Зеленый - мой любимый цвет.

      Дверь резко распахнулась и Антон влетел в квартиру, сразу же замирая от осознания, что девочка правда лежит сейчас перед ним и не приходит в себя, а рядом с ней сидит его коллега, пытаясь удержать дрожащими руками телефон. Арсений аккуратно заходит вслед за Шастуном, шире открывая входную дверь. Антон падает на колени перед Настей и, чуть придерживая ее голову, легонько бьёт по щекам, но та все равно остаётся без сознания. Тогда юноша аккуратно берет ее на руки. — Антон, стой! Давай лучше дождемся скорую помощь, вдруг ей станет хуже, — предполагает голубоглазый мужчина и обеспокоенно смотрит в глаза Антону. — Ну уж нет, пока они доедут, я и сам состариться успею. Сам отвезу ее, — говорит молодой парень и выходит из дома. — Он всегда такой упрямый? — спрашивает брюнет у Димы. — Почти да, — задумчиво, немного успокоившись, отвечает тот, — ладно, пойдём. А то без нас уедет.

***

      Оказавшись в больнице, Шастун позвал медперсонал и те, на удивление, быстро приняли девочку. Ее куда-то увезли, а парням лишь сказали ждать в холле. Пока Арсений пытался объяснить другу актёра всю ситуацию, Антон не находил места. Он накрутил себе уже все, что только можно, ведь просто так в обморок не падают. Шастун ходил по коридору, теребил кольца и спрашивал у каждого из медперсонала про свою дочку, но все наотмашь говорили ему ждать здесь и уходили. Попов пару раз отвечал на звонки с работы и объяснял, что не может приехать по важным семейным обстоятельствам. Семейным, думал Антон. Неужели он считает Настю своей семьёй? Скорее всего просто решил лишний раз на работу не идти. Ведь не может совершенно незнакомая девочка за пару дней стать семьёй. Или может?.. Арс долго следил за тем, как парень суетится и ходит из стороны в сторону, пока не схватил его за руку и не посадил на стул рядом с собой. — Успокойся, Антон, — сердито начал мужчина, пытаясь привести его в чувства, даже немного потряхивая за плечи,  — мы все волнуемся за Настю, но то, что ты лишний раз суетишься — не очень то поможет, — немного нервно произнёс тот. Антон, честно говоря, опешил от напора в его сторону, от касаний и от того, что старший... беспокоится? Удивленные большие глаза смотрели будто Арсу в душу, а рот был немного приоткрыт. Губы влажные, искусанные. Парень чуть было хотел возразить, но ничего не ответил. Лишь встал со своего места и вышел на улицу, зажигая сигарету и вдыхая очень нужный в данный момент никотин. Шатена немного потрясывало, но тревога ненадолго ушла после нескольких тяжек. Может, не произошло ничего серьезного. Может, он просто себя накрутил. Но он только что приобрёл смысл жизни и не хочет потерять его вот так скоро. — Не знал, что ты куришь, — доносится знакомый голос подходящего к нему мужчины. — Редко. Только если очень нервничаю, — коротко отвечает юноша, сжимая фильтр между большим и указательным пальцами, немного приминая. Снова подносит к губам. Брюнет молча поджигает сигарету вслед за Шастом, иногда бросая на него короткие взгляды. Они не говорят друг-другу ни слова. Не потому, что им не о чем разговаривать, а просто потому, что сейчас это не нужно. Антон смотрит поникшим взглядом вниз, так ни разу не посмотрев на мужчину. Откидывает бычок в сторону, выдыхая остатки дыма и собирается уходить, когда чувствует, как Арс вплотную прижимается к нему и настойчиво обхватывает его руками, прижимая к себе. А у Шастуна внутри все переворачивается. Он долго не может понять, что только что произошло, но робко обнимает Арсения в ответ. — Извини, что вспылил, — начинает старший немного хриповатым голосом, — я понимаю, что тебе очень тяжело сейчас. Не переживай, все будет хорошо, — тише сказал он и отпустил Шастуна так же неожиданно, как и обнял, на ходу докуривая сигарету. Отбрасывает бычок куда-то на землю и заходит обратно, даже не взглянув на парня. Ну и что это, блять, было?