался различных форс-мажоров. — Давно пора! — хохотнул он. — Но всё же, сэр, вы уверены, что это хорошая идея? — Без понятия, — честно ответил я. — Но хочу быть уверен, что ты сможешь вплавить их в землю, если вдруг что случится. — Рад, что у вас начал проявляться здравый смысл… — буркнул Фред, а я вскинул брови. — Что-что? — Ничего, сэр, — тут же сказал искин. И что это с ним? Надо будет проверить его матрицу симуляции эмоций… Как только я шагнул за пределы корабля, за мной последовало два робота, а также через считанные секунды раздался тихий скрежет и следующий за ним грохот. Два лазерных орудия и одна гаусс-батарея поворачивались, беря на прицел лагерь гвардейцев, отчего многие вздрогнули. Кто-то даже попятился, едва удерживая в руках оружие. Инквизитор же едва заметно поморщился. Я буквально кожей ощущал на себе опасливые взгляды. И на периферии разума даже не слышал — чувствовал, как накачиваются энергией конденсаторы гигантских орудий, способных одним выстрелом на полной мощности разнести не самый мелкий астероид. Гудение фокусировочных механизмов, рокот стабилизаторов, скрип поворотных механизмов и шипение охлаждающих модулей. Как бы за провокацию не сочли… В итоге, пришли мы в одну из палаток. Там стоял стул, стол, пара кроватей и… кофеварка. Кажется, они называют кофе… рекафом? Ну да ладно, не стоит думать об этом в таком ключе. Я уселся на стул, напротив сел инквизитор. Комиссар остался снаружи, роботы тоже. Хоть они и окружили палатку, создав монолитное круговое защитное поле при помощи алгоритмов слияния излучения генераторов щита, но всё же. Я смотрел на инквизитора. Он смотрел на меня. В итоге, мне тупо надоело и я, подключившись к сети корабля, стал просматривать последние сводки. При этом не сводя немигающего взгляда с инквизитора. Через пять минут ему тоже надоело. — Капитан… Могу ли я поинтересоваться, как вас зовут? — вдруг спросил он, а я вышел из режима синхронизации. — Моё имя Рик, — ответил я, для приличия моргнув. Тот задумался. — Леонид, давайте начистоту: вы ведь хотите что-то предложить мне, я это вижу. И я готов сотрудничать с Империумом, но на некоторых условиях. Ничего сверхъестественного или запрещённого, но всё же. — Хм. Вот оно как. Рад слышать, — облегчённо вздохнул он. — Что же, расскажу вам, капитан Рик, о чём я хотел поговорить. Войска, верные Золотому Трону, на этой планете — в полной заднице. Моей священной миссией является защищать Империум Человечества от любых угроз, будь то еретики, ксеносы или демоны. Но сейчас мы сражаемся с двумя угрозами одновременно. И нам нужна ваша помощь. — Я уже обсуждал это с комиссаром, но обсужу и с вами, если вам так хочется. Что же вам хочется узнать, инквизитор? — Очень многое. Очень. Многое. Капитан, я не буду юлить и скажу сразу: если бы у меня был выбор — я бы не прибегнул к вашей помощи. Это очень спорный вопрос, насчёт оправданности действий и прочего. Но в данный момент у нас просто нет другого выбора. Не в обиду сказано, капитан. — Я понимаю. И надеюсь, что вы тоже понимаете всё насчёт того, какой будет эта помощь, — усмехнулся я, а он напрягся. — Не стоит вот так сразу нервничать, никаких богомерзких ритуалов, клятв или прочей гадости я вам не предлагаю, даже если вы и предполагали такой исход, что крайне маловероятно. Я предлагаю вам обычнейшую сделку. — И каковы её условия? — Я становлюсь кем-то вроде… ассоциата Империума. Независимая организация, которая трудится во благо человечества, как, к примеру, Адептус Механикус. Они ведь не подчиняются Совету Лордов Терры, не так ли? У них там своя иерархия и прочее. Так вот. Мне нужно точно то же самое. Мы будем преследовать одну цель, но… разными путями. Как вы смотрите на это? Глаза инквизитора поражённо распахнулись, но уже в следующую секунду он взял себя в руки и с усмешкой произнес: — Боюсь, вы недостаточно разбираетесь в наших реалиях, чтобы понять, насколько… самоуверенно прозвучало это предложение. Но в здравой наглости вам не откажешь, капитан. На мелочи вы не размениваетесь. Подобные решения вне моей юрисдикции: статус равный Адептус Механикус могли бы даровать лишь Лорды Терры или сам Император. Впрочем, я могу похлопотать о временном союзе, а там посмотрим, как будут развиваться события. Возможно, со временем вам и удастся впечатлить метрополию… — Последние слова Леонида были наполнены беззлобной, но оттого не менее явной, иронией. — Ладно, хоть что-то. — Судя по реакции инквизитора, я понял, что что-то сказал не так… Надо будет Фреду дать указания разузнать побольше об этом. — Просто убедился, что у Империума не будет причин объявлять меня врагом — я ведь всё-таки тоже человек, хоть и несколько иной. Впрочем, можете верить, можете не верить этому — в данный момент у нас без каких-либо альтернатив одна цель: нам нужно выстоять под натиском Хаоса и сплотиться, чтобы уничтожить эту угрозу. И потому я хотел бы спросить у вас, как у опытного бойца, каковым вы, судя по всему, и являетесь: чего стоит ждать от сил Хаоса? — Всего, — отрезал он. — Тварей Хаоса и еретиков НЕВОЗМОЖНО загнать в рамки нормального. Они непредсказуемы, безумны и крайне опасны. Их повелители же ещё опаснее. Гораздо опаснее. И слава Императору, что мы воюем только против еретиков и демонов. Будь тут ещё и космодесантники Хаоса… нам бы пришлось туго. — Но даже они не бессмертны, — заметил я, улыбнувшись. Инквизитор хмыкнул и откинулся на спинку стула. — Да. Не бессмертны. Как и мы. Но большинство солдат Имперской Гвардии на этой планете даже не видели их, а редкие ветераны боёв с ними… их просто не хватит для полномасштабной войны. Эта планета полнится ресурсами, она очень богата на металлы и плодородную почву, но… Проклятый Хаос! У нас просто не хватит производственных мощностей для экспансии экономического аппарата лояльной части планеты. Всё уходит на поддержание частей Гвардии в боеспособном состоянии. А враг клепает танки как… сковородки! У нас потери по всем фронтам, мы еле сдерживаем натиск, но люди стоят. Капитан, я не прошу вас совершить чудо, просто скажите: когда вы сможете вступить в войну? Также я не буду глупо надеяться на то, что вы поделитесь технологиями — у вас на то свои причины, но мне нужно знать, как скоро вы сможете начать полномасштабное производство. — Не раньше чем через месяц — и это срок-минимум, срок-максимум при самых неблагоприятных условиях упирается в три-четыре месяца. Мой помощник уже проводит серьёзную модернизацию добывающих мощностей, но всё же… всё зависит от времени. Ни ваши, ни мои технологии не умеют творить чудес — всё упирается именно во время и эффективность их работы. Надеюсь, это всё? — Да, капитан. Благодарю вас за эту беседу. Надеюсь, вы успеете вовремя, — кивнул он мне и вышел из палатки первым, после чего зашагал куда-то в сторону боевых машин. Я же хмыкнул и пошёл обратно на корабль. Следующий месяц точно будет тяжёлым… Как и следовало предполагать, я полностью завяз в паутине экономики. Ежеминутный контроль более чем десятка производственных линий, переговоры с гвардейцами и их командирами, установка оборонительных рубежей. И прочее, и прочее, и прочее… Самое странное было то, что происходило с Фредом. Не скажу, что это что-то плохое, просто он начал вести себя более… живо. Как будто действительно беседуешь с человеком. Он объяснял это усовершенствованием личностной матрицы, но… что-то мне недоговаривал. Я это сразу понял, но вот что? Непонятно… Производственные мощи росли как на дрожжах. Каждый день добывающие комплексы вгрызались в кору планеты, выкачивая необходимые ресурсы и позволяя ещё больше расширить производство. Под землёй уже раскинулся обширный энергетический комплекс, чья выработка энергии уже превзошла запланированную почти в полтора раза, так что пока мы приостановили увеличение объёмов выработки энергии. Я подумывал о защите, но Фред заверил меня, что стандартных протоколов безопасности и автономных систем обороны хватит: комплекс расположился глубоко под землёй, что позволило спокойно создавать термальные энергостанции, но я беспокоился не об этом. На Сулфуре, планете в системе Ретрикс, существовала такая форма жизни как Каменные Черви. Конечно, каменными они были не целиком, так как это органическая форма жизни (но мы уже встречали полуорганические «кристаллы» в космосе, которые можно было назвать живыми, так что тут ещё вопрос спорный, что называть живым следуя «логике» органики, а что — нет), но они были очень опасны для подземных коммуникаций. Эти существа, даже будучи вполне себе миролюбивыми, умудрялись в своей погоне за «вкусными камнями», как объяснили природу их поступков учёные, разрушать лавовые энергостанции, а также уничтожать целиком или же просто обрушать туннели городов, что делало их угрозой номер один. Так как альтернатив у нас не было, пришлось истребить их, но несколько трупов червей исследовали и смогли создать нечто наподобие подземного бура на основе их физиологии. Впрочем, я к тому, что мы не можем быть уверены, что здесь не водится таких же или похожих тварей. Корабль постепенно обрастал внешней системой защиты, а также медленно ремонтировался. Все защитные системы и целостность корпуса почти восстановлены, но вот космические системы, те же стабилизаторы к примеру, придётся строить заново, так как они разобраны. Двигатели — тоже, так что в воздух мы не поднимемся даже при всём желании. Эх, чувствую себя безногим, когда у родного корабля нет двигателей… Горы вокруг него испещрили туннели и малые энергостанции в полостях и внутренних пещерах: они питали системы защиты, да и в принципе были крайне полезны как резервный источник питания и для других систем базы в случае отключения основных энергостанций и энергоядра, которое одновременно являлось главным распределительным узлом. Защищалось оно тоже на высшем уровне, там без пси-подавителя ни один метр не обходится. Но пси-подавители были не только там: я заставил ими всю базу, от и до. Повторения «балета» мне не хотелось, и потому я, после долгой беседы с Фредом, решил что мы построим именно систему пси-подавителей, а не один большой, который проецировал бы поле пси-подавления на всю базу посредством излучателей — так надёжнее, с чем ИИ и согласился в конце-концов. Генераторы полу-планетарных щитов уже укрывали всю базу, так что бомбардировки я не боялся — силёнок не хватит, чтобы даже частично продавить щит, а наземный штурм провалится из-за мощных систем обороны и боевых машин. Впрочем, начинать массовое производство амуниции и техники я не мог — всё уходило на оборудование базы. И в один день моей аудиенции попросил губернатор планеты, который остался лоялен Золотому Трону, так что буквально через час я вылетаю. К слову, две «мини» фабрики уже начали свою работу, так что с производственными мощностями у нас проблем нет — только с добычей ресурсов… — Я уже начинаю думать, что всё это — дурной сон, — пожаловался я Фреду, когда пришло время вылета. Тот неопределённо хмыкнул. — Сэр? Дурной сон — это то, от чего можно проснуться. Тогда проснитесь поскорее и отдайте приказ улетать из проклятой системы с дредноутом псиоников, который мы уничтожили, — насмешливо посоветовал искин, а я мысленно фыркнул. — Ну да. Уничтоженный дредноут. Весело. Ты хоть понимаешь, насколько глупо это звучит? Дредноут, уничтоженный линкором… фантастика, да и только. — Может и да, а может и нет, — философски заметил искин. — Все предполётные процедуры проведены, корабль готов к запуску. — Давай, поднимай эту птичку в воздух, — сказал я и закрыл глаза, погружаясь в системы атмосферного штурмового транспортника. На большее нам не хватило ресурсов, да и в принципе… какой смысл в том, чтобы брать что-то тяжелее? При необходимости Фред перебросит все производственные мощности на создание боеприпасов, и мы устроим всему окружающему ад на земле. Так что большой корабль — это позерство и провокация. Новый боевой костюм, в этот раз обычная силовая броня элитного штурмовика, я надел ещё за час до вылета. Фред мог бы создать новый костюм-симбионт, но зачем мне это? Я уже побаиваюсь всех этих симбионтов да и не только их (стоит только глянуть на свою руку, как всё становится предельно ясно). Как меня уверил Фред, все гвардейцы и бойцы СПО в улье (довольно странное название для города, но не мне решать) уже предупреждены о моём «визите», так что ПВО по мне шмалять не будет. Вопрос в другом: как меня встретят, и где мы будем разговаривать, а главное — о чём. Сам город-улей был просто громаднейшим, колоссальным и почти что монолитным строением: гигантский размах, высочайшие шпили (в основном храмов Экклезиархии), множество различных добывающих комплексов вокруг города, эдакие «подульи», огромные трущобы и постоянное, беспрерывное копошение. Куда-то на восток шли жгуты трубопроводов, по которым, видимо, поступало горючее, производственные кварталы за пределами стен основного улья пестрели самыми разными строениями: от кабаков и таверн до мастерских и перерабатывающих комплексов. Жили там люди чуть ли не по прожиточному минимуму, в то время как роскошь главного улья чуть ли не ошеломляла. Сравнивать основной улей, который был с почти что осязаемой защитой, в которую входили части регулярной армии (гвардейцы, как минимум двадцать тысяч человек гарнизона, а может и СПО), мощнейшая артиллерия громадных защитных стен и, судя по сканированию, которое провёл Фред, с крайне мощным планетарным щитом, с трущобами… ну, есть занятие и попроще. Почему администрация проводит такую кошмарную политику — я не понимаю. Неужели не хватает ресурсов? Может, планета периодически получала поставки продовольствия или материалов посредством космических кораблей? Но как же тогда объяснить в таком случае роскошное проживание граждан основного улья?.. Фантасмагория какая-то… Впрочем, во внешнем круге защиты всё же располагалась некоторая часть войск. Это, в основном, были силы СПО и казармы со складами для быстрого вооружения ополчения из числа шахтёров, фермеров и трущобных нищих. От тех гор, где упал мой корабль, до улья — меньше чем двести с половиной километров, так что я не понимаю, почему они так беспечно относятся к защите? Вряд ли еретики не додумались бы совершить пару вылазок или забросить диверсантов. Довольно самонадеянно полагаться только на передовые части, и очень глупо — не рассчитывать на собственные силы вовсе. Да судя по размерам главного улья и подульев я могу смело сказать, что при массированном артиллерийском обстреле в первые полчаса погибнет почти треть населения подульев! Склады ГСМ, перерабатывающие комплексы, трущобные «многоэтажки», где кучкуются сотни человек, горнодобывающие станции, шахты, карьеры с почти шестью тысячами рабочих каждый… безумие. А если ещё и планетарный щит не включится? Хотя это маловероятно. Впрочем, лишить его энергии было бы сложно, поскольку, насколько я понял из отчётов, основные водоочистные комплексы и энергостанции находятся именно под основным ульем. Фермы были вне территории даже подульев, хотя некоторые, очень редкие, агрокомплексы были на верхних уровнях главного улья. Там… выращивали экзотические фрукты и ягоды. Аристократия, мать их… У нас бы за такое разбазаривание ресурсов давно расстреляли! Пролетев над шпилем станции радиовещания (хотя, насколько я помню, у них это называется вокс… ну да ладно, неважно) мой корабль вильнул влево, а затем камнем рухнул вниз, выйдя из пике почти над землёй. Летя над автострадой, я рассматривал машины. Пока что я не заметил ни единой машины без ДВС, а также машин на антигравитационных подушках… В общем, гражданские технологии тут довольно примитивны, нечего сказать. Иногда я пролетал мимо орудий ПВО, которые провожали меня своими дулами, иногда взлетал выше. Фред вёл корабль медленно и плавно, давая мне «насладиться» видами, а потом, когда мы приблизились к особняку губернатора, взлетел свечкой и, затормозив стабилизаторами, почти беззвучно приземлился на посадочную площадку. Отключившись от систем корабля, я вышел в основной отсек, после чего вниз упал трап, позволяя мне спуститься. Силовое поле подрагивало тусклой голубой плёнкой, защищая меня от возможной атаки, а я тем временем осматривался. Охряные полотна флагов с имперским орлом на них, позолоченные двери с массивными створками, почётный караул и… какая неожиданность, правда? Сам губернатор, вышедший меня встречать! Ну, вышедший — это ещё мягко сказано, я бы сказал — выкатившийся. Это бочкообразное существо с заплывшими жиром глазками и двойным подбородком… мало похоже в моём понимании на губернатора. Впрочем, не будем судить о книжке по обложке — генная инженерия у них тут не на общедоступном уровне, чтобы убирать такие недостатки как нарушения обмена веществ. Гвардейцы по обе стороны от него и глазом не моргнули, разве что вышли чуть вперёд, чтобы в случае чего закрыть его своими телами. Что-то на ухо ему шептал его… адъютант видимо? В общем тощий и не слишком привлекательный мужчина лет эдак сорока, больше офисный планктон, чем реально важная персона из администрации. Сканеры засекли не меньше десяти снайперов, которые целились в меня с самых разных точек окружающих площадку надстроек, да и в складках одежды губернатора, точнее именно под ней, я подметил миниатюрный генератор силового поля. КПД у него был не стопроцентный, но даже так он выдержал бы один, максимум два выстрела из гаусс-винтовки. Не слабо однако. Впрочем, только пехотное вооружение он с горем пополам и остановил бы — на большее этой фитюльки бы просто не хватило. Но и так это уже не худшая защита. Я пошёл в сторону него. По сравнению с моими двумя метрами с кепкой (последствия генных модификаций и изначальной генетики келдарианцев), а в костюме даже почти двадцати сантиметров сверх обычного моего роста, этот губернатор смотрелся… несолидно. Низкий, да и в принципе не слишком приятный глазу силуэт, заплывшее жиром, как восковая свеча, лицо и противная улыбочка — искренняя или не очень меня не волнует. Он радостно хлопнул в ладоши и тоже направился мне навстречу. Протянув руку, которую я не без отвращения пожал, он прокашлялся. — Капитан Рик, как я понимаю? — спросил он. Я кивнул. — Рад видеть вас! Моё имя Александр, я губернатор этой планеты. В данный момент представляю высший эшелон власти, и, как мне сообщил многоуважаемый комиссар Нисс, принимаю вас в своём скромном жилище. — «Да уж, чего-чего — а скромности у тебя не больше чем мышц, » мысленно хмыкнул я. — Рад встрече, губернатор Александр. Я прибыл сюда по вашей просьбе, судя по всему, обсудить дальнейшее сотрудничество в плане обороны и последующего наступления. — Конечно-конечно, как только — так сразу! — закивал он и махнул рукой одному из гвардейцев. — Эй ты, распорядись накрыть на стол. — Сэр, вы распорядились об этом ещё десять минут назад, — невозмутимо ответил тот. Губернатор всплеснул руками. — Ох моя забывчивость! Искренне прошу прощения, капитан. Что ж, тогда пройдёмте в обеденный зал, там и поговорим. — Может сначала обсудим военные дела, по которым я и прибыл? — сухо поинтересовался я, наблюдая этот фарс. — Что вы, что вы, капитан! Какие дела на пустой желудок! Это вредит здоровью, — заметил он. Ну, твоему здоровью не повредит даже двухнедельная голодовка, это точно… — Польщён вашим вниманием к моей персоне, но я всё же настаиваю на том, чтобы вначале обсудить военные вопросы. — Капитан, вам не кажется, что это слегка некультурно — отказываться от трапезы? — прищурился он, а затем махнул рукой и двери открылись снова. Я нахмурился. Меня это уже начинает потихоньку бесить… Но, всё же, лучше не злить человека раньше времени — это я сделать всегда успею. Я пошёл за идущим вперевалочку губернатором, который тихо насвистывал какую-то мелодию, впрочем, довольно-таки умело, это я не могу не отметить. По пути нам встретилось больше двенадцати комнат, в некоторых из них я через полуоткрытые двери мог увидеть служанок, заправлявших кровати, и были они в чуть более чем «откровенных» одеяниях. Это он так куртизанок одевает? Занятно. В какой-то момент одна из досок подо мной не выдержала веса и меня, и моего костюма, отчего громко хрустнула и моя нога буквально ухнула вниз, после чего раздалось громкое «бум!». Металл. Под деревом — металл. Забавно. Только вот зачем между деревом и металлом делать просвет? Одним рывком достав ногу, и раскидав щепки вокруг, я наткнулся на полупрезрительный взгляд губернатора, который тут же отвернулся. Ну да, конечно, порчу его дорогое имущество… ха. Мы миновали опасный участок и зашли в обеденный зал. Судя по всему, дорого обставленный и по здешним меркам престижный зал с резными колоннами, винтажными окнами и фресками, украшающими стены. Чуть поодаль, прямо слева от массивного фонтанчика, выполненного в виде дельфина (или по крайней мере какого-то животного похожего на дельфина), была небольшая «сцена», на которой крутились в медленном танце танцовщицы, демонстрируя свои тела. Я лишь мазнул по ним взглядом, отмечая полную безоружность и довольно неплохую гибкость, после чего стал дальше осматриваться. Здесь охряные флаги имели несколько иную символику: лев с крыльями, исторгающий из пасти пламя. Видимо, какой-то аристократический дом? Вполне может быть. Довольно странно было бы, с таким-то уровнем «роскоши», не увидеть тут чего-то такого. Флаги, фонтан, танцовщицы… Что-то мне это напоминает. Только вот что? Понять бы. Губернатор указал на обеденный стол из мореного дуба, который простирался на целых десять метров. Мощный и массивный, он был покрыт искусной резьбой, а также инкрустирован драгоценными камнями и кое-где к нему были прилажены знаки аквилы. Я с подозрением уставился на кресло у стола, прямо напротив губернатора. Как только тот подошёл к креслу, ещё две танцовщицы почти мгновенно подбежали к нему и отодвинули стул, помогая ему сесть. У меня не получилось сдержать презрения, но слава науке — я был в шлеме. Александр же, абсолютно не смущаясь меня, схватил танцовщицу по правую руку от него за левую ягодицу и начал массировать её, явно наслаждаясь этим. Та даже не дёрнулась, полностью одобряя его действия, а через пару секунд начала улыбаться, томно поглядывая на него. Меня чуть не передёрнуло от отвращения и жалости. Сжав кулак, отчего тишину зала, прерываемую лишь журчанием фонтанчика, разрезал тонкий металлический скрип, я опустил руку на стол и слегка сжал её. Тихий хруст дерева заставил губернатора, радостно лыбящегося, отпустить попу девушки и недовольно уставиться на меня. Я отдал мысленный приказ открыть шлем. С почти неслышными шипением бронепластины разъехались, открывая моё лицо. Я пристально взглянул на мужчину, не испытывая ничего, кроме презрения, после чего отпустил стол и скрестил руки на груди. — Губернатор… — Ох, чего же мне стоило произнести это нормальным тоном… — Мне кажется, вы не до конца осознаёте ситуацию. Ваша демонстрация превосходства… бессмысленна. Я не ваш подчинённый, и мне плевать на то, какими богатствами или возможностями в материальном плане вы обладаете. Будьте добры, соблюдайте хотя бы минимальные приличия, или я буду вынужден удалиться и обратиться к военным чинам. В данный момент от такого решения меня удерживают лишь последние крохотные капли уважения к вам как к высшему административному чину планеты. И я искренне надеюсь, что вы не выплеснете их из моей чаши терпения раньше времени. — Капитан, кажется, это вы не до конца осознаёте ситуацию, — с усмешкой превосходства сложил он руки домиком на столе. — В данный момент я не пытался доказать вам ничего, просто… старые привычки. Должны же быть у правящих лиц свои маленькие слабости? Так вот, мне хотелось лишь показать, что в моей власти сделать гораздо больше, чем вы думаете. — Я в этом не сомневаюсь, — сухо ответил я. Он хмыкнул. — Верно. Ну что же вы стоите, капитан? Присаживайтесь! — указал он на стул рядом со мной, на что я только скривился. — У вас очень своеобразный юмор, губернатор. Ваши стулья не выдержат моего веса. — Ни в коем случае не намеревался шутить, — серьёзно ответил мужчина. — Эти стулья не так просты, как вам кажется, так что прошу вас — присаживайтесь, — с нажимом повторил он. Я просканировал стул и с удивлением подметил, что он всё же выдержит меня. Хм… — Хорошо. — Я медленно кивнул и сел. Раздался скрип, и я чуть было не вскочил обратно, но стул выдержал. — Александр, я хотел бы в первую очередь… — В первую очередь вам стоило бы отведать креветок под соусом из элимса. Это наш, планетарный фрукт, так что обещаю — вкус будет великолепен. — Губернатор, — стиснул я зубы, чтобы не выругаться. Фред на заднем плане презрительно фыркнул, явно намекая мне на что-то. — Мне кажется, что вы забыли причину, по которой ВЫ пригласили меня. — Я? Что вы, капитан, я ничего не забыл. Мне кажется, что вы несколько… переоцениваете временные рамки, в которые нам необходимо вписаться. Готов поспорить, ваши приготовления к вступлению в войну очень выматывающие, поскольку вам приходится делать всё исключительно с вашим помощником, — заметил он, а я напрягся, хоть и не подал виду. — Почему бы вам не довериться нашим специалистам? Адепты Культа Машины великолепно справятся даже с такими механизмами как и у вас. — Спасибо за предложение, но я справлюсь со своими проблемами сам, — ответил я. Опустив взгляд на стол, я потёр переносицу. — Губернатор, могу я задать вам вопрос? — Конечно, не стесняйтесь, капитан! — кивнул он и поманил одну из танцовщиц-прислужниц пальцем, после чего указал ей на полупустой поднос. Та загадочно (для меня конечно) улыбнулась и унесла его. — На передовой погибают люди. Каждый день, каждый час они сражаются, отдавая свои жизни за Империум. Почему вы… здесь… это всё — просто неоправданная трата ресурсов и времени! — указал я на ломящийся от яств стол. Он приподнял бровь. — Капитан, вы серьёзно считаете, что нас должно это волновать? Они — солдаты, и растили их как солдат. — Александр помахал вилкой в воздухе. — Даже если десятки тысяч их умирают, то почему нам необходимо беспокоиться об этом? В конце-концов, их судьба — умереть за Императора и Империум. А наша судьба — сделать так, чтобы их смерть была Империуму выгодна. — Это бесчеловечно… — выдохнул я, неверяще смотря на него. Тот прищурился. — А война сама по себе бесчеловечна. Империуму приходится сражаться с многими угрозами, и горевать по каждому человеку просто не хватит ни сил, ни времени. — Но солдаты заслуживают хотя бы уважения! А не того, что их считают скотом! — ответил я. Губернатор пожал плечами. — Им-то какая разница? Мы в совершенно разных сферах жизни. Они — на дне, мы — на самом верху. Сохранение субординации и порядка — дело офицеров, их обучали для этого. Многие верные Золотому Трону комиссары тоже задумывались о такой вещи, как «цена жизни». Так вот, моё мнение таково, что цена жизни это то, за что ею можно заплатить. Если конечным результатом будет победа — то неважно, сколько жизней было положено на её алтарь. — Скажите, губернатор, у вас есть дети? — спросил я. Он усмехнулся. — Конечно. И что? — Я промолчал на счёт того, что догадываюсь, от кого они, учитывая все эти переглядывания с танцовщицами и служанками. — Капитан? — переспросил он, видя, как я задумался. — Да так. Просто думаю о том, какой чин был бы у ваших детей, попади они в Гвардию на этой планете. Майоры? Полковники? А может даже генералы? Двойные стандарты так забавляют, — хмыкнул я, а затем отдал мысленную команду на активацию эмоциональных ингибиторов, ощущая, что начинаю распаляться. В разум вернулось спокойствие, а эмоции буквально отошли даже не на второй, а на третий план. — А теперь вернёмся к делу. — Верно, — кивнул он, а затем указал принёсшей поднос девушке на пустое место на столе. Вдали раздавались раскаты грома, а я тем временем получал не очень обнадёживающие доклады от Фреда. Корабль штурмуют, и уже около получаса. Почему он решил сообщить об этом только сейчас — я без понятия. Щиты их артиллерия не пробьёт, почти три четверти всей мощности переброшено на них сейчас, но вот наземный штурм отражают уже войска Гвардии. Впрочем, они все под щитами, так что не думаю, что корабль даже в теории могут захватить. — Сэр! Сэр, тревога! — ворвался в разум голос Фреда, а время замедлило свой бег. — Еретики начали полномасштабное наступление! Более десяти миллионов человек и огромное количество бронетанковых соединений выдвинулись на передовые позиции гвардейцев! Максимум через час они вскроют оборону, и… ох чёрт… Сэр, дела ещё хуже. Мои сканеры засекли более чем пятьсот крупных летающих объектов. И они летят прямо в вашу сторону! — Этот улей ведь ближе всего к передовой? — спросил я. Через мгновение молчания, показавшееся мне вечностью, я услышал одно-единственное слово, от которого внутри всё похолодело даже не смотря на эмоциональные ингибиторы: — Да. Я рывком поднялся, чуть ли не перевернув грохотнувший, словно гром, стол. Губернатор удивлённо уставился на меня, а я проверил вооружение. Если это десант — а это точно десант — то скоро начнётся сражение. Всё очень плохо. Улей не готов к такому вторжению, в этом я уверен. Запястный клинок вспыхнул, заставив мужчину икнуть и рухнуть со стула. Танцовщицы мигом ринулись к нему, защищая того своими телами, но я, проверив уровень заряда и исправность излучателей, выключил его. — Губернатор, мой помощник засёк более чем полутысячу летательных аппаратов противника. Они быстро приближаются, и это, вероятнее всего, десант, так как военных атмосферных судов у еретиков быть не может. Это исходя из того, что я знаю, — сказал я, просматривая данные со сканеров. Фред сумел адаптировать их к атмосфере, но работали они всё равно не слишком хорошо. Он говорил, что скоро закончится постройка полноценной сенсорной станции в горе, но не уточнял сроки. — Д-десант? — отдышавшись, спросил он, а девушки помогли ему подняться. Я кивнул, а шлем с щелчком закрылся снова. — Именно. Нужно срочно привести системы ПВО в боевую готовность и… — Как только я произнёс это, раздалась серия взрывов. Земля дрогнула, и губернатор опять упал на пол. Я рванул к балкону, который увидел минуту назад. Улей горел. Огромные воронки зияли на самых краях подулья и на стенах главного улья. Если это то, о чём я думаю… то всё не просто очень плохо, всё ОЧЕНЬ, очень плохо. Сканеры показали, что тепловое излучение характерно для взрыва огромного количества пороховых зарядов, а не взрывчатки. А это автоматически говорит о том, что взорвались боеприпасы. Я сжал поручень, сминая металл с ажурной гравировкой, а затем побежал обратно внутрь. — Александр, нам срочно нужно поднимать все силы Гвардии и СПО по боевой тревоге. Налаживать оборону, вызывать подкрепления… да всё, что только можно! Мой корабль тоже атакуют, и более чем десятимилионная армия еретиков скоро прорвётся через защиту Гвардейцев. Не знаю как, но у них это получится, моему помощнику можно верить. — Мужчина взял себя в руки на удивление быстро, и уже через минуту я видел сосредоточенного и серьёзного губернатора, который отдавал приказы своим служанкам. — Капитан, в данный момент я не вижу смысла не верить вам, хотя я очень удивлён, что вашему помощнику это известно… — Губернатор, давайте без этого? — скривился я. — Мой корабль находится на передовой, прямо в горах, оттуда даже ваши примитивные системы обнаружения засекли бы целую, мать её, армию. Полететь обратно я не смогу — меня, скорее всего, собьют на подлёте, так как линкорной защиты у меня нет… Ладно, постараюсь сбить как можно больше этих засранцев прежде чем вернуться на защиту. — Вы будете защищать город? — приподнял он бровь. — Не город. Людей в нём. Прошу не путать, — заметил я и, кивнув, побежал в сторону корабля, оставив задумчивого мужчину за спиной. Фред постоянно докладывал о ситуации. Вражеские силы от корабля отбросить не удалось, так что силы Гвардии заперлись под щитами рядом с ним, после чего пара залпов бортового лазерного вооружения охладили пыл врагов. У искина была идея шарахнуть на полной мощности, но он сказал, что пока что делать незапланированные дыры в рельефе он не хочет. Да уж… Будучи уже в кабине пилота, я усмехнулся, отключая ингибиторы. Повезло так повезло. Интересно, а какие-нибудь орки из архивов не прилетят? Или там некроны, а может и космодесант Хаоса? Вот веселья-то было бы. Рёв двигателей — а затем рывок в небеса. А самолёты у еретиков быстрые… уже почти на подлёте. Когда только успели?.. Мощное ускорение и захват цели: ракеты пошли… попадание. Четыре самолёта с горящими внутри них телами обрушились на подульи пламенным градом. Стальные обломки изрешетили несколько зданий, а я так и не заметил ПВО. А нет, вон, стреляет один из уцелевших расчётов! А всего их… восемь. Но они не могут создать необходимую плотность огня, и каждый стреляет вразброс… нет, так они ничего не сделают. — Фред, переключи меня на канал связи с бойцами ПВО, — сказал я. Через пару секунд шипения, я услышал грохот выстрелов и звон падающих гильз снарядов. — Да откуда же их столько?! — в панике кричал кто-то из расчёта. — Никто даже не доложил о штурме! Какого чёрта тут творится! — Заткнись и заряжай! — взревел второй. — Клинт, пятый рубеж обороны держится?! — Нет, сэр! Все орудийные батареи с первой по двадцать восьмую взорваны! Остальные вплоть до пятьдесят седьмой — захвачены предателями! В нашем распоряжении осталось всего восемь орудий! Сэр, что нам делать?! — Держаться и стрелять! Любой ценой держаться! — Так, парни, слушайте приказ! — сказал я, пока плазменные выстрелы прошивали борта самолётов и взрывались. Они уже почти над главным ульем! Почему щит не работает?! — Сфокусируйте огонь на одном участке! Ваша безразборная пальба никакой пользы не приносит! Старайтесь определить цель и сконцентрировать огонь на одном самолёте для максимального шанса поражения! — Есть! Будет исполнено! — рявкнули они, даже не став задавать вопросы, чего я опасался. Турель одного из самолётов, самопальная кстати, выплюнула очередь снарядов в мою сторону. Щит полыхнул голубым, а я резко дёрнул корабль вниз, пролетая под ним. Стабилизаторы взвыли, выравнивая машину, и я развернулся, переключая орудия на режим одиночной стрельбы. Три точных выстрела — и самолёт разваливается на две части, которые тут же закрутились в воздухе. Большинство людей внутри превратило в кровавую кашу ещё в момент взрыва, но остальное доделали обломки. На вокс-канале я слышал отрывистые приказы и грохот стрельбы, но эффективность серьёзно возросла. Теперь все восемь батарей сфокусировались на «авангарде» самолётов, и за считанные минуты стрельбы больше чем пять машин упали на землю, превратившись в факелы или изрешечённые снарядами куски покорёженного и изорванного металла. Проклятье! Высадка началась! Десант врага посыпался из замедлившихся самолётов как саранча, почти что затмив небо. Теперь выстрелы ПВО в воздухе натыкались на людей, разрывая тех в кровавую пыль, а самолёты всё выбрасывали их. Чёрт побери, это же пассажирские самолёты! Откуда внутри столько людей?! Да тут в каждом самолёте не меньше двухсот человек, и я просто не понимаю, как они туда поместились! Я успел сбить ещё десять машин противника, но основные силы уже высадились. Во имя Создателя, сколько же их здесь?.. Не меньше… так, идёт подсчёт… Император спаси… да их тут больше тридцати тысяч! Нет, больше пятидесяти! Плевать, пора на землю. Надеюсь, силы гарнизона уже в боевой готовности. Приземление вышло удачным: я посадил машину прямо посреди разворачивающихся позиций гарнизона. Гвардейцы таскали тяжёлое вооружение, обустраивали огневые точки прямо в домах, строили баррикады. Над головой пронеслись обломки ещё одного самолёта. Большая часть развернулась обратно, но некоторые… решили стать брандерами. Пустые самолёты врезались в защитные сооружения и уничтожали инфраструктуру. Бои шли по всему улью, гражданских просто вырезали. Доклады Фреда становились всё чаще, он говорил о том, что всё очень плохо, но если будет надо — поддержит меня огнём. Проклятье! Как же всё это не вовремя! — Да куда ты тащишь её! Идиот! Твоя огневая точка вон там! — кричал сержант, размахивая своим мечом для пущей убедительности. Тихий рык вырвался из его горла, но тут он заметил и меня, и мой корабль. — А ты… вы ещё кто такой, сэр? — явно недоуменно, спросил он, смотря снизу вверх. Я усмехнулся. — Сержант, где базируются основные войска? — Там, — нахмурившись, указал он в сторону, откуда доносился грохот выстрелов. Артиллерия что ли? Когда успели?.. — Отлично. Когда прибудут подкрепления? — Неизвестно. Мы потеряли связь с передовыми отрядами и первой Армией Заслона. Вторая и третья Армии сейчас стягиваются к месту дислокации первой. Доклады идут о том, что она полностью уничтожена в течение жесточайших боёв… — А вот это плохо, — цыкнул я, хоть и знал уже, что армия уничтожена. Над головой воздух рвали артиллерийские снаряды, а далёкие взрывы постепенно становились всё ближе. Вдалеке уже раздавался завывающий боевой клич еретиков, и некоторые бойцы неподалёку поморщились, таская мешки с песком и железные обломки. Хаоситы захватили склады? Скорее всего. Я вернулся на корабль и экипировался: ранец-реактор, к которому я подключил плазмомёт, на него же нацепил гаусс-винтовку и шесть вакуумных гранат. На левую руку отправился полу-стационарный дефлектор, который питался уже от энергосистемы костюма (впрочем, сам костюм подключён к реактору, так что можно считать, что он и покрывает все траты энергии), на правую — более мощный аналог плазменного клинка, в этот раз — с независимым генератором стабилизирующего поля, так что он, в каком-то смысле, крайне надёжен и поломкоустойчив. Генератор защитного поля костюма слишком слаб, чтобы считать его надёжным средством защиты, потому я присоединил к ранцу ещё относительно небольшой генератор силового поля. Конечно, не намного сильнее, чем тот, что в костюме, но… хотя бы что-то. Всего и сразу я не предусмотрю, и было бы неплохо ещё и генератор маскировочного поля с собой взять, но он слишком громоздкий и тяжёлый даже для тяжёлых боевых костюмов, потому ставится на боевые платформы с класса «дельта» включительно. Но чаще всего, всё же, используется на атмосферных истребителях и грависпидерах. Ладно, хватит вдаваться в подробности, пора идти воевать. — Фред, ситуация? — Стабильно, сэр, — ответил он. — Они оттягивают войска, понеся огромные потери. Ха! Ещё бы! Я там не меньше семи тысяч на одних дезинтеграторах перемолол, что уж говорить о лазерах и плазмомётах! Потери среди гвардейцев составляют две сотни человек, но это те, кого застали вне щитов, а также те, чьи щиты успели пробить сфокусированным огнём. Они совершили ошибку, начав лезть в ущелье, так что мы их там в фарш превратили. — Тут он смутился и прокашлялся. — Так… Я перебросил половину мощности со щитов обратно на добывающие системы, а также провёл перенастройку боевых систем. В боезапасе ракетных уже сто восемьдесят три ракеты, гаусс-батареи же с полным боезапасом. Открою огонь по вашему целеуказанию в любой момент — орудия уже направлены на улей. — Великолепно… Что ж, Фред, пожелай мне удачи в бою. — Удачи, сэр, — серьёзно сказал он с напряжением в голосе. — Сэр, если станет жарко — уходите. Я подготовлю летательные аппараты для вашей эвакуации. — Уж кем-кем — а трусом я себя не считал, — нахмурился я. — Но ладно, будь по-твоему. Постараюсь отбить атаку этих ублюдков, а если что пойдёт не так — сразу уйду. И да, ты взломал системы наблюдения города? — Да, сэр, но три четверти отключены. Работают только те, которые находятся в шахтах и у позиций Гвардии. Остальные либо уничтожены, либо отключены от энергоснабжения. — Хорошо. Ну что ж, пора повоевать? — хмыкнул я, перехватывая плазмомёт. Ох и весело же будет!