Очень приятно, бог жизни

Главный враг удивленно воззрился на девушку, что пыталась вырваться из его когтистых лап и сама же своими действиями поранилась о когти. Она непроизвольно зашипела, отчаянно глядя, как из укрытия выскочил обеспокоенный Мизуки и быстро пришедший в себя Томое. — О, нет, — чуть ли промурлыкал нэко, самодовольно глядя на хранителей. — Нанами, так? —догадался он и привычным, даже аккуратным движением свернул руку так, что богине пришлось сесть на колени, нагибаясь, когда противник оказался в стоящем положении. На Томое было страшно смотреть. На его лице было уйма эмоций: гнев, страх, ярость и отчаяние. Вся боль заключалось в том, что никто из них не был положительным чувством. Он не знал, что делать. Ему было страшно, ведь одно неверное движение и этот монстр убьет Нанами. Безвозвратно и неизбежно. Она уйдет, оставит его одного. — Думаю, мы можем договориться, — предложил кот, продолжая держать девушку за руку, не давая шанса проделать любую уловку. Каждый раз, когда богиня пыталась чуточку извернуться и достать запасенные амулеты, которые успел ей передать Мизуки, она хрипло шипела, чувствуя сильную боль в области плеча. Ее надежно зафиксировали в этом дурацком положении, и даже попытка посмотреть на лицо Томое превращалась в сильную муку. — Договориться? — настороженно переспросил лис. — Именно, — кивнул кот, все так же улыбаясь. Он чуть наклонился к Нанами, начиная ее настойчиво нюхать. Его грудь под кимоно несколько раз вздернулась. Томое понадобилась немало мужества, чтобы удержать себя и не налететь на екая, но действия были очень рискованны, когда нэко так близок к Нанами. Наконец, враг отстранился от богини, довольно хмыкнув. — Полагаю, мы преследуем одну цель, — начал он. — Ты не слуга высших богов. Ты пришел за этой девушкой, которая стала этим самым высшим богом, но считаться с правилами этих мест ты не намерен, так? — Допустим, — согласился Томое, напряженно глядя на нэко. — Как насчет того, чтобы превратить это место в ад? — клыкасто выдвинул кот. Его пышный, длинный хвост задергался из стороны в сторону, когда лицо пролезала широченная опасная улыбка. — Я отдам тебе девушку, она мне не нужна. Кстати, запах неуловим. На самом деле, только недавно Томое сам был не прочь поплясать на развалинах этого храма, открыто показывая свое превосходство и справедливый гнев здешним обитателям. Будь это предложение сделано пораньше, под стать настроение прошлого демона, то эти двое за рекордные сроки породнились бы, руша здесь все вокруг, сея хаос и разрушение Но не сейчас. Перед глазами встала недавняя картина: лежащий в обломках священный хранитель, истекающий кровью. «Черт бы пробрал эту мягкосердечность!» — разгоряченно подумал Томое, не спеша с ответом. Да и что ему сказать? Спасти Нанами? Безусловно, да. Но белый лис чувствовал, что если просто так согласиться на эту затею, то в будущем не простит себя. Он не привык перешагивать через свои убеждения и если считал свои действиями правильными, значит, так оно и есть и отступиться, да пойти на удочку врага тоже самое, что себе изменить. — С чего мне знать, что ты отпустишь Нанами? В чем смысл нападения на это место? — спросил Томое, пытаясь понять мотив его действий. Мизуки на секунду отвлекся от напряженной атмосферы, слегла удивленно уставившись на маленький камешек возле его ног. Шею неприятно что-то кольнуло и Мизуки осторожно потер место удара, чтобы унять ноющее чувство, повернулся назад, откуда прилетел своеобразный презент. Из поворота выглядывала Хикару, активно жестикулируя руками и всем телом, пытаясь поведать некий странный план. Она эмоционально корчила лицо, подносила свои руки к изящной шеи легонько сжимая ее, показывая панику, а потом, типа просила прощение, сложив руки в молящимся жесте. Мизуки понадобилось немало времени, чтобы понять, что девушка показывается спасительный план, но он так и не понял, в чем он состоит. В конце концов, когда до Хикару дошло, что всеми жестами и своеобразной мимикой, она только запутала Мизуки, то лихорадочно подняла правую руку, указывая на свое украшение. Ее лицо выражало панику, она буквально кожей почувствовала, что в воздухе стало распространяться электричество – настолько напряженной была ситуация. — Эти Боги не сделали милость, — оскорбленно ответил нэко. Мизуки быстро повернулся обратно. — Я просил немного, но мне смели отказать, — он слабо улыбнулся Томое, который стал непроницаемым и холодным, словно ледяная глыба. — А девушку я отдам. Видишь ли… Я питаю особые чувства к человеческим девушкам, — и любовно поцеловал деревянный браслет на руке. И вот, в голове Мизуки, не обделенной богатым воображением, секунду назад проскальзывали самые ужасные варианты возможного развития событий, и чтобы сделать хоть что-нибудь, дабы предотвратить эти кошмары, он бесконечно прокручивал в голове варианты отступления с целой и невредимой Нанами, как неординарный жест их врага был словно молнией, догадкой, пронзившее тело екая. Он неровно начала поворачивать голову назад, будто был деревянной старой игрушкой, не совсем понимая, что сейчас происходит, встречаясь с зеленными глазами недавно встреченной человеческой девушкой. Хикару, что, подруга этого монстра? Но почему она тогда не может спокойно выйти из своего убежища, а посылает странные знаки? Мысли, одна абсурднее другой полезли в белобрысую голову. А может, ее захлестнула волна горящего внутри колоссальным фейерверком адреналина? А чего? Тогда логично: всего это время ее нервная система была не в порядке: девушка бегала туда сюда, делала иногда неправильное предположения или глупые действия и никак не могла остановиться – казалось, ее тело перестало слушать приказы и функционировало в произвольном порядке – настолько действия были четкими и правильными. Быть может и сейчас у Хикару неправильно функционирует мозг, и она ничего не может поделать? Мизуки понадобилось немало сил, чтобы сдержать мученический вздох. И почему он так мало знает про людей? Или они состоят в одной группировки, где отличительным знаком является это неприметное деревянное украшение, которое таило себе символическую ценность, а может древние знаки? Хотя, стоп. Человек и екай? Быть не может! Но что это значит? Хикару не могла попасть в святую обитель высших богов без чей либо помощи, но прибыв бы сюда в команде этого нэко, то не стала бы прятаться за поворотом. Но недавно кот поцеловал украшение… Неожиданно раздался крик — темный нэко сильнее поднял руку, причиняя острую боль Момодзомо. — Нанами! — в отчаянии воскликнул Томое, замирая. — Решай быстрее, — ответил враг. Бледные губы Томое сжались в тонкую полоску. Он резко отвернул голову, мимолетно закрыв глаза, пытаясь выбросить из головы умирающего под завалами святого дракона. Он обещал, что спасет Нанами. Его дорогую Нанами. И не важно какой ценой. Да будет так. Вдруг из поворота резво выбежала Хикару, с неописуемым ужасом на лице. Нэко удивленно замер, ослабляя хватку настолько, что Нанами при сообразительности могла с легкостью выбраться из плена. Хотя план был бы провален — темный екай находился достаточно близко, чтобы без особых усилий метнуть своим волшебным веером, оставляя после Нанами совсем ничего. Мизуки понял — сейчас и молниеносно переместился за спину испуганной Хикару, одной рукой обхватывая талию, а другой тонкую шею. Вот тут-то всеобщий враг всего святого места впал шок, отпустив свою пленницу, ошаренно глядя на Мизуки. Из поворота, от куда шустро выскочила девушка, выглянули воины-екаи светлого места. Но духи боязливо попятились обратно, когда враг наградил их самым жутким взглядом, обещая жестокую расправу без жалости и сожаления. Кот поднял Богиню с земли, больше не нанося никакой боли и улыбнулся самой обольстительной улыбкой: — Новое предложение? Губы Мизуки расплылись в широкой ухмылке, аналогичной той, которого блистала у врага, и сказал: — Согласен. Обмен? Для пущей убедительности, что все друг друга правильно поняли, Мизуки покачал из стороны в сторону телом Хикару и с удовлетворением заметил, как улыбка собеседника нервно дрогнула, а зрачки увеличились в разы. Томое ошаренно наблюдал за развернувшимся представлением, но быстро понял, что к чему. Ясное осознание происходящего не хуже любого заклинания ударило по голове, заставляя в немом удивлении переваривать информацию. Неужели это именно то, о чем говорил этот кот? Белый лис поймал себя на мысли, что они больше, чем просто похожи. Какая ирония… Впрочем, обмен любовью всей жизни? Так просто? Почему они должны быть уверены, что это демоническое создание желает девушку из лучших и светлых побуждений? Как насчет того, что успев чуточку коснуться девицы пальцем, их враг не выкачает из нее силу, а потом, довольно скалясь нападет и на них? Быть может Хикару тоже какой-то сложный и неизвестный бог? Слишком много вопросов и не единого ответа. Казалось, вот оно, довольно обычное развитие событий, поменяться человеческими девушками и разойтись разными дорогами. Но в голове не укладывается — так просто! Тем временем никто не спешил делать обмен. Томое, не открывая взгляда от кота, спокойной подошел к Мидзуки, который продолжал лживо улыбаться, и перевел глаза на девушку. Последняя тоже посмотрела на хранителя своими широкими глазами, любознательно рассматривая все, что попадается ее взору. Томое хватило и несколько секунд, чтобы понять толику психологического портрета девушки. Молодое наивное дитя. И судя по быстро сменяющимся настроению это создание не страдает тяжестью жизни. Для нее это большое и интересное приключение, которое обязательно закончиться хорошо. Другого быть не может. Томое ощущает ее уверенность в этом. Обычно точно такие же чувства испытывают существа, у которых мощные покровители. Не смотря на высокий рост, девушка, скорее всего, ровесница Нанами, может быть и младше. Хотя, в этом случаи белый лис не сильно разбирается. Хотя исходя из внешности логичней предположить, что она старше. Тут взгляд хранителя опускается на деревянный браслет и губы, будто живущие своей жизнью, изображают довольную усмешку. О, нежели это правда? Томое надменно переводит взгляд на врага, упиваясь его растерянностью и беспокойством на несколько секунд, пока берёзовые глаза снова не наткнулись на Нанами. Враг, казалось, совсем очеловечился — он с немым укором смотрит на Томое с Мидзуки, ничего не предпринимая, опасаясь, что одним неверным движением может навлечь агрессию со стороны этих двоих. Нанами же будто превратилась в мартышку. Ничего не понимая, богиня глупо глядела на каждого и казалось, готова была накричать на Мизуки, который крепко держал Хикару, рискуя причинить ей боль. И школьница неожиданно несколько раз удивленно моргнула, когда стальная хватка исчезла, а враг на пару шагов отступил назад.